Бескрылые

До места встречи с Лю Фэнем Юнги добирается раньше назначенного даже с учетом того, что пришлось немного попетлять по вечерним улицам — по пути к нему прицепился какой-то хвост, довольно умный, к слову: как бы Юнги ни оглядывался, вычислить его так и не смог, учуять тоже. Кому бы тут приспичило следить за ним, он представления не имел, тем более, что никакой угрозы от своего соглядатая он не почувствовал. Самым логичным было предположить, что это Чон Хосок каким-то образом прознал о его приезде и потому приставил одного из своих — придя к этому выводу, Юнги кивнул сам себе и, скинув преследователя, закинул информацию в ящик подальше, решив, что займется этим вопросом позже. А пока у него есть дела поважнее. И, кажется, куда менее безобидные: у нужного ему подъезда припаркованы два черных внедорожника, а рядом стоит группка мужчин с дорожными сумками у ног. Все как один в черных деловых костюмах, и очень маловероятно, что это припозднившиеся офисные клерки. Юнги внутренне подбирается, силясь по жестам понять, о чем идет разговор, но вот один из них хлопает другого по плечу и, махнув рукой, отходит в сторону. Остальные мужчины кивают друг другу, подбирают сумки и, закинув их в багажники, рассаживаются по машинам. Все, кроме последнего — высокого мужчины около сорока с рукой на перевязи и повязкой на глазу, в котором Юнги безошибочно узнает Лю Фэня. Автомобили уезжают, и стоит им только скрыться за углом, как Юнги быстрым шагом перебегает дорогу, направляясь прямиком к китайцу. — Лю Фэнь-сонсэнним*! — он окликает его у самой двери. Тот оборачивается и щурит и без того узкий глаз, а после в нем проступает понимание. — А, «тигр» из «Бэкхо Па». Ты рано, — Лю Фэнь хмурит широкие брови. Юнги жмет плечами: — Так вышло. Много времени я не займу, мне всего лишь нужно узнать, приобретал ли кто у вас винтовки М24А2 несколько недель назад или раньше. До того, как вы стали работать на Чона. — Подожди, не здесь. Я не обсуждаю дела на улице, — Лю Фэнь заходит в подъезд и манит Юнги за собой. — У меня есть журнал, где я вел перечень всех своих клиентов до того, как… — Флеш-карта? — с надеждой спрашивает тот, на что получает только смешок. — Я не доверяю электронным носителям с тех пор, как парочка умельцев из Шанхая взломала запароленные сервера, где я раньше хранил инфу о клиентах, — вещает Лю Фэнь, поднимаясь по лестнице на третий этаж, — поэтому теперь все по старинке: бумага и старый-добрый сейф. Черт побери, пока этот китаеза будет искать что-то в своих записях, вся ночь пройдет. Остается лишь надеяться на его дотошность. — Но надеюсь, ты понимаешь, что я не могу просто так раскрывать столь важную информацию о своих дорогих клиентах неизвестно кому? — Лю Фэнь вводит на панели замка код и открывает дверь. — «Тигры» не забывают тех, кто протягивает им руку помощи, Фэнь-ши, — заверяет его Юнги безо всякого энтузиазма, переступая порог квартиры вслед за хозяином. — Очень на это надеюсь. Я сильно рискую, — Лю Фэнь приглашающе машет рукой и проходит вглубь квартиры в комнату, напоминающую гостиную и кабинет одновременно. Юнги оглядывается, отмечая, что, кажется, торговцы оружием у Чона зарабатывают не слишком много: обстановку, состоящую из продавленного дивана, заваленного бумагами стола со стулом и кадки с полузасохшим фикусом у окна, вряд ли можно назвать роскошной. — Пусть беспорядок тебя не смущает, я только сегодня вернулся из длительной командировки. — Все в порядке, об этом точно не стоит переживать. Лю Фэнь подходит к висящей на стене уродской подделке под Климта и уже готовится ее снять, как Юнги вдруг настороженно замирает. — Вы слышали? — он чувствует, как встают дыбом волоски на затылке. — Щелчок. Вот еще один. Кажется, где-то за стеной. Что там? — Ванная, но… — Лю Фэнь оборачивается. — Эй, ты что делаешь? Юнги быстро закрывает дверь и тащит к ней стул. — Вводите код и забирайте документы, а потом валим отсюда да поживее, — он подпирает дверь и тянется за спрятанным под длинной худи пистолетом. Он со щелчком снимает его с предохранителя. — Вот такой вот был щелчок. И судя по всему, их не меньше трех. Китаец хмурится. — Хорошо, я сей… — он снова берется за картину, но свет неожиданно гаснет, оставляя их в полной темноте. — …час. Поздно. А в следующую секунду раздается удар об дверь. — Блядь, быстрее! — Я нихуя не вижу! — Значит, наощупь! Оружие есть?! — Только нож. — Смеешься? У торговца оружием ни одного ствола?! — Думаешь, Чон доверяет мне? Хуя с два! — удары повторяются, видимо, дверь пытаются выбить, а после слышится выкрик на китайском, и раздается выстрел. А следом еще один. Фэнь успевает ввести несколько цифр, прежде чем дверь выламывают. — Эй, парни, может, договори… — снова выстрел. Фэнь глухо бьется спиной о стену и взвывает от боли. — Дерьмо! — Юнги укрывается за широким столом и тоже стреляет. Глаза понемногу привыкают к темноте; выглянув из своего укрытия, он насчитывает пятерых и чертыхается сквозь зубы, слыша задушенные крики Фэня, чьи-то приглушенные ругательства, звон металла о металл и звуки входящего в мягкую плоть ножа. Юнги насчитывает восемь раз. Блядь. Блядь. Блядь. Пятеро — нестрашно, патронов хватит на всех. Вопрос во времени. Даже если Лю Фэнь еще жив (Юнги не знает, сколько из восьми ударов досталось ему, а сколько — нападавшим), вряд ли он проживет долго. Юнги должен успеть уложить эту пятерку, выведать у него код, забрать документы и свалить, пока эти ребята не привели своих друзей. Он делает еще один выстрел; слышится короткий вскрик и ругань на китайском. Интересно узнать: пришли они именно за Лю Фэнем или знали, что Юнги будет здесь? С одной стороны — китайцы, с другой — многие банды пользуются услугами китайских наемников, те известны своей любовью к деньгам и абсолютной беспринципностью. Хорошо бы оставить в живых одного из ублюдков и допросить его. Юнги снова выглядывает из укрытия и едва успевает спрятаться вновь — пуля проходит по касательной и оцарапывает правую щеку. Шустрые ублюдки! Юнги морщится от боли и достает из кармана телефон. Он делает глубокий вдох, пытаясь насколько возможно расслабить разум и снизить уровень напряжения. Шанса на ошибку нет, придется действовать быстро, но в этом нет ничего, что Юнги не делал бы раньше. Главное, чтобы Лю Фэнь был еще жив. Он выпускает внутреннего зверя, разом увеличивая свою ментальную силу до максимума и, включив фонарик, выпрыгивает из укрытия и стреляет по подсвеченным теперь мишеням. Четыре человека — четыре выстрела. Двоим он попадает точно промеж глаз, и они падают замертво, еще одному — в грудь, четвертому — в область живота. Юнги, продолжая ослеплять их фонарем, подходит ближе и стреляет снова, теперь уже добивая окончательно, а после добегает до лежащего в углу рядом с пятым наемником Лю Фэня, оскальзывается на луже крови и с размаху приземляется на колени. — Фэнь-ши! — тот хрипит, и Юнги с облегчением выдыхает. — Код! Скажите мне код! — Не могу встать… — Фэнь говорит прерывисто, натужно. — Холодно… — он булькает кровью. Юнги сжимает зубы до скрипа. — Код, быстрее! — Д-два… Юнги протягивает свой телефон. — Наберите цифры, скорее. Два, дальше? — он вкладывает устройство в его руку. Фэнь водит окровавленным пальцем по экрану, кажется, с трудом соображая. — Два-восемь-ноль-четыре? — переспрашивает Юнги. — Это он, точно? Тот кивает. — Н-не думал, что сдохну так… — он снова заходится кашлем. — Смешно. — Не говорите много, мы еще можем успеть доставить вас в больницу, — врет Юнги, поднимаясь. Он снова поскальзывается, но на этот раз удерживается на ногах и, направив свет на панель сейфа, начинает вводить код. «Два, восемь, ноль…» — Это все из-за тебя… Они пришли за тобой, тигр. Н-не за… не за мной. — О чем вы? «Четыре, — щелчок замка. — Есть!» Юнги открывает сейф и выгребает оттуда несколько лежащих там журналов. — Один из них сказал… — Юнги пережидает очередной приступ кашля, — «убейте корейца, Янмин с парнями сожгут трупы». — Они звали друг друга по именам? — хмыкает Юнги, укладывая журналы в рюкзак и закидывая тот на плечо. — Д-друг… Друга нет. Юнги оборачивается: Лю Фэнь широко улыбается, демонстрируя окровавленные зубы. Внутри все сводит холодом. — Что значит «друг друга нет»? — переспрашивает он, уже зная ответ. Эта пятерка — не единственные по его душеньку. — Ты знал, и ничего не сказал?! — Мне все равно уже не выбраться. Одному не так тоскливо, — Юнги морщится, слыша его страшный булькающий смех. — Гребаный сукин сын! Что они еще говорили? Отвечай! Смех обрывается, Лю Фэнь дергается, а после затихает. Видимо, уже навсегда. — Блядь! Юнги подбегает к окну и аккуратно выглядывает из-за занавески. У обочины припаркованы две иномарки, из которых выбегают шестеро мужчин в черном. Патронов всего четыре, даже с меткостью Юнги на всех не хватит. Осматривать трупы времени нет; Юнги забирает пистолет у ближайшего к нему тела и распахивает окно. Под окнами соседей есть пристройка, по которой можно уйти — Юнги оценивает ширину бордюра и, глубоко вдохнув, ступает на него. Рюкзак тянет назад, но Юнги удается найти баланс; он доходит до пристройки и спрыгивает, а оттуда — на землю. Ноги гудят, ладони содраны, но сейчас не до мелочей, Юнги поправляет лямки рюкзака и припускает вперед по улице, слыша за спиной топот и крики. Быстрее, быстрее, быстрее. Найти какую-нибудь оживленную улицу и заскочить в любой транспорт, какой попадется на пути. Юнги бежит со всех ног, залетает в какой-то очередной проулок и пытается отдышаться. Преследователей не слышно, может быть, наконец отстали? Хотелось бы: Юнги чувствует себя вымотанным. Такой большой выплеск ментальной силы во время течки, когда организм и без того ослаблен, подкосил его, и если в обычный день он мог бы пробежать еще квартала три, не запыхавшись, то сейчас ему хочется лечь и умереть. Он упирается ладонью в колено и достает телефон. Тэхен не снимает трубку чертовски долго. Юнги уже вновь слышит шум и голоса, когда гудки наконец прекращаются. — Хен? — Тэ, ххаах, я… — если его убьют, Тэ обязан узнать о том, что произошло, о том, что они на правильном пути, — угодил в засаду… — Насколько плохо? Помощь нужна?! Хен? — голос Тэхена звучит обеспокоенно; в переулке показываются двое. Рука дрожит, но Юнги все равно стреляет и ранит одного из мужчин в руку. Следующий выстрел — успех. Юнги снова бежит, зная, что на звуки сбегутся остальные. Он забегает за угол, как вдруг его скручивает диким спазмом. Трубка падает из рук на асфальт, а следом за ней валится и сам Юнги. Кажется, это конец. ________ *сонсэнним — не только учитель, но и просто уважительное обращение к человеку. Употребляется с фамилией или с фамилией и именем.