За рамки, или Новое пророчество

– Нарцисса, что... Помянутая перебила Гарри, обратившись к сыну: – Эльфы могут творить магию в этом доме? – Умеренно, – ответил Драко, заинтересованно глядя на мать. – Гарри, прикажи Кикимеру набросить чары от подслушивания, – попросила Нарцисса и, когда домовик выполнил ее просьбу, не требуя подтверждения от хозяина, неожиданно тепло ему улыбнулась. Четыре пары глаз – три человеческих и одна эльфийская – теперь смотрели только на бывшую леди Малфой, ее приготовления интриговали. Она выдержала паузу, достойную звезды подмостков, чем в очередной раз подняла волну раздражения в невестке, и обратилась непосредственно к ней: – Вы прочли? Гермиона уставилась на Нарциссу, пытаясь понять о чем ее спрашивают. Она о письме? Нет! Разговор, который произошел прошлым утром, совершенно вылетел из головы на фоне стремительно сменяющих друг друга событий – между просьбой дочитать посвященный неверным женам раздел кодекса Малфоев и настоящим моментом лежали первый разговор с «Йодой», инцидент с Розой и окном, подобие комы Драко, его почти смерть, обряд, известие о гибели Блейза, смерть Брэгшота, нападение мертвецов, похищение Драко, заключение сделки с примитивным, его повторный вызов, возвращение с Нарциссой в коттедж и прочее незначительное... – Нет, не нашла времени, – сухо ответила Гермиона, не пытаясь оправдываться. – Не страшно, – пожала плечами экс-леди Малфой. – Не поручусь за дословное воспроизведение, восемь лет прошло, но там написано как-то так… – Если жена изменит мужу, и в этом неестественном союзе появится дитя, не иметь ему магии человеческой во веки веков, а изменница знать покоя не будет, – тихо продекламировал Драко. – Я думал, это относится к тому, что дитя-сквиб для матери – вечная обуза. – Ты читал дальше? Драко удивленно вскинул брови. – Там нет ничего дальше. Кажется… – Возможно, открывается только… провинившимся, – с нервным смешком сказала мать. – Нарси! – Гарри сам не знал, что собирался сказать, мыслей было одновременно и слишком много, и ни одной – взрыв и абсолютный вакуум в голове. – Изменница покоя знать не будет, пока магия, а затем и разум не оставят ее, – прозвучало так, словно это совершенно не касалось Нарциссы. – Не говорите глупостей! Вы были вдовой и если бы не надумали себе Мерлин знает что... – раздраженно выпалила невестка, но свекровь не дала ей закончить. – Нет! Все до этого момента сходится: мои дети не имеют «человеческой магии», я почти сквиб, следующий этап – безумие. Я не хочу этого. Поэтому предлагаю себя вместо Корнелии, на меня можно не оглядываться, мной можно, даже нужно пожертвовать. Я не смогу наложить на себя руки, это мой шанс уйти раньше, чем стану пациенткой палаты Януса Тики, или что еще хуже – магловского сумасшедшего дома. Девочек… девочек я подготовила. Гермионе вспомнились слова Милы о том, что мама переколдуется и будет жить в каждом. И она уже начала набирать в легкие воздух для длинной тирады, о том какая Нарцисса эгоистичная трусливая ограниченная тварь, надумавшая себе проблему и собирающаяся, как кукушка, бросить своих детей – обмануть и бросить – когда раздался голос пятой участницы собрания, о которой все забыли: – Нет, мама! Я сама! Протесты все-таки прозвучали, только теперь они касались обеих. Гермиона двинулась в сторону Коры, чтоб без лишних слов разжиться несколькими волосинками, но ее сбило с ног. – Я сказала нет! – с раздражением повторила маленькая ведьма. – Не заставляйте меня расходовать силы. Они будут нужны. Драко! – Корнелия распахнула глаза и Малфой дернулся схватившись за стену. Спустя несколько секунд девочка снова смежила веки. – Мы забыли о том, что любой из нас, превратившись в нее, будет… бесполезным калекой, тогда как она сама останется при своих способностях, – озвучил Драко то, что сестра передала мысленно. – Глупо подавать им Корнелию на блюде! Если случится магическая битва, она может умереть из-за количества магии, это…. – Часть моей магии ушла Миле. Не знаю, как это получилось, но получилось. Меня не так распирает… Не так сжимает. Сил больше, чем нужно, но я могу управлять ими, мне лучше, намного лучше, почти хорошо, – то, как это было озвучено, свидетельствовало об обратном – Кора бормотала тихо и неразборчиво, то ли оттого, что все еще не пришла в себя, то ли, чтобы не расходовать силы. Гермиона открыла рот, чтобы привести аргументы против, когда из коридора раздался пронзительный вопль. Вопль закончился бульканьем и повторился снова – протяжный, высокий, за гранью возможностей связок, он рвал барабанные перепонки и впивался в нервы. Первым сориентировался Кикимер и аппарировал. После нескольких секунд паралича обрушилось осознание, что может обозначать крик из-за двери. – Камилла, – полный ужаса шепот с кровати побудил к действиям. Никто бы не восстановил в памяти, как выбегал из спальни – вот они в комнате, а вот в коридоре. В ярко освещенном электрическими лампами помещении подвешенная вниз головой заходилась криком Мила, а на полу под тем местом, где она висела, лежали две изломанные эльфийские фигурки. Гарри, Драко и Гермиона автоматически выхватили палочки, но предпринять что-либо не решались, чтобы не навредить. Крик оборвался на болезненно высокой ноте и в воцарившейся гулкой тишине фигура девочки повернулась к группе магов в фас, будто кто-то крутанул ее за ногу. Губы Камиллы зашевелились, но слова были произнесены надтреснутым старческим голосом: – Хотите получить назад эту девчонку, несите другую. Взгляд Милы сфокусировался на Драко, и тот отпрянул от пренебрежения и ненависти в нем – совершенно не сочетаемых между собой и еще более не сочетаемых с привычным мягким серым взглядом этих глаз. – Ты знаешь куда, – эта часть была адресована, кажется, только ему. Гермиона в полной мере ощутила то, о чем недавно рассказывал Гарри, – она, взрослая волшебница, никогда не терявшаяся в сложных ситуациях, стоит тут, вооруженная палочкой, и не может вспомнить ни единого заклинания, все, что у нее есть, – злость на свою глупость и бесполезность. – Либеракорпус! – выдохнула она наконец. За долю секунды до того, как отзвучало ее заклинание, Камилла с треском исчезла. В коридоре погасли все лампы. Коллективный выдох и все заговорили разом: – Немедленно за ней! – Перки, аппарируй нас туда, где ты меня подобрал! – Драко, у меня есть портал, хранитель дал мне, чтобы… нам нужен план… – К черту планирование, Гермиона, в эту самую минуту два сумасшедших пытают или убивают мою дочь! – Мерлин-Мерлин-Мерлин, какая глупость, какая же глупость! Нужно было отложить всё и поставить кордон от непростительных! – Салазар, я идиот, и-ди-о-от! Все учел, ха! Провели как младенца. Зелье не сработало как подчиняющее, но сработало по-другому. Они не разменивались на маячки, потому что просто знали, где я! – Это ведь правда был Империус, Империус, не Круциатус? – робко, растерянно. – Она кричала, потому что ей говорили кричать, не потому что ей было больно, правда? Потому что должна была кричать… – Нарцисса, останешься здесь с детьми! – Если мы явимся без Коры… – Конни, принеси флягу с оборотным! В какой-то момент все замолчали и до них донеслись рыдания Корнелии: – Камилла! Дежавю… – Мы вытащим ее! Вытащим обязательно! – бессвязно бормотала Гермиона, возвращаясь в комнату и медленно приближаясь к рыдающей парализованной девочке. – Ты подождешь здесь с мамой… – Нет! – мимо Гермионы пролетел цветочный горшок и врезался в косяк двери, разбрызгивая мелкую глиняную крошку и комья земли. Тело Коры засветилось зеленоватым – это не был свет, освещающий пространство вокруг, он будто исходил изнутри и делал кожу мертвенно бледной, что особенно неприятно выглядело в неровном предрассветном сумраке. Ножка кровати подломилась с оглушающим треском. – Кора! – послышался из дверного проема перепуганный голос Нарциссы, – Кора! – Кора! – Драко обратился к сестре вслух, а затем перешел на мысленный диалог. Кровать воспарила на несколько футов, а затем с оглушительным треском ударилась о пол. Корнелию ощутимо трухнуло. Предмет мебели перекосился, девочка сползла вниз в сторону отломанной ножки. – Если ты израсходуешь свои силы на этот цирк с дрессированными пикси, то будешь хуже пятого колеса в повозке! – нет, педагогика была явно не сферой применения талантов Гермионы, ей с трудом удавалось сдерживать клокочущее раздражение на семилетнего ребенка с ограниченными (ха!) возможностями. Перед глазами происходила классическая детская истерика, только ребенок не бился на полу, суча ножками, с криками «хочу, дай!» – ребенок методично крушил помещение. Такой себе протест. Способ в доступной форме донести до остальных свое несогласие, заодно продемонстрировать свои ресурсы. Гермиона понимала это, как понимала и то, что сейчас подобное не ко времени – Камилла в беде. И это даже не Драко без палочки в плену у сумасшедших. Драко – взрослый умный изворотливый волшебник, Мила – маленькая девочка, сквиб, или почти сквиб! И сейчас, когда Миле грозит опасность, им приходится отвлекаться на разборки с ее упертой сестрой! – Не приближайся! – снова завопила Корнелия, после того, как Гермиона сделала шаг в ее сторону – неужели она настолько хорошо чувствует движение? Мелкий мусор завертелся маленьким смерчем, подхватывая писчие принадлежности, черепки горшка и щепки кровати, смерчик стал нагреваться, бумага – тлеть, где-то в доме посыпалось стекло. – Прекрати свои фокусы! – пыталась докричаться до дочери Нарцисса, Драко, судя по устремленному внутрь себя взгляду, тоже вел молчаливый увещевательный диалог. Запах жженой бумаги усилился, деревяшки начали чернеть по краям, смерч завертелся быстрее, стал подниматься выше вбирая в себя предметы покрупнее, подтягивая целую ножку кровати. Где-то что-то взорвалось, и напряженное молчание разорвал звонкий мальчишеский голос: – Что происходит? В следующую секунду смерч исчез, предметы беспорядочно посыпались на пол, бумага погасла, а тощее тельце Альбуса Поттера подбросило вверх и будто магнитом прижало к потолку. Мальчик даже испугаться не успел, только широко открыл глаза и уважительно произнес: – Ого! Это немного разрядило обстановку, кто-то, кажется, даже хохотнул. – Кора, мы ведь договорились, – весомо произнес Драко, в его голосе звенело напряжение. – Опусти Альбуса вниз. Аккуратно… Корнелия упрямо молчала, сжав губы в полоску и крепко зажмурившись, а Поттер младший оставался висеть под потолком. Малфой вздохнул и выверено спокойно заговорил: – Думаю, мы должны взять Кору с собой, – он остановил жестом протестующую реплику жены раньше, чем та прозвучала, и продолжил, глядя Гермионе в глаза, – чтоб использовать ее связь с Милой. Эта связь похожа на нашу с тобой, только... глубже. Видимо, недавний инцидент в мэноре сработал катализатором. Она чувствует настроение сестры, уровень угрожающей ей опасности, но не может общаться, как общается со мной. Это – козыри, о которых неизвестно... другой стороне. В комнату стремительно вошел Гарри: – Кикимер оглушен, но дышит, ваша эльфийка, – он повернулся к Нарциссе, – мертва. Гермиона почувствовала себя плохо – она даже не подумала о том, что там в коридоре остались нуждающиеся в помощи существа. – Листен, – Драко, дождался хлопка и, не оборачиваясь, распорядился, – позаботься об эльфе в услужении! В этот момент Гарри обнаружил собственного младшего сына, распластавшегося по потолку гигантской ночной бабочкой. Он обернулся к Малфою, тот вскинул открытые ладони и стрельнул глазами к Корнелии, без слов объясняя ситуацию. – Все под контролем! – добавил Драко вербально и вернулся к обсуждению, прерванному появлением главы ОС Аврората. – Поттер, невидимку организуешь? – дождался кивка и продолжил: – Кора отправляется с нами, она будет… ммм… компасом. Да – чем-то вроде компаса. Я возьму ее на руки и накину мантию. В остальном в камуфляже смысла нет. – Есть! – на поттеровском лице сменилось несколько выражений, а затем его глаза засверкали, как в детстве перед очередной шалостью. – Они рассчитывают на зелье, не могут не рассчитывать совсем, поэтому мы с Гермионой должны выглядеть как ты! – Разумно! – выдохнула Гермиона, вызвала Конни с оборотным, и вернулась к тревожащему: – но я все равно, не считаю, что брать с собой ребенка – хорошая идея. – А я думаю, неплохая, учитывая способности этого ребенка, – высказался Гарри. «Этого ребенка...» Гермиона от возмущения растеряла все слова, Гарри вообще понимает, что говорит о собственной дочери? – Нарцисса? – обратилась она за поддержкой ко второму родителю, но та только покачала головой. Сговорились все? Сумасшедший дом! Да они ради безопасности Корнелии во все это ввязались! – Я беру всю ответственность на себя, – поставил точку в споре Драко. – Неожиданно, – едко ввернул Поттер, но его слова потерялись, ибо именно в этот момент Альбус медленно спикировал вниз. Все взрослые облегченно выдохнули. Короткое распоряжение, почти приказ и мальчика будто ветром сдуло. – Я так понимаю, что рабочей техники не осталось и можно колдовать? – задала риторический вопрос хозяйка дома и под треск чего-то до не конца испорченного изменила собственную одежду и одежду Гарри на копию комплекта Драко. Сам владелец растиражированного, Гермиона могла поклясться, уникального модельного комплекта, тихо о чем-то переговаривался с матерью. Он перехватил взгляд супруги и подошел к ней вплотную. – Мы с мамой договорились, она останется здесь. Я хотел отправить их с мальчиками в мэнор к Скорпу и Розе, но она категорически отказывается туда возвращаться. Эльфы сейчас разбудят, соберут и приведут сюда детей. Защита будет перенастроена, себя я исключу, как только мы покинем дом, чтобы никто не проник в наше отсутствие. Не доверяю я пакости, которую в меня влили. Она кивнула, не сводя с Драко взгляда. Гермионе было немного обидно, что он так собран, когда она чувствовала себя развалиной. – Держись поближе, наши ментальные практики тоже могут пригодиться. – А мы можем воспользоваться этим, когда у тебя канал с Корой? – Ты же смогла меня просканировать. – Правда, – Гермиона задумалась, обрабатывая информацию. – Не забудь защитные артефакты, проверь все ли на месте, возьми безоар и остальное... необходимое, – шепнул ей на ухо, посмотрел ей за плечо и громко повторил для Поттера все кроме последней части. – Обручальное – занятная штуковина и наверняка сменит размер, а помолвочное придется снять, – снова обратился к супруге. Она стянула кольцо с пальца, продела его в цепочку с оберегом и повесила на шею. – Глупо, конечно, обращаться к тебе с такой просьбой, но все-таки будь благоразумной. Заметь, я уже не прошу тебя ни во что не ввязываться! Гермиона улыбнулась, отзеркалив его кривоватую улыбку, и накрыла рукой палец, которым Драко гладил ее по щеке. – Пора! Пока мы тут возимся… – Камиллу не трогают, ей не плохо и не больно, – поделилась ощущениями Кора и, почуяв вопрос в густом молчании, заверила: – Она жива, точно жива. Я чувствую, что она боится. – Папа! – раздалось из другой части дома. Драко с Гермионой поспешили на голос Скорпа. Мальчик замер, не сводя взгляда с крестной и отца. Странным было уже то, что Гермиона одета в копию отцовского костюма, которая смешно болталась на ней, но это было еще не все. В глазах… родителей плескалось что-то совершенно отчаянное, что-то, от чего он почувствовал тревогу, – кр… мама, – он повернулся к ней и снова перевел взгляд на папу, – Зачем нас так рано разбудили? Гермиона молча погладила Скорпиуса по голове, провоцируя еще большую его растерянность – мать года, ей-ей. Драко подошел и сжал плечо сына. – Остаешься за мужчину, – серьезно сказал он. – Отвечаешь за Розу и… бабушку Нарциссу. Скорпиус не проявил ни малейшего удивления по поводу «бабушки», механически кивнул в ответ на отцовское наставление, не смея спросить, куда тот направляется. – Мама! – в комнату влетела Роза. – Что происходит?! – Все хорошо, – Гермиона сглотнула вязкую слюну и прочистила горло. – Все хорошо, Лисенок. Мы должны кое-что сделать и вернемся. Вы пока побудете тут с остальными. – Вот вы где. Мы теряем время! – раздался голос Поттера из коридора. – Мантия у меня. Драко подмигнул Роуз, еще раз сжал плечо сына и вышел, Гермиона было бросилась к детям, чтоб обнять каждого, но остановила себя – драматическое прощание испугает их еще больше. – Слушайтесь Нарциссу, – сказала она и быстро вышла, путаясь в длинных брюках. В спальне творился кавардак. Три эльфа слушали хозяина, Гарри кромсал магией простынь. Драко изображал из себя Юлия Цезаря – отдавал распоряжения, помогал Поттеру и пытался поудобнее расположить сестру. Домовики аппарировали. Малфой полностью переключился на Кору, прижимая ее к себе левой рукой, правой удерживал избыток ткани, пока Гарри пытался зафиксировать парализованную девочку в таком положении. Нарцисса в процессе участия не принимала, она замерла в оцепенении в самом темном углу и снова накручивала на пальцы кончики своей шали. Гермиона укрепила структуру простыни и узел на плече мужа заклинанием. Тот проверил может ли двигаться свободно. Гермиона поджала губы. Не нравилось ей это все, хоть убейте! Вздохнув, она приманила флягу с оборотным. Что-то в доме снова зазвенело и затрещало. – Волосы! – скомандовал Гарри. Припрятанная ранее прядь почти белых волос отправилась в зелье. Поттер сделал глоток первым. – Ну и дрянь! – успел пробормотать он до начала трансформации, Гермиона перехватила емкость и проглотила свою порцию вязкой жидкости. Вкус не показался ей таким уж ужасающим, может, потому что… дальнейшее обдумывание этой темы пришлось прекратить, ибо ее скрутила боль превращения. Спустя двадцать секунд в помещении стояло три одинаковых Драко Малфоя. – Поттер, мантию, – сказал тот, который был всамделишным, и, поймав предмет одежды, аккуратно набросил на плечи и запахнул полы, прикрывая сестру. В воздухе осталась висеть только его голова, – все готовы? Можно звать Перки? – Подожди! – прозвучало от другого Драко. – Мы перемещаемся порталом, который мне дал хранитель. Нет смысла звать эльфа, «Йода» заинтересован в уничтожении этих магов. Вы должны кое-что знать об этой пещере. – Ты раньше не... – по раздраженному тону можно было опознать в этом Драко Гарри. – Я коротко! – прервала Гермиона-Драко. – В пещере не работает темная магия, не только непростительные. Это предположил Драко, хранитель подтвердил. Говорил еще что-то о том, что пещера забавная. Боюсь… еще каких-нибудь неприятных сюрпризов. – О, да, сюрпризы – это то, чего нам не хватает в последнее время, – пробормотал под нос настоящий Драко. – Погнали, – нетерпеливо выпалил Драко-Гарри, нащупал плечо Малфоя под мантией, второе плечо нащупала Гермиона. Сцепившись неудобной группкой, они двинулись к двери. Нужно было выйти из дому за пределы барьера и перенастроить защиту, и только после этого активировать выданный хранителем портал.

***

Портал выплюнул их на пустыре, где Гермионе довелось побывать ранее, и она застонала от разочарования. Надежда попасть сразу в пещеру разбилась в прах. Впрочем, ожидать иного было глупо, если туда не привел поиск… Волшебница обернулась, убедиться, что Драко и Кора достаточно хорошо скрыты под мантией и коротко сообщила, что заклинания здесь почти не действуют. – Мила близко, – раздалось слева. Гермиона почувствовала ментальный щуп и опознала Драко раньше, чем поставила мощный блок. «Это надежнее, жаль с Поттером не выйдет держать связь так». «Жаль», – согласилась Гермиона и решила, что сейчас не время обдумывать действительно ли у ее лучшего друга отсутствуют способности к легилименции или дело в том, что Снейп виртуозно отбил у него желание заниматься ментальными науками. Ее мнение о педагогических способностях Снейпа может оскорбить чувства Драко. Ну вот, мысли все-таки отправились по запрещенному маршруту. Ведьма одернула себя и бегло осмотрелась у мужа в голове. Углубиться в размышления о том, как было бы здорово применять подобные практики на операциях авроров, ей не дало ментальное подергивание. «Не распыляйся, – предупредил Малфой, – сконцентрируйся. Кора чувствует направление. Мила ниже. Где-то тут вход под землю». – И что? Так и будем топтаться в ожидании чуда? – Гарри, не участвовавший в мысленной беседе, а следовательно раздраженный бездействием, мерил шагами пустырь. Поттеровская манера двигаться странно смотрелась в комплекте с малфоевской внешностью, Гермиона отметила это именно в тот момент, когда земля под ногами Гарри превратилась в зыбучий песок и тот провалился вниз. Напарники ринулись следом. Короткий полет, удар о твердую поверхность, несколько непечатных выражений, которых младшей участнице происходящего слышать не следовало бы, и они застыли посреди… зала Пророчеств.