За рамки, или Новое пророчество

Драко Малфой произнес непростительное не впервые в жизни, он научился накладывать Империус в шестнадцать, но такого с ним не происходило никогда. Вместо ожидаемого контроля над чужим разумом он ощутил, как через открывшийся заклинанием канал ментальной связи липкие сильные щупальца проникают в его голову, пытаясь в свою очередь подчинить, а наткнувшись на сопротивление, причинить такую боль, чтобы сил противиться не осталось. Голова трещала и, казалось, сейчас расколется, как грецкий орех под давлением орехокола. Кто-то прокричал: «Аресто моментум». Малфой уловил это краем измученного сознания, понял, что самого страшного не случилось, и позволил себе провалиться в желанную густую темноту.

***

Гермиона с ужасом наблюдала, как очертания фигуры Нарциссы ломаются, меняются и перестраиваются, она интуитивно выхватила палочку и направила на самозванку, но палочка едва не выпала из рук, когда рядом с ней оказалась… худенькая темноволосая девочка. – Мама сказала, вы поймете, – испуганно проговорила она. Краем глаза Гермиона заметила движение за окном, и, почти не осознавая, что делает, подхватила заклинанием кого-то, летящего с верхнего этажа. Позже, дрожащими руками прижимая к себе дезориентированную дочь, она возблагодарила выработанные годами практики рефлексы, заставившие ее руки действовать без контроля головы. Но это было позже, сначала она, не помня себя, бросилась во двор, где Роза поднималась на ноги. Осмотрев ребенка на предмет увечий и убедившись в их отсутствии, Гермиона набросилась с вопросами, ни на один из которых у Розы не было ответа. Подошедшие мальчишки сказали, что она долго не двигаясь стояла в окне, а потом полетела вниз, и если бы не… об этом Гермиона ни слышать, ни думать не хотела. Волшебницу, пережившую войну с Волдемортом и пытки безумной Беллатрикс, трясло, она физически не могла отлепить рук от дочери. Деликатное подергивание за рукав заставило Гермиону обернуться. Ах да, все произошло в тот момент, когда она обнаружила рядом с собой Камиллу вместо Нарциссы. – Я могу узнать, где сестра? – тихо спросила девочка. Шок стал понемногу отступать, но до ясного мышления Гермионе было еще далеко. Она подняла глаза на окно, из которого… Мерлин! – Ты была с Корой? – спросила она дочь. – Да, – задумчиво проговорила Роза, а затем уточнила, с присущей ей дотошностью: – Корнелия попросила у меня украшения, которые дал… мистер Драко, сказала, что очень надо, я сняла их, а дальше… ничего не помню. Нехорошие предчувствия заворочались под ребрами, отдаваясь тянущей болью в зубах. Стараясь не напугать ни свою дочь, ни дочь Нарциссы, Гермиона осторожно отцепила от себя ручки Розы и повернулась ко второй девочке. – Подожди несколько минут, я сейчас посмотрю как она, и поднимешься. Но и Камилла, и Роза вошли не с ее разрешения, обе взбежали на второй этаж, услышав крик, который Гермионе не удалось сдержать при виде двух бездыханных тел. На кровати лежала Корнелия, а на полу, такой же бледный как сестра, распластался Драко. И именно эту картину, дополненную застывшими в ужасе Гермионой и двумя девочками, застал вернувшийся несколькими минутами позже Гарри Поттер. В отличие от подруги, пережившей за этот день уже два потрясения, Гарри быстро сориентировался. Сначала он подскочил к Коре и приложил руку к шее, а затем проделал то же самое с Малфоем. – Живы! – выпалил он. Гермиона, кажется, только сейчас выдохнула. Она медленно осела на пол, пытаясь унять дрожь. Поттер попробовал Эннервейт, но был резко остановлен подругой, напомнившей, что к девочке нежелательно применять магию. В голове у Гермионы царил сумбур, ее снова трясло, тело отказывалось подчиняться. Прижать бы к себе дочь и ни о чем больше не думать, но она прекрасно знала, что не поступит так. – Конни, – позвала она домовика, – принеси мне успокоительное и тонизирующее. При взгляде на явившегося эльфа леди Малфой не смогла побороть новый приступ дрожи, она вспомнила странное психически нестабильное существо, в обществе которого провела несколько часов, в обществе которого оставила… Нарциссу. Этот факт все еще требовал осмысления. Пока домовик выполнял приказ, она применила несколько диагностических заклинаний к мужу и немного успокоилась – Драко был без сознания, но стабилен. Но его тело на полу – неподвижное и такое беспомощное – вызывало бурю эмоций, казалось, эта картинка отпечаталась на обратной стороне век. Нет-нет-нет, нельзя размякать, ей необходимо оставаться собранной. – Отлевитируй Драко в соседнюю спальню! – будто со стороны услышала она свой голос. Друг без лишних вопросов выполнил ее просьбу. Когда он вернулся, в комнате оставались только Гермиона и бессознательная Корнелия. За время отсутствия Гарри Гермионе удалось немного успокоить девочек и отослать их к Скорпиусу, озадачив Розу опекой Камиллы, – мамин Лисенок любила получать и выполнять «взрослые» поручения. Гарри хотел о чем-то спросить, о чем-то очень важном, но вопрос вылетел у него из головы. Раздался легкий щелчок, и последняя из электрических лампочек, освещавших помещение, погасла, а Гермиона немного виновато спрятала обратно в рукав палочку. В данный момент у нее не было сил объяснять, где Нарцисса и что за девочка стояла около Розы. Потом она расскажет обо всем. А сейчас нужно понять, что здесь приключилось и оказать помощь пострадавшим. Она сухо пересказала Гарри факты, упустив часть о Камилле. – Я подхватила ее Аресто моментум уже почти у самой земли, – ведьма старалась держать себя в руках, нельзя пускать в голову мысли о том, что могло случиться, появись она чуть позже, ведь была идея проверить, действительно ли на горизонте появятся башни Хогвартса, если пройти немного влево от места, куда привело зелье Поиска. Не реши Гермиона, что важнее быстро поделиться новостями с Гарри и Драко, здесь бы произошло непоправимое! Она могла потерять Рози! Ее опять затрясло, и ей опять захотелось прижать дочку к сердцу. – Альбус, Скорп и Джеймс говорят, что Роза долго стояла на подоконнике, они были во дворе и пытались придумать, как ее ловить. Сама Роза помнит, что Кора попросила ее отдать защитные артефакты. Дальше провал. Я поднялась сюда и увидела то… что увидела. Моих познаний не хватит, нужно звать целителя... – дракл, Нарцисса, кажется, не говорила им, кто лечил Корнелию, да и помяни она сейчас Нарциссу, легкий Конфундус перестанет действовать, и Гарри спросит, куда та подевалась. – Ты действительно доверяешь колдомедику, который занимается Джинни? Гарри кивнул. – Приведи его. Сможешь объяснить ситуацию? – Не уверен, – честно ответил друг. – Девочка семи-восьми лет. Почти парализованная и лишенная зрения из-за поражения мозга. Поражение мозга вызвано редкой способностью поглощать магию. Гарри встрепенулся, чтоб ее поправить, но Гермиона остановила его жестом. – Скажешь именно так, – подчеркнула она. – Ты временно опекаешь малышку, вернулся сюда и увидел ее в таком состоянии. Что произошло – неизвестно, – она немного помолчала, заламывая руки, и добавила: – Как бы нам это понять. – Погоди… Это магловский дом в коттеджном поселке. Тут должна быть система видеонаблюдения. Гарри цепким взглядом окинул комнату и обнаружил глазок видеокамеры. – Эврика! – воскликнул он, – моли Мерлина, чтоб она работала. Где находится центр? Гермиона пожала плечами, она понятия не имела даже о наличии этой системы. – Ладно. Поищу сам. Сегодня Мерлин благоволил к Поттеру, видимо, в качестве компенсации за вчерашнее или из-за того, что тот просил о помощи не сам лично, а опосредованно. Гарри нашел каморку, куда были выведены изображения с камер и возрадовался – никто не настраивал систему, поэтому абсолютно все камеры в доме были включены – мечта вуайериста! Запись вестимо велась без звука, но просмотренного оказалось достаточно, чтоб у него встали дыбом волосы. Гарри подумал, что пережившей шок подруге не стоит смотреть. Стоило ему оформить эту мысль в голове, как Гермиона появилась на пороге – легка на помине. – Гарри, я не могу проникнуть в сознание Драко, Эннервейт на него не действует. Он подвинулся и извиняющимся тоном сказал: – Тут только изображение. Но это… – не заканчивая фразу, включил повтор. Взрыва, которого он ожидал, не произошло. Гермиона довольно спокойно восприняла запись, будто увидела именно то, чего ожидала. Разобравшись, как работает воспроизведение, волшебница максимально приблизила изображение, морщась из-за зернистости, и несколько раз пересмотрела момент, когда Малфой наставил на сестру палочку. Похоже, она пыталась прочитать заклинание по губам. – Кажется, Империус. Это совершенно не упрощало задачу и не помогало понять, что случилось. Даже если принять во внимание информацию от нового знакомого о вейле, обосновавшейся у Корнелии в голове. – Приведи целителя, Гарри, он нужен твоей дочери. Гермиона как никогда жалела, что в свое время отмела мысль стать колдомедиком. В общем-то, и отмела, чтобы не испытывать того, что испытывала сейчас – полную беспомощность в непонятной ситуации. Жизненные показатели Драко были в пределах нормы, но из глубокого обморока вывести его не удавалось, а сознание его находилось будто бы в плотном коконе – не подобраться. Усугубляло ситуацию положение Малфоя почти вне закона – в Мунго, где находится Джинни, могут знать, кого подозревают в нападении. Рисковать не стоит. Гермиона беспомощно сидела на полу у кровати, перебирала волосы супруга и звала его по имени. В какой-то момент ей показалось, что пульс и глубина дыхания изменились, но скорее всего это был просто обман чувств. Краем сознания отмечая движение и голоса в соседней комнате, она продолжала прокручивать в голове все, что произошло сегодня. Гарри ворвался со стремительностью тайфуна. Гермиона сразу поняла, что ее Конфундус перестал действовать. Что-то сработало катализатором – либо слова колдомедика, либо встреченные девочки – пылающий праведным гневом друг осознал, что она отвлекла его от важного. Он не стал тратить время на обвинения и перешел к сути, спросил, что произошло и где Нарцисса, Гермионе ничего не оставалось, кроме как вывести Гарри из комнаты, где находился Драко, – можно было представить, что тот просто спит, а они не хотят мешать его сну, и кратко пересказать свое приключение: разговор с тем, кто назвал себя хранителем магии, и то, как Нарцисса обвела ее вокруг пальца, отправив назад вместо себя дочь. – Я даже не заподозрила ничего, а ведь должна была! Теперь припоминаю, «Йода» говорил, ему все равно, кто останется, и он видит сквозь личину. Где она раздобыла оборотное? – черт! До Гермионы дошло, зачем еще Нарцисса могла просить Драко предоставить ей эльфа. Нужно допросить домовенка и заставить аппарировать их к временной хозяйке. Было неясно, как поведет себя эльф, если Нарцисса распорядилась никого к ней не переносить. В наличии такого приказа Гермиона не сомневалась. Нужно было проверить версию. Она с трудом вспомнила имя малышки. – Трейси! Хрупкое существо меньше обычного эльфа застыло в ожидании распоряжений: – Леди! – Трейси, перенеси нас к госпоже Нарциссе, – мирно, но с властными интонациями, выработанными годами труда на высоких постах, попросила Гермиона. Эльфийка быстро кинула взгляд на ее руку и отрицательно помотала головой. – Это приказ! – добавила еще властности в голос леди Малфой. – Трейси наказать себя, леди, но Трейси не может нарушить прямой приказ хозяйки, назначенной хозяином. – Не нужно, – поспешно отменила распоряжение ведьма и решила выяснить еще кое-что: – Ты можешь аппарировать к госпоже, если она тебя позовет? – Госпожа приказать не искать ее и не приходить к ней. – Я спросила, можешь ли ты! Это ведь ты принесла ей оборотное зелье? – ведьма не смогла побороть раздражение в голосе, в голове всплыл фрагмент разговора с примитивным. «Вы люди так суетливы». Перепуганная малышка-эльф прижала уши к голове и выкатила свои огромные глазищи. – Трейси, я не сержусь, мне важно выяснить, что произошло, и как мы можем помочь твоей временной хозяйке, – мягко сказала она и даже подумала было присесть на корточки перед эльфийским детенышем, но вспомнила про тонкую душевную организацию существ и решила не становиться причиной обморока. – Могла, теперь нет, – не сводя с Гермионы испуганных глаз-шаров, прошептала Трейси, – зелье принесла, да, Трейси накажет себя… – Нет-нет, Трейси. Иди. Но если госпожа Нарцисса вызовет, сообщи мне, мистеру Гарри или… – она прикусила губу. – Мне или Гарри. Это ведь не идет вразрез приказам, да? Трейси робко кивнула и исчезла. Гермиона устало повернулась к другу: – Мы понятия не имеем, где это место и как в него попасть. Есть мысль, что если бы не желание примитивного, мы никогда бы не нашли входа в его пещеру. Что сказал целитель? – Сказал, что организм пережил сильнейший стресс и теперешнее состояние – способ восстановиться. Возможно, с твоим Малфоем то же самое. Гермиона никак не отреагировала на реплику, ей большого труда стоило держать свои эмоции в узде. И тут она вспомнила важное: – Панси? – Да, похоже, что с Забини что-то случилось. Я пообещал, что мы поможем с поиском, а Малфой… не в форме. Гермиона не сдержала дрожь, когда вспомнила тон «Йоды», когда тот говорил ей про «жертвы в любой войне» и просил не вмешиваться. – Я отправлюсь в мэнор, попробую найти информацию о хранителях магии и поднять записи Драко о китайском артефакте. Девочек и Скорпиуса заберу с собой, оставайся здесь с… пострадавшими и своими мальчишками. Кажется, Гарри не был до конца согласен с ее решением, но спорить не стал. Он не представлял, как ей удается оставаться собранной. Гермиона вернулась в комнату и сообщила бессознательному мужу, что кое-что проверит в библиотеке и обязательно ему поможет. Ей показалось, что он улыбнулся в ответ, но скорее всего это была игра света, помноженная на неистовое желание, чтобы Драко очнулся. Затем она спустилась во двор, позвала детей, и с помощью эльфов перенесла всех в мэнор. Оказавшись в замке, Гермиона осознала, что не вспоминала о еде со вчерашнего дня, – она должна покормить Камиллу, Розу и Скорпиуса! К ее удивлению Роза сообщила, что они не голодны – домовики приносили еду уже дважды по ее просьбе. Да, кажется, из Лисенка хозяйка получше, чем из нее самой. Теперь, когда шок прошел, она могла рассмотреть вторую дочь Гарри (зовите меня Милой и очаровательная улыбка, похожая на ту, что знакома Гермионе с двенадцати лет). Девочка действительно была копией отца, только очков не хватало, и вместо зеленых под пушистыми ресницами прятались серые глазки. Равнодушно относящаяся к большинству детей Гермиона отметила обаяние малышки, легко нашедшей общий язык с Розой и Скорпом, и ее потрясающую стрессоустойчивость – ребенок сутки провел в пещере странного волшебного существа, а сейчас находится в обществе незнакомых людей в незнакомом доме и ведет себя совершенно естественно, даже бойко. Еще в Суиндоне она обратила внимание, что Скорпиус и парни Гарри посматривали на новую знакомую с интересом, хотя какой интерес может быть в семь-десять лет? Гермиона пообещала себе на всякий случай объяснить детям их невероятные родственные связи. Получается, Камилла и Корнелия – единокровные сестры Джеймсу и Алу, единоутробные сестры Драко и следовательно тети Скорпиусу. Ах, да еще и Розе – по магии. Ну и коктейль! Нет, об этом они поговорят потом, первоочередная задача – получить ответы на множество вопросов, а в этом, как водится, могут помочь только книги. Она обратилась к Скорпу как старшему: – Пожалуйста, займи девочек чем-нибудь интересным. – Мисс Гермиона, леди, – Камилла снова застенчиво улыбнулась, – Мама… просила напомнить, что в ее комнате вас что-то ждет. Мерлин! Действительно, со всем произошедшим у нее совершенно выпало из головы, что Нарцисса говорила о письме, оставленном для нее под подушкой. Гермиона снова аппарировала в магловский дом Малфоев. В комнате, которую занимала ночью свекровь, она обнаружила Поттера – друг сидел у потухшего камина и сжимал в руках листы почтовой бумаги, устремив невидящий взгляд в угли. – Это было предназначено мне! – В Гермионе боролись раздражение и сочувствие – что бы ни прочитал только что Гарри, это его просто раздавило. Она отобрала письмо, так и не определившись, поддержать его или припечатать незлым-тихим, чтобы неповадно было трогать чужую корреспонденцию, и вернулась в кабинет мужа в мэноре.