Две дороги

…       Годы пройдут и века пролетят,       И снова клинок тот вернётся назад.       Лишь сердце, в котором пылает любовь,       Сможет зажечь клинок этот вновь.       —Допела Абигель, и по губам её скользнула светлая улыбка, вызванная каким-то приятным воспоминанием. Волнующие звуки мелодии ещё звучали под изящными пальцами, рождая далёкие образы в воображении слушательниц, когда в коридоре, разрушая всё очарование момента, вдруг раздался испуганный вскрик, звук падения, и в зал смерчем ворвалась Зоран: её красивое лицо было искажено яростью, а глаза пылали гневом. Нашарив взглядом Абигель, зандирийка в одно мгновение оказалась рядом.       — Асх тархаш! — выплюнула она в лицо девушке, — двуличная дрянь, с этого момента я расторгаю нашу сделку! — прожигая Абигель взглядом, Зоран угрожающе нависла над ней, но пришедшие в себя жрицы быстро оттащили южанку, загородив собой её жертву.       — Что с вами, Зоран? — строго спросила старшая, положив руку ей на плечо. На что, едва сдерживающаяся, чтобы вновь не бросится на Абигель, Зоран прорычала: — Теперь я поняла, зачем она напросилась со мной! Шпионить и доносить! Я давно должна была догадаться, что все её слова о спасении друзей лишь прикрытие!       — О чём ты говоришь, Зоран? — с обидой и непониманием воскликнула Абигель, от растерянности даже не пытаясь поднять лютню соскользнувшую на пол, — я ни за кем не шпионила.       — Да? — крикнула Зоран и швырнула ей в лицо свиток, — а это что тогда? Абигель, развернув свиток, узнала мелкий ровный почерк капитана Давена. «Последний раз зандирийцы пересекали границу три недели назад», — прочитала она. Перескочив глазами через несколько абзацев вновь вчиталась в ровные строки: «Перебежчик рассказал, что жрецы хватают всех подряд, без всякой причины», — а ещё ниже было торопливо приписано: «Никогда ещё Зандира не была так слаба и разрознена как сейчас».       — Зоран, это писал капитан Давен, — сказала Абигель, поднимая глаза на разгневанную зандирийкку, — думаю, это король дал ему приказ разведать обстановку на границе. Если не веришь, я могу доказать, что это не мой почерк. Мне лишь нужно перо и бумага.       — Зря стараешься — я прекрасно знаю, как хорошо шпионы умеют подделывать разные почерки, — зло усмехнулась Зоран, — теперь я понимаю в какой школе ты обучалась! А я то, дура, всё гадала, с чего бы это королю поддерживать какую-то школу искусств… – Зоран запустила пальцы в волосы, взлохматив их, и горько рассмеялась, – думала, вот молодой король глупец – тратить деньги на всякую ерунду, а идиотка-то оказывается я, раз поверила этим прекрасным глазам и истории с неудачной экспедицией. А ведь знала, что из таких как ты, творческих личностей, – с издёвкой выделила Зоран, –получаются лучшие шпионы. За морем это давно практикуется, видать и до наших королевств докатилось, — Зоран подняла голову к потолку и громко спросила, — боги, но почему, почему меня все предают? Уже в который раз?! — и, со всхлипом втянув воздух, она бросилась к выходу.       — Ты ошибаешься, ашасси кана — твои люди не предавали тебя, — громко бросила ей в спину жрица, — как ошибаешься и в отношении Абигель – она не шпионка. Зоран вздрогнула всем телом и резко развернулась к жрице.       — Как ты узнала? — хрипло спросила она, отступая на шаг и кладя руку на рукоять кинжала.       — Не забывай, кто я, — гордо вскинула голову жрица, — от моей богини трудно что-либо скрыть.       Зоран помолчала, обдумывая её ответ, а потом с сомнением спросила, — но, если это правда, то как же тогда жрецы узнали где я? Почему два года назад, как только мой корабль вошёл в порт Зандиры нас атаковали, и мы едва успели унести ноги? Почему год назад мой отряд, войдя в первый же город, угодил в ловушку, устроенную жрецами? В этот раз, я решила отправиться одна и словно бы случайно встретила её, — Зоран, не отводя глаз от Илайды, кивнула в сторону Абигель.       — Ты сама решила взять меня, я просила, но не принуждала! — обиженно воскликнула Абигель, на ресницах которой блестели слезинки.       — Да ты же обставила всё так, что не оставила мне выбора, — покосившись на неё, зло бросила Зоран, — или убить тебя, или тащить с собой!       — А ещё ты могла бы просто уехать одна!       — Да? А ты бы, как и собиралась, отправилась одна спасать своих спутников? И когда тебя, если бы ты не погибла в пути, захватили бы в плен, ты бы выдала меня первому же жрецу! — яростно заорала Зоран, поворачиваясь к Абигель и забывая обо всём остальном, кроме злости на эту девчонку.       — Тогда бы просто прирезала меня и дело с концом! — закричала в ответ Абигель, вскочив на ноги. Её глаза полыхнули закатным солнцем, опаляя зандирийку.       — Надо было, — прищурившись, прорычала Зоран, и в её глазах заплясало тёмное пламя, — в очередной раз я убедилась, что нельзя позволять себе быть слабой.       — Теперь я вижу, что Тара не зря свела вас, — вставая между ними и прерывая спор, сказала Илайда, — я начинаю понимать её замысел.       — Опять вы за своё, — с досадой бросила Зоран, вновь переключаясь на жрицу и мгновенно остывая.       Разрядив обстановку, Илайда прошла к столу, налила бокал вина и принялась неторопливо пить, смакуя каждый глоток. Эйна же продолжала всё так же стоять каменным изваянием посреди комнаты, скрестив руки и поворачивая голову следом за зандирийкой. Кисти её, как обычно, были спрятаны в длинных рукавах жреческого одеяния, но Зоран нисколько не удивилась бы, увидев в её руках кинжалы наподобие своих. Чувствуя на себе взгляд Абигель полный гнева и обиды, Зоран понимала, что погорячилась, но пока не представляла, как вести себя с ней дальше, и поэтому намеренно игнорировала девушку, решив сосредоточится на разговоре с Илайдой, который перед этим прервала Абигель:       — Вы говорите, что никто не предавал меня, но как же тогда жрецы оба раза заранее знали о моём появлении? Или вы хотите сказать, что сама Нефтис помогала им? — иронично поинтересовалась южанка.       — Нет, — покачала головой жрица, поставив пустой бокал и медленно обходя вокруг зандирийки, — по всей видимости у кого-то из жрецов есть что-то принадлежащее тебе, что-то по чему они могут отслеживать твоё приближение. Подумай как следует, что это может быть.       — Но разве такое возможно? — удивлённо спросила Абигель: её любопытство было сильнее злости на Зоран, – разве можно узнать о приближении человека по его одежде, например?       — Хороший маг может, — кивнула жрица.       — Но веди жрецы Нефтис не маги? — Абигель взглянула на побледневшую Зоран.       — Не может быть, — прошептала зандирийка, пошатнувшись.       Илайда сочувственно качнула головой: – К сожалению, может, Зоран. Шесть лет назад ваш король заподозрил неладное, когда жрецам стало требоваться всё больше и больше жертв для Нефтис. Каким-то образом он выяснил, в чём дело и собирался покончить с этим, – жрица сделала паузу и закончила, – и тогда король был убит. Он был убит из-за того, что хотел покончить с магией крови, которую стали практиковать в Зандире с недавних пор, а не за то, что проявил слабость, полюбив женщину с северных краёв и забыв о долге, как думают многие, — и жрица бросила острый взгляд на Зоран.       — Я чувствовала что-то странное, какое-то ощущение опасности в воздухе, но… — ошеломлённо выдавила зандирийка, — как же я раньше не догадалась?       — Ты была ослеплена жаждой мести, — тихо ответила жрица, наконец остановившись напротив Зоран.       — Да о чём вы говорите? — воскликнула Абигель.       — Дело в том, что у одного из жрецов, вполне могла оказаться капля моей крови, — прошептала посеревшими губами Зоран,— он часто бывал у нас дома, был рядом со мной, а я постоянно влезала во всякие неприятности и он врачевал меня.       Она медленно подняла голову и посмотрела на жрицу:       — Это значит, что всё напрасно? Я не смогу приблизится к столице незаметно? А ещё это значит, что это именно я подвела своих людей, подставила их под удар! — она шагнула к ближайшему креслу и, упав в него, тяжело оперлась локтями на стол, обхватив руками голову.       — Успокойся Зоран, мы обязательно что-нибудь придумаем, — попыталась утешить её Абигель, забыв об обиде.       — Оставь меня, — прошипела зандирийка, — мне не нужны утешения! Я прекрасно понимаю, что с магией крови я не справлюсь.       — Одна не справишься, — кивнула жрица, — а с ней…       — А что она может?! — едва не расхохоталась Зоран, — зачаровать жрецов своей мастерской игрой на лютне?       Абигель обиженно отступила, а жрица, покачав головой произнесла, — она уже помогла тебе.       — Неужели? — иронично воскликнула Зоран, — и как же?       — Покажи мне тот амулет, о котором говорила Абигель, — спокойно попросила жрица.       — Пожалуйста, — пожала плечами Зоран и, сняв с шеи амулет, протянула жрице.       — Я не ошиблась, — спустя несколько минут восхищённо прошептала жрица, — это «Слеза Телус».       — «Слеза Телус»? — хором переспросили девушки       — Да, амулет полностью блокирующий любые магические проявления по отношению к его носителю. Таких всего несколько штук на весь Киос. Рассказывают, что это слёзы Телус, падая на землю, превратились в драгоценные камни. И показываются они лишь достойным, тем кому благоволит сама Телус. Как я понимаю именно Абигель дала его тебе?       — Да, — поднимаясь с колен, растерянно проговорила Зоран.       — Не снимай его, и никакая магия крови будет тебе не страшна, — сказала жрица. Зоран с Абигель с изумлением уставились на амулет.       — Ничего себе, — прошептала Абигель, — а как вы догадались?       — Ты сказала, что элементаль появилась лишь тогда, когда ты сняла амулет со свитка. Тем самым ты разблокировала заклинание призыва, которое до этого сдерживалось амулетом. Тебе достаточно было бы надеть амулет, и элементаль не смогла бы коснуться тебя.       — Коснуться может и не смогла бы, — кивнула, пришедшая в себя от потрясения, Зоран, — но уронить здоровый камень на голову Абигель ей бы ничего не помешало?       — На наше счастье элементали не так умны, как ты, — покачала головой Илайда, — но так что, ты согласна выполнить обещание данное Абигель и получить за это амулет в своё распоряжение?       — Согласна, — кивнула Зоран и немного смущённо добавила, — кстати, я кажется кого-то сбила по пути сюда… ***       Зоран долго ворочалась в постели, сон никак не шёл к ней из-за того, что она так и не извинилась за своё поведение перед Абигель: в присутствии жриц ей этого делать не хотелось, но весь оставшийся день и вечер они ни на минуту не оставались одни. Вместе с жрицами они потратили это время на изучение магии крови. Оказалось, что в храме есть небольшая библиотека, в которой нашлась пара книг на эту тему. Илайда любезно предоставила их Зоран, попутно рассказав всю информацию какую знала сама. Зоран больше не мучила себя вопросами отчего жрицы Тары помогают им, решив, что стоит прислушаться к совету Абигель и отбросить свою подозрительность, которая, как оказалось, в очередной раз подвела её.       Помучившись ещё некоторое время, она рывком села на кровати, свесив ноги и прислушиваясь к дыханию Абигель: оно было ровным и глубоким. Зоран, покачала головой и вздохнув, осторожно, стараясь ничего не задеть прокралась к постели Абигель и склонилась, пытаясь понять действительно ли девушка спит. Дыханье стихло, а в следующее мгновение Абигель резко села, едва не врезавшись лбом в лицо Зоран:       — Что тебе надо?!       — Успокойся, Абигель, — прошептала Зоран, — я просто хотела извиниться перед тобой за то, что так вспылила. Прости меня, я была неправа.       — И ты думаешь, что я так просто забуду это? — холодно спросила Абигель, и глаза её сердито сверкнули в темноте.       — Но что ещё мне было думать, когда я нашла этот проклятый листок? — попыталась оправдаться Зоран, чувствуя искреннее раскаяние, но это напоминание лишь подлило масла в огонь. Абигель гневно дёрнулась, прошипев в лицо южанке:       — Да как тебе только в голову пришло, что я… — и вдруг замерла, озарённая какой-то идеей.       — Но всё было один к одному: наше странное знакомство, — растерянно пробормотала Зоран, всё ещё желая примириться и одновременно пытаясь разобрать что за странный аромат такой знакомый и будоражащий коснулся её ноздрей, — а ещё тот случай, когда я застала тебя у своих сумок…       — Хорошо, — вдруг заявила Абигель, прерывая её, — я прощу тебя, если ты наконец мне расскажешь кто ты такая, за что жрецы преследуют тебя, что значит "ашасси кана", и кому и за что ты собралась мстить. Ещё... — почувствовав, как что-то тёплое коснулось её щеки, она резко замолчала и поинтересовалась, — Зоран, ты вообще слышишь меня? Зоран!       — Клубника, —услышала она в ответ восторженный шёпот.       — Что? — удивлённо моргнув, переспросила Абигель.       — Ты пахнешь клубникой, — прошептала Зоран, и Абигель почувствовала, что она улыбается, — я обожаю эти ягоды. Как же давно я их не пробовала — в нашем королевстве они большая редкость. Это запах моего детства.       Она вновь потянулась к девушке, почти касаясь её кожи кончиком носа, но Абигель моментально отстранившись, шепнула:       — Да ну тебя!       Зоран услышала, как сбилось дыхание девушки, и , внезапно поняв всю двусмысленность ситуации, сама сильно смутилась, но сдержав первый порыв немедленно сбежать, осталась на месте и глухо спросила:       — Так я прощена? — она поудобнее устроилась на краю кровати и упрямо пробормотала, — учти, я не уйду пока ты не простишь меня — Да прощаю я тебя, хоть ты совершенно невыносимая, Зоран, — сдавленно прошептала Абигель, забыв обо всех выдвинутых ею условиях, и отвернулась к стене лицом, — а теперь дай мне поспать.       — Спасибо, Абигель, — облегчённо шепнула Зоран и тихой тенью скользнула на свою половину.       Вскоре она глубоко спала, а к Абигель сон не шёл ещё долго: она лежала, таращась во тьму широко распахнутыми удивлёнными глазами и касаясь пальцами щеки. ***       Наутро, надев высохшую одежду и позавтракав, путницы собирались распрощаться с гостеприимными жрицами и отправиться в дальнейший путь, когда Илайда, покачав головой, сказала:       — Если вы не против немного отклониться к востоку, то мы можем провести вас к границе пустыни подземными тропами. Вам останется пересечь по поверхности лишь небольшой отрезок пути.       — Хорошо, — подумав согласилась Зоран, — раз жрецы больше не смогут обнаружить меня, то мы сможем раздобыть в ближайшем населённом пункте лошадей и быстро добраться до столицы.       — Не смогут магическим способом, — согласилась жрица, — но об осторожности вам всё-таки не стоит забывать. И поэтому мы решили ещё немного помочь вам, — Илайда приосанилась и торжественно объявила, — каждая из вас получит предсказание от Тары. И ты, Зоран, самолично сможешь убедиться в том, что не всё в твоей жизни происходит по воле случая. Для этого нам надо пройти к алтарю Тары. Зоран скептически хмыкнула и взмахом руки пригласила Абигель идти первой.       Оставив Зоран с Эйной у входа в пещеру, где находилась статуя Тары, Илайда с Абигель прошли к алтарю, сбоку от которого оказалось незамеченное в первый их визит каменное кресло. Илайда опустилась в кресло и зажгла какое-то благовоние, лежащее в небольшой чаше, закреплённой на металлическом шесте у кресла.       Сладковатый аромат поплыл вокруг затуманивая мозг и отрезая от реальности. Казалось, что вокруг ни осталось ничего кроме глаз Тары, которые вдруг показались Абигель очень живыми. Ей казалось, что они смотрят прямо ей в душу и непонятно длилось ли это мгновение или целую вечность, но когда Абигель очнулась и растерянно огляделась вокруг, то все было по-прежнему.       Жрица всё так же сидела в кресле, лишь в руке у неё появился кусок пергамента.       — Ты на верном пути, Абигель. Возьми это предсказание и не сворачивай со своей дороги, если хочешь добиться цели. Но вот своё любопытство ты должна умерить. Абигель, поблагодарила жрицу и с волнением приняв свиток, поспешно вышла из пещеры. Когда она уже сделала шаг наружу, жрица тихо добавила:       — Тара заботится о тех, кто помнит её. Девушка вздрогнула и обернулась, но жрица застыла неподвижно, в ожидании следующего посетителя.       Зоран, покосившись на листок в руках Абигель, шагнула в комнату и, спустя десять минут, вышла назад недовольно хмуря чёрные брови:       — Что она мне наболтала про дорогу, ведущую в тупик? Ничего не поняла! — она посмотрела на Абигель и спросила, — ну и что там у тебя написано?       Девушка растерянно улыбнулась и произнесла короткое четверостишье:       Коль смерть зачаруешь игрою своей       И пламя зальёшь, что подземного злей.       Коль в сердце своё пустишь ты тьму       Тогда две дороги сольются в одну.       Награду получишь, что даже не ждёшь       И если отступишь, с собой заберёшь.       Зоран криво усмехнулась и, развернув свой свиток, громко прочитала:       Когда победишь недоверия тьму       Смирением ярость подавишь свою.       Жестокое сердце растопишь как лёд       Под солнцем что дальше тебя поведёт.       Тогда две дороги сольются в одну.       Найдёшь то, что ищешь по свету всему.       — Что за странные предсказания? — фыркнула Зоран и, похоже, они перепутали нас с тобой — мне бы больше подошло твоё, — дай-ка его сюда.       — Не дам, — Абигель поспешно спрятала листок за пазуху, — и с чего это ты решила, что моё предсказание больше подходит тебе?       — Ну сама посуди: смерть, подземное пламя, тьма в сердце — явно не подходит под твоё описание, девочка? Что скажешь? — насмешливо прищурившись, Зоран посмотрела на Абигель.       — Мы можем просто пока не понимать, что всё это значит, — упрямо сказала Абигель, — когда придёт время — мы поймём. ***       — Зачем ты отпустила их, сестра? — удивлённо переспросила вторая жрица, подходя к старшей и становясь рядом. Глядя вслед удаляющимся девушкам, она задумчиво добавила, — за много лет они первые кто ушёл живым от нас.       — Несколько ночей назад мне было предсказание, — Илайда немного помолчала, а затем процитировала нараспев:       Едва заалеет зарёю восток,       Как двое гостей шагнут на порог.       И если не дашь им с дороги свернуть,       То и пред тобою откроется путь.       – Богиня, как всегда, немногословна, – задумчиво сказала младшая жрица.       – Но согласись, что в этот раз её предсказание звучит как указание, – заметила старшая, – никогда ещё она так ясно не давала понять, что от нас требуется.       – Да уж, остаётся надеется, что мы не ошиблись с гостями, – шепнула младшая.       Но старшая услышала её слова.       — Не волнуйся сестра, — ответил она и, скинув капюшон, с облегчением встряхнула головой, позволяя белоснежным волосам свободно рассыпаться по плечам. Её алые глаза полыхнули, — если они те, о ком говорилось в предсказании Тары, то они пройдут проверку, если же нет…       — Ты отправила их через ущелье смерти? — осенённая догадкой спросила младшая жрица.       — Отправила, — кивнула старшая, — но я же и дала им ключ к спасению… Она вновь замерла, устремив взгляд вдаль и не обращая внимания на пустынный ветер, который жарко дышал в лицо, опаляя антрацитовую кожу и даря раскалённые поцелуи.