Бескрылые

Небо за окном медленно окрашивается красным, в здании напротив зажигаются огни. Вечереет. Тэхен бездумно смотрит на свое отражение в оконном стекле — до встречи с драконом осталось всего несколько часов. Рука тянется к пачке сигарет. Внутри плещется замешательство вкупе с предвкушением и нервным возбуждением. Тэхен откидывается на спинку кресла и глубоко затягивается, позволяя терпкому дыму заполнить рот и горячей волной спуститься ниже. Он представляет, как табачный туман накрывает собой все тревоги, словно покрывалом, успокаивает и очищает разум — Юнги сказал бы, что он извращает суть медитации, но Тэхену плевать. Какая разница: медитирует ли он в позе лотоса, во время тренировки в спортзале или пока курит? Суть в концентрации. Если метод дает нужный результат, Тэхен будет его использовать, что бы там ни болтал дракон о «мышлении лейтенанта». «Найти решение и бросить все на достижение цели — достойно уважения, Тэхен-ши, в наших кругах мало кто на это способен. Но это мышление лейтенанта, а ты больше не лейтенант. На той высоте, где ты сейчас, та самая «гордость» может стоить жизни. И не только тебе». Тэхен болезненно морщится, вспоминая чужой вкрадчивый голос, поучающий его, словно ребенка. Ощущение, словно ему со всего размаха зарядили по яйцам. А хуже всего то, что дракон, черт его дери, прав. Эти гребанные старики, которые мнят себя едва ли не владыками Азии, придают значение каждой фразе и каждому брошенному слову. Ты можешь быть сколь угодно талантливым и успешным, но потеряй лицо хотя бы раз, и они приложат все свои собачьи силы, чтобы сбросить тебя вниз. Важен только фасад, а что находится за ним — прогнившие перекрытия или вовсе пустота — плевать. Поэтому признай Тэхен публично, что в «Бэкхо Па» завелись грызуны, старые пердуны тут же объявили бы его ненадежным слабаком, который не способен управлять своими людьми. Даже если в их собственных домах крысы давным-давно стали хозяевами. Тэхен ненавидит их до глубины души. Но, к сожалению, с ними приходится считаться. По крайней мере, сейчас. Даже дракон, о чьих методах борьбы с несогласными ходят кровавые байки, играет по правилам — а у Тэхена нет ни мощи «Ханчоль Ен Па», ни личного авторитета. Об этом же постоянно твердит Намджун, взвывая к благоразумию и осторожности — Тэхен внемлет его советам, однако сегодня с Чонгуком… Он раздраженно дергает уголком рта. Тэхен не соврал тогда: он действительно сторонник эффективных решений, ему не трудно поступиться тем, что старые пердуны считают «достоинством», если в итоге получит больше, чем потеряет, а в союзе с «Ханчоль Ен Па» для клана одни только плюсы. Однако главная причина в том, что в Чонгуке Тэхен увидел черты, похожие на свои. Глупо отрицать: дракон его интригует. Тэхен мог бы с легкостью оправдываться тем, что силы «Ханчоль Ен Па» необходимы для борьбы с пока неизвестным врагом — Чонгук может отнекиваться сколько угодно; он точно знает больше, чем говорит, — но обманывать себя смысла нет. Тэхен никогда бы не позволил втянуть себя в игру, которая ему не интересна. А Чон Чонгук ему интересен. Мальчишка, чей опыт на четыре года превышает его собственный. Наглец, который позарился на территории «тигров» и совершенно в том не раскаивается; один из самых жестоких лидеров «пятерки», который дважды позволил им избежать кровопролитных столкновений. Тот, кто с легкостью отклоняет предложение Тэхена о сотрудничестве и тут же приглашает вместе выпить. — Нравится? Наблюдать за мной. — Нравится. Совершенно бесстыдный, порочный, обезоруживающе честный лгун с очаровательной улыбкой и взглядом, пронизывающим до костей. Да, Чонгук Тэхену определенно интересен. Разобраться в противоречиях, снимать слой за слоем, покуда не останется лишь обнаженная суть — Тэхен признается себе, что хочет этого. К сожалению, интерес абсолютно взаимен. И именно поэтому Чонгук опаснее вдвойне. Тэхен тушит сигарету в стеклянной пепельнице и, сделав глубокий вдох-выдох, легко поднимается из кресла. За окном уже совсем темно; пора готовиться к встрече, а до того… Он касается сенсорной панели интеркома, активируя связь с секретарем: — Джэхе, позови ко мне главу безопасности Мина.

***

Когда Юнги заходит в кабинет, Тэхен уже успевает переодеться, сменив пиджак и рубашку на тонкий черный джемпер, который вместе с запасным костюмом хранит здесь на случай незапланированной ночевки. — Ты собрался в ночной клуб или в музей? — интересуется Юнги, закрыв дверь до щелчка. Сегодня, в отличие от предыдущих дней, у него в руке тонкая папка, наталкивающая на мысль, что им будет, что обсудить. — В пещеру к дракону, там особый дресс-код. Тэхен поправляет широкий ворот джемпера, открывающий чернильный змеиный хвост, ожерельем лежащий на ключице, и отходит к письменному столу, чтобы взять из ящика пистолет. Просто на всякий случай. — Чонгук — хитрый ублюдок, — произносит он. — Уверен, что он выбрал клуб не просто так. — Думаешь, проверка? — Скорее, любопытство. Ему интересно, как я себя поведу, — Чонгук сказал, что хочет узнать его лучше, и обозначил статус встречи неофициальным, но на деле все только усложнил, и Тэхен ни за что не поверит, что тот сделал это не намеренно. — Будь это ужин в ресторане, все было бы куда проще. В ресторане ты так или иначе соблюдаешь этикет, держишь себя в рамках, даже если пьешь. Но клуб — совсем другое. Музыка, огни, полумрак, обжимающиеся парочки по углам — сама атмосфера настраивает тебя на то, чтобы хорошо оттянуться, понимаешь? Легко потеряться, — Тэхен задумчиво хмурит брови. — Поэтому ты оделся серединка на половинку? Он ведет плечом: что тут скажешь? Являться в ночной клуб в классическом офисном костюме — не лучший вариант, ехать домой переодеваться или покупать новое — значит показать, что и встреча, и чонгуково расположение ему слишком важны. В том числе, самому себе. — А ты ждал, что я разоденусь, как раньше? Серьезно, хен, я не омег соблазнять иду. — Дракона? — Юнги выгибает бровь. Тэхен возводит очи горе. — Очень смешно. — Никто и не смеется, Тэ, — Юнги перехватывает папку двумя руками, выставляя перед собой вперед, словно в защитном жесте. — Я помню, мы говорили об этом, но… — Никаких «но», хен, — обрубает Тэхен. — И хватит о драконе, я им еще по горло наемся. Расскажи лучше, что тебе удалось узнать. Есть что-нибудь интересное? — Я нашел кое-что любопытное, но для начала плохие новости, — Юнги выуживает из внутреннего кармана пиджака маленький пузырек из темного стекла. — Был сегодня в аптеке, у них задержки с поставкой, говорят, ускорить не могут даже за тройную плату. Всучили мне это, сказали, хватит недели на три при экономном использовании, посулили два флакона бесплатно в качестве извинения. Тэхен чертыхается себе под нос. Этого еще не хватало! Он быстро прикидывает, какой запас ф-духов у него остался: того, что стоит дома, хватит на две недели, плюс маленький флакон, который он носит с собой на всякий случай… итого около полутора месяцев. Негусто, но выбора нет: во-первых, «Дом долголетия» — единственная аптека с собственным производством, которая изготавливает ф-духи высокого качества, во-вторых, владелец Но разрабатывал аромат для Тэхена еще при отце; списка компонентов нет, деталей он не знает, а, следовательно, не сможет внятно объяснить другому исполнителю, что ему нужно. И, в-третьих, если Но прознает, что Тэхен пытается достать ф-духи на стороне, может отказать ему вообще. Выход один — ждать и надеяться на лучшее. И то, и другое Тэхен терпеть не может. — Расписку взял? С этого старого пройдохи станется потом сделать большие глаза, мол, ничего он нам не обещал. — Конечно, она при мне. — Отлично. Черт, — снова чертыхается Тэхен и, взяв в руки пузырек, открывает крышку и принюхивается: все тот же древесный запах с нотами кедра. — Как всегда не вовремя. В следующий раз возьми больше, чтобы хватило на год. — Ты же знаешь, эти духи хранятся максимум три месяца. — Плевать. Испортятся — выбросим, я хочу иметь большой запас. Юнги коротко кивает: — Как скажешь. — Спасибо. Что по остальным новостям? — Тэхен привычными движениями обновляет аромат; ф-духи сохраняют свойства в течение суток, но он предпочитает быть готовым к неожиданностям. — Я попросил Намджуна помочь мне найти инфу о совместных делах с «драконами». Ты знаешь, господин Ким дружил с их прошлым главой, но вместе они не работали. Мы хорошо порылись в архивах и кое-что нашли. Был некто господин Чхве, миллионер, владелец сети частных клиник, у него были терки и с нами, и с «драконами». — Отец вымогал у него бабло, что ли? Или это что-то связанное с наркотой? — Тэхен убирает пузырек в потайной ящик стола и, выпрямившись, вновь усаживается в кресло. — Ни то, ни другое. Информации сохранилось немного, но, как мы выяснили, этот самый Чхве занимался подпольной трансплантацией органов вип-клиентам из Саудовской Аравии и Европы и хотел, чтобы твой отец и господин О ему помогли с перевозкой товара из Индии, Китая и ряда других стран. За процент, конечно. — Отец наладил каналы, по которым мы сейчас перевозим контрабанду, — задумчиво кивает Тэхен, — вероятно, речь о них. Но он всегда считал этот рынок гнилым, он бы не согласился участвовать. — Он и не согласился, — Юнги передает ему папку с отчетом. — Ни он, ни господин О. К тому же, этот Чхве им соврал: он заверял, что использует органы умерших, типа в Китае и в Индии люди мрут как мухи, и это охуенный рынок «сырья». — Умерших? — Тэхен фыркает. — Что за брехня, он их за идиотов держал, что ли? Все знают, как устроен этот рынок, жмуров там от силы процентов двадцать. Отец бы точно не купился. Юнги кивает: — Они с господином О быстро его раскололи. Оказалось, что Чхве похищал людей, опаивал их и изымал органы. Почки, печень, сердце, даже яички, — они с Тэхеном синхронно морщатся, — в общем, все, на что был спрос. Большую долю оборота составляли дети. — Отец терпеть не мог, когда его держали за дурака. Представляю, в какой он был ярости, — Тэхен коротко улыбается. — Что они сделали с этим Чхве? Убили? — Сдали копам и попутно прибрали к рукам все активы. На клиники устроили облавы, поймали на горяченьком и повязали. Собственно, детали я знаю из полицейских отчетов, которые нарыл Намджун. Почитай, интересное чтиво. Этот Чхве — та еще мразь, — Юнги презрительно дергает уголком рта. — Миллионер с армией адвокатов и связями против двух преступных группировок — занятное противостояние, — Тэхен открывает отчет и пробегает взглядом по строчкам. — Оу, его-таки удалось засадить. — Да. Кажется, у него был брат-прокурор, но улики были такие, что тот не смог его отмазать. Чхве скопытился через год отсидки. — Дерьмовый конец, но не скажу, что мне жаль, — Тэхен листает страницы и останавливается, увидев логотип компании; ну да, кто бы сомневался. — Лотос точь-в-точь как на татуировке Ухека, — он вскидывает взгляд на Юнги. — У этого Чхве остались родственники? Партнеры, друзья? — Насчет друзей и партнеров не знаю, копну глубже, может быть, кто-то и остался, — тот качает головой. — Но что тебя точно заинтересует, так это его сын. Его зовут Чхве Минхо — альфа, тридцать лет, последние шесть жил во Франции с матерью. По официальным данным, типичный «золотой мальчик». По юности кутил, сейчас занимается антиквариатом, жертвует на благотворительность, в темных делах не замешан и вообще милашка. Знакомое имя. Так зовут одного из новых клиентов — оценкой принадлежащих ему предметов искусства как раз должны заняться нанятые «Бэкхо Па» эксперты. Тэхен хмурится. — Есть его фото? — На последней странице. Тэхен открывает ее и смотрит на прикрепленную фотографию. Он не ошибся, это тот самый Чхве Минхо — коллекционер, который сперва купил дорогущую вазу династии Мин, а после выразил желание поработать вместе. Тот самый Чхве Минхо, с которым Тэхен завтракал всего пару дней назад. Сын человека, у которого отец Тэхена отнял все, в том числе, и жизнь, вдруг предлагает сотрудничать. Совпадение ли это? «Чего же ты добиваешься, Чхве Минхо? Хочешь уничтожить меня, как мой отец уничтожил твоего?» — мысленно спрашивает Тэхен у фотографии. — Есть ли хоть что-то, что связывает его с этими лотосными крысами? — Пока ничего. Но слишком много совпадений, Тэ, я не думаю, что он нарисовался сейчас просто так, тем более, в качестве партнера. — Я тоже так не думаю, но нам нужны доказательства. Если он что-то замышляет, мы должны знать, что. И почему он нарисовался именно сейчас. Юнги едва заметно хмурит брови. — Ты планируешь рассказать об этом Чонгуку? Тэхен неопределенно ведет плечом. — Смотря как пройдет встреча, — он поджимает губы. — К сожалению, от нее зависит куда больше, чем я бы хотел. — Звучит довольно дерьмово, Тэ. Тэхен вновь смотрит на фотографию Минхо и криво улыбается. — Ну, оттого ведь и интереснее?

***

О том, что в клуб приехал Тэхен, Чонгуку сообщает бета-администратор, пока он сам заканчивает слушать отчет Мингю о поимке крыс-беглянок. Как и ожидалось от палача «Ханчоль Ен Па», все четверо пойманы и доставлены на принадлежащий клану склад, а это значит, что уже через пару часов ублюдки выложат все, что знают. Мингю умеет добывать информацию, Чонгук ему полностью доверяет. — Закончи с ними к утру, — бросает он в трубку. — К девяти отчет должен лежать у меня на столе, после можешь взять парочку выходных. Рассчитываю на тебя, Мингю-я, — завершает вызов и, убрав телефон в карман пиджака, вскидывает взгляд на администратора и вопросительно приподнимает бровь. — Почему ты до сих пор не проводил гостя сюда? Мне казалось, я дал четкие указания. — Да, босс, но… гость пришел с оружием. Мы не можем пропустить его и подвергнуть вас опасности, — администратор кланяется на девяносто градусов. — Какого рода оружие? — Пистолет, босс. Прикажете изъять? — Гость пришел один или с сопровождением? — Один, босс. Чонгук хмыкает. Пришел один, но с пистолетом? Какой храбрый тигренок. Или глупый? — Проводи его сюда да побыстрее. Оружие оставьте. Администратор явно хочет возразить, но вовремя закрывает рот и, выпрямившись, исчезает в полумраке, чтобы уже через пару минут вернуться с Ким Тэхеном. — Добрый вечер, Чонгук-ши. У тебя довольно милые сотрудники, — тигренок приподнимает уголки губ. Чонгук отпускает администратора кивком головы и улыбается Тэхену в ответ. — Надеюсь, они не причинили тебе серьезных неудобств. У нас не пускают внутрь с оружием. — Значит, я счастливое исключение? Чонгук предпочитает не отвечать, к чему давать ненужное подтверждение? — Разве не ты говорил мне о доверии? — он смотрит с притворным укором. — А теперь сам приходишь с оружием. Тэхен чуть прищуривает глаза; приглушенный свет красных ламп лаунж-зоны придает им почти мистическую глубину и лукавство — Чонгук не отказывает себе в удовольствии полюбоваться. — Мы всего лишь на первой ступени, Чонгук-ши, — невозмутимо отвечает Тэхен. — Если нам удастся найти общий язык, в следующий раз приду безоружным… возможно. — Звучит так, словно все зависит от меня. — От тебя в том числе. Как говорится, для танго нужны двое. — Буду рад проверить танцевальные навыки с тобой, Тэхен-ши, — Чонгук одаривает его еще одной улыбкой и машет в сторону кабинки с уютным диванным уголком в форме буквы «п». — Присаживайся. Надеюсь, ты не против, что я выбрал открытый лаунж? Подумал, что приватный кабинет не слишком подходит для первой встречи. Он ждет, покуда Тэхен не выберет место, и занимает диван напротив. Тигренок скользит взглядом по висящим у входа темным портьерам и с едва заметным весельем вскидывает бровь, как бы говоря, что недостатка в приватности тут точно нет. — Пожалуй, — соглашается он вслух, оглядывая кабинку изнутри. По стенам ползут подсвеченные светодиодами ярко-красные ветви фантастических деревьев, причудливо сплетающиеся под потолком — немного сказки для тех, кто хочет познать эйфорию. — Мне тут нравится, — заключает Тэхен наконец. — Много красного, черненый металл, кованые детали — выглядит довольно стильно, но я еще не был на танцполе, у бара и на третьем этаже, поэтому не могу дать полную оценку. — Можешь ходить везде, где захочешь, ты же мой гость. Разве что в кабинеты на третьем не советую заглядывать, ну и тут за портьеры — мало ли, на что можешь наткнуться. Тэхен смотрит заинтересованно. — Ты о парочках или о бизнесе? — И о том, и о другом. Если захочешь, позже могу устроить тебе экскурсию, интересно будет услышать мнение эксперта. — Скорее, энтузиаста-любителя, — хмыкает Тэхен, — но я только «за». Уверен, большой дракон проводит экскурсии далеко не каждый день, а я от возможностей не отказываюсь. — «Большой дракон»?  — Чонгук беззлобно усмехается. — Самый большой и самый злобный, помнишь? — лицо тигренка остается совершенно бесстрастным; Чонгуку хочется расхохотаться. — Тебе кто-нибудь говорил, что настолько бессовестно флиртовать с драконами опасно, Тэхен-ши? — Не для тигра, — тот бросает на него короткий взгляд, а после откидывается на спинку дивана и невозмутимо склоняет голову к плечу: — К слову, как у тебя тут с выпивкой? Есть что-нибудь интересное? Чонгук мажет взглядом по змеиному хвосту, что приютился на чужой смуглой коже, и, облизнув губы, жмет на кнопку вызова официантов. — Могу предложить кое-что из моей личной коллекции. Подойдет?

***

Чонгук оказывается интересным собеседником. Тэхен старается не расслабляться, но вынужден признать, что давно не говорил так много и с удовольствием о чем-то помимо бизнеса. Разве что с Богомом, но тот не особенно увлекается изобразительным искусством, отдавая предпочтение свежим статьям по медицине. А вот Чонгук увлекается. Они даже немного спорят по поводу современной корейской живописи, и смотреть на дракона, который горячо доказывает свою точку зрения, удивительно приятно. Экскурсию ему все-таки проводят, и, что сказать, клуб хорош — полгода назад Тэхен бы тут с удовольствием зажег. Пока они обходят танцпол, Чонгук хвастается особо ударопрочным стеклянным полом с подсветкой, меняющей цвет в такт музыке; рассказывает о шоу, которые они устраивают тут каждую неделю. «На следующей неделе будут воздушные акробаты из Европы, уверен, ты бы оценил». Тэхен не сдерживает ухмылки, качая головой на этот совсем не заметный намек и оставляя незаданный вопрос без ответа. Вокруг сотни разгоряченных тел, чужие феромоны практически сбивают с ног, красивые омеги в откровенных нарядах соблазнительно извиваются в танце, зазывая вместе погрузиться в пучину греха. Внутри просыпается дурное желание плюнуть на все и пойти танцевать; оторваться, как в старые добрые, забыть о мести, долге и клане — просто наслаждаться собой и податливыми телами рядом. Тэхен незаметно вгоняет в ладонь ногти; он был прав, здешняя атмосфера опасна. Особенно для того, кто пашет без продыху, и у кого уже четыре месяца не было секса. К счастью, на нижнем ярусе они не задерживаются и довольно скоро поднимаются назад, к спокойствию лаунжа. Тэхен невольно смотрит на задницу идущего впереди Чонгука, обтянутую тесными кожаными штанами — видимо, теми же, что были на нем с утра — и прикусывает изнутри щеку. Возможно, со спокойствием он погорячился. — Ну что, эксперт готов дать свою оценку? — Мне нравится, — Тэхен подтягивает рукава на джемпере. Ему жарко; безумство танцпола едва не выбило его из колеи, и он чувствует себя неуютно. Усевшийся рядом Чонгук выглядит слишком привлекательно — раздражает. — Как сухо. — Похвала не критика, она всегда скудна, — Тэхен пожимает плечом. — Интерьер выглядит стильно, музыка хороша, выпивка тоже. Я бы здесь оторвался. — Было бы забавно встретить тебя тут раньше. Я имею в виду, до того, как ты надел корону, — Чонгук коротко улыбается. — Если подумать, это вполне могло произойти. Тэхен качает головой: — Вряд ли. Когда я учился, мы с друзьями ходили в места попроще, да и ты едва ли часто спускаешься к простым смертным, Чонгук-ши. — Просто «Чонгук», — говорит тот; Тэхен в ответ лишь приподнимает бровь, но предпочитает не комментировать. — Но шансы пересечься у нас и правда были, — задумчиво произносит он. — Например, обеды у дяди О. Я солил их с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, но ты ведь наверняка на них был? — Был, — подтверждает Чонгук. — И в гостях у вас бывал, правда, нечасто. Забавно, мы и впрямь могли познакомиться раньше, но почему-то так ни разу и не встретились. — Судьба — интересная штука. Кто знает, вдруг мы бы стали друзьями, м, Чонгук? Или даже братьями? Чонгук медленно опускает взгляд на тэхеновы губы. — Братьями вряд ли. Атмосфера меняется, Тэхен чувствует, как усиливается природный аромат Чонгука — аромат, полный желания и страсти. Обещания. — Чонгук, — предупреждающим тоном. — Тш-ш, — тот подается вперед, словно смакуя момент, и безотрывно смотрит в глаза. Тэхен может ощутить жар его тела, его силу. Внутри растет животное желание этой силе поддаться; он ненавидит себя за то, что почти наслаждается им. Напряжение между ними, кажется, может обжечь. Чонгуку не хватает всего пары сантиметров — тэхеновы пальцы ложатся поверх его губ в молчаливом запрете. — Я нравлюсь тебе, я знаю, — бархатистый шепот тягучей патокой затекает в сознание; Тэхену нравится слушать, но смотрит он по-прежнему твердо. — Нам будет хорошо вместе. — Верю, — он легонько очерчивает контур чужого рта, ловя дыхание кончиками пальцев, и почти с сожалением опускает руку, — но между нами ничего не будет, Чонгук. — Потому что я тоже альфа? Брось, ты же не… — Нет, не поэтому, — Тэхен отстраняется. Вечер был чудесным, но пора заканчивать. А заодно и расставить точки над i. Чонгук смотрит тяжело, недоверчиво, словно не верит в то, что Тэхен от него отказывается. Обладай Чонгук лишь сексапильной внешностью, не будь тем, кем является, они бы уже давно трахались, задернув портьеры, а после разошлись раз и навсегда — Тэхен наловчился скрывать свой пол даже в сексе, и если бы был уверен, что новая встреча не наступит, не стал бы сдерживаться. Но Чонгук не мальчик на ночь; разовым сексом между ними не ограничится. Он похож на Тэхена, его интерес и азарт не угаснут после первой ночи, а удовлетворение от мнимого завоевания не наступит. Захочется еще, и, что самое страшное — обоим. И даже если на секунду вообразить, будто Чонгук знает истинный пол Тэхена и не собирается использовать это против него, одного недостатка хватает, чтобы Тэхен отказался. Чонгук ловит его за запястье, вновь привлекая к себе. Большой палец кружит по тыльной стороне тэхеновой ладони, дразня щекочущим прикосновением, вторая ладонь касается щеки. — Тогда в чем проблема? Не хочешь смешивать секс и бизнес? — пламя в глазах не вяжется с нежностью прикосновений; Чонгук вновь подается вперед, осторожно, словно боится спугнуть. — Скажи мне. — Давай будем честны: я для тебя трофей. Диковинка, которую хочешь оприходовать, чтобы утолить любопытство и потешить эго, — произносит Тэхен и добавляет: — Хочешь, покажу, как это будет? Он сокращает расстояние, врезаясь губами в чужие. Целует жестко и намеренно болезненно; неистово атакует чонгуков рот, толкаясь языком в глубину и не оставляя ни шанса перехватить контроль. И отстраняется, едва чувствует движение навстречу. — Проблема в том, Чонгук, — жарко шепчет Тэхен ему в губы, — что ты не насытишься мной с одного раза. Тебе станет мало, ты захочешь больше. А я не собираюсь быть одним из. Я не стану делить постель с тем, для кого я не единственный. С такими, как ты, это невозможно, поэтому еще раз — нет, между нами ничего не будет. Чонгук проводит языком по влажным, припухшим губам. — Самоуверенный? — он ухмыляется, откидываясь на спинку дивана. — Мое внимание дорого стоит, — Тэхен отстраняется и поднимается на ноги. — Вопрос в том, устроит ли тебя цена. Спасибо за вечер, — он одергивает джемпер. — Провожать не нужно, найду выход сам. Доброй ночи. Тэхен ступает по коридору к боковой лестнице, по которой его провел сюда администратор, любезно прощается с уже знакомыми вышибалами и выходит из клуба, не слыша щелчка чужой зажигалки и раздраженно-восхищенного вздоха в тишине кабинки лаунжа.