Летопись города Хальдберга и его обитателей, их приключений, отважных и достославных. Книга первая.

В течении нескольких дней Эревард был хмур, подавлен и неразговорчив. Он сторонился Юстиана, не отвечал на его вопросы и был погружен в себя. Гвилла понятия не имела о том, как устранить упрямство и нелюдимость сына, который ни в какую не соглашался принять Юстиана, как отца. Через несколько недель после возвращения Юстиана Эревард, как обычно, бродил в одиночестве по заднему двору, где под одним из кедров, которых рядом было много, в честь чего и была названа таверна, находился курятник. У трактирщика Януса был и другой скот, но он обитал подальше, чтобы не смущать посетителей запахом. Главная несушка, Лотта, направилась к Эреварду, склонив головку набок и смотря круглым желтым глазом. Тот равнодушно вздохнул и сел на мерзлую землю, усыпанную осенними жухлыми листьями. - Эревард, милый, - послышался голос Гвиллы. Мальчик обернулся, обняв колени. Упрямство против неё и Юстиана вновь поднялось в нём. - Чего? – хмуро спросил он. Гвилла села рядом с ним, потрепав по голове. - Ты не любишь Юстиана? - Нет, - честно ответил Эревард. - А меня ты любишь? – Гвилла посерьёзнела и погрустнела, что было для неё необычно. Эревард молча, тяжело сопел носом. - Угу, - тихо сказал он наконец. - Мальчик мой, - начала Гвилла, обняв сына за плечи, - мальчик мой, то, что ты так себя ведешь, обижает не только Юстиана, но и меня. И ещё кое-кого. Рыжеволосый удивленно поднял взгляд. - Кого, матушка? Януса? Женщина загадочно улыбнулась. - Эревард, у меня для тебя замечательная новость. У тебя будет брат или сестра, и когда он подрастёт, вы сможете играть вместе. Он ещё сильнее нахмурился, продолжая сопеть. - Не нужен мне никакой брат. С ним придётся делиться игрушками и комнатой, а я не хочу. Это всё моё! И если кто-нибудь и появится, не видать ему ничего, как своих ушей! Гвилла испуганно охнула. Эревард вырвался из её рук и поднялся с земли. - Хоть бы спросил кто, нужен ли мне этот вонючий брат! Сюсюкайтесь с ним теперь, сколько влезет! – со слезами на глазах воскликнул он и убежал прочь. Очень скоро он был на ферме Януса. Зайдя в хлев, он вывел одного из козлов. Для лошади он был слишком мал ростом, а вот козёл годился в самый раз. Трактирщик уже не раз позволял ему ездить. Не без труда забравшись на козла, Эревард запустил руки в его густую шерсть, цепляясь как можно крепче. - Пошёл! – крикнул он, подпрыгивая на его спине. Козёл потрусил по усыпанной мокрыми листьями лужайке. - Не туда, не туда! – говорил мальчик со злостью, - выходи за ворота! Но козёл не понимал, чего от него хотят, и только трусил вокруг хлева с незадачливым всадником на спине. - Ну же, давай! Очень нескоро удалось бедному Эреварду выехать за ворота. Он устроился поудобнее на его спине, закрыл глаза и замер, погрузившись в стук копыт и шум ветра. Опомнился он только тогда, когда чьи-то сильные руки подняли его. Сквозь непрекращающийся шум ветра и холодного дождя, который до костей пробирал косыми струями, он слышал чей-то голос: - Испугался? Ну, всё в порядке, ты дома. Гвилла, я нашёл его, всё хорошо, только оставь нас пока. - Его надо отогреть, - взволнованно проговорила мама- её голос Эревард узнал даже теперь. Вскоре его усадили к камину, плотно укутав в одеяло. Рядом возник Юстиан, и мальчик хмуро уставился в огонь, стараясь на него не смотреть. Ему было стыдно. - Ты так сильно ненавидишь меня? – спросил он. Эревард молчал, не зная, что сказать. В его глазах стояли слёзы. - Послушай, - Юстиан убрал с лица сына налипшие пряди мокрых волос, - я, наверное, никудышный отец, но если как отца ты меня воспринимать не хочешь, могу я быть твоим другом? Молчание. Эревард боролся с собой, гипнотизируя взглядом огонь. - Ведь я же люблю тебя. Думаешь, если бы я узнал, что ты должен будешь родиться, я бы ушёл? Наконец, мальчишка покачал головой, посмотрев на отца полными слёз глазами. Юстиан улыбнулся уголками губ и раскрыл объятия. - Иди сюда. Не в силах больше сдерживаться, Эревард прижался к нему и тихо заплакал в плечо. Мужчина не пытался его успокоить, лишь прижимал к себе, давая выплакаться - Я рядом, - тихо сказал он. Даже перестав плакать, Эревард не отстранился. Совсем сонный, он как можно крепче прижался к Юстиану, который поднял его на руки и понес в сторону кровати. - Прости, - пробормотал Эревард сквозь сон, когда отец укрывал его одеялом. - Доброй ночи, мальчик мой, - сказал Юстиан. Но тот уже не слышал. Он спал.