Карим
18 сентября 2018 г., 00:34
Спустившись на берег, Эйна с интересом огляделась. Те, кто оказался в этот момент на берегу, уставились на неё с неменьшим любопытством.
— Завтра утром мы выдвигаемся в Алий, — громко объявила Зоран, идущая следом, — а пока можете познакомиться. Это Эйна, жрица Тары, богини горных эльфов. И она теперь наш союзник.
— Той самой, которая любит являться в виде паука? — решил блеснуть интеллектом всезнающий Горан.
— Да, иногда она предстаёт в таком виде, — спокойно кивнула Эйна. Из её рукава выскользнул большой паук, ловко взбежал на плечо и замер, уставившись своими многочисленными глазами на господина Горана, который передёрнувшись от омерзения, отшатнулся в сторону.
— А почему она прячет лицо? — подкравшись к Зоран, тихонько спросил Умар.
— Потому, что ещё не пришло время открыть его, малыш, — вместо Зоран ответила Эйна.
— Я не малыш, — надулся было Умар, но, когда из-под капюшона раздались шипящие звуки, долженствующие означать смех, он замолчал и, испуганно попятившись, скрылся в толпе.
Слух о том, что за союзник у них появился, моментально распространился по лагерю и, перешёптываясь и удивлённо переглядываясь, всё больше людей стало собираться на берегу. Дождавшись когда основная масса собралась, Зоран продолжила:
— Вы знаете, что жрецы прикрываются именем Нефтис и поэтому многие из вас так долго терпели их издевательства. Да наверно и сейчас вы задаётесь вопросом как же мы будем воевать против тех, кому покровительствует богиня, – она обвела взглядом внимающую ей толпу, — на территории Зандиры уже многие десятилетия находится храм Тары. И его жрицы, а значит и сама богиня Тара согласны помогать нам в нашей борьбе. Примите ли вы такую помощь люди Зандиры? Примите ли своим союзником и покровителем богиню наших предков?
Люди настороженно молчали. Эйна повела головой вдоль толпы и, повернувшись к Зоран, нараспев произнесла:
– Они сомневаются в ваших словах,
В глазах вижу лишь подозрения и страх.
Хоть и восстали против жрецов,
Но веру своих матерей и отцов,
Боятся предать и нарушить обет,
Который был дан Нефтис в годы их бед.
Эйна вновь повернула голову к толпе:
– Я слышу, как бьётся у вас в головах:
Нефтис опасна даже во снах,
А может не стоит богиню гневить?
А сможет ли Тара нас защитить?
Толпа раздражённо зашумела: Эйна точно угадала их мысли.
— А откуда нам знать, что богиня Тара будет на нашей стороне? Вдруг это никакая не жрица, а самозванка? — вдруг выкрикнул кто-то.
— Так вам нужны доказательства? — переспросила Эйна и, повернувшись, решительно шагнула к реке. Вот её нога коснулась воды, из тёмных глубин реки тут же появились криосы, и окружающие застыли в ожидании, что сейчас они накинуться на жрицу, которая похоже не осознавала всей опасности. Но Эйна сделала шаг, другой и зашагала по воде, так и не замочив ног. Обманувшиеся в своих ожиданиях криосы развернулись и ринулись в погоню, и в тот момент, когда блестящее чешуйчатое тело вынырнуло из воды, жрица взмыла вверх и ящер, пролетев у неё под ногами, с громким плеском рухнул в воду. Эйна, элегантно развернувшись в воздухе, щёлкнула пальцами, и тотчас назвавшего её самозванкой зандирийца окутала тёмная непроницаемая сфера. Люди испугано шарахнулись в стороны, а изнутри послышались крики полные ужаса. А Эйна взмахнула рукой и вокруг каждого присутствующего заплясали разноцветные огоньки. В толпе началась паника: люди махали руками, метались, некоторые падали на землю, пытаясь сбить непонятный огонь. И над всем этим раздавался странный смех жрицы. Лишь немногие сохранили спокойствие: это были авенхармцы, знакомые с магией, Зоран ошеломлённо разглядывающая огоньки, пляшущие вокруг её рук, и Тураб, нервно вздрагивающий, но из последних сил старающийся остаться на месте.
— А они ведь совсем не жгутся, — зачарованно сказала Зоран, не замечая творившееся вокруг.
— Эйна, немедленно прекрати! — закричала Абигель, остановившись у самой кромки воды, — перестань пугать их!
— Они сами захотели доказательств, пусть наслаждаются, — покачала головой жрица, продолжая висеть над рекой в своих развевающихся одеждах.
— Зоран, да сделай же что-нибудь, — метнулась Абигель к принцессе, — это же твои люди!
Зоран, услышав голос Абигель, очнулась и, быстро осмотревшись, тихо сказала Абигель:
– Хотя небольшая демонстрация силы пойдёт авторитету Тары только на пользу, но ты права, пора прекращать всё это, – и Зоран, задрав голову, насмешливо поинтересовалась у жрицы. – Эйна, а ты уверена, что таким способом прибавишь своей богине почитателей? Тебя за этим прислали сюда – нагонять страх на бедных жителей Зандиры?
Эйна качнулась в воздухе, словно от порыва ветра, и поспешно опустила руку — тотчас огоньки потухли, а сфера развеялась, выпустив на свободу тихо поскуливавшего от страха человека. Спустя несколько минут, люди, сообразив, что никто из них не пострадал, успокоились и собрались перед Зоран с уважением и опаской поглядывая на Эйну. А жрица, спустившись на берег, вновь стояла тихая и смиренная. Принцесса видела, что её люди всё ещё колеблются.
— Послушайте, — выступила она, — но ведь глупо отказываться от такой поддержки. Никто вас не заставляет отказываться от веры наших предков, вы не против Нефтис выступаете, а против жрецов и Совета Зандиры. В стране Абигель люди поклоняются разным богам и в этом нет ничего страшного, и никто из богов не испепелили их за это. Правда, Абигель? — обернулась она к девушке, которая занималась в этот момент тем, что, стоя позади Зоран, любовалась её длинной шеей и красивым затылком в мелких завитушках, которых ей так хотелось коснуться рукой.
Абигель покраснела и поспешно кивнула.
— Да, да, принцесса права, — подтвердила она, — Астар помогает моим землякам воевать, и воины перед боевым походом приносят ему дары и просят о победе, к Телус обращаются, когда нужна помощь роженице или хороший урожай, Немис помогает свершить правосудие, а к Нефтис обращаются, провожая умершего в последний путь.
— Одним словом, — подвела Зоран, начиная терять терпение, — каждый из вас должен решить сам для себя, принимает ли он покровительство Тары. Я никого не собираюсь заставлять и уговаривать, вера – дела личное, — Зоран развернулась лицом к Эйне и произнесла, — Эйна, я с благодарностью принимаю твою помощь и покровительство Тары и прошу быть моим союзником в этой войне. А в благодарность, я обещаю выстроить храм Таре в столице, — Зоран окинула взглядом притихших людей и сказала, — перед лицом всех присутствующих я обещаю, что как только власть Совета и жрецов будет свергнута, я провозглашу свободу веры на территории Зандиры. Впредь никто не будет преследоваться за веру.
— Зоран Алийская, Тёмная принцесса, уверяю, что ты не пожалеешь об этом решении, — кивнула Эйна.
Из-за плеча Зоран выскользнула Абигель.
— Я не зандирийка, но надеюсь, Тара не откажется взять меня под своё покровительство? — с улыбкой спросила она у Эйны.
— Тара уже давно присматривает за тобой, девочка, — ответила ей Эйна, — но я рада, что ты сама попросила об этом.
Шумно вздохнув, решительно подошёл Тураб:
— Я верю Зоран. Раз она решила заключить с вами союз, то и я обещаю почитать Тару.
Протолкавшись сквозь толпу, подскочил Умар и склонив голову, встал на одно колено возле Эйны:
— Я тоже хочу, чтоб меня защищала Тара.
— Если будешь почитать её и уважительно относиться к её служителям, — с усмешкой сказала Эйна.
Следом подоспел Курт:
— Я готов присоединиться к Турабу, но вы должны нам рассказать о Таре, Эйна.
— Конечно, — кивнула жрица, — именно за этим я и послана — чтобы люди узнали о нашей богине и поверили в неё.
Остальные потянулись один за другим, и вскоре почти все приняли покровительство Тары, кроме нескольких человек: страх перед Нефтис у них был слишком силён, и они не смогли перебороть его.
— Знаете, Зоран, теперь я почти не сомневаюсь в ваших словах о том, что под этим балахоном скрывается тёмная эльфийка, — склонившись к самому уху принцессы, прошептал Ивар, — я немного изучал историю тёмных эльфов и знаю, что левитация и шар тьмы их излюбленные заклинания.
— Принцесса, а вы не боитесь, что она предаст нас при первой же возможности?— тут же встрял, стоявший поблизости Горан, он единственный из спутников Абигель поддался панике, когда Эйна создала феерический огонь, и теперь не мог простить жрице своего испуга, — тёмные эльфы всегда отличались коварством!
Эйна, слегка повернула голову и презрительно фыркнула:
— Трус, — негромко бросила она и ещё тише добавила, — впрочем, как и большинство мужчин.
— Зато наш мир, где правят в основном мужчины, — взвился задетый за живое хранитель, — никогда не вставал на сторону тьмы!
— Если вы не забыли историю, это случилось именно тогда, когда к власти в королевстве горных эльфов впервые за много десятилетий пришёл мужчина, — парировала Эйна.
Горан пристыженно замолчал, а Эйна вновь повернулась к заинтересованно прислушивающимся людям.
— Госпожа Эйна, а почему…— начал было вновь осмелевший Умар, но Зоран взмахнув рукой оборвала его.
— Все остальные вопросы вы зададите в свободное время, а сейчас займитесь делами. Завтра утром мы отправляемся к Алию. Здесь останется лишь небольшой отряд для охраны галеры.
***
Поднявшись на высокую дюну, Зоран взглянула вниз: Алий раскинулся перед ними как на ладони. Его не защищали высокие стены, он больше напоминал разросшуюся деревню: маленькие хибарки раскинулись вдоль всего берега и лишь порт и несколько крупных усадеб давали ему право называться городом. В основном город жил за счет рыбной ловли. Торговые корабли разгружались в столице, а сюда заходили только на ремонт. Неплодородная почва не давала возможности развивать земледелие. Алий окружали песчаные дюны и лишь с восточной стороны, где начиналась территория эльфов возвышался высокий лес, видимый сейчас с дюны как тёмная волнистая линия на горизонте.
Огромные ели плотной стеной стоявшие вдоль невидимой черты, надёжно ограждали от непрошенных гостей, а если бы кто-то всё же осмелился сунуться в лес, его бы тут же встретила стрела эльфийского лучника, совершенно неразличимого среди зелени леса.
Со стороны Зандиры вдоль границы были установлены наблюдательные башни, которые сейчас стояли заброшенные и никому не нужные: эльфы так давно не появлялись на территории людей, что держать здесь целый гарнизон Совет считал слишком большой расточительностью.
Но не сам город сейчас интересовал Зоран, а небольшая усадьба на востоке. Это было место, откуда был родом её отец, и где сейчас находился её брат Карим. Как он встретит её, обрадуется ли? Ей было страшно и хотелось ещё раз всё обдумать, но люди ждали, и она отдала приказ спускаться, и сама решительно двинулась вперёд.
Зоран вздрогнула от неожиданности, когда её пальцы сжала рука Абигель.
— Всё будет хорошо, — шепнула девушка, — он обрадуется. Вот увидишь.
Зоран лишь вымученно улыбнулась и вновь уставилась на приближающийся городок.
Некоторое время они молча шли, стараясь не выходить на открытое место. Здесь ещё дюны покрывал лес, который по мере спуска становился всё реже, и Зоран понимала, что надо остановиться и решить, что следует делать дальше. Она обернулась и нашла глазами Тураба, который шёл неподалёку:
— Тураб, подойди, — мне надо с тобой посоветоваться, — позвала она и сжала покрепче руку Абигель, которую та постаралась вытащить.
— Останься, ты не помешаешь, — сказала Зоран.
Тураб подошел, смущённо поглядывая на принцессу, он долго ждал, когда Зоран завёдет этот разговор и вот наконец момент настал.
— Объясни мне наконец, Тураб, почему ты скрыл от меня что мой брат жив? — поинтересовалась Зоран.
Тураб быстро оценил, что кроме Абигель никто не услышит их разговора: люди растянулись длинной цепочкой и шли на расстоянии друг от друга, чтобы не привлекать внимания возможных наблюдателей.
— Понимаешь, Зоран, — почесав макушку, начал Тураб, — я мало что могу рассказать о твоём брате. Всё что я узнал, вернувшись в Зандиру, так это то, что ему сохранили жизнь и сослали в усадьбу, принадлежащую твоему роду. У меня в памяти остался тихий худенький мальчик с большими голубыми глазами и обаятельной улыбкой. И это всё что мне известно о нём, я не знал во что он превратился, что из себя представляет сейчас, о чём думает. Я опасался, что, если расскажу тебе о нём, ты сразу кинешься в усадьбу и угодишь в лапы жрецов, которые глаз с него не спускают.
— И ты, друг моего отца, даже не попытался добраться до него? — не поверила Зоран.
— Ты права, – усмехнулся Тураб, – вернувшись в Зандиру и узнав о произошедшем, я первым делом отправился в Алий, но добравшись до усадьбы наткнулся на закрытые ворота и охрану выставленную по всему периметру. Один из жрецов, приставленных к принцу отправил меня восвояси, предупредив, что любого, кто попытается проникнуть внутрь ждёт немедленная смерть.
— И тебя это остановило? — недоверчиво прищурилась Зоран, — зная тебя…
— Ты не дослушала, — досадливо бросил Тураб, — но ты опять права, я решил, что так просто не сдамся и отправился в город, собираясь придумать план проникновения в усадьбу. Я сидел в трактире в центре города и невольно слышал разговоры посетителей и то, что я узнал, заставило меня отказаться от скоропалительных поступков. Люди говорили, что жрецы окружили усадьбу магической охраной, и никто без разрешения не может проникнуть на её территорию. Тот жрец, встретивший меня у ворот, не обманул: за те три года, что принц находился в усадьбе, было более десятка попыток связаться с ним, но все они оканчивались неудачами и после этого в городе начинались жестокие репрессии и поиски сообщников, — Тураб замолчал и взглянул на нахмурившуюся Зоран, — да, Зоран, Карим по сути находится в тюрьме, к которой так просто не подобраться. Я не хотел, чтобы в случае моей неудачи пострадали невинные горожане. Но я не отказался от попытки связаться с твоим братом и стал собирать команду. Не знаю, чем бы это кончилось, но однажды вечером ко мне постучались и вручили письмо с приказом немедленно явиться в Совет. Я не мог отказаться, иначе меня бы объявили предателем. Во дворце меня встретил сам Фарух. Он вёл себя вполне дружелюбно и, попеняв мне, что, вернувшись в Зандиру, я не отправился сразу в столицу, сказал, что у них есть для меня важное задание, — Тураб вздохнул и виновато посмотрел на Зоран, — так меня на два с половиной года отправили разведывать южный материк. Я понимал, что меня просто отослали подальше от принца и поэтому, вернувшись полгода назад, я решил быть осторожнее и поселился в ближайшем к Алию городе и вновь стал собирать отряд, но на этот раз был более придирчив в отборе кандидатов. Я знал, что у меня ещё есть некоторое время и до совершеннолетия принца не тронут: он нужен Совету, чтобы народ не взбунтовался раньше времени. Мы были почти готовы рискнуть, когда я встретил тебя, — Тураб взглянул в глаза Зоран и улыбнулся, — и тогда я понял, что боги на нашей стороне.
— И решил скрыть от меня правду, — кивнула Зоран.
— Нет, я собирался рассказать тебе о Кариме чуть позже, но в тот момент было неподходящее время. А потом всё завертелось с такой скоростью…
— Ясно, — вздохнула Зоран, — ты прав, мне не в чем тебя винить. Извини, что накричала на тебя вчера.
— Ничего, — усмехнулся Тураб, бросив хитрый взгляд на Абигель, — я знаю, что ты сильно нервничала.
Зоран смущённо махнула рукой, и они весело рассмеялись, а потом принялись обсуждать какие шаги предпринять дальше. Было решено устроить привал, а в город отправить разведчика, который должен был изучить обстановку. И вскоре в небольшой рощице, прозвучал приказ о привале.
***
Зоран и её советники в состав которых вошёл и пришедший в себя Ивар, обсуждали куда отвести на время операции женщин и детей, когда вернулся разведчик.
— Усадьба тщательно охраняется и просто так туда не проникнуть, — доложил Зейд.
— Мы можем пройти туда как бродячие артисты, — предложил Элронд, — можем сделать вид, что забрели сюда с эльфийских земель. Нам с Абигель даже не придётся притворяться.
– Нет, – возразил Тураб, – у нас нет бродячих артистов, а чужестранцев, случайно попавших в Зандиру, в нашей стране ждёт лишь рабство. Придётся придумать другой способ.
– Сначала послушайте, что я узнал, – покачал головой Зейд, – хотя принц постоянно находится в усадьбе под надзором жрецов и охраны, являясь фактически пленником, иногда к нему, с разрешения жрецов, приезжают люди, в том числе и из других земель. Он несколько раз приглашал к себе учёных, из Элориса к нему приезжал известный художник и давал несколько уроков. Ваш брат, принцесса, интересуется многими науками и искусством.
– Надо же, – пробормотал Зоран, – любовь к искусству у него видимо от матери.
– Ну раз дело обстоит так, то вы вполне можете сказать что приплыли на корабле, который как раз сегодня пришёл в порт, и решили навестить принца, узнав о том, что он интересуется искусством, – сказал Горан.
— А Зоран может вновь переодеться парнем и изобразить, например, метателя ножей, а Умар вновь станет её братом, — подхватила Абигель.
— Это слишком опасно, вдруг жрецы распознают Зоран, – возразил Тураб.
— Вы будете неподалёку, — успокоила его Зоран.
Вновь прибегли к помощи зандириек, наряжавших Зоран в прошлый раз, и спустя час Зоран вышла, преобразившись: на ней была белая шёлковая рубашка и короткий кожаный жилет, широкие штаны, заправленные в короткие сапоги, подпоясывал матерчатый пояс, за который были засунуты её кинжалы, а лоб опоясывала, поддерживая волосы, красная повязка.
— Ну как? — поинтересовалась она у окружающих.
— Вы прямо как настоящий пират! — с восхищением выпалил Умар, которого переодели более скромно.
— А ты как считаешь? — Зоран медленно двинулась на Абигель, — я похожа на пирата? – она не отрывала своих горящих глаз от девушки и видела, как сбилось её дыхание.
Абигель приоткрыла рот, но ни звука не вырвалось из её внезапно пересохшего горла.
— Да, — вставил вместо неё Умар, — а госпожа Абигель похожа на принцессу, которую вы должны похитить.
— Ты хочешь, чтобы я тебя похитила? — вкрадчиво поинтересовалась Зоран, глядя на неё сверху вниз.
— Прекрати, — шепнула Абигель и вцепилась в Зоран, чувствуя, что у неё подкашиваются ноги.
Зоран подхватила Абигель, не позволяя ей упасть. Почувствовав, как руки сжимают тонкую талию девушки, принцесса задрожала от желания, опалившего её. Лишь осознание, что они не одни удерживало её от того, чтобы не впиться в губы Абигель поцелуем.
— Хм, — раздался у неё за спиной голос Горана, — у вас актёрский талант. Если бы я не знал вас принцесса, то решил бы, что вижу перед собой любовную сцену.
— Вы не видели, как здорово мы изображали братьев на выходе из Хеона! — поддержал Умар.
Зоран распрямилась и с неохотой разжала руки, выпуская Абигель.
***
Пробил полдень и Карим, отложив перо, с удовольствием потянулся и вышел из-за стола: он выполнил даже больше, чем намечал на этот день и теперь мог позволить себе немного расслабиться. Он гадал над тем, чего ему больше хочется: почитать книгу или дорисовать пейзаж, который он не успел закончить накануне, когда в дверь раздался стук, и она тут же распахнулась, и в комнату ввалился старший жрец Мусир, возглавляющий приставленных к нему советом жрецов.
— Разрешите войти, Ваше Высочество? — поинтересовался он, быстро окидывая цепким взглядом комнату.
— Вы уже вошли, — поморщился Карим, хорошее настроение было испорчено, — что привело вас ко мне на этот раз? Какое из моих занятий вы считаете недозволенным сегодня?
— О нет, принц, сегодня я не намерен расстраивать вас, — растянул в улыбке тонкие губы Мусир.
«Вы уже это сделали», — едва не вырвалось у юного принца, но вместо этого он лишь слегка наклонил голову, показывая, что внимательно слушает.
— У ворот усадьбы добиваются встречи с вами какие-то люди, двое — зандирийцы, братья из Хеона, а с ними пара чужеземцев. Они горят желанием показать вам небольшое представление. Признаюсь, что сначала я велел прогнать их, приняв за очередных попрошаек, но они оказались довольно упрямы, а когда девушка запела, я понял, что они и правда могут заинтересовать вас. Видите, я не только запрещаю, но иногда наоборот – забочусь о вашем досуге.
— Видать вам, что-то понадобилось от меня, — пробормотал под нос Карим.
— Вы что-то сказали? — тут же подался к нему Мусир.
— Говорю, что удивлён вашей добротой, — ответил Карим, – что ж, пригласите их во двор. А я схожу за дядей.
Мусир, слегка поклонился и вышел отдать распоряжения, а Карим поспешил на поиски единственного человека, которому Совет позволил отправиться с ним в эту ссылку. Имрана его мать привезла с собой в Зандиру, и он был возле принца с самого рождения, воспитывая и обучая его разным наукам. Хотя он не был Кариму роднёй, тот с детства привык звать его дядей, и Имран не был против.
Дрожа от нетерпения, юноша быстро взбежал на второй этаж и направился к комнате учителя: не часто в усадьбу допускались посторонние и для Карима это было целое событие. Уже возле дверей комнаты юноша расстроено замер, вспомнив, что сам провожал его утром до ворот усадьбы: раз в неделю Имран отправлялся в город за новыми книгами и сегодня был именно такой день. «Ничего, возможно они согласятся погостить немного у нас, и дядя ещё успеет посмотреть представление», — успокоил он сам себя и отправился вниз.
Вскоре в саду были установлены кресла и принц занял своё место, в соседних расположились жрецы, а за спинами встала охрана, вооружённая до зубов. Когда все расселись, на открытую площадку вышли в сопровождении двух конвоиров четверо людей, которых Карим с огромным любопытством принялся разглядывать. Двое из прибывших были зандирийцами. «Это наверно те самые братья из Хеона, о которых говорил Мусир», — подумал Карим. Лицо старшего показалось ему странно знакомым, но решив подумать об этом позже, он перевёл взгляд на остальных двух персонажей, которые были явно чужестранцами. Красивая девушка в длинной юбке сжимала в руках лютню, а рядом с ней застыл средних лет мужчина со странными глазами и немного заострёнными ушами, видневшимися из-за собранных в длинный хвост белоснежных волос.
— Позвольте представиться, — выступил вперёд старший из братьев, и Карим вновь уставился на него, впившись в лицо взглядом и пытаясь понять, откуда он может знать его, — меня зовут Зураб, а моего брата Умар. Мы родом из Хеона и оба служим на корабле, как вы, видимо, уже поняли, — юноша ослепительно улыбнулся и кинул взгляд на свою пиратскую одежду, — прогуливаясь по городу мы случайно узнали, что в этой усадьбе есть ценители искусства, а у нас как раз гостила на корабле пара артистов, — и он насмешливо махнул рукой в сторону стоявших чуть поодаль Абигель и Элронда на шеях которых красовались рабские ошейники: в последний момент эту идею подкинул Тураб, и остальные, посовещавшись, решили что так будет лучше и достовернее. — Позвольте представить вам лучшего сказителя северного побережья Элронда и замечательную исполнительницу песен и баллад Абигель. Возможно, услышав их, вы решите не расставаться с ними. Обещаю, что не буду жадным, о цене мы договоримся, — подмигнул юноша, глядя в лицо Кариму.
— Так я и знал, что эти пройдохи решили что-то продать вам, — расслышал Карим ворчание Мусира слева от себя.
Не обращая внимания на жрецов, он благожелательно улыбнулся и кивнул Зурабу:
— Всё может быть.
— Начинайте уже, — недовольно буркнул Мусир, — покажите, что я не зря оторвал от дел Его Высочество.
Зоран коротко кивнула Элронду, и он выступил вперёд со сказанием о великой войне. За ним выступала Абигель, и её выступление продлилось около двух часов. Девушка уже выбивалась из сил, а восторженный принц просил её исполнить ещё что-нибудь. Часть жрецов, не выдержав, покинула представление. Лишь Мусир и ещё пара самых стойких оставались на месте, да охрана не спускала внимательных глаз с артистов.
— Позвольте, Абигель немного передохнуть, Ваше Высочество, — выступила Зоран, когда Абигель закончила очередную балладу, — а пока мы с братом можем развлечь вас. Я неплохо метаю ножи и …
— Нет, нет, — поспешно прервал её Карим, — пожалуйста не надо таких зрелищ, а госпожа Абигель пусть отдохнёт, — принц вскочил с места и, подбежав к Абигель, подал ей руку, — я виноват, что следуя своим желаниям совершенно измучил вас, простите меня, Абигель.
— Что вы, Ваше Высочество, — смутилась девушка, — мне очень приятно, что вам так понравилось моё пение.
— Очень понравилось, — признался Карим, — но сейчас, прошу вас, немного отдохнуть и отведать вина и местных фруктов.
Не слушая возражений Абигель, он усадил её на своё место и приказал слугам накрыть на стол и принести ещё несколько стульев. Некоторое время все наслаждались изысканным вином, а затем Карим сказал, что хотел бы поговорить о покупке Абигель и Элронда. Он встал из-за стола и позвал за собой Зоран, чтобы обговорить все детали. Мусира попытавшегося было пойти вместе с ними и охрану он решительно остановил и, под их недовольными взглядами, потянул Зоран за угол.
— Простите, Зураб, — обернулся он, как только они оставались наедине, — мне почему-то кажется, что я знаю вас, но сколько я не пытался вспомнить ничего у меня не получается.
— Возможно это поможет вспомнить вам, — улыбнулась Зоран и потянулась к поясу, вытаскивая кинжал. Охрана к её удивлению и не подумала изъять её оружие при входе.
Но едва Зоран приблизилась к Кариму, как из кроны дерева вылетела стрела, и девушка только благодаря своей реакции успела увернуться. Дёрнув за собой Карима, она упала за лавку и метнула в ответ кинжал. Раздался короткий вскрик, и на землю рухнуло тело в зелёных одеждах. Упавший мгновенно вскочил, оказавшись молодым эльфом и, держась за окровавленный бок, кинулся к кустам. Зоран в два счёта оказалась рядом и приставила к его горлу второй кинжал.
– Не так быстро, – усмехнулась она.
— Отпусти его, иначе умрёшь, — раздалось над её ухом, и в спину уперлось что-то острое.
— И не подумаю, — прошипела Зоран и чуть сильнее надавила на кинжал, по шее эльфа потекла тонкая струйка крови, — возможно ты убьешь меня, но горло твоему напарнику я успею перерезать.
— Хорошо, обещаю, что мы не тронем тебя, если ты отпустишь его и дашь слово, что не причинишь вреда принцу, — глухо проговорил эльф за спиной.
— Кто вы? — спросила Зоран, не опуская руки, — и почему напали на меня?
— Мы охраняем юного принца, — неохотно признался эльф, — ты достал кинжал, и мы решили…
Зоран чуть ослабила хватку и усмехнулась:
— Он сделан по образцу кинжалов, которые когда-то подарил мне отец, и Карим должен хорошо помнить их.
Карим молча стоявший в стороне и изумлённо взиравший на всё происходящее, услышав эти слова, сделал шаг чуть ближе и уставился на кинжал матово поблёскивавший у горла лучника. Глаза его изумленно расширились:
— Я помню! Такие кинжалы были у моей сестры Зоран, она очень гордилась ими и всегда носила на поясе. Но как такое может быть?
Зоран грустно улыбнулась:
— Я слишком хорошо помнила как они выглядели, каждую деталь, каждый изгиб и узор и поэтому мне не составило труда описать кузнецу, что в итоге я хочу получить, – Зоран вздохнула и вдруг добавила, – знаешь, Карим, я ведь видела по твоим глазам, как тебе хочется подержать их в руках, разглядеть как следует узор на рукоятке, но ты ни разу не попросил меня: знал, что это бесполезно.
— Сестра? — прошептал Карим, охрипшим от волнения голосом.
— Ну наконец ты узнал меня, брат, — выдохнула Зоран, опуская кинжал и делая шаг к Кариму.
