За рамки, или Новое пророчество

Настроение, в котором Гермиона застала Гарри по прочтении письма, накрыло и ее. Было обидно за друга, несмотря на отсутствие конкретного повода для этой обиды. Было обидно за себя и за Драко – у них под носом провернули такой план, а они даже не подозревали подвоха. То, что произошло сегодня, не было импровизацией, это было хорошо продуманной акцией – Нарцисса знала в чье логово приведет Поиск, ей-ей знала! Она приносила извинения, что так вышло, просила действовать, не оглядываясь на то где и с кем ее оставили, и позаботиться о девочках. Многое объясняла. Намеками, не прямым текстом, но все же. То, что такая как Нарцисса в девичестве Блэк в замужестве Малфой и безродная в своей новой жизни что-то объясняла, могло иметь только одну природу – она прощалась, и от этой мысли становилось муторно. Гермиона вернулась к строчкам, написанным изящным почерком с легкими завитушками и нырнула в далекое прошлое. «Как вы думаете, милая, рискнул бы Северус Снейп сменить стороны и предупредить ваш Орден об опасности, которая нависла над Поттерами, без дополнительной стимуляции?» Неужели Снейп ступил на стезю двойного агента из-под нежной руки Нарциссы? Неужели именно она нашла правильные слова, убедила его, что он никогда себя не простит… в общем-то, так и получилось. «Они погибли, но меня греет мысль, что мы оба смогли помочь их сыну». В свое время Гермиона долго ломала голову над поступком Нарциссы во время битвы за Хогвартс. С чего супруге опального приспешника Волдеморта врать своему господину? Было неясно, как эта ложь могла помочь Драко. Хотелось верить, что даже сторонники Лорда желали падения своего обезумевшего кумира, но что-то не сходилось. А сейчас будто все детали картинки встали на место. И из этой картинки вырастала новая. После разговора с подземным жителем она уже знала наверняка, что Нарцисса умела чувствовать людей, поэтому не удивилась следующим строкам. «Он был одинок, ему было холодно, я знала, что смогу его согреть, что хочу его согреть, и уйду из его жизни, когда ему это перестанет быть нужно. Не ожидала, что он привяжется к такой, как я». Гермиона задумалась, почему сама не видела, что Гарри «холодно», почему была уверена, что он абсолютно счастлив в браке с Джинни? Чего не хватало облизанному супругой Поттеру? Материнского тепла, которого он не знал? Опеки зрелой женщины? А может, тут и женщина не была принципиальна – всю свою жизнь Гарри искал внимания тех, кто старше. Сириус, Молли с Артуром, Дамблдор. Хотел получить то, чего недополучил в детстве? А Нарцисса не просто старше и мудрее, она обаятельна и красива. Хотя... наверное глупо искать обоснование возникновению чувств. «Я отдала ему то тепло, от которого отказался мой сын». Вот здесь неясно. Дар Нарциссы давал сбой, когда речь шла о Драко? Малфой, конечно, искусно умеет скрывать свои чувства, например, сама Гермиона много лет не ведала, что он ее любит, но оправданием Гермионе может служить то, что у нее в роду точно не было вейл и она вообще плохо разбиралась в эмоциях. Но как мать могла не увидеть в Драко потерянного мальчика? Потерянного, брошенного на середину реки – выплывай. Да, конечно, Грейнджер помнила, что в ранней молодости Малфой был еще более замкнутым, чем сейчас. Сейчас близким доставался он настоящий, а тогда маска благообразного полезного члена послевоенного общества «заблуждения осознал, но все вы пыль на моих ботинках» была приклеена к его лицу намертво. Вот только она сама – чурбан из чурбанов – во время первого же послевоенного разговора поняла, что все это напускное, игра на публику. Хм… Разве что, Нарцисса проецировала на сына его отца, которого тот почти правдоподобно пытался изображать десять лет назад. Гермиона призналась себе, что эта часть откровений осталась за пределами ее понимания. Она задумалась, стоит ли показывать письмо Драко. Не усугубит ли прочитанное его обиды на мать? Мерлин, какие глупости ее волнуют! Прямо сейчас, в эту минуту, ее Драко без сознания лежит в одной из комнат домика в Суиндоне, и совершенно непонятно, как вывести его из этого состояния. Погружение в прошлое не ко времени, когда в настоящем столько нерешенных вопросов. Нужно изучить огромный пласт различной информации, а вместо этого она сидит тут, потерянная, и предается размышлениям, которые могут и подождать. Усилием воли Гермиона стряхнула упадническое настроение и заставила себя вернуться к делам дня сегодняшнего. Протянула руку к записям Драко по китайскому артефакту, но не смогла прочитать ни строчки – тупо пялилась на слова, написанные наклонным почерком с широкими росчерками над некоторыми буквами – за каждой линией будто стоял Драко, в каждом изгибе она видела графический отпечаток личности. Мерлин! Да она ни на что не способна, пока не найдет способ вернуть его к жизни. Еще одно успокоительное и тонизирующее, и она будет в норме. Точно в норме. Нет, подсаживаться на зелья нельзя, нужно попробовать чередовать их с магловскими лекарствами. Обдумывая это, она добралась до самого любимого помещения в мэноре. Положила ладонь на створку массивной двери и… дверь не открылась. В чем дело? Не могла же она перестать быть хозяйкой. Гермиона прислушалась к себе. Магия дома, которую она быстро привыкла воспринимать как фоновый шум, молчала. Дыхание оборвалось, ударило осознание, ЧТО это может означать. С Драко ведь не произошло непоправимое? Нет. Не произошло! Она бы знала! Ведьма опустила глаза на свою руку – волшебство колец феде сработало бы – если верить легенде, она была бы мертва вместе с мужем, если верить Малфою, почувствовала бы, что… его нет. Магия обручальных колец являлась одной из целей посещения библиотеки. Да что кривить душой перед собой? Первоочередной целью! Гермиона не сомневалась, что в этом есть что-то большее, чем красивая история. Уговаривая себя, что Драко жив, она скользила невидящим взглядом по своей левой руке. Годрик! Она же утром решила попробовать… без кольца леди. А потом громовещатель от Панс, быстрые сборы и… украшение так и осталось лежать на трюмо возле кровати. Значит, дело не в Драко – дело в кольце! Неужели без него мэнор не признает ее? Да ну! Она аппарировала сюда и отсюда, несколько раз вызывала эльфов. Внезапно вспомнился вороватый взгляд Трейси на ее руку – а что если эльфийка смогла противиться приказу из-за отсутствия кольца? Вероятно, возможности неурожденной Малфой урезаны без него. Вопрос нуждался в доисследовании. Где взять время, чтоб во всем разобраться? Она аппарировала в спальню, нашла перстень ровнехонько там, где оставила, и надела на палец. По телу прокатилась волна магии, пробрав от кончиков пальцев до глубин естества. Пожалуй, в этом было даже что-то интимное. Гермиона позволила себе полминуты ничегонеделания и просто наслаждалась удивительными ощущениями, а затем вернулась к книгохранилищу. Огромная дверь поддалась, кажется, раньше, чем она прикоснулась. Услужливый эльф ждал с обратной стороны – подобострастный поклон и обожание в выпученных глазах. Демонстративный подхалимаж покоробил, вроде бы раньше хранитель книг вел себя сдержаннее. А может, ее отношение к эльфам изменилось после утреннего знакомства с их близким родственником? Гермионе нужно было продумать последовательность действий. Рядом с лебезящим домовиком сконцентрироваться не удавалось, поэтому она озадачила существо кодексом рода и… это была спонтанная идея, но она показалась гениальной – всеми книгами, которые просматривал хозяин Драко в прошлую субботу. Гермиона не была до конца уверена, что эльф примет такой запрос, но тот воодушевленно кивнул, щелкнул пальцами и переместился куда-то вглубь огромного зала. Одной проблемой меньше, что радует, – волосы шевелились, когда она представляла, как ищет информацию о кольцах и маглорожденных женах Малфоев, среди всех томов, посвященных семье, – скорее всего это отдельная библиотека в библиотеке. Итак, нужно отбросить личное и расставить задачи по приоритетности. Что важнее: понять природу существа, которое держит Нарциссу в заложниках (а это скорее всего потребует прочтения целиком сборника легенд магических существ на рунах, что даже с криптографом будет достаточно трудоемким процессом, и не факт, что найдется что-то о подземных родственниках эльфов), или изучить магию колец – парных артефактов, завязанных на ритуале, в котором использовалась кровь, артефактов, которые, если верить истории про Тибериуса и Айлин, могли воздействовать на судьбу и перенаправить жизненную энергию своих владельцев. Можно ли подобное провернуть с энергией магической? Как же ей не хватало Драко! Его познаний в родовой магии и артефакторике, его цепкого ума. Вот – еще один аргумент в пользу того, чем нужно заняться в первую очередь: она сможет привести Драко в порядок, если разберется с секретом колец, если же она приведет в порядок Драко, не придется вникать в работу с китайской пирамидкой, а это необходимо, чтоб найти Блейза. Усилием воли она отогнала от себя образ «Йоды», абстрактно рассуждающего о случайных жертвах любой войны. О том, как вытащить Блейза и не подставить при этом Нарциссу, тоже нужно было посоветоваться с… когда она стала такой несамостоятельной? Такой беспомощной? Сейчас, когда Малфой был без сознания, ей будто не хватало руки или ноги. О чем бы она не думала, мысли возвращались к нему. Опять же разобраться в работе существующего артефакта гораздо проще, чем создать новый, имея лишь наметки того, как он должен работать и кого объединять. Чтобы перейти ко второй части запланированного, нужна информация о магических близнецах и двойняшках. Спросить бы у миссис Уизли, но отношения с бывшей свекровью, наверняка усугубившиеся из-за развода, исключали самый легкий путь. Не находись Гермиона в розыске, можно было бы обратиться к сестренкам Патил. Было еще кое-что. Нарцисса попросила ее дочитать до конца главу кодекса, где говорилось о проклятии изменившей мужу леди Малфой. Это как раз можно отложить на потом. Гермиона представляла, что увидит, небось откатом должно зацепить любовника, и экс-леди якобы поступила благородно избавив Гарри от ужасной участи. Ох, уж эти чистокровные волшебники, без оговорок верящие в древние легенды! Стоп! Чтобы помочь Драко и... девочкам, ей самой придется поверить в такую и даже претворить в жизнь. Корнелия восстанавливается, она стабильна, в подобии магической комы, а вот ждать, когда очнется муж, Гермиона просто не может. К чему все эти размышления? Она всего лишь пытается оправдаться перед собой, прекрасно зная свои приоритеты! Наконец вернулся домовик с двумя стопками книг. Годрик и основатели! Неужели Малфой пересмотрел такую прорву литературы прежде, чем предлагать ей отношения?! Поблагодарив и отпустив эльфа, Гермиона приступила к расследованию. Она помнила имя – Тибериус Малфой, и век – пятнадцатый. Пришлось поднять три книги об истории рода, чтобы найти искомое – том с пустыми страницами. Стоило ей коснуться страницы левой рукой, как на посеревшем от времени ветхом пергаменте стали проступать буквы. «Нечистые жены, сокрытое». Естественно, сокрытое, чтобы Малфои да и открыли такой позор – брак наследника с маглорожденной! Она судорожно листала книгу, портреты и жизнеописания пар не очень ее интересовали – Тибериус и Айлин, Николас и Лорана, Клавдий и Матильда и… Драко и Гермиона. Хвосторожье отродье! Она уже вписана в эту книгу, здесь есть ее портрет! Нет, это сейчас не важно. Кольца. Ее интересуют кольца! «Кольца феде» и сноска см. в книге «Семейные артефакты», см. в книге «Ритуалистика рода». Гермиона стала быстро перебирать лежащие перед ней тома. Вот оно – «Семейные артефакты». Рука дернулась посмотреть, что написано про ее помолвочное кольцо, но наметив цель, глупо было сворачивать в сторону. Статью «Кольца феде и объединенные судьбы» она нашла чуть ли не в конце огромного фолианта. Фиксируя основное, пробежала глазами по странице: «Срок, отведенный судьбой складывается и делится на два». «Кольцо может снять только сам маг или маг, надевший его». Вот! Когда Драко рассказывал легенду ей это показалось странным – почему отец Тиба в гневе не снял кольца с молодоженов. Получается, не мог. Отведенный срок делится надвое. Но Малфой говорил, что супруги, носившие эти кольца, умерли даже не в один год. Она уставилась невидящими глазами в одну точку. Дура! Какая же дура! Элементарно – пополам делится время их жизней после заключения брака, но супруги не рождены в один день, им отведено равное количество времени, прибавленное к возрасту. Если поверить в легенду. А нужно поверить! Даже стало как-то… приятно, что она старше Драко, а значит, уйдет первой. В принципе это вполне вписывается в то, что сказал Тиб отцу – умрет жена, погибнет и он, он ведь не утверждал, что мгновенно. Малфои – такие Малфои. Но что все прочитанное дает ей? Драко сказал про сообщающееся сосуды, говорил, что каждый из них сможет почувствовать беду, приключившуюся с другим. Почему она не поняла, что с ним что-то произошло? Была в шоке? Или дело в вере и ее отсутствии? Возможно, Драко просто взял кольца, овеянные красивой легендой? Нет. В их паре именно она скептически относится к легендам, хоть за свою жизнь видела немало их воплощений в жизнь, начиная со сказки о дарах смерти. Хм... первым воплощением все-таки был василиск, он же имел высокие шансы стать последним. Может быть, ритуал активации магии колец – не бракосочетание? Гермиона вернулась к сокрытому от чужих тому. История Тибериуса и Айлин оказалась ровно такой, какой ее рассказал Драко, ничего нового. Николас «женился на маглорожденной, поскольку настало время вливать дикую магическую кровь». Отвратительно. Прожил достойно – 1685-1809, супруга 1700-1760. Даже не высчитывая, очевидно, что они не делили отведенное на двоих. Брак по расчету? Звучит очень по-малфоевски. Естественно, об этом не напишут в жизнеописании. Она посмотрела на изображение миловидной худенькой барышни, лицо которой обрамляли аккуратные золотистые локоны, и подпись под ним – Лорана, дочь графа Рокуэлла, леди Малфой. Ну да, похоже на династический брак. Даже выбирая маглорожденную волшебницу, Малфои остановились на девушке голубых кровей. В истории этих двоих нечего ловить. Хотя… раз они носили ту же пару колец, но не делили время жизни на двоих… значит, ее предположение верно – бракосочетание и обряд соединения жизней не одно и то же. Только где найти описание самого обряда? Клавдий Малфой и Матильда Готлиб, немка, судя по фамилии. Поженились в конце XVIII века, Клавдий – всего лишь внук Николаса. Во вливании новой крови наверное еще не было необходимости, значит, любовь. Ах, вот, учились вместе, полюбили друг друга. Один сын, пожили неплохо, умерли с разницей в три года. Ничего примечательного о жизни, вообще ничего о кольцах. Гермиона стала терять надежду. Может, потому Драко и воспринял историю сказкой, что нет ничего кроме мифа и традиции надевать это кольцо на палец супруге (только тссс!) из простецов. Гермиона меланхолично пролистывала том с пустыми страницами и сначала даже не поверила в удачу – за короткими биографическими справками появились многостраничные развернутые описания совместной жизни каждой четы, и среди хлама о балах и охотах обнаружилась история любви Клавдия и Матильды. Годрик благоволит упорным! Матильда болела чахоткой, зелья давали кратковременный эффект (ну еще бы, не антибиотики же! не было тогда еще антибиотиков), и Клавдий обратился к легенде о кольцах. Жизнь в Матильде поддерживала едва теплящаяся магия, но супруг не терял надежды и изучал возможности феде. Жена выздоровела и прожила еще пятьдесят лет. Это все лирика. Как он это сделал? Как?! Читайте подробнее в книге «Ритуалистика рода». Гермиона пересмотрела тома, принесенные домовиком, но не нашла помянутого. Видимо, Драко не углублялся в тему. Щелчком вызвав библиотечного эльфа и отправив его за нужной книгой, Гермиона устало потерла глаза. Домовик положил огромный том на стол, глубоко поклонился и растворился в воздухе. Просматривать фолиант в богатой украшенной камнями обложке из кожи не было ни времени, ни желания. Волшебница достала палочку, приложила к корешку и произнесла поисковое заклинание. Через мгновение книга открылась почти ровно посередине, страница с искомым была подсвечена. «Ритуал разделения жизни с помощью колец феде, первым провел его Тибериус Малфой, повторил – Клавдий Малфой». «Для разделения жизней снимите кольца супруга или супруги и наденьте на свой палец, а свое на палец супруги или супруга». Бред! Хоть у Драко и тонкие пальцы, но намного толще ее. «Кольца заколдованы так, что примут нужный размер. Обменяйтесь кольцами с супругом, если уверены, что согласны разделить время своей жизни и свое здоровье. Трижды спросите себя, готовы ли вы на это, прежде чем проводить его. Если супруга настигнет насильственная смерть, вы тоже вскорости умрете, если ему отведено мало, вы сократите срок собственной жизни. Не проводите ритуал, если имеете даже небольшие сомнения». Где-то в глубине сознания Гермионы шевельнулась мысль, что дела Драко не настолько безнадежны, чтобы прибегать к такой магии. А вдруг ей самой осталось немного, и она не добавит, а отнимет у него годы жизни? Имеет ли она право принимать такое решение самостоятельно, без него? Она не может пробиться в его сознание, он подвергся атаке неизученной магии, возможно, приправленной вейловской. Всего лишь снова обменяться кольцами, и он будет с ней. Нет, так нельзя. Нужно просто отложить полученные знания в копилку и заняться другими вопросами – знать, но не использовать, смог же Гарри поступить так с дарами смерти. Драко очнется. Обязательно очнется, как только наберется сил, целитель же сказал, что Кора восстанавливается. Значит, восстанавливается и Малфой. Он сильный. Он сможет. А сейчас она должна понять, как создать ритуал и подобные чудо-кольцам артефакты для передачи магии от одного волшебника другому. Хлопок аппарации и библиотечный эльф, источая всей своей фигуркой негодование за нарушение границ, направился к новоприбывшему. А новоприбывший приходил в себя – тряс огромными обычно поникшими ушами и пытался сфокусировать взгляд. – Эльфу в услужении нет сюда хода, – возмутился библиотекарь. Гермиона, выплыв из своих мыслей, двинулась к очагу конфликта. Кикимеру однозначно стоило немалого труда пробраться в святая святых мэнора, а раз он это сделал, случилось что-то из ряда вон. – Хозяин Гарри просил передать леди Гермионе, что ее муж, славный лорд Драко, перестал дышать.