Анжелика и Пейрак не рифмуются никак

Назавтра Анж в Отель вернулась, Но вот с супругом разминулась. Пейрак интима не дождался И вмиг в Париж с утра умчался. К Ланкло поехал он на вписку — Развлечь речами одалиску. Вокруг об этом все судачат: «Неужто граф жену дурачит?». И шепчут тихо, без ремарок: «Он лютню ей везет в подарок, Обхаживать там будет даму — Представит сольную программу, Споёт, потом отдаст кольцо…». Перекосило Анж лицо. У ней аж кишки наизнанку: Муж ублажает куртизанку?! И ярость пламенем бушует, Да наша барышня ревнует?!.. «Не может быть! Я не такая! — Твердит, округу убеждая. — Не жду его и не скучаю! Задачу третий день решаю. Нужна от графа помощь просто, Как вычесть… икс из… девяноста». Сама весь день по полю скачет — А вдруг вдали Он замаячит? Ждёт каждый день его приезда И разговор начнёт с наезда: «Где был? Чей волос на рубашке? И от кого засос на ляжке? И на щеке след от помады? Вот только пудрить мозг не надо Речами про командировку, Имею ориентировку На пышногрудую мадам, Теперь я точно вам не дам!». Но де Пейрака нет и нет, Гнев превратился в пиетет. На каждый шорох Анж вздыхает — Когда супруг к ней прихромает? Ах, лишь бы он уже вернулся И ей глазами улыбнулся… Но снова гордость в ней стучится: «Не вздумай, милочка, смягчиться! Ты что, забыла? Он гулящий, Для нас совсем неподходящий! Марш вышивать, бегом на кресла — Не для него созрели чресла. Ему так просто не сдадимся, Уж лучше в девках засидимся!». Так, в ожидании Пейрака Анж познаёт нюансы брака: Супругу штопает носки, Трусы стирает от тоски, Взорвала печь, сожгла утюг, Надумала вбить в стену крюк — Погнула гвоздь, сломала дрель… Эх, разошлась мадемуазель! Трещит Отель, качает слуг… Дверь отворилась в залу вдруг: Фигура, шляпа и плюмаж, Приехал граф! Родимый наш! Пейрак «порядку» подивился И в пол супруге поклонился: «Я вижу, вы здесь не скучали, Свои уменья показали, — Коснулись его пальцы скулы, На подбородок вслед скользнули: — Ну, как дела у нашей крошки?». Вспотели у мадам ладошки, За ними пятки и подмышки, Жар от ногтей и до лодыжки, И наша Анж вся засияла: «По вам, супруг мой, я скучала!». Придвинулся к жене граф близко, К ее лицу склонился низко, Заставив девушку смутиться: «Графиня больше не боится?». Супруга глазки опустила И на полшага отступила, Взгляд бросила затем украдкой: «Вы остаётесь, граф, загадкой, Но с вами тайной поделюсь: Вас, муж мой, больше не боюсь…». *** Весенний день, трещат цикады, Полны гостями анфилады, Мужчины винчик попивают И бурно Фронду обсуждают. Беседа уж в пылу разгара, А наша Анж сидит у бара — До алкоголя добралась И с непривычки напилась. Игнорит бутеры на блюде, У ней смешались кони, люди, И красный нос чуток распух… Вдруг про КондЕ донёсся слух. Из прошлого пришло виденье Про заговор и отравленье: Шкатулка, письма и монах, С ее участьем планов крах, Бал, кутерьма, кузена дерзость И ситуации всей мерзость. Ларец запрятан на балконе, Опять по кругу — люди, кони, Судьбы лихие переплёты… Накрыли даму вертолёты. И наша Анж в хмельном настрое Глядит на графа, а их… трое. От шока даже заикала, Сознанье чуть не потеряла. Мутит, кружИтся голова, И ноги стали, как дрова. «Вы так бледны! Что с вами, душка?». Рванула от него девчушка. Так, не дослушав мужа фразу, Помчалась дама к унитазу… *** Всю ночь качается графиня: «Не буду больше пить отныне, Ох, лучше сразу умереть, Нет сил бодун такой терпеть!». Вдруг створка тихо приоткрылась, В дверях фигура появилась — Ну вот и смерть зашла проведать! «Меня хотите исповедать?», — Язык шевелится едва, Графиня наша чуть жива. Взглянул мужчина удивленно: «Горячка тут, определённо…». Не сняв ботинки, по коврам Сей гость направился к мадам. «За мной супруг ваш прискакал И на визите настоял. Теперь разденьтесь и дышите, Стесняться щас же прекратите! Давал я клятву Гиппократа, Врачую по сертификату. Я все же врач, а не мужчина», — Вдруг оттопырилась штанина, Как только дама оголилась… Впервые клятва пригодилась. Сундук у ложа разместил, К осмотру доктор приступил: Послушал через стетоскоп, Открыл Анж рот и взял соскоб, Проверил нос, потыкал в глаз, За грудь пощупал в пятый раз — Собрав у барышни анамнез, Выносит доктор свой диагноз: «На фоне винных возлияний Возник набор воспоминаний Из тайных уголков души. Вино так больше не глуши! — Наш лекарь грозно машет пальцем, Анж укрывая одеяльцем. — Даю рецепт на витамин В народе — антипохмелин. Пить утром строго натощак, Адью, графиня де Пейрак». Ее вдруг снова замутило, И спальню быстро закружило, Очередной позыв сглотнула И крепким сном мадам уснула… *** Проснулась Анж вполне бодра, Воды хлебнула полведра. Маячит дума про Пейрака: «Какой внимательный, однако, Пойду лицо прополощу И после графа отыщу». Вот, облику придав товарность, Готова Анж на благодарность. Дыша в платочек перегаром, Бредёт она по кулуарам. Тут муж выходит ей навстречу: «Сейчас, жена, вас рассекречу!» — Ее он за руку берет И в залу за собой ведёт. «Ну вот, случится, наконец-то!» — Анж в ожидании последствий. Уж целый месяц перед сном О торсе думает мужском, Сражаясь с буйностью фантазий, Вся ждёт любовных безобразий… Жену граф держит на крючке, Страсть отражается в зрачке, И, глянув на неё в упор, Он начинает… разговор: «Вчера меня вы напугали! Хочу, чтоб правду рассказали Про стойкое воспоминанье, Что помутило вам сознанье. Прошу, супругу вы доверьтесь, В моем участии уверьтесь». Вздохнула Анж, в глазах досада — Другого жаждала расклада, И вся охвачена неврозом, Ведёт рассказ, как под гипнозом: Про заговор и про Фуке, Про яд в зеленом пузырьке, И что ларец на дне пруда Припрятан ею навсегда. Склонился граф к жене в волненьи: «Я пребываю в удивленьи, Что все же вижу вас живой! Наш брак определён судьбой. Сказал мне врач, что вы ведунья, Какой пассаж: жена — колдунья, Супруг — сам дьявол во плоти, Мы инь и янь, как ни крути». Граф взглядом светит, как рентген, Застыла Анж, как манекен, У ней щека порозовела, Окно от страсти запотело, Бежит озноб по организму — Причина не в алкоголизме! Перестаёт быть вечер томным… Вдруг шорох в уголке укромном. Тут к шторе двинулся супруг, У Анж в глазах застыл испуг: «Неужто кто услышал тайну?». «Уверен, это не случайно, И не похоже на сквозняк, — К Анж наклонился де Пейрак. — Душа моя, отриньте страхи, Вы явно родились в рубахе, — Руки ее уста коснулись, Затем в улыбке растянулись, — Я вас едва не потерял, — Ее лицо в ладони взял: — Клянусь я с вами быть до смерти, Свою судьбу мне в руки вверьте, Готов ночами вас стеречь — Не дам мою колдунью сжечь!».