Любопытный Лисёнок

— Как же я сейчас зол! — рычу и трусь лицом о твой живот. — Это ты меня разбудил? Чегось такое? Почему? — сонно ворочаешься и спрашиваешь, мило поглаживая меня лапкой по голове. Былой обиды как и не было. Как оказалось, ты тогда просто поспорил с Даром, умею ли я ревновать. Дар утверждал, что я буду ревновать и бешено. Ты же делал ставки, что такому милашке я всё спущу с лап. Итог был в целом понятен для всех, кроме тебя, моя дорогая дурилка. — Да просто взбесили. Кто вообще додумался сегодня мне с утра пары поставить?! Да после обновления чар на куполе?! Я же до ночи провозился! Порву! — Тискай. Раз разбудил. Я ожидаю. — Сейчас как прыгну на тебя, навалюсь всем телом и крепко-крепко сожму до хруста в косточках и буду рычать над ухом, пока чуть не успокоюсь. Или с кого-то лучше сразу содрать одеяльце и облапать всего? — Как хочешь. Я пока сонный. — Значит первое, — наваливаюсь и сгребаю в охапку, тыкаясь носом тебе под шею и начинаю тереться, перебирая руками твои рёбра, изредка покусывая твою тёплую со сна кожу. Но одеяло мне мешает и я его откидываю в сторону и начинаю тереться всем телом, уже немного успокоившись и перестав беситься. — Ещё немного и я буду ощущать себя когтеточкой. Но ладно, мне нравится, — потягиваешься, перехрустывая суставами. — Походу я о грёб себе только что нервный срыв. Да, странный он какой-то: хочется ничего не говорить, лишь рычать и слегка подпинывать предметы. А про себя орать! — Та ну не ори. Я ведь туть, — хватаешь за руку и затаскиваешь меня обратно на кровать, а ведь я уже думал идти собираться. Рывком запрыгиваю обратно и не мигая смотрю на тебя. Верхняя губа чуть дрожит, но я сдерживаю рык. — Дурашка, — тыкаешь пальцами в щёки. Немного офигеваю от такого и мои глаза расширяются. И я не сильно прикусываю твой палец — Э, адай. У тебя свои есть, — отбираешь из моих зубов палец и переворачиваешься на живот, вытягивая руки над головой. Утыкаюсь носом тебе в поясницу и начинаю сильно тереться об тебя лбом до электрических зарядов. Волосы спутались, но мне плевать. Надо хоть как-то перестать беситься. Совсем не хочу вновь потерять над собой контроль. Но полностью успокоиться не очень выходит. Хотя разбивать все предметы вокруг в мелкую крошку уже вроде и не хочется. Продолжаю нависать над тобой на вытянутых руках и чуть бодаю выше в спину. — И чегооо ты хооочееешь? — любопытствуешь, позёвывая, чуть повернув голову и приподнявшись на руках, прогибаясь в спине. Я же, хочу уже запустить руки меж твоих ягодиц и не только руки, но смотрю на время, психую, одеваюсь и иду вести урок. Вот пушистая жопа, возбудил!

***

— Мурру, потискаешь? — всё ещё валяется в кровати, потягиваясь с хрустом. — Вот ленивая попка! Значит я уже две лекции отвёл, а он даже не соизволил подняться с кровати? — удивляюсь, скидываю мантию и присаживаюсь на одеяло. — Нет, я поднимался. За едой. Но обратно лёг, — и зарываешься под одеялко. — Поднимался он… Это до тумбочки что ли? — расстёгиваю рубашку и скинув её, кладу руку на твой копчик и почухиваю, как зверя. — Хвост мой что-ли тебе надо? — непроизвольно подаёшься под руку, прогибаясь в спине и блаженно зажмуриваясь — Не, и так хорошо. Хотя… А давай, — и я тянусь, стягивая с себя ботинки и следом за ними штаны. Фырчишь и хвост тут же распушается прямо мне в нос. — Вот наглец! — а я уже разделся и заваливаюсь в кровать, ложась на бок рядом с тобой. Хватаю тебя за основание хвоста и чуть тяну вверх в отместку, утыкаясь лицом тебе в плечо. — И почему третий курс всегда самый оголевший? — вздыхаю я и начинаю поигрывать с твоим хвостом, ловя и наглаживая его. — Не знаю. Но скоро определённо узнаю, — усмехаешься, в очередной раз ловко вырывая хвост из моей руки и заезжая им по телу. — Ну спасибо что хоть по боку а не в лицо, — ворчу я и вновь ловлю тебя за пушистую шерсть, продолжая гладить. А мои глаза постепенно закрываются. Слишком хорошо и спокойно. — Сам захотел, — игриво урчишь и, привстав, тут же резко подпрыгиваешь, приземляясь на меня. Чувствую, точнее даже слышу, как у меня хрустит позвоночник и я взвываю. — Ну вот не ожидал я от тебя такой наглости! — А что? Я потискать просил, — и по-хозяйски ворочаешься, укладываясь поперёк меня лапами к верху. Хочу двинуться, но вновь слышу хруст костей. — Мелкий, встань. Ты меня угробить решил? Недовольно сползаешь вбок, садясь и выжидательно смотришь на меня, подёргивая хвостом. Пытаюсь подняться, а вся спина перехрустывает. Подтягиваюсь на руках и изгибаюсь, как недовольный кот, дугой. Помогает. Подтягиваю колени к животу, вставая на них и потягиваясь, сладко зевая. — Если ещё раз так прыгнешь, то я последую твоему дурному примеру. И когда ты вес набрал? Или кости у тебя вытянулись и ты потяжелел? — Ну ты же меня кормишь, — насмешливо фырчишь, подползая ко мне и ластясь. — Кормлю… — говорю недовольно и переворачиваюсь на спину, притягивая тебя к себе. — А вот возьму и перестану. Посажу на цепь и запру в комнате. Или и вовсе в темнице. Да, в замке она тоже есть. Под комнатой для игр находиться. — Чи-иво? — охреневши спрашиваешь, чуть приподнимаясь на руках, чтобы заглянуть в мои глаза. — Да я ж скелетом стану! — Да шучу я. Или ты действительно поверил? — удивляюсь я, смотря в твою прибалдевшую моську, — Ну во всяком случае про цепь. А темница в замке действительно существует. Воду от фундамента надо же как-то отводить. — Да с тобой не поймёшь, когда ты шутишь, а когда всерьёз… — и, расслабившись, плюхаешься обратно мне на грудь, слыша сдавленное ругательство. — Кажется, я и правда отъелся… — Вот ты это специально сейчас? Я и так малость задалбался. А ты меня ещё и ломаешь, — шиплю, но размещаю тебя удобней на своей грудной клетки. Вот только лишь бы головой или локтями не начал толкаться. Тяжёлый, а кости выпирают. Ну вот как так можно? — А ты на сколько интересно вымахал? На сантиметров пять или больше? Пытаюсь прикинуть, поглаживая тебя по голове. — Не мерил… Да и не помню, сколько был, — ворчишь, но успокаиваешься под нежными поглаживаниями. — А знаешь… Ты мне напомнил про комнату. Я всё хотел попробовать, — выуживаешь из-под подушки шарик с двумя ремешками по бокам и машешь им у меня перед носом. — Ты где кляп-то взял? — смотрю, внимательно и пытаюсь вспомнить был ли у меня такой в коллекции. — Ну, не помню… — видишь мой скептический взгляд. «Вот же, знаешь, что я почти ничего не забываю!» — Ладно, в кабинете у Профессора Листра нашёл, у нового зельевара. Который, помнишь, валерьянкой вонял… Но от этой вещицы не пахнет им. Как она туда попала, я уж и не знаю. — Кхем, — я аж поперхнулся и отвёл глаза в сторону. — Ну прости… Или это ты её там оставил? — непонимающе смотришь то на меня, то на вещицу. — У тебя много таких штук есть… — Думаю, тебе не стоит этого знать, Лисёнок. — Почему же? — откладываешь игрушку чуть в сторону, чтобы опереться на вторую руку, и нависаешь надо мной, пытливо смотря в глаза. — Ты с ним что-то сделал за то, что он ко мне приставал? — И да и нет, — уклончиво говорю, стараясь не смотреть в глаза. — Нет, Дарк. Расскажи, — ревниво кусаешь меня в шею и оттягиваешь за нежную кожу, заставляя чуть дёрнуть головой. — С Валерьяночником это на прямую не связано. Я просто летом, когда ты сбегал, с Даром там запирался. Думал, что вамп разгрыз игрушку и поэтому потом не искал. А Листр… Я его лишь «случайно» огрел. Кхем… упавшим шкафом. В общем, всё банально. — А у меня потом плохих оценок после этого «случайно» не будет? — недоверчиво поглядываешь и заезжаешь мне хвостом между ног. — Не думаю. Я был очень занят и бежал одаривать студентов знаниями. Усмехаешься и снова ощутимо впиваешься в мою шею зубами, но пока не до крови, а лишь до красных следов. Не дёргаюсь. Слишком лениво. Жду когда тебе надоест и ты сам отпустишь. Отпускаешь. Но не тут-то было! Почти сразу же вновь впиваешься в самое видное место, на этот раз прикусывая до крови. — Ари, мне больно, — говорю спокойно и продолжаю тебя поглаживать, не дёргаясь. Поднимаешь голову, облизывая кровь с губ. — Так заткни мне рот. Или не на столько больно? — усмехаешься и вновь впиваешься, на этот раз, проходясь острыми звериными клыками по ключице. — Да твоего дракона пером грифона да в задницу! Обалдел! — взбрыкиваю я, не выдержав и оттягиваю твою голову, хватаю кляп и запихиваю его бесцеремонно тебе в пасть. — Вот и лежи теперь молча! Преспокойно открываешь рот и высовываешь язык, когда игрушка падает обратно мне на грудь. — Застегнуть забыл. — Да твою магию! Арису! Выдеру! — хватаю тебя за волосы и впиваюсь в твои губы поцелуем. Отрываюсь от тебя, беру в зубы шарик и запихиваю тебе в рот, а магией щёлкаю ремешками за твоей головой. Ложусь обратно и выдыхаю. — Кажется, я наконец тебя заткнут. Чуть порыкивая, трёшься покрасневшей от возбуждения мордашкой о мою грудь, игриво повиливая распушившимся хвостом Перевожу вновь взгляд на игривого тебя и вздыхаю: — Поспать ты мне не дашь, да? — а руку бесцеремонно сую между твоих ног. Ну да, ожидаемо. Отрицательно мотаешь головой и фырчишь, чуть вздрагивая и напрягаясь, томно выдохнув, когда я чуть сжал твоё возбуждение. Закатываю глаза и за бёдра подтягиваю тебя к себе, укладывая на свою грудь, но так, что б я мог свободно двигать рукой по твоему органу. Другой же, я оглаживаю твою попу и без смазки, лишь с очищающим, просовываю в тебя палец. На удивление, шарик-кляп не мешает стонам, которые вырываются от каждого моего прикосновения к игривому тебе. Толкаешься на палец, пытаясь попросить начать двигаться, но я лишь дразню и извожу ласками… — Вот ну что ты так соблазнительно изгибаешься? — добавляю второй палец и начинаю двигать ими быстрее. — Я ведь просто тебя руками хочу довести, поумерь свой пыл, а то возбужусь и вожму на пару часов в кровать. А точнее, заставлю тебя с помощью заклинания скакать на мне. Ибо я слишком уставший. Арису Фырчу недовольно, но поддаюсь твоим рукам. Не хочу пользоваться мыслями, да и это, увы, лишь отвлечёт тебя от моего тела. А это последнее, чего я хочу. Даркнес Работаю рукой быстрее, зная, что тебе нужно не так уж и много. Просовываю в тебя третий палец и прощупав тебя пару раз внутри, нахожу нужное местечко и сильно надавливаю пару раз подряд. Извиваешься, чувствуя подступающее наслаждение, уже просяще подвываешь через стон. Челюсти сжимают шарик, но он на удивление крепок и спокойно переносит все мучения. А ты, уже не контролируя тело, впиваешься когтями в мои плечи. Шиплю и резко останавливаюсь, отводя кожицу до твоего писка и сжимая твой орган у основания. — Когти убррррал! — по слогам шиплю я и надавливаю пальцами в глубь и сильнее. Поскуливаешь просяще, но послушно, хоть и через помутившийся рассудок, разжимаешь пальцы, чуть вытягивая руки и вцепляясь в подушку, по бокам от моей головы. — Хороший мальчик, — и я продолжаю совершать поступательные движения рукой. А пальцы прокручиваются внутри тебя и не перестают надавливать на заветное местечко. Странно, вот ты на мне, а я даже не возбуждён, хотя и упиваюсь властью над тобой. Дар что ли постарался с утра, когда я на него наорал? Я ещё раз прокручиваю пальцами, чуть шевелю ими, убыстряя движения руки… И ты с диким стоном изливаешься, обмякая в моих руках, в бессилии пытаясь отдышаться. — Молодец, хороший мальчик, — вынимаю из тебя осторожно пальцы и краем одеяла вытираю себе живот и руку, укладывая тебя сверху мне на грудь. — Теперь-то дашь мне поспать? Вместо ответа утыкаешься носом в меня, чуть потираясь в благодарном жесте. Я тяну руки к ремешкам, но ты встряхиваешь головой. «Не снимай. Мне нравится,» — слышу твои мысли. — Как хочешь. А глотать разве не мешает? Дар всегда на это жалуется, — поглаживаю тебя по спине и натягиваю сверху чистое покрывало «Не мешает,» — и в подтверждение демонстрируешь, фыркая от моего недоуменного лица. — Ну и ладно. Тога я спать. Я совершенно не был намерен сегодня так рано вставать. И скажи потом Дару спасибо, за то что я тебя сейчас не изнасиловал, — и закрываю глаза не намереваясь более что либо делать.