За рамки, или Новое пророчество

Гарри Поттер остался в апартаментах Флитвика в одиночестве. Как только патронус Гермионы сообщил про засаду в Годриковой впадине, Малфой молча выскочил из помещения, даже не закончив заклинания, которое накладывал в этот момент. Поттер подозревал, что отправился тот на поиски ближайшего рабочего камина, чтобы перенестись куда-нибудь, откуда можно аппарировать в мэнор. Нет, Гарри тоже волновался о семье и подруге, червячок беспокойства жрал его изнутри, но патронус ясно сказал, что они дома и в безопасности, а он (Гарри) еще не закончил осматривать жилище профессора. Оставалось обыскать ванную. Поттер пробормотал обнаруживающее заклинание, убедился, что в помещении пусто, и вошел. Окинул цепким взглядом старинный кафель, маленькую купальню, душ, зафиксированный на высоте около пяти футов, полочку, на которой лежали мыло, несколько косметических зелий и, внезапно, опасная бритва. Гарри присел, чтоб изучить туалетное зеркало над полкой. В нижнем углу оно было едва заметно забрызгано чем-то похожим на кровь. Количество указывало на неаккуратное бритье, то есть страха обнаружения трупа у бывалого аврора не возникло. Малфой что-то говорил про поиск по крови. Интересно, если кровь принадлежит Флитвику, можно ли применить ее для поиска? В тот момент, когда Гарри прятал образец в карман, зачарованный галлеон, нагрелся. «Возвращайся в мэнор немедленно», – гласила надпись на монете. Построение фразы не давало усомниться в ее авторстве – помяни слизеринца… Поттер как раз собирался спуститься вниз, попросить Минерву не паниковать и не заявлять пока в Аврорат о пропаже человека, когда директриса сама появилась в проеме двери. – Мистер Поттер, вам письмо из Министерства магии, – доброжелательно сообщила она. Гарри поблагодарил пожилую женщину, изложил свою просьбу, сообщил, что скоро вернется, забрал письмо и вызвал Кикимера. В кабинете Малфоя он появился с конвертом в руке. – О, вижу и у тебя такое, Поттер. – Что? – Письмо. Дай угадаю? Там написано, что дело о пророчестве закрыто и тебе нужно явиться в Отдел Тайн, чтобы получить свой Обливиэйт? – Я еще не вскрывал. Малфой протянул Гарри послания, полученные им и Гермионой, тот пробежал глазами по строчкам, затем открыл свое, и… убедился, что Малфой прав. Послания были словно написаны под копирку с поправкой на то, что Гарри был приглашенным специалистом из другого ведомства, а не непосредственным подчиненным подотдела 3Р/12. – Где Гермиона? Что будем делать? – Гермиона с твоей женой. Следит, чтоб Уизлетта не потратила все малфоевское состояние, нажитое за семь веков, обустраиваясь в выделенных комнатах. Мы решили, что нецелесообразно посылать за вашими вещами в дом, который уже был под прицелом. – Что там произошло? – Твоей жены и детей не было дома, когда Гермиона пришла. В доме была засада, она, не теряя времени, аппарировала с ними сюда. – Вы проверили? – Да, это они, Империуса нет ни на ком, маяков тоже, хотя она совершила ту же оплошность, что и ты ранее. Были бы маяки… – Что делать с этими письмами? Нам нельзя забывать об этом деле, и нам нельзя, чтоб тот, кто собирается наложить Обливиэйт, видел все, до чего мы докопались. Связи между мной и девочкой, которую ищем, и тобой и этой девочкой тоже должны остаться тайной. – Да, я уже думаю над этим, – в дверях появилась вымотанная Гермиона. – Пока что вижу два пути. Первый – продвинутая окклюменция. Но одно дело скрыть информацию, другое – не дать ей исчезнуть, Обливиэйт – очень своеобразное заклинание. Я читала про артефакты, делающие мага невосприимчивым к нему, но похоже, что это миф, попытка выдать желаемое за действительное. Второй способ проще, но тогда мы должны действовать поочередно. Сливаем воспоминания о пророчестве в Омут, накладываем друг на друга Обливиэйт, подправляя все, чего не должны знать министерские, затем снимаем собственный Обливиэйт и восстанавливаем картинку с помощью Омута. Минус этого варианта – два Обливиэйта – это опасно для мозга. – К тому же, – Драко в упор смотрел на Поттера и говорил, растягивая слова в своей обычной манере, – как удержаться от соблазна... не возвращать кое-кому память о забытом? Тот ответил на этот взгляд с вызовом. – Да, весьма заманчивая идея. Гермиона посмотрела на обоих, они на нее, и в серых, и в зеленых глазах одновременно мелькнула новая идея. Ведьма кожей почувствовала, что мужчины, не сговариваясь, решили вывести из-под удара ее, не возвращая воспоминание. – Нет. Вариант с Обливиэйтами и Омутом я отметаю, – безапелляционно заявила она. – Будем искать другие пути. – А пока никто из нас не должен появляться в Министерстве, то есть там, где служащие Отдела Тайн могут застать и принудить принять Обливиэйт. – Салазарова задница, – выругался Поттер, – а мне как раз нужна лаборатория! – Что тебе нужно? – спросила Гермиона. – Изучить кровь, найденную на зеркале Флитвика, – увидев, как побледнела подруга, счел необходимым добавить, – он скорее всего порезался при бритье, там буквально пара капель, нужно убедиться, что кровь его. Если это так, можно будет пробовать отыскать его по вашему методу. – Почему ты думаешь, что он… просто порезался? Преподаватель чар, который бреется магловской бритвой? – Гермиона, я много раз видел, как выглядят брызги крови, когда произносят режущее или пользуются холодным оружием. Я не знаю, почему он бреется магловской бритвой, но это факт. У него в ванной такая имеется. Вряд ли к Флитвику ходит бриться Слизнорт, но убедиться, что это кровь того, кого мы ищем, желательно прежде, чем начать с ней работать. – Я не эксперт, но посмотрю, здесь есть необходимое. – Спасибо, Герм. Я попросил Макгонагалл не поднимать панику, но вы же понимаете, что исчезновение профессора невозможно скрывать вечно? – Попробуем поиграться с кровью, это хоть какие-то действия! – Поиск по крови вообще не так происходит, да и Хог – магическое место, фон собьет с пути, – сообщил Малфой скучающим тоном. – Если бы было что-то… – Гермиона замерла с приоткрытым ртом, затем ее взгляд загорелся (как же оба присутствующих в кабинете мужчины любили это выражение лица!) и она экспрессивно выкрикнула: – Какие же мы идиоты! Гарри, у тебя еще есть Карта мародеров? Поттер целую секунду смотрел в одну точку, затем бросился к подруге, и с криком «ты лучшая» заключил в объятия. Малфой громко скрипнул зубами. Гарри вызвал Кикимера и потребовал принести с Гриммо его школьную сумку. Эльф вернулся спустя несколько минут. Поттер бережно развернул старую потертую вещь, достал из нее лист пергамента, пробормотал, что замышляет только шалость, и склонился над проявившейся картой. – Занимательный артефакт, – не смог сдержать восхищения Малфой. – Кто автор? – Сириус, отец Гарри, Люпин и Хвост, – поведала Гермиона. – Хм… Гениальная задумка! Поттер был польщен, будто похвалили его изобретение. Искать он начал с башенки, в которой обитал профессор, и оказался прав. Точка с именем Филиус Флитвик нашлась над собственными апартаментами, и судя по тому, что других присутствующих в помещении не наблюдалось, а точка по нему периодически передвигалась, профессор был определенно жив. В башне, видимо, находилась скрытая комната, где и решил отсидеться полугоблин. Конечно, нельзя было исключать, что кто-то запер его там, но это уже не сложно проверить. Облегченный выдох Гермионы потряс пространство кабинета. – Как туда попасть? – спросила она. – Думаю, Кикимер сможет аппарировать, он был какое-то время домовиком Хогвартса, а у эльфов есть доступ в любые помещения. – Гарри, давай, я пойду, – новоиспеченная леди Малфой говорила спокойно и рассудительно, – Филиус доверился именно мне. – Ты одна никуда не пойдешь! – Но… Это только трата времени! – застонала Гермиона. – Давно пора садиться за книги, рекомендованные Олденом, ты мог бы это сделать, пока я общаюсь с Флитвиком. – Тогда от противного. Я не знаю рун, так что вы садитесь за книги, а я отправляюсь общаться с профессором. – Еще нужно варить зелье и настраивать артефакт для поиска... Нарциссы, – проворчал Малфой. – Тем более, – Поттер щелкнул пальцами, вызывая эльфа. – Герм, передай привет Джинни, скажи, у меня работа. Кикимер почтительно застыл, ожидая указаний. – Гарри, – вдруг вскрикнула Гермиона, – ты не должен сейчас появляться в Министерстве, помнишь? – Да, – он на минуту задумался, – я выпишу себе командировку в связи с побе… в общем, придумаю. Кикимер, мне нужно в Хогвартс, ты же там работал, можешь попасть в конкретное помещение? – Кикимер может, хозяин Гарри. – Кто бы мог подумать, что мэнор снова перейдет на осадное положение, – медленно произнес Малфой, обнимая супругу и задумчиво поглаживая ее плечо. Она ободряюще сжала его пальцы и вымученно улыбнулась. – Завтрашнее слушание никто не отменял. – Панси! – задумчивость на лице Малфоя сменилась решительностью. – Вызови ее по магофону, пусть назовет время, я открою камин в Малой гостиной. Нам нельзя сейчас появляться в Министерстве. Она заварила эту кашу и теперь должна сама расхлебать. Пусть представляет твои интересы, напишешь поручительство. – Ты думаешь, она справится? Да Визенгамот будет настроен против меня исключительно потому, что я не явилась! Я – мать. – Розы тоже не будет. Ты – мать, ты бережешь ребенка от стресса. В уведомлении не было ничего о том, что девочка должна явиться на заседание, она слишком мала. Так почему бы тебе не увезти ребенка подальше от этого гнилого представления? – Ты прав, но как обставит это дело адвокат Рона, кто бы ни взялся его представлять? – Об этом поговорим с Паркинсон. Все будет хорошо! Она не устраивала бы этот… цирк с дрессированными пикси, если б не была уверена в результате. – Я хочу в это верить, но… – Доверься ей. Мы, слизеринцы, не подводим тех, кто нам помог, что бы о нас ни думали. – Хорошо. Слушай, я попробую отвлечься. В библиотеке. – Еще раз повторяю, все будет хорошо… – Конечно, – ответила рассеянно, мысленно уже составляя план набега на книги, – я могу сама попасть туда? – Давай проверим. По дороге в книгохранилище она набрала Панси и договорилась о встрече через два часа. – Клади руку, – инструктировал Драко, когда они подошли к двери в ее любимое помещение. Массивная дверь поддалась. – Сама справишься? Гермиона кивнула. Поцеловав супругу в лоб, Драко развернулся и отправился в кабинет, чтобы наконец заняться письмом матери и чтением китайских иероглифов. Получив от библиотечного эльфа обе книги, названные Олденом, и талмуд по ментальной магии, Гермиона задумалась о первоочередности задач. Ей через два часа придется отвлечься на Панси, так что садиться за расшифровку вязаных рун было глупо, на понимание алгоритма вязи могло уйти гораздо больше времени. Страница 131… она заглянула в книгу и разочарованно выдохнула. Что не удивительно для древнего рунического манускрипта, листы не были пронумерованы и даже сшиты, но не нужно было быть Мерлином, чтоб понять, что их не больше пятидесяти. Отложив «Сказания», Гермиона раскрыла их переложение. Эта книга была потолще, но… заканчивалась на странице 96. Что же имел ввиду Олден? Она только потратит время, если начнет заниматься разгадкой шифра, поэтому она отложила обе книги и углубилась в изучение окклюменции и легилименции. Из мира изысканий самого известного менталиста прошлого века Берни Смита, шестьдесят лет проработавшего дознавателем при службах Визенгамота, ее вывела лапка эльфа, похлопавшего ее по колену. Кажется, его звали… – Конни? – Гермиона доброжелательно посмотрела на существо. – Леди Гермиона, – домовик был смущен и планировал себя наказать, но хозяйку, похоже не разгневала его фамильярность? – Конни виноват, вы не отзываться, и я позволил себе… лорд Драко просить... сообщить... миссис Забини ожидает в гостиной. Гермиона оторвалась от книг и попросила эльфа-библиотекаря оставить их на столике. Она решила не аппарировать, а пройтись, чтобы переключиться. Из гостиной раздавались голоса. Она не собиралась подслушивать… – Панси, очень важна формулировка! – Я не тупая, Драко, не нужно повторять! – Роза должна остаться на попечении матери – Гермионы Малфой. Именно так! Слушать дальше Гермиона не стала. – Драко, о чем вы? – с подозрением спросила она. – О том, как сделать так, чтоб Роза стала полноценной Малфой. – Но ты говорил… – Да, но я решил перестраховаться. Совместная опека не годится для полновесной родовой защиты. – Привет, моя дорогая леди! – пропела Панси. – Да, здравствуй! – рассеянно поздоровалась Гермиона и повернулась к мужу. – Мне не нравится, что ты пытался это провернуть за моей спиной. – И мысли не было, просто решил не терять времени. Занимался письмом, поднял голову на гобелен, не понравилось положение Розы вне рода. – Малфои, не ссорьтесь. Я знаю о чем речь и как это исправить. Только, – глаза миссис Забини загорелись любопытством, – зачем вам нужно, чтобы Роза стала частью рода? – Защита, – Драко был краток. – Есть от кого защищаться? – осторожно спросила Панси. – Есть. – Панс, – подключилась к разговору Гермиона, – я так поняла, что вы с Драко до моего прихода обговорили этот вопрос, но мне важно знать… Теперь, когда мы сделали то, к чему, будем откровенны, ты нас подтолкнула, ты согласна защищать мои интересы в суде? – Согласна. Я только не понимаю, зачем вы притащили меня сюда, мы не могли встретиться в городе или у меня в офисе? Малфой закатил глаза. – Что именно непонятно, Панс? Ни я, ни Гермиона не можем пока что свободно появляться в местах скопления волшебников. – Сможешь ли ты представлять мои интересы в мое отсутствие, а главное, могу ли я быть уверена, что дело будет выиграно? – продолжила Гермиона гнуть свою линию. – Да, по обоим пунктам, если вы оба дадите слово, что это… никак не отразится на мне и моей практике. Не хочу снова в дерьмо, наелась когда-то. – Нет, не отразится, то, что происходит… никак не связано с этим слушаньем, – немного покривил душой Малфой, – про остальное, поверь, тебе знать не стоит. Ты в курсе, что является залогом крепкого сна. Панси окинула собеседников взглядом практикующего адвоката, поджала губы и решительно заговорила: – Роза будет вашей, если вы мне окажете встречную услугу. – Узнаю Слизерин, – насмешливо потянул слова Малфой. – Слушай, Драко, я устроила твою жизнь, ты мне вроде как должен… – Твоей наглости нет предела, Панс, я даже восхищен! Ты прекрасно знаешь, что думаем мы с Гермионой о твоем вмешательстве. – Но получилось же лучше некуда, – усмехнулась Панси. – Вы с тактом ходите разными дорогами, Панс, – пробормотала Гермиона, покраснев. – Ничего невозможного я не попрошу. Я хочу, чтоб ты, Драко, поговорил с Блейзом, убедил его отказаться от должности. Если у Драко не получится, то рассчитываю на тебя, Гермиона. Меня он слышать не хочет! Что кроме престижа он получил? Я его не вижу, он за неделю будто… перестал быть собой! Он потух, меня это пугает. Малфои обменялись напряженными взглядами. – Панси, – начала Гермиона осторожно, – ты как… в ментальной магии? – Никак, ты же знаешь! Появление Кикимера прервало разговор самым наглым образом. – Вернулся хозяин Гарри, – провозгласил домовик. – Просит господ пройти в кабинет. – Панс, я обязательно поговорю с Блейзом. А насчет того, что мы обсудили, если… он согласится, я пришлю тебе сообщение на эту драклову штуку, – Драко кивнул школьной приятельнице и повернулся к жене, – иду, догоняй. – Панси, – спросила Гермиона нервно, – кто согласится? Что еще вы с Драко задумали? – Спроси его, – пожала плечами Паркинсон. Гермиона поняла, что больше ничего от нее не добьется, поэтому вернулась к насущному вопросу. Она попросила у Панси официальный пергамент и написала поручительство, затем передала свидетельство о браке, на котором проступали руны маназ и дагаз как символы брака, скрепленного магически. – Мы обязательно переговорим с Блейзом на днях. Завтра… в твоих руках наша с Розой судьба. Я полагаюсь на тебя целиком и полностью. Никогда не думала, что смогу на кого-то взвалить такую ответственность, но… мое появление в суде может закончиться тем, что у Розы не будет выбора, кроме как остаться с отцом. Все серьезно! – она поддалась порыву и обняла приятельницу. Паркинсон выглядела испуганной, но польщенной. – Я не подведу, подруга, – коронная интонация я-Панси-и-все-могу не скрыла всех эмоций. – Дай знать, когда… все закончится.

***

Когда Гермиона вошла в кабинет, Гарри сидел с опущенными плечами на стуле, а Малфой нервно ходил по помещению взад-вперед. – Извини, ничего не получилось! – Поттер поднял на Гермиону усталые глаза. – Я не смог определить, какое заклинание он применил, Финитэ инкантатем не сработало. Кикимер не смог меня перенести дальше его ванной, похоже, что зеркало – вход в это помещение. Я стучал, орал… Это так… тупо… видеть по карте, что он в семи футах надо мной, и не иметь возможности к нему попасть. Поговорил с пустотой, да. Попытался воззвать к его совести. Повисло тяжелое молчание. – Ты кровь не посмотрела? – снова встрепенулся Гарри. – Какой в этом смысл теперь? Когда мы его нашли и знаем, что скорее всего он кровью запечатал свое убежище? Усталость навалилась на Гарри многотонной глыбой. Он почти заснул, на периферии отключившегося сознания вертелись Флитвик и его кровь. Поттер с трудом стряхнул оцепенение. – Запечатал? Ты думаешь в этом дело? Поэтому я не смог подобрать заклинание-отмычку? Это связано как-то с тем, что он... гоблин-полукровка? – Ну он сильнее среднестатистического волшебника, и вполне вероятно, что дело в гоблинской крови. – То есть его успехи в заклинаниях можно списать на это? – Волшебники много столетий держат монополию на палочки и не допускают к ним гоблинов. Одна из причин – мощная магия гоблинов, если ее направить через палочку, она будет слишком сильна. Так что... вполне вероятно. Гарри взбодрился: – Олден говорил про то, что девочку ищут и другие СУЩЕСТВА, он выделил это слово в речи, это резануло по ушам и во время разговора, и при просмотре воспоминаний. Полугоблин Флитвик откуда-то знает, что ей грозит опасность. Не много ли совпадений? Вдруг ее ищут гоблины? – Филиус был бы последним, кому об этом доложили. Гоблины не любят полукровок настолько, что нетерпимость чистокровных к маглорожденным волшебникам, – она извиняющимся взглядом посмотрела на Драко, – просто меркнет. Я достаточно долго с ними проработала. Если с людьми они держатся просто надменно, то плоды адюльтера между гоблином и человеком раньше истребляли вместе с согрешившим родителем. Они считают такие союзы надругательством над природой, – Гермиона помолчала некоторое время и продолжила размышлять вслух: – Империо на Розу наложил человек, я отдавала тебе ее смутное воспоминание, фигуры высокие, да и Кикимер сказал, что на Гриммо были люди, уж он-то не спутал бы людей и гоблинов. В Годриковой впадине в нас летели заклинания из палочек. – И то правда. Поверить в то, что гоблины работают на людей или люди на гоблинов, сложно. У нас есть личный опыт… непосредственного сотрудничества. – Возможно, – подал голос Малфой, – есть две группы, которым нужна девочка. Или больше. – В пользу участия гоблинов реплика Олдена, где упоминаются существа, и книга, которую он рекомендовал. Кстати, в книге и переложении страниц гораздо меньше ста тридцати. Я не знаю, что он имел в виду. – Какой код имеют гоблины в каталоге волшебных существ? – 535, 131 – код… вейл? Стоп! – Гермиона посмотрела на соратников круглыми глазами. – Может, не гоблины, а вейлы хотят заполучить девочку? Вейлам палочки не запрещены, просто они и не нужны им. Они более адаптированы и вовлечены в волшебный мир. – А… может, и те, и другие? – Слабо представляю ситуацию, которая заставила бы работать вместе вейл и гоблинов. Мне кажется, мы фантазируем. – И тем более вряд ли волшебным существам удалось бы проникнуть в святая святых Отдела Тайн и убить главу одного из ведомств. – Давайте, возьмем за аксиому, что мы имеем дело с двумя группировками, у каждой из которых свой интерес. – И чтоб узнать в чем суть, нам нужен текст пророчества. Могли ли быть там помянуты вейлы как вид, что позволило одной из них забрать шарик? – Звучит правдоподобно, но опять же проникнуть так глубоко в отдел… – Гарри, нам было по пятнадцать, когда мы туда проникли! – Не думаете, что об этом есть в книгах, про которые говорил Олден? – Я решила, что двух часов мне не хватит, поэтому только убедилась, что страниц меньше 131, и села за окклюменцию. – Значит, я поработал наиболее плодотворно, – сообщил Малфой с намеком на самодовольную улыбку. – Основа поискового зелья настаивается, с письмом… получилось. Не смотри так, Поттер, я не желал его читать ровно настолько же, насколько ты показывать. А хрустальная пирамидка, – он выдержал театральную паузу, – та-дам! может выполнить роль родового камня. То есть не совсем его роль. Принцип действия совсем другой, но... Объяснять долго. Важно, что мы почти готовы к ритуалу. – Это замечательно, – Гермиона была вымотана и немного уязвлена тем, что Драко продвинулся в своих изысканиях без нее, поэтому отреагировала не совсем так, как ожидал Малфой – вместо демонстрации бурной радости от прорыва, выдавила из себя всего лишь вежливую улыбку. – Если на данный момент мы обсудили все, я бы вернулась в библиотеку. За ней закрылась дверь, Гарри стал придумывать предлог, под которым можно было бы не идти к семье. Малфой прервал его мыслительный процесс. – У нас есть еще одна проблема, которую мы не успели обсудить. Нужно придумать, куда засунуть вашего Уизли с глаз долой, но так, чтоб его не достали наши… оппоненты. Не то чтобы мне его было жалко, но слишком вероятно, что это попробуют повесить на кого-то из нас. И у меня есть идея.