"У моей мечты выцвели глаза"

Задание, которое поручил Мори было предельно простым: выбить долг у одной крупной фирмы, которую уже несколько лет крышовала Мафия, при сопротивлении - убить. Накахара совершенно не понимал, зачем он нужен на этой операции: на подобные задания обычно отправляли солдат, если только ситуация не требовала вмешательства спец.подразделения вроде "Черных ящериц" или Исполнительного комитета Мафии. Но насколько мог судить Чуя, в этот раз все должно быть стандартно, так что пока они ехали на место предстоящей сделки, он откровенно скучал. С тех пор, как Дадзай ушел, Огай вообще редко поручал Чуе что-то сложнее, чем подобные разборки. Это жутко раздражало. Неужели босс видит в нем только очередную пешку Дадзая? Но он ведь всегда показывал себя только с лучшей стороны на тяжелых заданиях, так почему? Накахара не знал, но и предпринимать пока ничего не собирался, так что он ждал развязки. И откуда у него появилась эта способность стратегически и порой хладнокровно мыслить? Случись такое года два назад, и Чуя побежал бы к боссу за объяснениями, или доставал бы Кое целыми днями, или мучался от безделья, но сейчас он в очередной раз ловил себя на мысли, что отправляясь на задание он сперва анализировал ситуацию и действовал не так импульсивно. Чуя хорош в ближнем бою, но планом и разработкой стратегии обычно занимался Дадз..- Чуя осекся. Какого черта. Так Мори что, просто хочет научить его действовать, как эта мерзкая Скумбрия? Он ухмыльнулся. А может, это было и не таким плохим решением. Солдаты обращались к нему как подчиненные, Чуя даже не заметил, как привык отдавать распоряжения и даже давать советы новичкам. Его тактики становились лучше, а навыки борьбы оттачивались. - Что нам делать, если все пойдет не по плану? - Мысли Накахары прервал один из коллег. - Убьем их всех. Чуя улыбнулся. Почему-то осознание того, что его ценят в Мафии - воодушевляло. В голове Накахары гремели выстрелы, и он улыбался. "Какие тут могут быть противоречия?" - проносилось в его голове. Чуя чувствовал, как бремя ответственности за успех этого простого предприятия аккуратно положил на его плечи Огай. Или Накахара сам принял эту ответственность? В любом случае, он был важен.

***

Элис рисовала уже десятого Ринтаро, умирающего в страшных муках, а сам Огай пил чай и пролистывал отчет о прошедшей операции. Он и не думал, что Чуя, со своим взрывным характером, так долго продержится. А это значило, что он готов к тому, чтобы в скором времени стать одним из членов Исполнительного комитета Портовой Мафии.

***

Мафии запрещено посещать бары, которые они крышуют, "поэтому ты и выбрал квартиру рядом с едва ли не единственным питейным заведением, где тебе можно будет появляться?" - шутил как-то Дадзай, когда они после очередного задания решили пойти выпить, но не знали, куда. Дадзай предлагал "Люпин", при мысли о котором сейчас Чуя только морщился от злобы. Но в итоге они пришли сюда, в небольшой бар с одноименным названием. - А ты можешь спать на потолке? - Осаму уже был изрядно пьян, когда они направлялись к выходу. До этого они обсуждали успешно завершенное дело, которое выводило Мафию на "сотрудничество" с одной из крупнейших компаний Европы. Это было одно из интереснейших дел за последние месяцы и, несмотря на постоянные перепалки, отметить его удачный исход было почти делом чести. Но после таких вопросов Чуя думал, что было бы гуманнее убить Дадзая прямо на переговорах, чтобы не мучился. - Ты идиот? - Нет, ну а что? ты ведь можешь на потолке есть, наверное и спать можешь! А когда ты понял, что больше не вырастешь, мини-мафия? - Дадзай не унимался и вскоре получил оплеуху. Чуя ненавидел эти дурацкие шутки всем сердцем, но то ли алкоголь так действовал, то ли день выдался удивительно хорошим, и он рассмеялся. Дадзай на секунду взглянул на него с удивлением и расплылся в самодовольной улыбке - А вот сейчас ты точно огребешь! - Шикнул на него Накахара. Фингал под глазом Дадзай гордо потом продемонстрировал Хироцу и сказал, что на него налетела шпана. Чуя тут же пригрозил ему и второй глаз подбить, но Хироцу подумал, что этот новый напарник Осаму едва ли не единственный, кто способен дать ему отпор. Так он считал и до недавнего времени. Увы, но Дадзай всегда действовал согласно своим интересам, не считаясь ни с кем, даже с Огаем. Трудно вообще было сказать, уважал ли этот человек хоть кого-то. Складывалось впечатление, что слова друга или врага не имели никакой разницы в его глазах. "Неужели тебе нужно было, чтобы твой друг погиб, чтобы ты его услышал, ублюдок!?" - Накахара думал об этом, и все больше склонялся к мысли развернуться и пойти домой. Но решив, что это глупо, он уверенно дернул входную дверь.

***

Войдя в бар, первое, что увидел Чуя - был темный плащ, висящий на вешалке при входе.