10 причин отказаться

Темно, тесно, но почему-то так уютно и тепло. Так хорошо мне никогда не было. Такое ощущение, будто я нахожусь в водной оболочке, где-то сверху слышится какой-то звук, напоминающий биение сердца. На душе почему-то очень спокойно. Моего тела что-то касается, пытаюсь убрать или хотя бы отодвинуться, но у меня почему-то ничего не выходит. Так странно, но я это почему-то воспринимаю как должное. Возникает чувство дежавю. Но уют сменяется удушением, я пытаюсь вырваться из тисков, но у меня это не выходит. Где-то впереди возникает свет (яркий, я бы даже сказала ослепляющий), и меня это чертовски пугает. Я не хочу туда! Пытаюсь отодвинуться подальше, все попытки заканчиваются неудачей. Выбор невелик: впереди непонятно что, с очень ярким светом, а здесь меня попросту расплющит. Там есть хоть какие-то шансы. Но мой выбор походу был неважен, за меня опять все решили. Какая-то неведомая сила начала выталкивать меня вперёд. Сначала голову, а потом и все остальное. Происходящие события я понимала смутно. Сначала был свет, слишком яркий. Я пытаюсь закрыть глаза, но он пробивается сквозь веки, вызывает слёзы. Тело окутывает холод, я ежусь. Вдыхаю холодный воздух, он обжигает меня. Лёгкие горят от этого воздуха, и я начинаю кричать. Боже, куда я попала, что это за чертово место?! Пытаюсь приоткрыть глаза, все расплывается. Меня окружают какие-то люди, вокруг меня суетятся, сверху множеством огней что-то светит. Неужели они передумали давать мне так называемый «второй шанс», а я оказалась настолько грешна, что моё место только в аду? — У вас девочка, — слышу я грубоватый мужской голос. Дальше меня передают кому-то на руки, меня обнимают, и тепло расходится по всему телу. — Моя малышка.. — шепчет мне в висок замученный женский голос. Погодите, это что это? Это как это? Это я родилась? А почему бы мою душу не закинуть в человека моего возраста? Я уже согласна даже на человека другого пола. Или уже в родившегося? Обязательно мне было рождаться заново? Это же чертовски неприятно!

***

Минус младенчества в том, что тебя постоянно клонит в сон. Ты засыпаешь моментально: засыпаешь, когда ешь, засыпаешь, когда думаешь, засыпаешь, как только проснулся, ты спишь всегда. В этом я убедилась на собственном опыте. Первые несколько дней я помню с трудом, точнее вообще не помню. И дело не в том, что большую часть времени я провела в царстве Морфея (хотя этот момент тоже учитывается), всему виной было отвратительное зрение. Все, что я могла увидеть, так это пятна в тумане. На сколько я поняла по словам моей.. эм.. назовём её женщиной, которая меня родила (немного неуважительно, но мать у меня уже есть, и эта женщина никогда ещё не заменит), моё имя — Лизэль. Ещё один минус — это кормежка. Я упорно не хотела питаться материнским молоком (мне был неприятен этот способ кормления), но через некоторое время голод взял своё, и я сдалась. Какая гадость! Моя нынешняя мать, имя которое было Софи (это я узнала из ее разговора с врачом), была весьма обеспокоена моим поведением. — Доктор, — говорила она, — мне почему-то кажется, что Лизи не нравится моё молоко. Как только наступает время кормления, она берет грудь нехотя, а на лице у неё отвращение. — Ну что Вы, Вам это просто кажется, Вы просто пережили сильный стресс, — отвечал доктор.

***

Прошло несколько дней после моего рождения, и нас наконец-то выписали. Мы приехали в мой новый дом. Там нас встретила моя новая семья, с которой мне предстоит прожить ближайшие восемнадцать лет. Все присутствующие считали долгом подойти и потискать меня, делали это весьма грубо и неуклюже, причиняя мне боль. Но стоило мне разрыдаться в голос, как одна половина отсеивалась, а вторая наоборот - начинала тискать меня ещё больше, при этом приговаривая: «А кто это там такой маленький плачет? А кто это такой расстроенный?» Женщина, уберите от меня свои руки, вы мне сейчас хребет сломаете! Не уметь говорить - весьма плохо. Наконец-то самый догадливый из родственников понял, что мне это не нравится, и попросил всех присутствующих ретироваться от меня.

***

Первый год моей жизни был весьма насыщенным и волнительным для моих новых родителей: это и мои первые (в этой жизни) шаги, и первые невразумительные слова, и, конечно же, куча фотографий, которые, по мнению Софи, были просто необходимы. Но радость моего существования в виде младенца омрачало несколько фактов: Во-первых — это неумение говорить, что не давало мне возможности выразить, что я хочу, а мои жесты и плач мало что говорили родителям. Во-вторых — это режущиеся зубы. Было больно и неприятно. А главным являлось то, что из-за этого я не могла нормально спать и мешала Софи с Трейлэром (мой отец, ранее я его не упоминала). В-третьих — со мной сюсюкались. Это, конечно, мило, но когда в прошлой жизни ты умер в подростковом возрасте (а это такой возраст, когда подобное поведение родителей просто раздражает), в нынешнем состоянии это невыносимо. Порой в перерывах между едой, сном и сном, я вспоминала прошлую жизнь. Вспоминала родителей. Вспоминала бабушку. Интересно, как там она? Оправилась ли от потери сразу трёх близких людей? Да и вообще, что было с ней, когда она меня нашла? Как там мой хомячок Джозеф? Жив ли он ещё? Или его хомячья жизнь пришла к концу? Как там мои друзья? Столько вопросов, на которые я не получу ответов..

***

Шли годы. Я росла, заново познавая мир. Снова первая любовь, новые друзья, первая ссора с родителями, переживания перед первым свиданием. Хоть я и испытывала это раньше, все равно все было как впервые. С каждым днём я понемногу меньше думала о своей старой жизни. За это мне было ужасно стыдно, и на тот момент мне казалось, что я предаю их всех. Это вгоняло меня в уныние. Некоторые незначительные события прошлой жизни начали стираться из моей памяти. Да что там, некоторые мои привычки стирались, некоторые черты характера изменялись. Но я никогда не забывала своих родителей, своих настоящих родителей. Все же, где-то в глубине души я надеялась, что однажды вернусь к ним.