Воронёнок: страшный год

      Сириус успел перехватить крестника до того момента, когда он встретился с полом. Игнорируя попытки МакГонагалл приблизиться, встревоженные взгляды Дамблдора, презрительные взгляды мадам Максим и ухмылки Каркарова и Снейпа, он поспешил в больничное крыло. — О, Боже! — мадам Помфри всплеснула руками. — Что с ним?! Сириус Блэк…. Но прошли те времена, когда старший сын Вальбурги трепетал грозной медиведьмы. Если бы только он знал, как сейчас похож на своего отца — Ориона Блэка. — Я, вообще-то, не знаю! Вот у вас хотел спросить! — Сириус, — Дамблдор покачал головой, — так нельзя…. — Вы бы, уважаемый директор, не за моим языком следили, а за вашими преподавателями. Распустили половину школы…. — Прекратите ругаться! — резко перебила мадам Помфри. — У мальчика сильнейшее нервное истощение. Его просто довели до обморока. — Поттер, как всегда, в своём репертуаре, — Снейп не мог держать язык за зубами. Блэк вскинулся было ответить, но медсестра не выдержала. — Вон отсюда! — она указала зельевару на дверь, — а вы, мистер Блэк, останьтесь с Гарри. Так будет лучше.

***

      Когда Гарри очнулся, то увидел крёстного, сидящего на стуле рядом с его кроватью. Сам мальчик был укрыт не казённым одеялом, а бережно укутан в бежевый плюшевый плед, который Блэк потребовал доставить из дома. Сейчас, глядя на точёный профиль Сириуса во мраке палаты (Гарри проспал до поздней ночи) что-то надломилось в его душе. Он пошевелился, присел и понял, что по лицу его текли горячие слёзы. Сколько он не плакал? Да лет с пяти. Он не умел жаловаться, не умел просить, ему казалось, что и чувствовать он не умел, но только сейчас он понял, что всё же мечта сбылась. Вот он — добрый и сильный дальний родственник, забравший его от Дурслей. Он есть и он рядом. Казалось, напряжённая струна со звоном лопнула, и Гарри отпустил себя. Он зарыдал страшно, в голос, давясь слезами и вскриками. Проснувшийся Сириус с облегчением понял, что замёрзшее сердце мальчика стало отпускать свою боль. Он обнял его за плечи, прижал к себе, гладил по волосам и шептал: — Всё уже хорошо. Всё хорошо. Ты плачь, плачь. Так ведь легче будет. Худые руки подростка вцепились в отвороты пиджака крёстного: — Не бросай меня, пожалуйста, не бросай. Зачем же ты решил участвовать в турнире? Не бросай меня, крёстный. — Не брошу, Гарри. Не брошу. А турнир я переживу легко. Ты мне веришь? — Угу, — Гарри засыпал, вцепившись в Сириуса Блэка. — И вот ещё, — крёстный слегка потормошил подростка, — я, как твой опекун, запрещаю тебе ходить на отработки Снейпа.       Но напрасно все думали, что после смены чемпиона страсти по Гарри Поттеру улягутся. Пуффендуйцы, считавшие, что Гарри пытался украсть славу их чемпиона и подвёл под удар их старосту, стали агрессивными. И не только к Гарри, но и ко всему Когтеврану. Напрасно старосты пытались образумить подростков. Возможно, если бы действия старост были сплоченными, то всё было бы хорошо, но Диггори просто устранился от решения проблем. Как ни странно, не трогали Гарри гриффиндорцы. Профессор Синистра собрала всех в гостиной, похвалила Фреда и Джорджа за изобретательность в попытке представить факультет на турнире, объяснила, что Гарри славы не желал, и то, что он жив и при магии, доказывает, что он не лжец.       Слизеринцы разделились на два лагеря: часть из них, среди которых, как ни странно, был и Драко Малфой, просто затаилась и выжидала, чем всё закончится, другие же под предводительством Панси Паркинсон и Милисенты Булстроуд, продавали значки, оскорбляющие Поттера. Что характерно, сам змеиный факультет значков не носил, зато представители Пуффендуя раскупили их все. И это было только начало.       Травологию в этот раз решили объединить и направить на неё все четыре факультета. Обычно дружественные пуффендуйцы теперь распоясались, а Помона Спраут только следила, чтобы не дошло до драки. Все пересаживали прыгучие луковицы. Обычно словоохотливые Эрни МакМиллан и Джастин Финч-Флетчли молчали весь урок, а когда одна луковица вырвалась из рук Гарри и больно стукнула его по носу, да так, что кровь пошла, ехидно прыснули. Профессор Спраут не сделала им замечание, Терри работал вместе с Лонгботтомом и Уизли, поэтому вышло то, что вышло.       Гарри никому и никогда не спускал насмешек, и в этот раз не оставил без внимания поведение пуффендуйцев. Выждав удобный момент, а именно, когда преподаватель увлечётся беседой с Невиллом, Гарри быстро сорвал четыре прыгучих луковицы и тихо окликнул Джастина: — Эй, Финч-Флетчли! Джастин посмотрел на Поттера и хотел сказать гадость, вот только Гарри вытянул к нему руки, в которых удерживал небольшие, прыгучие растения и разжал ладони. Резко подпрыгнувшие луковицы попали в нос обидчику. Послышался сухой хруст ломающихся костей, другая луковица оставила синяк на лбу, ещё одна едва не выбила зуб и последняя подбила глаз, и прежде чем пуффендуец успел нажаловаться, Гарри сам привлёк всеобщее внимание: — Вот же недотёпа! Как ты на факультет гербологов попал-то? Хотя, возможно, у тебя золотые руки, и неважно, из какого места они растут. — Профессор Спраут, Поттер сам бросил мне в лицо луковицы! Профессор посмотрела на нечитаемое лицо Гарри и вдруг ясно поняла, что Джастин не врёт, хоть и доказательств никаких не было. В итоге отработку она назначила обоим. Вечером, сразу после ужина, в надежде, что студенты смогут помириться. Вот только не учла того, что Гарри, раздражённый событиями этого дня, мириться в принципе ни с кем не будет. К уроку зельеварения, сдвоенному со Слизерином, он пришёл уже в состоянии бешенства. Терри нервничал, понимая, что Снейп не упустит шанса поиздеваться над его другом, и в этот раз Гарри может и не стерпеть. Он только поставил сумку рядом с вещами Мальчика-Который-Выжил-и-Был-Страшно-Зол, как Гарри покачал головой. — Не рекомендую, — тихо прошептал он. — Уверен? Ты ингредиенты-то нашинковать сможешь? Прости, но тебя всего трясёт. — Смогу. Зелье будет такое, что аж закачаешься. Попроси остальных отсесть на одну парту дальше. — Смотри, а то…. — Исключат? А мне-то что? — Минус десять очков с Когтеврана, — это Снейп, впорхнувший в подземелье, аки огромная летучая мышь, — а теперь живо по своим местам! Займёмся противоядиями! Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нём их действие. Профессор посмотрел на Гарри, и юноша понял, что Снейп его точно отравит. В этот миг он решился окончательно. Установил под котлом небольшой огонь и спокойно влил туда основу, пока профессор расхваливал Малфоя, добавил блестящую чешую и приготовился ждать. Снейп как раз подошёл к Гарри, собираясь в очередной раз пройтись по умственным способностям сына своего злейшего врага. — Мистер Поттер, у вас есть мозги?! Ваше варево напоминает….       И на этой фразе Гарри капнул драконью кровь в котёл. Повалил густой, едкий дым. Зельевар отпрянул и наложил тушащее заклинание. Именно оно и спровоцировало детонацию. Котёл разорвало, Снейпа окатило вонючей жижей, все замерли в ужасе, а Гарри невозмутимо спихнул остатки ингредиентов на пол и стал убирать пергамент и перья. — Ах вы несносный, самодовольный, наглый…. Раздался стук и не дожидаясь разрешения войти, в подземелье просочился Колин Криви. — Простите, сэр, — но в глазах гриффиндорца светилась радость. Видеть обляпанного Снейпа ему было приятно, — Гарри Поттера вызывают наверх. — Поттеру предстоит ещё час работы с зельями. Наверх он поднимется после урока. — Сейчас иду, — ответил Гарри и спокойно обошёл Снейпа по широкой дуге, демонстративно морща нос. — Поттер, можешь собирать вещи. К вечеру тебя не будет в этом замке. Тебя исключат. — Да мне всё равно, — снизошёл до ответа Гарри. Он даже не хлопнул дверью. Просто хотел свалить из этого дурдома, по недоразумению именующегося школой. Колин привёл Гарри в небольшую аудиторию. Столы были сдвинуты к дальней стене. Посредине оставили три стола, покрытые бархатной скатертью. Виктор Крам задумчиво стоял в стороне, поглядывая на присутствующего здесь Сириуса Блэка, Флёр и Седрик беседовали, а какой-то не в меру болтливый мужчина, улыбнулся Гарри, оттёр коротышку с колдокамерой и радостно ринулся навстречу Гарри: — А вот и наш Гарри! Гарри сделал несколько шагов назад. Сириус Блэк подошёл ближе, положил руку на плечо крестника и строго сказал. — Мистер Бэгмен, не напирайте, — а затем тихо, так чтобы только Гарри его слышал, добавил. — Не ссорься с Бэгменом, он не имеет реальной власти, но может изрядно навредить. А ещё здесь будет Рита Скитер, вот уж с кем будь втройне осторожен. Предупреждение было произнесено вовремя, от людей отделилась крашеная блондинка с ярко-алым маникюром. — Господа, — весело прочирикала она, — у меня есть идея! А давайте напишем статью со свежим взглядом со стороны! Пусть Гарри нам расскажет, как несостоявшийся участник, что он думает о Турнире? Она ловко ухватила Гарри и увела в пустую комнату, оказавшуюся чуланом для уборочного инвентаря Филча. Рита улыбнулась, посвёркивая в полумраке тремя золотыми зубами. Гарри едва удержался от того, чтобы поинтересоваться, не за излишне ли болтливый язык она их лишилась? Из сумочки журналистки выпорхнуло перо, ядовито-зелёного цвета, Рита не успела и рта раскрыть как перо стало выводить на пергаменте восхваления своей хозяйки. Сходу «акула пера» начала допрос, хотя в данном случае было бы правильнее сказать, работница пера и топора, приступила к своим заплечным делам. — Гарри, что же побудило тебя стать участником Турнира? И юный Поттер понял, что Риту не интересует ни сам Турнир, ни его участники. Она приехала специально, чтобы вытрясти как можно больше грязи о нём, во всяком случае, такие характеристики выдавала его тётка всем скандально-известным журналистам. Отвечать Гарри решил максимально обтекаемо, так, чтобы дать минимум информации, хоть и понимал всю бесполезность подобного подхода. — Невезение, и отчасти дурь, — ответил Гарри. — Даже так! — Рита наигранно всплеснула руками. — А что ты скажешь о Сириусе Блэке? Каково это жить с мрачным, нелюдимым человеком, который провёл в тюрьме так много лет? Он суров? Жесток? Обижает тебя? — Нет. — А ты помнишь своих родителей? — Нет, и закончим этот пустопорожний разговор. Гарри повернулся спиной и вышел. Рита, скривившись, смотрела ему вслед и нехорошо щурила глаза. Мальчик-Который-Выжил приобрёл мстительного, относительно опасного и немного влиятельного врага. Рита вышла вслед за Гарри и увидела директора Хогвартса. То ли она была глупа как пробка, то ли просто очень наглая, но при виде действующего главы Визенгамота она возликовала. — Дамблдор! Как поживаете?! Надеюсь, видели мою летнюю статью о Международной конференции магов? — Отменно омерзительна, — блеснул очами Дамблдор, — особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна. — Я только хотела подчеркнуть старомодность некоторых ваших идей, и то, что многие простые волшебники… — Слава Богу, — ответил директор, — я-то уж решил, что вы решили всем и каждому показать, что не смогли закончить Хогвартс. Присутствующие здесь же мадам Максим и Игорь Каркаров, а так же чиновники, обеспечивающие турнир, навострили уши, а Рита побледнела. Глаза её сузились, ноздри затрепетали, а директор продолжил, — перепутать законы Гэмпа с законами Голпалота, который и трансфигуратором-то и никогда не был, не каждому дано, но вы, мадемуазель, справились на отлично.       Пользуясь заминкой нахальной репортёрши, Гарри проскользнул в зал, где начиналась церемония проверки волшебных палочек. — Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам и гостям Хогвартса директор. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям. — Начнём с вас, мадемуазель Делакур. Мастер повертел палочку француженки в длинных пальцах, удивлённо приподнял брови и посмотрел на её владелицу: — Волос вейлы? — Да, его пожертвовала моя бабушка. — Да-да, я никогда не использую для своих палочек волос вейлы. слишком уж темпераментное изделие получается. Но, каждому своё, и если она вам подходит. Орхидеус! — и из палочки выскочил букет прекраснейших орхидей. Палочку Седрика мастер узнал сразу и начал вспоминать, как он её изготавливал. «По крайней мере, без рекламы можно обойтись?» — недоумевал и злился Гарри, а Олливандер тем временем выпустил спираль дыма из палочки пуффендуйца, а затем пригласил Крама. — Творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой…. — но поймал грозный взгляд болгарина, он замолк, хотя и ненадолго.- Толстовата, довольно жёсткая, двадцать семь сантиметров… Авис! Стайка щебечущих птичек вырвалась из палочки и стала носиться по комнате. — Так, кто у нас остался. Мистер Блэк. Позвольте посмотреть вашу палочку. Изящно, несколько лениво, Сириус вытащил довольно интересную палочку, представляющую собой квадрат в сечении, рукояти у неё не было, а по всему телу был вырезан узор из дубовых веток, листьев и корней. Чуть лениво он протянул её Олливандеру, тот внимательно рассмотрел её и удивлённо спросил: — Чья это работа? Я не узнаю стиля, но палочка прекрасна. Какая лаконичность, какое изящество. Чувствуется чёрный дуб и шерсть нунды. — Палочку изготовил Мордред Блэк и она не чета той, что сломали когда-то. Если бы только Сириус знал, как в данный момент он похож на своего отца, Ориона Блэка. Олливандер, однако, понял, что затронул весьма деликатную тему, замялся и произнёс заклинание. Ничего не произошло, палочка Сириуса Блэка была просто куском дерева. Олимпия Максим ухмыльнулась, Каркаров пожал плечами, он был уверен в своём чемпионе, да и знал, что Азкабан подтачивает мага, уничтожая его силу и веру в себя. В Сириусе Блэке он не видел конкурента своему ученику, зато, можно будет смело говорить, что в состязании Виктор одолел взрослого мага. — Палочка слушается только Блэка по крови и по духу, — с этими словами он поднял палочку, которую он забрал у Олливандера и выпустил из палочки огромную, чёрную змею. Та, свиваясь кольцами, уползла в дальний угол и сердито шипела ровно до того момента, пока Дамблдор не заставил её исчезнуть. А затем была фотосессия чемпионов. Рита успела сделать ещё и несколько снимков Гарри. Она готовила скандал, который поднимет продажи газеты раза в три, и материала уже набралось достаточно. И это только официального, а под общий шумок можно было собрать и массу сплетен.       Всё конечно. Подошёл к концу и этот кошмар. Все потихоньку расходились, а Гарри остался с крёстным. Естественно, он не заметил крохотного полосатого жука, ползающего по раме картины. — Гарри, ты как? — Сириус переживал за состояние крестника. — Не знаю, — честно ответил он, а потом спросил. — Правда, что чемпионы гибли на турнире? — Правда, но контракт не разрешает атаковать других участников. Я не погибну. Главное ты помнишь, что мне обещал? Не ходить на отработки к Снейпу. — Не пойду, крёстный, — и он прижался к Блэку. В первый раз сам пошёл на контакт.