Кроме того, что это судьба

      Исина выписали через сутки, запретив перенапрягаться и настоятельно рекомендовав постельный режим. Убеждённый трудоголик, айдол заявил, что не собирается валяться без дела, но обещал врачам урезать свой график вполовину на ближайшую неделю и обратиться в больницу снова, если почувствует недомогание.       Лили отзвонилась Сехуну и сама не понимала, почему попросила его оставить своё пребывание здесь втайне от остальных мемберов. Показалось ли, или макне и впрямь слишком легко и быстро согласился? Видать, ему самому не хотелось это афишировать и оправдываться перед хёнами.       — Я надеюсь, ты не уедешь, пока я окончательно не восстановлюсь, — хитро улыбаясь, спросил Исин, скорее утверждая.       — Но ведь работа и я…. — попыталась возразить девушка.       — Уладим.       Одно короткое решительное слово. Слово, которое придавало уверенность и не терпело возражений. Слово настоящего мужчины. Ей всегда хотелось вот так, чтобы решал мужчина, чтобы его решение было веским и окончательным, чтобы не она тянула семью, при муже, пассивно зарабатывавшем только на самое необходимое. Стоп! Какой ещё муж? Она ведь не была замужем! И откуда только лезут эти мысли о другом мужчине, другой семье, ребёнке?.. Может, и правда пора записаться к психологу?       Лили приехала к Исину домой. Квартира располагалась в двух уровнях: на нижнем кухня, ванная, музыкальная студия. На верхнем — спальня, второй санузел, маленький спортзал. Между собой этажи сообщались через помещение гостиной, совмещенной с балконом. Комната имела дизайнерское зонирование: за стеллажом с десятками книг на разных языках стоял современный стол с аккуратной компактной техникой: ноутбуком, многофункциональным устройством для копирования и печати, изящным ящичком с канцелярскими принадлежностями. У окна — круглый кофейный столик и два плетёных кресла. Уютно, свежо и просторно. Лили была в восторге от минималистичного дизайна, обилия натурального дерева в оформлении, сочетания естественных и ультрасовременных материалов.       Холодильник оказался забит едой, в квартире явно накануне прибирали, пахло свежестью и чистотой. Весь остаток дня после выписки Исин потратил на телефонные звонки, переговоры с менеджером, работу над новой песней в студии и еду. Лили могла сейчас лишь наблюдать за ним, любоваться и восхищаться его уверенностью в себе и трудолюбием. Когда стемнело, айдол плюхнулся в кровать, притянул возлюбленную в объятья и безмятежно заснул.       На следующий день он несколько часов присутствовал на съёмках, остальное время посвятил музыке и, кажется, сильно продвинулся в написании песни. Вечером предложил посмотреть вместе фильм, на её выбор.       Ночь была холодной, но Лили стало душно в спальне, и она встала, чтобы открыть окно. Прохладный ветерок мгновенно взметнул полы длинной шёлковой сорочки, пустив по коже мурашки.       — Если бы ты не обхитрила меня, я уже мог бы забрать своё, — раздался за спиной шелестящий голос. Знакомый, только вот Лили никак не могла вспомнить, откуда.       — О чём вы? — она повернулась, встретившись взглядом с мужчиной, лицо которого было… знакомым.       — Слишком вжилась в эту жизнь, да? Начинаешь забывать? Ничего, я постараюсь исполнить свою часть договора до того, как ты всё забудешь.       — Я не понимаю…       — Понимаешь. — Безапелляционно заявил ночной гость. — Я обещал устроить твою жизнь и найти любовь всей жизни для твоей дочери. Первый пункт выполнен. Со вторым я немного не рассчитал, но и его выполню. А потом приду за своей платой.       По коже забегали тысячи мурашек от бездушного угрожающего шёпота, а в голове мгновенно проскочили сотни картинок, и она с изумлением услышала собственный голос:       — Я хочу предложить тебе расторгнуть договор.       — Что? — в глазах мужчины заплясали красные искорки. — Ты ведь шутишь, да?       — Нет, — деловито ответила Лили, усаживаясь в кресло у окна. — Любой договор предусматривает возможность его расторжения. Хоть мы и не подписывали его на бумаге, наверняка мелким шрифтом где-то имеется оговорка. — Она смотрела в глаза мужчины спокойно, говорила со знанием дела и верой в свою правоту.       — Ты прекрасно знаешь, — с расстановкой заговорил мужчина, — что я не могу вернуть обстоятельства в их первоначальное положение. Уже никак. Следовательно, расторжение невозможно.       — Мы найдём выход. Всегда есть возможность договориться…       Речь девушки резко прервалась, когда холодная сильная рука сжалась на её горле, почти перекрыв дыхание.       — Нет такой возможности для нас. Но я могу нарушить условия договора и не выполнять вторую часть. Правда, я лишусь второй души, но твоя мне всё-таки достанется, — грозно прошептал мучитель, склонившись к ней.       Его лицо было так близко к её собственному, что она явственно видела, как красные искорки в его глазах превратились в молнии, бледные губы расплылись с демоническом оскале, рука на шее сжалась сильнее. Лили чувствовала себя парализованной, она не могла отвести глаза, не могла вырваться из его хватки, даже пошевелиться не могла. От ужаса и безысходности она мысленно звала на помощь любимого.       — Нет! — раздался смутно знакомый голос, принадлежность которого Лили не смогла определить.       Мужчина перед ней вздрогнул, повернул голову в сторону, сердито чертыхнулся и, отпустив горло девушки, испарился. Она тяжело задышала и закрыла глаза, дожидаясь, пока пройдёт дрожь в руках и ногах.       А когда открыла глаза, вскочила с кресла и помчалась в ванную. От такой хватки не может не остаться следов. Она включила свет над зеркалом, придирчиво рассматривая со всех сторон шею и вдруг замерла. Ничего. Просто ничего.       При ярком свете потолочной лампы, снова внимательно рассмотрев себя, она не обнаружила ни единого пятнышка.       Приснится же такое… И ведь какой реальный сон!       Выпив воды и немного успокоившись, Лили осознала, что сильно продрогла. Она закрыла окно в спальне и забралась под согретое телом Исина одеяло. Айдол машинально притянул её в объятья, тихо вздохнув, уткнулся носом ей в затылок. Разомлев в тёплых объятьях, она скоро забылась крепким сном без сновидений.       Утром Лили проснулась в постели одна. Подушка и простынь хранили следы тела, но уже остыли. Девушка встала, умылась и почистила зубы, накинула банный халат Исина, который был ей велик в плечах и отправилась на его поиски. Айдол обнаружился за круглым столиком у окна гостиной в тонком халате с капюшоном и мягких тапочках.       Такой уютный, домашний, но слишком серьёзный.       Исин размышлял о событиях прошедшей ночи и уже принял стратегическое решение, как вдруг услышал тихие шаги из спальни. Он поднял голову и улыбнулся:       — Привет, любимая. Будешь кофе?       Лили энергично закивала, отчего темные вьющиеся волосы упали ей на плечи, красиво обрамляя лицо. Исин улыбнулся шире, любуясь ею.       — Спускайся, я сейчас приготовлю.       Айдол прошел в кухню, достал из верхнего шкафчика банку с зёрнами кофе, насыпал немного в кофемолку, затем специальной ложечкой переложил молотый кофе в холдер и стал приминать его чем-то, похожим на старинную печать.       — Всё хотела узнать, как эта штука называется? — выглянула из-за его плеча Лили.       — Это? — Исин повертел вещь в руке, показывая гладко отполированную круглую поверхность. — Это темпер, он нужен, чтобы создать ровную поверхность, чтобы кофе дало равномерный насыщенный вкус и аромат.       — И откуда ты всё это знаешь? — восхитилась девушка, обнимая его сзади за талию.       — Ты верно забыла, что я пять лет жил в общежитии с помешанным на кофе Минсоком? Он ведь обучался немного на бариста и мечтает открыть свою кофейню.       — Правда? Тогда я хочу быть одним из его первых клиентов.       — То есть, личный бариста в моём лице тебя уже не устраивает? — хитро улыбнулся Исин, закрепляя холдер в кофемашине.       — Эй! Так нечестно! Я же говорю о поддержке твоего друга в его начинаниях, а не…       Лили вдруг растерялась. Что, если она сболтнула лишнего, что если обидела его или…       — Ой, прекрати, — добродушно попросил Исин. — Я же шучу. Я понимаю, правда. Обними меня покрепче.       Девушка послушалась, прильнула к его теплому телу и улыбнулась. Она всегда была счастлива, пока он рядом.       — Тебе с сахаром?       — Угу, на твой вкус.       Парень хмыкнул, положив одну ложку сахара, взял в руки молочник и стал нагревать молоко, затем вынул кружку с готовым эспрессо из кофемашины, добавил молока, почти профессионально сделав сердечко, и подвинул кружку чуть в сторону.       — Омо, прям как в настоящей кофейне, — изумилась Лили, вызвав у него усмешку. Кофе оказался вкусным, в меру сладким и крепким. Впрочем, её мнение необъективно, ведь из его рук все что угодно покажется вкусным. Она отпила пару глотков, блаженно вздохнув.       — Знаешь, мне сегодня снился сон. Такой неприятный. Но твой кофе почти спас меня.       Он знал. Слишком хорошо знал, поэтому не хотел, чтобы она продолжала говорить. Исин обнял возлюбленную, приподнял и усадил на столешницу прямо рядом с чашкой кофе. Положил руки ей на бёдра и притянул к себе.       Она погладила его ладошками по лицу, а потом стала покрывать поцелуями каждый сантиметр алебастровой кожи. Исин просто стоял и наслаждался её прикосновениями, лениво поглаживая колени и бёдра девушки, потом поймал её губы, чуть надавил, заставив их раскрыть и властно ворвался внутрь. Лили с тихим стоном ответила, прижимаясь к нему, но вдруг одёрнула себя, отстранила его:       — Син~а, но ведь доктор сказал — полный покой, и это тоже нельзя.       — Я не настолько стар, чтобы подчиняться всем условиям врачей, — хмыкнул айдол, снова потянувшись к ней губами.       — Не хочу, чтобы тебе стало плохо. Я себя не прощу, если…       — Не волнуйся. Я прекрасно себя чувствую. Ты для меня — источник сил и вдохновения. И я хочу тебя. Сейчас.       Решительность в его тоне настолько покоряла, что Лили замерла от восторга. До личного знакомства она, как и большинство фанатов, считала его нежной плюшечкой, поэтому было неожиданно приятно узнать, какой он на самом деле сильный и волевой человек. Именно такого мужчину она всегда хотела, а не…       В следующую минуту мысли мгновенно вылетели из головы, потому что Исин стянул халат с её левого плеча, нежно и одновременно страстно целуя обнажившуюся кожу, а его рука легла на её грудь, аккуратно сжимая и потирая.       Следы на её шее мог видеть только он. И они исчезали после его поцелуев. Много позже, когда разомлевшая от ласк, Лили нежилась в объятьях любимого, их руки переплелись, поглаживая ладони друг друга, Исин размышлял. Нужно было успеть. Обязательно. Он не может проиграть. Не в этот раз.