За рамки, или Новое пророчество

– Что за?.. – начал Поттер раздраженно, но Гермиона, не размениваясь на увещевания, прикрыла его рот ладонью. Получилось грубее, чем планировалось, рука была крупнее и сильнее ее собственной. С палочками на изготовку они двинулись вдоль стеллажей, заполненных стеклянными сферами, уходящими куда-то далеко вверх. Из глубины зала послышалось детское хныканье. Гарри и Гермиона дернулись на звук, но последнюю Драко успел осадить ментально: «Камилла не там, нас уводят в сторону». – Гарри! – крикнула ведьма, и только после сообразила, что нарушила конспирацию. А главное сделала это зря, потому что друг уже исчез между рядами. Гермиона замерла в нерешительности. Бежать за Поттером или двигаться за внутренним компасом Корнелии? «Мы заблудимся, если начнем его искать», – изобразил глас разума Малфой. Она понимала, что он прав, ей-Мерлин понимала, но где-то в этих проходах блуждал Гарри, Гарри, на которого обязательно навалятся воспоминания о пятом курсе и Сириусе. «Наша цель – Мила», – снова воззвал к ее разумной части Драко, увлекая в сторону противоположную той, куда побежал Поттер, и через две минуты движения в темноте, подсвеченной только сферами с мутным дымом, и тишине, нарушаемой их шагами, решил напомнить: «Как минимум один из стариков – сильный менталист, черт его знает, не его ли наваждение – этот зал». «Думаю, это магия пещеры», – ответила Гермиона, но гипотезу отложила в копилку. Краем глаза она заметила движение, обернулась и… замерла с открытым ртом, – за ней в напряженной позе с палочкой в руке стоял Драко Малфой в наброшенной на плечи мантии, с привязанной к туловищу Корнелией. Раньше, чем она озвучила это, раньше, чем оформила мысль в голове, Малфой понял – их с сестрой видно. Гермиона силилась вспомнить, оглядывалась ли на Драко уже внутри, и не могла – была уверена, что он скрыт под невидимкой, и полагалась только на ощущения и ментальный канал. Она быстро набросила на Драко дезиллюминационное, но… магия развеялась, как не было. «Нет! Не надо! Давай, не будем привлекать к себе внимание использованием чар». Резонное замечание опоздало, между стеллажами загудело и зашипело, стало холодно и жутко, как в непосредственной близости от дементора. Секунда тишины – мертвенной, давящей, и звуки повторились, а затем… в противоположном конце ряда взметнулся язык пламени, обращаясь в голову дракона, делясь надвое, и ещё надвое, и ещё, и ещё... Огненная гидра отращивала голову за головой, целый бестиарий пышущих адским жаром голов будто по команде развернулся и ринулся в сторону замерших в ужасе людей. – Бежим! – завопил вслух Драко и схватил Гермиону за руку. Ей было странно и неудобно бежать в обличье Малфоя, в незнакомом теле, она путалась в ногах, не могла нормально распределять нагрузку, соотнести мышечное усилие с желаемым результатом. А самому Драко, настоящему Драко приходилось не только спасаться самому, но и нести достаточно тяжелую Кору – почти неразвитые мышцы делали девочку натуральным мешком с костями. «Так и знала, что плохая идея, брать с ее с собой!» – со злостью подумала Гермиона и выкинула эту мысль ввиду бесполезности. В голове в такт шагам проносилось: «нужно-что-то-предпринять, нужно-срочно-что-то-предпринять». Если ничего не придумается, они сдохнут тут, исчезнут в алчных пастях огненных химер, обратятся в прах. Адское пламя за спиной набирало силу, накрывало дежавю. Она уже когда-то бежала так в ревущем жару между рядами, не способная измыслить ничего годного, не зная, как спасти остальных заключенных вместе с ней в смертельную ловушку. Паника и усталость подбирались вместе с огнем, вместе с желанием остановиться, просто остановиться и дождаться своей судьбы. Но нет, хрен она остановится, пока жива! Ноги не слушались, легкие отказывались принимать жаркий воздух, исчадия огненного ада догоняли. Символично, о светлая волшебница, в юности победившая темного колдуна, темная магия станет причиной твоей смерти! Темная магия? Стоп! Драко бежал быстрее, чем мог, быстрее, чем умел, черпая силы в руке Гермионы, которая крепко сжимала его собственную. Он никогда не был особенно спортивным, поэтому бег с утяжелителем в виде парализованной сестры был для него испытанием на грани возможностей организма, сердце бухало в ушах, горло горело от попыток дышать, перед глазами плыло, то ли от жара, то ли из-за стекающего со лба пота, еще несколько минут и он просто не сможет двигаться дальше, просто упадет, и их с Корой поглотит Адское пламя. Как когда-то поглотило Крэбба. Вокруг царил оживший кошмар, кошмар, мучивший его на протяжении многих лет и только немного отступивший после смерти Астории – сменившийся другими. Они сейчас умрут тут между высокими шкафами, будут поглощены магической стихией, вышедшей из-под контроля темной магией, как когда-то… Стоп!

***

Поттер методично прочесывал пролет за пролетом, хныканье то исчезало, то раздавалось правее или левее. Дежавю не отпускало, только в прошлый раз, когда он плутал в этом зале, у него была четкая цель – он знал месторасположение шарика, под которым его… нет, сейчас меньше всего нужно погружаться в прошлое, меньше всего напоминать себе о первой неудаче. Он опомнился и осознал, что понятия не имеет, где Гермиона и Драко с Корой. Вроде бы подруга пыталась его остановить. Еще раньше она говорила, что пещера – обманка. Гарри подсветил себе палочкой и наткнулся на цифру «97» в торце ряда. Мерлин, он будто вернулся в свои пятнадцать! В конце прохода шевелилась какая-то темная фигура. Сириус? Это не может быть он! Но все выглядело точно так, как в видении, которое когда-то наслал Волдеморт. Будто под Империусом Поттер двинулся в сторону своего много лет как покойного крестного, частью сознания понимая, что гонится за призраком, частью желая увидеть того хоть во сне, хоть в горячечном бреду. Блэк не приближался, и тогда Гарри побежал. Темная фигура стала отползать назад, однако Поттер двигался быстрее. Было довольно темно, но Гарри уже не сомневался: перед ним в неудобной позе застыл Сириус, живой Сириус, их разделяло всего несколько шагов! Арка с призрачным занавесом возникла там, где еще мгновение назад темнел бесконечный проход между стеллажами, занавес распахнулся и Сириус неловко провалился в нее. Снова! – Нет! – завопил Гарри и осознал, что и сам не успевает затормозить, что сейчас последует за крестным, провалится в Арку смерти в Зале пророчеств. Какое глупое окончание «героической» жизни! Стоп! Арка смерти в Зале пророчеств?

***

Неясно, кому в голову пришла эта мысль. Подумали ли они вместе об одном и том же, или один передал другому, но стоило Драко и Гермионе вспомнить, что пещера блокирует темную магию, как Адское пламя исчезло – исчезло, будто не было. Гермиона грузно осела на пол там, где остановилась, рядом повалился Драко. Сотрясение пола спровоцировало падение шариков с ближайшего стеллажа. Сферы разбивались, раня кожу осколками, пророчества с невнятным шепотом развеивались. Драко подтянул к себе Гермиону и укрыл руками и мантией, как бы странно не было обнимать по сути себя самого, та в свою очередь прикрыла телом Корнелию, невпопад думая о том, что девочка за все время побега от Адского пламени не проронила ни звука. Одно из разбившихся пророчеств тучей наползло на них, превращаясь в детское пухлощекое личико, и все трое вслушались в знакомый текст, очень четко прозвучавший в окружающем бормотании: «Рожденная бесплодной и дважды безродной…. Новую магию… близкие помогут уйти, как должно…» Кора закричала. Громко и на одной ноте. В этом крике не было отчаяния или страха. Не было никаких эмоций, никакой причины. Просто крик. Пока Корнелия кричала, окружающий пейзаж стремительно менялся. Зал Пророчеств таял на глазах, открывая взглядам неровные зубья наростов и громадные камни. Гермиона всматривалась во мрак огромной пещеры, где-то тут должны быть Гарри и Мила. Она повернулась к Корнелии, чтобы спросить, чувствует ли та сестру, когда Драко резко оттолкнул ее от себя. Туда, где еще секунду назад находилась ее голова, с грохотом упал огромный кусок горной породы. Гермиона вскрикнула от неожиданности, а затем от того, что острая каменная крошка вспорола кожу в нескольких местах. Волевым усилием она сдержалась и не позвала Драко вслух. На этот раз не сдержался он. – Гермиона! «Я тут, – ответила она мысленно, – я в порядке. Слышишь меня?» «Да, – странно было ощущать облегчение Малфоя по интонации мысли, – с другой стороны, сейчас обойду». Гермиона стала ждать его, но муж все не появлялся. «Эй!» – это была проверка связи. «Я, кажется, несколько раз обошел эту драклову хрень, тебя нет!» – на этот раз мысли мужа звучали испуганно. «Давай я», – ответила Гермиона, не позволяя себе испугаться. – Не это ищешь? – раздался за спиной скрипучий насмешливый голос. Гермиона медленно повернулась, направляя палочку на новое действующее лицо. В пяти шагах от нее стоял самый мерзкий старик, какого могло создать больное воображение. Серая в рытвинах и себорейных бляшках кожа, бородавки, единственный торчащий наружу зуб, кустистые седые брови в тон торчащим в разные стороны остаткам шевелюры… Но не его внешность испугала ведьму – она на своем веку и не такое повидала. Просто этот ужасный человек своей отвратительной мосластой рукой зажимал рот Розе. Ее Розе! В другой руке он держал палочку, кончик которой упирался девочке в висок. Гермиона и не представляла, что может испытывать такой ужас. Давешний ужас перед Беллой – ничто в сравнении с этим. Или это не только ее личный ужас? – Жалкие! Кого вы пытались обмануть своим маскарадом? Паника. Снова паника. Воздух застревал в горле и не попадал в легкие. Мысли метались испуганными птицами. Как? Как здесь могла оказаться Роза? Драко усилил защиту. После их перемещения к дому и пикси б не подлетел. Защита малфоевских владений и до инцидента была мощной, чуть ли не самой совершенной магической системой безопасности в Британии, однако Милу похитили… Взмах палочки, неожиданно быстрый и точный для такой старой развалины, и из-за спины визави стремительно вылетела еще одна детская фигурка. Второй взмах и старик швырнул крепко связанное тело на камни под своими ногами. Камилла не издавала ни звука, она просто смотрела... В ее взгляде отражались абсолютная беспомощность и принятие своей судьбы. Гермионе было знакомо это состояние. Пока старик был занят, Гермиона с решимостью, какой не испытывала на самом деле, направила на него палочку и выкрикнула обезоруживающее. Колдун даже глазом не повел в ее сторону, а заклинание растворилось. – Медленно положи палочку, – как же ей надоели каркающие голоса. Будто заржавевшие. Пускающие по телу непроизвольную дрожь. Гермиона застыла, не решаясь расстаться с оружием. Полагаться на нестабильную беспалочковую магию, когда тут почти не работает магия с проводником… – Зачем они тебе, зачем тебе я? У меня нет того, что тебе нужно, – она ненавидела себя за эти заискивающие нотки в голосе. – Положи деревяшку! Будто отрезаешь конечность... Медленно и аккуратно Гермиона опустила палочку на холодный камень. Что-то пыталось ее остановить, какие-то важные мысли желали пробиться сквозь пелену паники. – Кого выберешь, грязнокровка? Как во сне… Вот оно!

***

Драко ждал, он сосчитал до двадцати, потом еще раз до десяти, но Гермиона не появлялась. Тогда он попытался повторно обойти глыбу, прочертил в каменной крошке след, пошел по кругу, вернулся в то место, с которого стартовал. С обратной стороны камня никого не было. Волны ужаса накатывали на него одна за другой, и он не был уверен, что это только его ужас. Драко попробовал обратиться к Гермионе ментально и не смог нащупать канал. Вот тогда ему стало по-настоящему страшно. – Не их ли ты ищешь? Малфой обернулся, чтоб встретиться глазами с одним из стариков – тощей лысой образиной с глазами навыкате и невероятным количеством морщин на лице. Морщины делали черты совершенно невнятными, отсутствие зубов превращало улыбку в оскал. У ног жуткого колдуна лежали Гермиона и Роза. Обе либо без чувств, либо… этой мысли нельзя было даже допустить, но она, как жужжащий комар, проникала в сознание. Не уберег! Их тоже не уберег! Не смог сдержать слово, данное Гермионе. Не смог…. Тпррру! Как здесь могла оказаться Роза? После того, как они покинули коттедж, в него стало практически невозможно пробраться. Пещера пугает, пещера показывает самые потаенные страхи, если он сейчас зажмурится… Драко снова открыл глаза, ничего не изменилось. Дед жутко улыбался, а у его ног лежали два тела. Легкое мысленное подергивание не дало новой волне ужаса захлестнуть его. «Обман, – Корнелия даже ментально старалась говорить на грани слышимости, – не ведись, я стараюсь, стараюсь, но колдовство очень сильное». Старик тем временем поднял оба тела в воздух и стал их разворачивать вверх тормашками. Драко попытался обездвижить противника, пока тот был занят другим заклинанием, но обездвиживающее не сработало. Противник никак не прокомментировал попытку напасть, продолжая методично вертеть тела. Гермиона и Роза зависли вниз головами – каштановые волосы смешались с темными рыжими, почти медными, лучик, непонятно откуда взявшийся в полумраке пещеры, причудливо высвечивал пряди, Драко оцепенело разглядывал кружащиеся вокруг своей оси фигуры. Когда-то он видел что-то подобное… Из ступора его вывел звук сорвавшегося камня. Гермиону и Розу накрыла тень. Малфой с ужасом посмотрел на то, что эту тень отбрасывало. Огромный острый скальный осколок, ведомый палочкой колдуна, дамокловым мечом завис в нескольких футах над ними. Старик расположил его так, чтобы сорвавшись, он погреб под собой обеих – и мать, и дочь. Малфой цеплялся за слова Коры, что происходящее – обман, пытался убедить себя в том, что это обещанные сюрпризы пещеры, но полностью поверить себе не мог, слишком уж материально выглядели его девочки и зависшая над ними смерть. – Если ты отдашь то, что нужно мне, я отдам то, что нужно тебе, – скрипучий голос ввинчивался в мозг, дробил кости черепа и лишал воли. – Клади палочку на камень перед собой, – продолжил старик, – и отвязывай от себя избранную! – последнее слово он произнес с неожиданным благоговением. С трепетом. С предвкушением. Драко, не сводя с визави глаз, наклонился. В голове возник шепот Коры: «Потяни время, делай, как он сказал, только очень-очень медленно, постарайся положить меня головой к нему». «Я не отдам тебя!» «Делай, как говорю, у меня нет сил тебя заставлять», – интересно, можно мысленно шипеть. Драко посетила неуместная в данных обстоятельствах мысль, что доведись Корнелии учиться в Хогвартсе, ее однозначно распределили бы на Слизерин. «Очень-очень медленно», – снова попросила сестра. «Я не доживу до одиннадцати», – ответила на следующую мысль. Драко передернуло. Она ведь не собирается совершить что-то самоубийственное. «Нет, – лаконично отозвалась девочка. – Я не про сейчас, я вообще». Драко движением плеч скинул поттеровскую мантию, завел руки за спину, не сводя глаз со старика, первый узел поддался слишком легко, второй он придержал пальцами, чтоб импровизированный слинг, которым была привязана к нему Корнелия, не упал раньше, чем нужно. «Сейчас!» – скомандовала та.

***

Гарри осознал себя лежащим на груде камней, тело безбожно ломило, и он даже представлять не хотел, как оно выглядит. Впрочем тело было не его, так что не жалко, жалко, что все эти синяки останутся, когда оборотное перестанет действовать. Аврор попытался восстановить цепочку событий, которая привела его на эту… груду камней. Зал пророчеств, девяносто седьмой ряд, Сириус, Арка… Все это было наваждением. Гермиона говорила про пещеру и ее магию… Похоже, малфоевские штуковины не спасают от местных наваждений. Он уже почти поймал за хвост мысль, что это может значить, когда от размышлений его отвлек стон. Стон раздавался из-под груды камней. Гарри направил на нее палочку и пробормотал: – Мобиликорпус! Камни даже не шевельнулись. – Локомотор! – попробовал снова. Словно в насмешку один из камней медленно скатился вниз, а его место занял сместившийся сверху. – Эванеско! Конфринго! Редукто! – Поттер вошел в раж и посетовал на отсутствие всезнающей Гермионы рядом, потому что и эти заклинания не сработали. Чертыхнувшись, он вернул палочку в чехол и стал голыми руками отбрасывать камни в сторону. Тело было непривычным. Гарри пожалел, что заварил кашу с оборотным. Кажется, здесь никто не полагался на внешний вид. Вряд ли у Драко были какие-то ассоциации с определенным рядом в Зале пророчеств, следовательно, либо пещера, либо ее… обитатели знали, что он – это он. Непривычные к физической работе ладони засаднило после десятого камня, мышцы заныли, синяки разболелись с новой силой, но физический труд приятно отвлекал от невеселых мыслей. Казалось, груда почти не уменьшается. Гарри снова попробовал прибегнуть к помощи магии и снова потерпел фиаско. Черт побери, что он делает? Кого хочет найти под этим завалом? Не отвлекают ли его от цели… Ответом ему был новый стон снизу. Поттер плечом смел часть камней, еще одним ударом разметал следующий участок, и дело пошло быстрее. Спустя пять минут и окончательно отбитые плечи он почти разровнял нагромождение, осталось разбросать последний слой. Где-то тут должен быть ход вниз. Гарри отодвигал камни ногами, отбрасывал руками, понятия не имея сколько времени все это длится. Освобожденный участок становился все больше, но ничего похожего на лаз не наблюдалось. Часть сознания твердила ему, что нужно бросить это глупое занятие, но другая часть нашептывала, что там внизу кто-то стонал. Кто-то нуждался в его помощи, и скорее всего этот кто-то – его дочь. Что произошло, Гарри так и не смог понять, кажется, был какой-то звук, кажется, воздух в помещении изменился, кажется, пространство схлопнулось – что-то – и он стоит на коленях в углу небольшой комнаты, а может, не комнаты, а все-таки пещеры, но в этом помещении приступа агорафобии точно можно не опасаться. А главное, вокруг ни единого сраного камня! Футах в двадцати от него за высокой каменной преградой, похожей на рукотворную колонну, замерли почти спиной к спине два Драко Малфоя, Гарри не смог определить, кто из них настоящий. Потому что… потому что обоих было видно и ни у кого из них на руках не было Корнелии. Цепким взглядом он окинул пространство вокруг Малфоев и обнаружил Кору, лежащую на чем-то немного возвышающемся над уровнем пола между Драко и кем-то еще – этот человек, укутанный в длинную старую хламиду, стоял спиной к Гарри. Первым порывом было напасть на противника Малфоя или Гермионы, но Поттер давно перестал принимать спонтанные решения. Хорошо… почти перестал. Перед вторым Драко замерла еще одна фигура – неловкое движение и противник заметит Гарри. Поттер замер, стараясь слиться со стенами. Незнакомец, что стоял лицом к Гарри, надвинулся на «своего» Драко, и тот наткнулся на собственную копию за спиной. Обмен взглядами стоил обоим Малфоям удобной позиции. Человек в рваной хламиде запустил каким-то заклинанием, и одного из Драко сбило с ног. Поттеру стоило немалых усилий обуздать порыв напасть в этот момент. Второй Драко тоже упал. Опытный аврор понял, что это не случайное падение, таким образом его напарники пытаются подобраться поближе к Коре, держась рядом друг с другом. Теперь колдуны в хламидах стояли плечом к плечу, но, что важнее, – спиной к Гарри. Воспользовавшись тем, что выпал из поля зрения, тот стремительно и бесшумно преодолел расстояние между собой и группой волшебников. Он собирался прижаться к колонне и снова стать невидимым для потенциальных врагов, но едва удержался на краю ямы, внезапно возникшей на пути. Аврору удалось сдержать крик и ругательство, только подлая каменная крошка выскользнула из-под ноги. Видимо, это отвлекло кого-то с обратной стороны препятствия, и этим воспользовались его соратники, потому что до Гарри донеслись звуки потасовки. Поттеру бы присоединиться, но он не мог, не мог оторвать взгляда от ловушки, в которую едва не угодил. Она представляла собой углубление, наполовину заполненное неприятного вида жидкостью, и в этой сотворенной природой ванночке, связанная по рукам и ногам, едва удерживая над поверхностью голову, лежала его дочь. – Наигрались, детки? – просипел отвратительный голос неподалеку.