За рамки, или Новое пророчество

Драко отпустил конечность эльфа и замер, прислушиваясь к себе. Давления на собственную волю он не ощущал, однако в то, что действие страшного зелья удалось нейтрализовать банальным безоаром, верилось с трудом. Ему нужно добраться до своей палочки, а еще лучше до Гермионы, но как это сделать, не подвергая риску присутствующих в доме, он не представлял. С опаской Малфой двинулся к входной двери в коттедж. Охранные чары никак себя не проявили, дверь поддалась, и пружина, скручивающая внутренности, немного ослабилась. Драко двинулся на звук. Один из доносящихся голосов раздражал его почище стука рассыпающихся по лабораторному столу паучьих глаз, второй же – тихий – он за последние часы привык слышать в своей голове. Запоздало появилось чувство вины перед сестрой, он знал, нагрузки на артикуляционный аппарат ужасно выматывают ее, но до этого момента не задумывался, что их связь блокирует возможность общаться ментально с остальными. К двум голосам присоединился третий – скрипучий. Малфой вошел в комнату, и разговор тут же прекратился. – Поттер, где Гермиона? – спросил он, не размениваясь на любезности и игнорируя нацеленную ему в грудь палочку. – Леди Гермиона… – поспешил опередить хозяина подобострастный Кикимер, но его прервал грозный крик Поттера: – Молчать! Домовик обиженно замолк, аврор же, не опуская палочки, повернулся к вошедшему. – Ты тут как?.. – Теперь ты еще и косноязычен? – фыркнул Малфой, но тут же стал серьезным и сухо объяснил: – Я просчитался. Был уверен, что они попытаются обменять меня на Кору. Но это не тот путь, который выбирают эти люди. В меня просто влили порцию подчиняющего зелья, – Драко передернуло, – и отправили сюда забрать ее и доставить, куда будет приказано. Палочка Поттера, которая начала было опускаться, снова поднялась и почти уперлась Малфою в кадык. – Расслабься, герой! – Драко изобразил на лице лучшую презрительную гримасу из своего арсенала. – Покойный Северус приучил меня не выходить из дому без безоара в кармане. Вот уж не думал, что буду ему благодарен через пятнадцать лет. – Ты хочешь сказать, что обычный безоар нейтрализовал мерзость, которую в тебя влили? Не то чтобы Малфой не терзался этим вопросом последнюю четверть часа. – Я не чувствую давления, не чувствую чуждого в разуме, только связь с сестрой, – наконец облек в слова Драко то, что постоянно прокручивал в голове. Он взглянул на Кору и удивился, что та крепко спит – секунды назад он слышал ее и ощущал присутствие в сознании. Поттер молчал, но смотрел по-прежнему так, словно в любое мгновение готов приложить хозяина дома заклинанием и плевать ему на последствия. – Я рассчитывал на Гермиону. Где она? – в тоне Малфоя прорезались капризные интонации. – Я просил взять кое-что из лаборатории и ждать меня тут. – Да, она мне сказала… дочь мне сказала, – последнее слово далось Гарри нелегко, он немного завидовал школьному недругу, так просто позволяющему обращению «сестра» срываться с губ. – Как раз разбирался. Кикимер смог пробиться сквозь защиту моего рабочего кабинета, сообщить, что Герм куда-то отправилась. Кора говорит, кто-то скребся в окно; Гермиона впустила; затем ей приказали коснуться чего-то; после этого хлопнуло и всё. Она... дочка вроде не склонна к придумкам. – Это была мышь, летучая мышь и портал, – встрял хранивший молчание после приказа хозяина старый эльф, затем сделал паузу, вцепился в собственные уши и закончил мысль трагическим шепотом: – Плохая магия, очень плохая. – Что здесь произошло, пока меня не было? – у Малфоя заходили желваки. – Какого низзла драного ты сидел в Министерстве?! – Гермиона просила, чтоб я переночевал там на случай внезапных новостей. – Что? Ты совсем сбрендил? Ты оставил детей и ее… – Уж кто-кто, а ты в курсе, что она не считает себя беззащитной! – Тебя не было там! Ты не видел, на что способны эти… Ты не видел, как рука мертвого Забини душила Гермиону! – Я видел, как рука Брэгшота душила Камиллу! Шумный вдох, пауза и голос Драко заструился китайским шелком: – Что делала рука Брэгшота? Ты вообще думаешь головой?! – звук от шипящего пианиссимо возрос до оглушающего форте: – Как семилетний ребенок оказался рядом с трупом?! – Чего вы так кричите? – раздалось с кровати сонное бормотание этого самого семилетнего ребенка. Мужчины будто опомнились, осознали, что не одни в комнате. – Прости, дружочек, мы не хотели вас будить, – и скрытая, и явная агрессия исчезли из голоса Драко, будто внутри переключился тумблер. – Не страшно, я выспалась, – сказала девочка, потягиваясь и зевая, – а Кору и гром не разбудит, когда она изматывается. Драко попытался сложить губы в правдоподобную улыбку, но внезапно воздух застрял у него в горле – ни вдохнуть, ни выдохнуть, уши заложило, мышцы свело – даже те, о наличии которых в организме он не подозревал. Хлопок аппарации он скорее ощутил, чем расслышал, как и возглас ужаса, и дуновение воздуха, свидетельствующее о том, что кто-то бросился к нему. Мышечным усилием, утроенным спазмом, он отбросил этого кого-то подальше. На кровати дугой выгнулась Корнелия, с ее губ слетел протяжный стон, Драко резко отпустило, и он грузно осел, судорожно глотая воздух, пытаясь сообразить, что произошло. Он поймал в фокус Гермиону, сидящую на полу в нескольких футах от него. Облегчение от того, что она тут, и вина за грубость навалились одновременно. – Прости. Не хочу, чтобы ты приближалась, пока не буду уверен, что… не опасен. Она медленно кивнула, не сводя с него взгляда. Впитывала глазами, всматривалась, чтобы не проглядеть ни царапины, ни синяка, ни пятна грязи, дотрагивалась взглядом, не до конца веря, что вот он тут живой и почти здоровый. Малфой заговорил, делясь только что возникшей гипотезой, пряча за потоком слов возникшую от пристального внимания неловкость: – Кажется, безоар нейтрализовал подчиняющий компонент. Думаю, они пытались отдавать приказ, когда меня скрутило. Это единственное разумное объяснение происходящему… – Откуда вы взялись? – раздался сверху голос Поттера. – Я бы просил тебя использовать все известные тебе выявляющие, – автоматически договорил Драко. Стоп! Он ведь сам должен был начать с вопроса, заданного Поттером, только с чего вдруг герой обращается к подруге во множественном числе? Гарри застыл соляным столбом и с совершенно дебильным по мнению Малфоя выражением лица смотрел в затененный угол комнаты. Драко проследил за направлением его взгляда. – Мама? – удивленно проговорил он, а с кровати спрыгнула Камилла и бросилась Нарциссе на шею. – Стой! – в две глотки заорали мужчины. Крик выбил Гермиону из медитативного состояния. – Все нормально, это она. – В прошлый раз ты тоже была уверена. – Я уверена. Мы с «Йодой» заключили сделку. Не в его интересах ее нарушать. – Что за сделка? – навострил уши Поттер. Гермиона спрятала глаза и начала терзать костяшки пальцев. Спустя полминуты пальцы левой и правой руки переплелись в мудру, от которой у йогов полопались бы сухожилия, что подтвердило опасения Драко: она совершила нечто абсолютно… гриффиндорское в худшем понимании этого слова. – Он решил вернуть Нарциссу в знак нашего с ним… плодотворного сотрудничества, поэтому вызвал меня, – пространно объяснила действующая леди Малфой и неловко перевела тему, – Драко, как ты здесь оказался? Нет, я очень рада тебя видеть, но… Малфой еще раз пересказал рассказанное Поттеру: старики влили в него зелье и отправили за Корой. В конце повествования он повторил вопрос Гарри, но Гермиона снова отмахнулась, отговорившись, что нужно для начала закрепить эффект безоара. Стараясь не показывать, что у нее в руках, она вынула из кармана пузырек со слезами феникса и мешочек с капсулами, содержащими еще более редкое вещество, и попросила Кикимера принести пустой стакан. Эльф, который все это время прикидывался ветошью в уголке и, похоже, не собирался покидать собрание в спальне, радостно согласился побыть полезным. Отвернувшись от всех и в первую очередь от начальника аврорского подразделения, Гермиона произвела какую-то манипуляцию, спрятала в карман ранее извлеченное и протянула стакан супругу. Поттер старательно отводил глаза, делая вид, что не понимает, как прямо перед его носом смешивают запрещенные ингредиенты. – Вот теперь давай проверю не наложили ли на тебя что-то еще. Она начала с отслеживающих, но Драко напомнил, что они под родовой защитой – на нем нет маяка, раз он смог войти в дом, затем перешла к подчиняющим – ни поверхностное, ни глубокое сканирование не показали, что его разум кто-то контролирует. Ведьму очень заинтересовал канал связи между Корой и Драко, но времени изучать феномен не было. Гермиона извлекла из внутреннего кармана малфоевскую палочку и протянула хозяину. Именно в этот момент его скрутил новый спазм. Закончилось все так же резко, как и началось, и снова на постели содрогнулась Корнелия. – Коре тоже становится плохо? – со страхом спросила прижавшаяся к матери Камилла. Драко и Гермиона растерянно переглянулись и неопределенно пожали плечами – если б знать. – Гарри, расскажи Драко о последних новостях. Поттер дайджестом выдал информацию: Панси оглушили, половина команды авроров пропала, подозреваемый – Малфой, и поделился размышлениями – Малфоя стараются подставить. – Помнишь, портрет Люциуса странно себя повел, когда мы заговорили о Ганбхане, – вставила Гермиона. – Можно спросить портрет Абраксаса, – мотивация стариков интересовала Драко сейчас меньше всего, но на всякий случай он переспросил, – ма, ты ничего не слыхала про вражду с Ганбханами? – Если кто из присутствующих и знал о скелетах в шкафах в семьи Малфой, то это она. – Нет, – впервые подала голос Нарцисса. До сих пор она тихо сидела в кресле, позволяя Камилле оккупировать колени. – Это сейчас не важно, – продолжил Драко, – нужно решать, что делать. Я почти уверен, эти дракловы приступы – побочка стариковского зелья. Они ждут меня назад с Корой. Должно быть, когда меня скручивает, мне пытаются отдать новый приказ. – Не может быть и речи… – начала Гермиона. – Естественно! – перебил ее муж. – Мы не будем подвергать Корнелию опасности. Я думал о том, чтобы Поттер выпил оборотное и вернулся со мной. Два взрослых сильных волшебника против двух стариков, пусть искусных и абсолютно беспринципных, но изможденных Азкабаном. – Как узнать, где они тебя ждут? – поинтересовался Гарри. – Не знаю, меня аппарировали из подземного помещения, кажется, нерукотворного, я призвал эльфа и после нескольких ложных передвижений вернулся сюда. Можем поинтересоваться, способен ли Перки найти место, откуда мы стартовали. – Подожди! Я знаю, куда нужно, но не считаю, что отправлять вас с Гарри – хорошая идея, – высказалась Гермиона. – Драко, мы можем недооценить это зелье! Ты в любом случае не в форме. Я думаю, если мы все равно собираемся использовать оборотку, то идти должны Гарри и я. Кто-то под видом тебя, кто-то под видом Корнелии. – Я могу идти под видом Коры, – вмешалась Нарцисса, – никто не знает ее так, как я. – Это абсолютно бессмысленно, – фыркнула Гермиона. – При всем уважении, вы сами говорили о том, что она почти уничтожила ваши магические способности. Должны пойти мы с Гарри. – Оборотное зелье превратит кого-то из вас в Корнелию? – робко вклинилась во взрослый разговор Мила. – Да, Мила, – Гермиона снова почувствовала что-то похожее на ревность от того, как изменился голос Драко, когда он ответил сестре. – А ее… – девчушка долго подбирала правильное слово, – болезнь? – А ведь да! Камилла права, – подхватила мысль Гермиона, – Гарри, помнишь операцию «Семь Поттеров»? Друг кивнул, а Гермиона пояснила остальным присутствующим суть операции. Драко содрогнулся и пробормотал что-то похожее на «гриффиндор». Прилагательное, которое он добавил, прозвучало совсем тихо. Гермиона проигнорировала оскорбление в сторону своего факультета – детский сад, право слово: – К чему веду... Когда я превратилась в Гарри, у меня испортилось зрение. Значит, тот, кто примет зелье с частичкой Коры, ослепнет и будет парализован, станет баластом, а не боевой единицей. Прозвучало жестковато, почти сразу ведьма пожалела о выборе слов. – Что будем делать? – спросил Поттер. – Гарри! – судя по тому, как у Гермионы загорелись глаза, ее голову посетила новая гениальная, но безумная идея. Оба ее близких мужчины с предвкушением и опаской приготовились внимать. – Гарри, кто-то пойдет Корой, ты пойдешь под мантией-невидимкой, а я в виде Драко! – Не может быть и речи! – заявил Малфой. – Я тоже так перед операцией «Семь Поттеров» говорил, – в этот момент, подтверждая теорию друга, Гермиона резко дернулась в сторону Драко, тот не успел отшатнуться, и в ее руке оказалось несколько волосков. – Ты не посмеешь использовать это без моего разрешения! – Стоп! – вклинился Поттер. – Пока вы не начали пререкаться, позвольте выскажусь. Я передам наши координаты ребятам. Никому из вас не придется драться и рисковать. Авроры оцепят место, вы отойдете в сторону, дальше будут работать профи. Возьмем их тепленькими. – Нет, Гарри! – прервала друга Гермиона. – Не возьмем их тепленькими. Они должны умереть. Оба. Это часть моей сделки. Она поздно вспомнила о бодрствующем ребенке. После ее слов воцарилось молчание. – Какой сделки? – спросил Драко. Со вздохом она вкратце рассказала о визите в школу, участии Флитвика, разговоре с примитивным и своей с ним договоренности. – Сумасшедшая! – заорал Драко. – Ты неизвестно кому и неизвестно что пообещала, и ради чего? Ради места, в которое я и так вас приведу! – Когда я обещала, ты был там, один без палочки, во власти двух безумных! Кто мог предположить, что они так будут полагаться на свое зелье, что отпустят тебя?! Я не жалею ни о чем, и к тому же… ты уверен, что приведешь в их логово? Ты понятия не имеешь где это! Где гарантия, что они не попытаются тебя убить на месте, как только увидят вас с Корой? – Но ты собралась идти вместо меня! – Я… Гарри почувствовал смертельную усталость… Нет. Препирательства членов свежесозданной ячейки магического сообщества немного отвлекали его от собственных тяжелых дум, помогали не смотреть в угол, откуда Нарцисса с дочерью молча наблюдали за представлением – после недавнего сна находиться в одном помещении с ней было невыносимо – но как же его это достало! – …и теперь ты под гнетом магического контракта! Чем ты думала? – тем временем распинался Драко. – Сделанного не воротишь. Все хроновороты разбиты, – сухо оборвал малфоевскую истерику Гарри. – Решать нужно быстро, пока твои… хозяева не осознали, что ты не подчиняешься им. Знать бы еще, как выглядит человек под этим зельем… – Знать бы, как чувствуется связь между подчинившим и подчиняющимся, – поддержала Гермиона. – Драко, зелье вливали только в тебя? Сами они ничего не пили? – Нет. Пока один вливал зелье, второй говорил заклинание. Длинное, не на латыни. Лающий жесткий язык. Может, валлийский. Я не особо прислушивался, концентрировался на том, чтоб удержать безоар под языком, а затем его незаметно проглотить. – Таламус отвечает за передачу сенсорной и двигательной информации. Это с натяжкой может пояснить, как они заставили двигаться трупы. Нет, не пляшет. Когда Брэгшота... подчинили, вейла, держащая под контролем Кору, была еще жива, то есть у них не было... сырья для зелья. – Не факт, что у них до этого не было… трупа другой вейлы. Если верить твоему новому знакомцу, в начале участников этого… мероприятия было гораздо больше. – То есть… ты предполагаешь, что все, кто участвовал, были подчинены зельем? Не Империусом? Ладно, допустим, что так и есть, но Роза… На ней точно было заклинание… Гарри решил вмешаться в дискуссию Малфоев: – Да, но на нее мог наложить Империо некто, в свою очередь подчиненный с помощью зелья. – Предположим, – нехотя согласилась Гермиона, – хотя это и звучит фантастически. Целая армия марионеток? Малфой покачал головой: – Совершенно не фантастически. Почти уверен, что так и было. Они повернуты на контроле. Способны работать только с марионетками, не с мыслящими существами. Никакого компромисса – беспрекословное подчинение. А тут уже все средства хороши: кого-то Империусом приложили, кого-то его вейловской разновидностью, кого-то зельем. Возможно, комбинировали то и это. И всех отработавших в утиль, вы же видите! И это гребаный пиздец! Простите, дамы. До такого даже Лорд не доходил. – Нужно составить список всех известных нам жертв тандема и прикинуть, какими методами они их перед этим… подчинили. Кикимер, принеси чем и на чем писать! – пока эльф мотался за писчими принадлежностями Гарри, Драко и Гермиона обменивались тревожными взглядами. – Вам не кажется, что мы теряем время?! – Конечно, теряем! Нужно лезть в пекло, очертя голову, герой, – выплюнул Малфой и сухо резюмировал: – Не та ситуация. Слишком многое на кону. Думаю, ты тоже не хочешь стать инструментом в руках сумасшедшего. Ах да, ты уже был когда-то. – Успокойтесь, – пресекла очередную свару Гермиона, – Гарри, Драко прав. Не пори горячку! Мы уже упустили шанс сработать быстро. Заметь, Драко скрутило два раза подряд, и с тех пор ничего. Думаю, они уже догадались, что что-то пошло не так с зельем, мы не застанем их врасплох. Нужно систематизировать все, что знаем, прежде, чем начинать операцию. Максимально подготовиться! – она вооружилась бумагой и ручкой и уселась на краю кровати, где спала Кора. – Итак: насчет сбежавших пожирателей нет никакой информации, умерли и всё. Пытаться увидеть протоколы вскрытий, если такие есть, действительно потеря времени. Роза – точно Империус. Вероятно, наложил кто-то подчиненный иным способом. Состояние Джинни – знак вопроса. Скорее всего внешнее ментальное воздействие, может, вейловское, может, Империус, может, просто агрессивная легилименция. Будь она под зельем, это бы уже как-то проявилось – попыткой напасть на охранника или выбраться из больницы. Можно попробовать применить к ней… – она неуверенно посмотрела на Драко, – лекарство. Оно безвредно, насколько могу судить по составу. Корнелию контролировала вейла. Блейз – умер после вейлы, скорее всего подчинен зельем, может, зельем и Империусом или зельем и вейловскими чарами. Брэгшот, предположительно зелье и вейла. Погибшие в Министерстве, если картинка вскрытия такая же, как у Блейза… – По-моему, абсолютно бесполезная каталогизация, – нетерпеливо перебил ее Поттер. – Слишком много допущений. Достаточно понимать, что все действовали по принуждению. – Имеет смысл метнуться в лабораторию и приготовить что-то вроде этого зелья… – начал Драко, но единственный присутствующий в комнате оперативник, снова его оборвал нетерпеливым: – Ну да! У нас же все время мира в распоряжении! Конечно. Давайте, дадим им шанс придумать резервный план и еще несколько, если и он не выгорит. Гермиона отложила бумагу и ручку и посмотрела на снова замерших друг напротив друга мужчин. – Ладно, – вздохнула она, – Драко, с зельем возиться бессмысленно. Даже если вдруг... они еще не знают, что ты не подчиняешься приказам, полагаться на это опасно. Меня интересует еще кое-что, – ведьма неожиданно повернулась к домовику и резко спросила: – Кикимер, что ты знаешь о хранителях изначальной магии? Помянутый изобразил приступ внезапной глухоты, Гермиона даже успела припомнить начало своего общения с этим существом. За прошедшие почти пятнадцать лет она поднаторела в искусстве выуживания нужной информации из любого объекта, потому просто продолжала буравить эльфа немигающим взглядом. Когда игнорировать подругу хозяина стало совсем неприлично, Кикимер выдавил из себя: – Домовики не могут говорить о них. Гермиона разочарованно выдохнула, но не в ее правилах было так быстро отступать. – Когда мы скрепляли обет, хранитель сначала взял меня за левую руку, на которой я ношу кольцо. Он так закричал… – Это существо тоже эльф, – туманно ответил Кикимер, и будто бы хотел добавить что-то еще, но не смог. – Так, – снова переключил внимание на себя Гарри, – хватит болтать. Кто будет Корой? – Я, – упрямо повторила Нарцисса. – Вы, – она посмотрела на невестку, – глупо включили меня в сделку с этим... существом, хоть вас и не просили, – она ссадила с колен дочку и довольно прохладно попросила: – Камилла, оставь нас на несколько минут, – поймав испуганный взгляд дочери, подмигнула и более мягко пояснила: – Я буду говорить о том, что мы уже обсуждали, тебе будет неинтересно. Девочка недоверчиво покосилась на мать, но послушалась, и в абсолютной тишине вышла из помещения.