NEVER AGAIN

Сидя в своей комнате, куда меня перенес Сойк, пытаюсь вновь осмыслить случившееся, и что на меня нашло. - Ты как себя чувствуешь? – Опекун прошел в комнату. - Паршиво. - Честно признался. - Расскажешь что случилось? - Отец с детективом пришли в студию, а я сделал вид, что не знаю их и по-быстрому запрыгнул в такси. Не думаю, что они смогли догнать. - Сойк только присвистнул. - И что собираешься делать? - Не знаю. - Сжимаюсь в клубок на кровати. В голове каша, и на душе паршиво. - Интересно, как они тебя нашли? Тем более пришли в студию, а не в квартиру. У администрации здания не сложно будет узнать, кому она принадлежит. Как хорошо, что в тех документах указан мой старый адрес. В самом худшем случае думаю, у нас есть сутки. Но главное совершенно другое. Что ты хочешь? Подумай над этим. Ведь скрываться, вновь приезжать с места на место, как вначале, не самый хороший вариант. - Нет, конечно! У меня здесь группа, я ее не оставлю, ведь все только начало налаживаться. - Может попробовать спокойно поговорить с отцом, чтобы он тебя оставил? - Не знаю, я сбит с толку. - Ладно, есть еще немного времени, подумай, что для тебя сейчас важнее и чего хочешь. Что я хочу для себя? Да, я хочу увидеть маму, сказать, что со мной все в порядке. Но с другой стороны, что будет с группой, поймут ли меня ребята? Не посчитают ли предателем, как и Леда? Просить остаться здесь, разве мне разрешат? И что меня ждет в Японии? Родители мой поступок не оставят безнаказанным. Для меня это очень сложный выбор. Ведь будущее, которое возможно здесь, я хоть чуть представляю. Что лучше - скрыться и попытаться остаться здесь, или вернутся на родину в неизвестность? В груди спазмы, а на глаза наворачиваются слезы. Хоть я вроде и спокоен, могу размышлять, но все же почему внутри так больно? *** Всю ночь я провел в немой истерике. От всех этих чувств хочется зарыться поглубже, чтобы никто не смел тебя трогать и когда даже малейшее обращение как к маленькому начинает бесить втройне. *** Ближе к вечеру мне пришло сообщение от Рена с просьбой встретиться. Честно, я его не понимаю, - вроде его поступки наполнены решимостью, но стоит мне хоть чуть резче ответить он тут же уходит. Я сейчас боялся даже из квартиры выйти и встретиться отказался. Тут приходит следующее предложение, чтобы он сам пришел ко мне, но и так отказ. Не хочу сейчас кого-либо видеть. Стоило мне расслабиться, как в дверь позвонили, одновременно мне приходит сообщение: «Открой, это я». Хорошо, что Сойк был дома. Слышу, как он пытается его выпроводить, но не выходит. Гитарист - человек упрямый и опекун оповестил меня, что он впустил друга. Вежливый стук в дверь. - Входи. И сразу с порога. - Ты почему репетиции отменил? Да еще на неопределенный срок! – Возмущался он, пока не разглядел в тусклом свете настольной лампы меня свернувшегося под одеялом. - Что с тобой? - Просто нездоровится. – Голос сухой, безэмоциональный. - Не просто, что случилось? – Рен подошел ближе. И я решаюсь сказать. - Рен, это мои проблемы, прошу, запомни сам и передай другим. Если к вам придут, и будут расспрашивать обо мне или студии скажите: «Студию нашли через посредника и больше с ним не общаетесь, а обо мне знаете только имя и некоторую расплывчатую информацию». Ни в коем случае не давайте мой номер или номер Сойка. Все понял? - Кай, но с чего все это? - Просто сделай, как прошу, а сейчас уходи, я вам позвоню. - Кай… - Что? - Нет, ничего. Я все сделаю. – Его голос стал очень грустным, и в нем слышалась печаль. *** В таком состоянии я провалялся еще два дня. Странно, но отец так и не показался. Ребята заваливали меня сообщениями, спрашивали как я, и что вообще происходит, зачем такие перемены. И только Джек прислал мне сообщение с кратким «Тебя нашли?». Я оставил его без ответа. Сойк, которому надоело видеть мои самокопания, решил вытащить меня за город. В домик, где мы неоднократно были по выходным. Единственным подвохом в этой ситуации было то, что на въезде в частный сектор нас ждали ребята. Ирен с Томми как всегда над чем-то смеялись, Джек смотрел, явно ожидая ответов, а взгляд Рена был направлен в неизвестном мне направлении. *** Первым, что я сделал, разложив свои вещи, так это отправился на пляж, который был на заднем дворе дома. Мягкие волны так и пытались захватить в свои владения участки суши, но она умело противостояла. Лучи заката окрашивали все вокруг в цвета с добавлением желтого, оранжевого и красного. Обернувшись на шум позади, увидел Джека. Присев рядом со мной, мы некоторое время молчали. - Я ведь оказался прав? Тебя нашли? - Да. – Не стал скрывать я, веря, что он не выдаст ни врагам, ни друзьям. - В день прошлой репетиции они появились в студии, но я сделал вид, что они ошиблись. - Ты поэтому такой дерганый был? – Киваю в знак согласия. - Руки, тот продюсер, сказал, что к нему приходил детектив и … Договорить я не смог, со стороны дома послышался шум. Там явно была ссора, но ребята с Сойком прекрасно ладят, а значит причина в другом. Зайдя в дом, первое, что бросилось в глаза это пара полисменов, что удерживали Сойка. Остальные ребята стояли в проходе из кухни загороженному еще парой офицеров. Я кинулся к нему, но меня остановили. Отец… - Что здесь происходит? Отпустите его! - Юта, не пойми превратно, но это для твоего же блага, я не собираюсь спускать ему с рук похищение собственного сына. - Да кто ты такой, чтобы называть моего опекуна похитителем! - отец развернул меня к себе лицом, всматриваясь в глаза. - Что с тобой? Ты хоть помнишь, кто я? На этот раз соврать не получится. - Все я помню, мне мозги не промывали, как ты, небось, подумал. А теперь отпусти меня и Сойка, сейчас он мой опекун. - Нет, Ютака, не отпустят, он обвиняется в похищении, а ты возвращаешься со мной в Японию. Я не могу поверить, что сейчас творится? Почему все так? Обвожу взглядом комнату, Сойк даже не сопротивляется, но выражение его лица меня пугает. У ребят тоже видно кулаки чесались, они сдерживались, понимая, что с полицией лучше не связывается. Папаша не стал медлить, схватив меня за локоть поволок на улицу и усадил в машину. Меня привезли в гостиницу, где они, видимо, остановились. По дороге я услышал, как он заказывал билеты на ближайший рейс до Токио. *** Вылетели мы на следующий день. Мне даже не дали возможность собрать свои вещи, хотя отец принес мне какую-то сумку, на которой лежали документы Танабе Кая. Видимо они вламывались и в квартиру, хотя может дали возможность Сойку привезти мне вещи, на что я, если честно, надеюсь. Все это время мы даже не разговаривали, со мной обязательно кто-то был. Я очень сильно переживаю за ребят, как они. Что все-таки с опекуном? Ему действительно грозит обвинение или это был лишь способ забрать меня? Ведь он ничего не делал, только дал мне крышу над головой и возможность заниматься тем, что я хочу. Ну что ж пора возвращаться, и кто знает, что ждет меня впереди… Удачи мне… Конец второй части.