Прибрежье

— Дин, расскажи, пожалуйста, как работает эта вещь. Я вижу, здесь сложный механизм, — мистер МакКеллен внимательно осматривал разномастные ключи, стараясь не прикасаться к раскаленной поверхности. — Честно говоря, я только один раз заводил ее. Заиграла музыка, и мне она показалась связанной с моим сном. После этого я лег спать, и Эйдан поймал меня на обрыве, — Дин пожал плечами. — Думаете, это что-то вроде гипноза? — Пока не знаю. Можешь повторить действия? — Конечно. Поставив шкатулку на колени, Дин взялся за ключ, показавшийся ему ледяным, и повернул его два раза. Он ожидал любого эффекта и обещал себе не удивляться ничему. Музыка в этот раз звучала иначе, скорее неприятно. Звук стал дрожащим и напряженным, как будто механизм обиделся. — Нельзя ее выключить? — сдавленно пробормотал Эйдан. Дин только сейчас заметил, что тот бледен до синевы. — Сам не знаю, в чем дело! В прошлый раз она играла другое, красивое! Останавливать шкатулку Дин не умел, но, к счастью, мелодия оказалась короткой. Крэйг затыкал уши и строил отвратительные гримасы, Люк чуть морщился, с усилием сдерживаясь. Мистер МакКеллен улыбался, но тяжелая складка между его бровей говорила о том, что он тоже ощущает некоторый дискомфорт. — Как ощущения? — произнес он, едва затих последний дребезжащий звук. — Отвратительно! Мне показалось, что я заплыл в кишащее червями болото! — отозвался Крэйг и приложился к графину с водой. — Я видел шторм, который нес меня на скалы западного побережья, — негромко продолжил Люк. — Хм, как интересно, — мистер МакКеллен погладил бороду. — Я тоже ощутил один из моих кошмаров. А ты, Эйдан? — Дин. Я видел Дина. Он был на берегу, внизу. Мертвый, — последнее слово вышло только шепотом. Пальцы Эйдана тряслись, когда он полез за сигаретой. — Дин, что у тебя? — Если честно, то ничего. Просто неприятная мелодия, — он пожал плечами. — В прошлый раз было совсем не так. — Очень интересно. Как думаешь, почему? — Не знаю даже. Но вот ключик был теплый, а теперь холодный. И тогда я прямо почувствовал желание завести именно его, а теперь нет. Это считается? — Думаю да, — кивнул мистер МакКеллен. — А есть тот, который хочется потрогать? — Хм, нужно подумать! — Дин повертел шкатулку в руках, рассматривая резьбу. Он сам не знал, о чем думает сейчас, но его внимание как магнитом притягивал самый крупный из ключей, похожий на дубовое дерево. Узор вокруг него закручивался в тяжелые спирали, напоминавшие схематичное изображение морских волн. — Думаю, этот. — Заводи, — скомандовал мистер МакКеллен. — Я заткну уши, — сказал Крэйг. — Ненавижу червей! Эйдан придвинулся ближе, чтобы Дин ощущал его тепло. — Не бойся, — шепнул он. Ключ был теплым и податливым, совсем как в тот раз. Дин осторожно повернул его до упора — для этого понадобилось уже четыре оборота, — и замер в ожидании эффекта. Мелодия полилась будто со дна шкатулки, и в ней не было ничего неприятного. Тихий, успокаивающий перезвон, отдаленно похожий на монотонный говор моря. Дин зевнул, только сейчас сообразив, что смертельно устал и хочет спать. Остальные слушали с самым серьезным видом, но, похоже, в этот раз обошлось без тяжелых видений. Музыка кончилась, Дин отставил шкатулку на стол и посмотрел на мистера МакКеллена. — Ну что, эксперимент прошел удачно? — Сейчас узнаем. Кто что услышал? — Равномерное треньканье. Вот Эйдан, когда нервничает, так же дергает за шнурок жалюзи, — фыркнул Крэйг. — Нет же, щелчки! Словно щелкают пальцами, такой звук, — возразил Люк, удивленно глядя на него. — Эйдан? — с таинственной улыбкой спросил мистер МакКеллен. — Ну... я вообще услышал только тиканье часов, — смущенно признался он. — В моем случае было похоже на тихое дыхание. Но Дин, конечно, должен был слышать чуть больше... — Да, это правда. Была музыка, простая, но приятная. Как будто волны равномерно покачиваются в море. Должно быть, колыбельная, я сразу захотел спать. Но почему вы ее не слышали? Это так странно... — Разница в восприятии, — улыбнулся мистер МакКеллен. — Bocs o breuddwydion? — прошептал Люк, вздрогнув от своей неожиданной догадки. — Очень похоже. Думаю, она сделана лично для Дина, и в чужих руках правильно работать не будет. Интересная вещица, нужно расспросить Адама о ней поподробнее. А сейчас я предлагаю лечь спать. Дин, если ты не возражаешь, мы останемся здесь до утра. Дин не возражал. Он вообще плохо слушал последнюю часть обсуждения, потому что зевал, едва не разрывая себе рот. В результате они с Эйданом устроились в спальне, а остальные заняли гостиную. Засыпая в жарких объятиях, Дин смотрел на полоску света под дверью и слышал негромкое бормотание. — ...яйца ему выну через уши! — донесся более громкий возглас Крэйга, а потом все стихло. В этот раз сон был другим. Дин качался на волнах и смотрел в ночное небо. Погода была ясная, звезды отражались в морской воде. Из-за горизонта медленно выплывал месяц, желтый, как кусок сыра. Берегов не было, дна тоже — только небо и море, но Дин впервые в жизни, пожалуй, чувствовал себя так спокойно и уютно на воде. Он вдруг понял, что у него тело коня, почти как у Эйдана, только светлое. Ощущение собственной силы захлестывало с головой, питало чистым восторгом. Хотелось бесконечно загребать в воде тяжелыми ногами, пронзать гладь волн широким килем, чтобы белые оборки пены разбредались по бокам, обрамляя длинный шлейф следа… Во сне Дин плотнее прижимался к Эйдану и улыбался, а тот боялся дышать, чтобы не спугнуть его хороший сон. Утром ветер со стоном бросался в окна, даже вездесущие чайки не решались взлетать, отсиживались в своих маленьких укрытиях среди утесов. Дин начал слышать это еще до того, как проснулся по-настоящему. Ветер ворвался в его сны, взбаламутил воду, сорвал пенную пелену, возвращая его сознание в слабое человеческое тело. Первое, что увидел Дин спросонья, были взволнованные, темные от ожидания глаза Эйдана. — Проснулся? Дин коротко кивнул в ответ, улыбаясь. — Женщина не снилась? — Нет, — рот после сна с трудом открылся, — снилось море. Я был морским конем, как и ты. — Хороший сон? — с сомнением нахмурился Эйдан. — Да, хороший. А ты не спал? — Нет, я успею. Мне нужно было смотреть за тобой, и еще следить, чтобы никто посторонний не пришел. — А мог кто-то прийти? — Мог. Эти все могут, никогда не знаешь, чего от них ожидать. — Пугаешь меня, признайся, — Дин сонно улыбнулся. — Нет, совсем наоборот! Я хочу, чтобы ты знал, что со мной рядом ничего не случится, я смогу тебя защитить! — Потому что ты суперлошадь? — Потому что я люблю тебя, — Эйдан поцеловал Дина в нос и взъерошил его волосы. — Ну и потому, что суперлошадь, да. Радостно улыбающееся лицо Адама вытянулось, когда вместо Дина дверь ему распахнули три очень суровых коня. Четвертый, шепотом ругаясь, на ходу впрыгивал в штаны позади них. — Э-э-э-э-э... — сказал Адам, попятившись. — Ага-а-а-а! — торжествующе отозвались кони, втаскивая перепуганного парня внутрь. — Что вы делаете? Отпустите меня! Дин! — Тихо, тихо, друзья! Никакого насилия! — хозяин дома выскочил из спальни, натягивая свитер поверх водолазки. Крэйг едва слышно прошептал: «Жаль». — Адам, не бойся! Эти господа просто хотят задать тебе несколько вопросов насчет поделок! Адам прижимал к себе плетеную корзинку, накрытую салфеткой, и обиженно моргал. Разумеется, такого приема он не ожидал. — Что насчет тех штучек, которые приманивают фей? — прорычал Эйдан, сгребая Адама за одежду и прижимая к двери. — П-приманивают? О чем ты? Я ничего такого не делал! Я никогда... — Вчера ночью я едва успел поймать Дина у обрыва. Он ходил во сне и непременно разбился бы. Дин видит сон про одну из сестер Летнего Короля, его жизнь в опасности, а ты провоцируешь это! Ты думаешь, что Лив поделится с тобой, да? Хочешь урвать себе кусочек, и решил подтолкнуть Дина к решительному шагу, так? — Эйдан шипел едва слышно и очень зло. Мистер МакКеллен касался его плеча, готовый в любой момент одернуть внука. Глаза Адама становились все больше и больше по мере того, как Эйдан говорил. — Нет! — наконец взорвался он. — Я бы никогда не причинил Дину вреда! — Ну, это смотря что считать вредом, — хмыкнул Люк. — Я понятия не имел про леди Лив! Как это случилось? Где Дин мог попасть под ее влияние? — Шествие прошло мимо во время Самайна, — отозвался мистер МакКеллен. — Но Дин не смотрел, она сама подошла, незаметно для нас. Мы даже не знали. Адам неуверенно усмехнулся, зыркнул на Эйдана и разразился нервным смехом. — То есть это ты его вытянул и подставил, а теперь хочешь свалить вину на меня? Это ты, ты, чудовище, погубил его! Теперь только вопрос времени — когда он уйдет с ними, танцевать в вечном кругу! Эйдан нахмурился и ненадолго отвел глаза, но тут же собрался и встряхнул Адама, немного приложив затылком о дверь. — Прекрати истерику! Хочешь сказать, твои поделки безобидны? А зачарованная шкатулка, которая поет только для Дина? — Ящик снов, — всхлипнул Адам. — Это для того, чтобы искать гармонию в себе! Он показывает суть проблемы, позволяет видеть яснее. Я надеялся, что он поможет Дину разобраться в чувствах... — Отчасти помог, — задумчиво сказал мистер МакКеллен. — До этого Дин не помнил свой сон так четко и не пытался ничего предпринимать. Теперь мы знаем об этом и можем попытаться что-то сделать, хоть и далось это знание ценой угрозы его жизни. Дин вздохнул и отправился на кухню. Во-первых, он мало что понимал в происходящем, а во-вторых, конфликт явно переходил в стадию переговоров, так что все скоро захотят кофе. — Давай помогу! — Крэйг нарисовался на пороге почти мгновенно. — Давай. А чего ты не с ними? — Ну так это... мордобоя не будет. А в толкании речей я проигрываю деду и Люку. Зато вот я печеньки отобрал у этого пингвина ушастого! — он похвастался чуть помятой корзинкой. — Ешь, это же он тебе нес! — Не обижайте его, — покачал головой Дин. — Адам хороший человек. — Человек отличный, не придерешься, — Крэйг выгребал из шкафов чашки, ложки и салфетки. — Но поверь мне, он сам кого хочешь обидит. Не ведись на его безобидный вид, Адам та еще ромашка. Когда они вместе вышли в гостиную с подносами, все уже сидели за столом. Эйдан продолжал мрачно смотреть на соперника, но тот мастерски его игнорировал, уже полностью освоившись в новой ситуации. — Дин! Извини, я не знал, что мои поделки доставили тебе столько хлопот! Адам чуть покраснел, но выглядел вполне довольным. — Да вроде бы пока ничего страшного не произошло. А твои подарки мне очень понравились. Так что это я должен просить прощения у тебя за сегодняшний негостеприимный прием, — Дин поставил перед ним чашку и коротко улыбнулся. — Все в порядке, — Адам ответил тем же и обхватил ладонями теплый фарфор. — Ну прям-таки светский раут, — хмыкнул Крэйг, неохотно выставляя на стол честно отвоеванную корзину с гостинцами. — Ох, вот они где! А я переживать начал! — перехватив корзину, Адам полез под салфетки. — Так, эти творожные с изюмом, эти с сахаром, а с того края немножко имбирных! Я не думал, что застану здесь так много гостей, поэтому захватил мало… — Мы все равно не любим такую еду, — улыбнулся мистер МакКеллен. — Так что все это достанется вам с Дином, как ты и планировал. — Мне не особенно нравится, что вы говорите в моем доме так, будто меня тут вовсе нет. Эйдан тут же поймал его руку своей и принялся пожирать Дина глазами. — Ох, это невежливо с нашей стороны! Пока ты выходил, я в самых общих чертах рассказал Адаму, что произошло, — начал мистер МакКеллен. — То есть в ваших краях совершенно нормально для фермеров знать, что вокруг бродят феи, я правильно понял? — Дин безмятежно помешивал свой кофе. — Не совсем. Наша семья живет здесь уже очень давно, многие вещи пересказывались старшими поколениями. Мой дед разное видел сам, и он с удовольствием учит всему меня. Мы знаем побольше, чем другие окрестные жители, так я думаю. А как еще может быть, когда под боком обитают вот такие вот… — тут Адам немного замялся, — чудесные соседи? — Это просто лучшая шутка за всю неделю, — закатил глаза Крэйг. — Такое положение дел нам очень на руку. Адам и его уважаемый дедушка могу стать хорошими союзниками в деле спасения надзорного от угрозы быть похищенным феями. Мы со своей стороны донесли информацию до Адама, чуть позже сегодня я планирую также пообщаться с Сильвестром, а пока, похоже, что вам неплохо обсудить это между собой. Мы уже убедились в том, что Адам не планировал ничего вредного для Дина, так что, я думаю, ты мог бы оставить его ненадолго, Эйдан, — мистер МакКеллен старательно сдерживал улыбку. Если бы взглядом можно было пронзить насквозь, на месте Адама была бы уже приличных размеров черная дыра — так тяжело и подозрительно смотрел на него Эйдан. Кажется, он не верил ни единому слову соседа с холмов. — Эйдан, и правда. Ты же не поспал, голоден, тебе нужно погулять, — сказал Дин. — Иди! Я позову, если что-то пойдет не так, обещаю. — Хорошо, — тот тяжело вздохнул, поднимаясь. — Но я вернусь так скоро, как только смогу! — Вот и прекрасно, идем! — мистер МакКеллен отворил дверь и, уходя последним, обернулся. — Очень рад был повидаться, Адам! Передавай привет дедушке, сегодня ближе к вечеру я навещу его. — Хорошего дня, сэр! Непременно передам. Несколько секунд в доме было тихо. Тикали часы, шумела вода в трубах. Адам на глазах осунулся, улыбка его потускнела. — Дин, я поверить не могу, что все это правда! Ты не мог бы, пожалуйста, рассказать мне все еще раз, с самого начала? — Конечно, — вздохнул Дин. Рассказ занял не слишком много времени, но Адам долго выспрашивал детали и уточнял какие-то моменты, о которых прежде даже в голову не приходило задумываться. Печенье в корзинке почти закончилось, Дин заварил травяной чай. — Послушай... ты только сразу не кидайся на меня и плохого не думай, просто выслушай, хорошо? — нарушил Адам наступившую после рассказа тишину. — Ты не думал о том, чтобы согласиться на предложение леди Лив? — А? — Дин не ожидал такого поворота событий. — Нет, ты не думай, я этого вовсе не хочу! Но, может быть, тебе это могло бы показаться привлекательным. Мы — живущие в этом мире — потеряем тебя навсегда, поэтому я хорошо понимаю тревогу твоих соседей с маяка. Да что там — я сам готов бросаться в драку насмерть, если это освободит тебя. Но ты сам, чего хочешь ты? Вряд ли Эйдан или его дед рассказали тебе о том, что представляет из себя страна фей. Это беззаботное, счастливое место, там нет болезней, старости и счетов из банка. Ты смог бы жить столько, сколько пожелаешь, и ни в чем не знать недостатка. А когда бесконечная жизнь фей прискучит, тебя отпустят, и ты быстро и безболезненно умрешь — словно заснешь спокойным сном. Высшие феи живут по своим законам, Дин, они выбирают людей не по их происхождению или количеству денег, а по тому, что хранится в их душе. Адам говорил тихо и теребил край скатерти. Он боялся поднять глаза и взглянуть на Дина. — Ох, Адам. То, что ты рассказываешь, очень заманчиво звучит. Наверное, для многих это и есть мечта, досрочный рай. Но у меня в обычной жизни есть вещи, лишиться которых я не готов. Я люблю моего брата, хочу повидать друзей в Окленде, провести свою выставку. У меня есть любимые дела и непонятные обязанности, друзья, любимые люди. Я не хочу бросать все это, понимаешь? Есть то, о чем я буду сожалеть и тосковать даже в прекрасной стране фей! — Мне очень радостно это слышать, Дин! — Адам выдохнул с облегчением. — Прости меня, я должен был спросить об этом. Твоя воля в данном случае важнее всего, понимаешь? Человек сам может противостоять феям, но только если уверен в том, что он отстаивает. — Думаю, я достаточно уверен в этом. Дин невольно посмотрел в окно, но не увидел там ничего, кроме усиливающегося дождя. Адам проследил за его взглядом и слегка нахмурился. — Легче всего к феям уходят дети и одинокие люди. Но случалось и такое, что матери бросали своих детей вместе с мужьями. Надеюсь, твое желание остаться здесь достаточно сильное? — Я очень люблю кое-кого, кто не сможет пойти за мной следом. Этого хватит? Адам вздохнул, поковырял ногтем полированный кружок от сучка на столешнице. — Эйдан? — Эйдан. Некоторое время сидели молча, потом Адам тяжело поднялся и взял свою корзину. — Пойду. Надо с дедом поговорить, он мудрый, может, посоветует что-то. — Спасибо. Ты уверен, что хочешь помогать мне в этом? Я же не… не смогу тебя отблагодарить так, как ты мечтаешь. — Уверен. Дружбу никто не отменял, а ты хороший человек, — Адам поднял голову и улыбнулся. — Да, я хочу тебе помогать. Силуэт гостя растворился в дожде слишком быстро. Ветер сдувал с ног, в такую погоду бесполезно было брать зонты и дождевики; мимо несколько раз пролетали пакеты, мокрые листы газет. Наверное, объявляли сильный шторм, но Дин не слышал. Он стоял у окна и смотрел, как постепенно исчезает в дожде море, за ним далекие камни, потом обрыв. Мир превратился в сплошной дождь, маленький дом на клочке блеклой сырой травы будто плыл в мутном океане без неба и дна, и Дин представил себя на секунду жителем стеклянного шара. Кто-то тряс его слишком сильно, чтобы дождь шел во всех направлениях сразу. Дома было темно, хотя сутки еще только подбирались к полудню. Работать не получалось даже с хорошей музыкой и ярким светом — Дин чувствовал себя крохотной сухой щепкой, которую несет в неизвестном направлении бурный поток воды, собраться с мыслями никак не выходило. Он то и дело возвращался взглядом к шкатулке с музыкой, которая осталась лежать на краю стола, и наконец не выдержал. Взял ее и сел на диван. Проведя рукой по передней стенке, Дин почувствовал тепло в одном из ключей и не глядя повернул его. Мелодия в этот раз вышла совсем тихая, робкая, любой посторонний звук мог спугнуть и заглушить ее. Дин прикрыл глаза и замер на диване, вслушиваясь. Шкатулка шептала о силе корней, прорастающих сквозь камни. О том, как после самых суровых морозов приходит тепло, и деревья выпускают молодые листочки. О том, что любой дождь однажды заканчивается, а над облаками всегда светит солнце. Дин заслушался, тем более что мелодия стала сильной, шумной, уверенной. Она разрослась, как большая река вырастает из тонкого ключа, и теперь заполняла все вокруг, заглушая дождь и ветер снаружи. С последними радостными звуками кто-то ласково куснул Дина за ухо. — Кажется, моя принцесса совсем скисла от дождя. Должен ли я изменить ветер? — бархатный голос Эйдана тепло щекотал кожу на шее. — Наконец-то ты пришел, — сонно улыбнулся Дин. — Я услышал, как ты зовешь меня. Вот тут, — он взял руку Дина и приложил к своей груди. — Угадал? — Угадал, Эйдан. Оставь дождь в покое, пусть он идет так, как ему нравится. Однажды он просто кончится сам.