Две дороги

      Это было так сладко, сжимать в своих объятиях желанное тело, слышать, как бьются в унисон сердца, видеть прикрытые от наслаждения глаза, ловить губами жаркие стоны.       «Как странно — я больше не ощущаю яростного пламени, горевшего в моей груди все эти годы. Сейчас мне совершенно не хочется никому мстить. Всё, чего я хочу, это быть рядом с этой женщиной, любить её, видеть, как она улыбается мне» — думала Зоран, уткнувшись носом в висок девушки и вдыхая аромат разгорячённого тела.       Откуда-то сверху послышался глухой стук, словно упало что-то тяжёлое. «Кто там развлекается?» — промелькнула в голове Зоран ленивая мысль, и вдруг её словно молнией прошило.       — Карим! — глаза Зоран испуганно расширились и она, отпрянув от Абигель, вскочила и стала поспешно одеваться.       — Что с тобой? — села на постели Абигель.       — Если жрецы устроили покушение на меня, то могли то же самое проделать и с братом!       Абигель, побледнев, охнула и, соскочив с кровати, принялась собирать раскиданную по всей комнате одежду:       — Я с тобой!       — Нет, Абигель, пожалуйста останься здесь, — попросила Зоран, затягивая пояс и проверяя как выходят из ножен кинжалы.       Абигель, поспешно продев голову в ворот рубашки, уже открыла рот, собираясь возразить, но, взглянув в тревожно нахмуренное лицо Зоран, кивнула, уступая её просьбе, и просто подошла поближе:       — Вот, одень свой амулет. Он может тебе понадобиться.       Зоран заколебалась: Абигель видела, что беспокойство за неё борется в девушке со страхом за брата, но в конце концов принцесса решилась.       — Я пришлю к тебе Элронда, — сказала она и наклонила голову, позволяя Абигель надеть ей на шею Слезу Телус. Абигель на мгновение прижалась к ней всем телом и прошептала, — береги себя. Ты нужна мне, Зоран.       Зоран поцеловала её в лоб и поспешно выскочила в коридор, пролетела по лестнице и добравшись до комнаты принца, расположенной этажом выше, изо всех сил заколотила в дверь, не обращая внимания на стоящих по обеим сторонам от входа воинов: у своей комнаты она, как ни настаивал Тураб, так и не позволила установить пост.       — Карим! Карим, с тобой всё в порядке?!       — Да, сестра, ты чего так шумишь? — удивлённо спросил принц, распахивая дверь.       Зоран с облегчением выдохнула и, развернувшись к телохранителям, внимательно осмотрела сначала одного, потом другого.       — Вы не чувствовали сегодня никакого недомогания? — спросила она, — не получали никаких ран и царапин? Эти вопросы и к тебе относятся, брат, — оглянулась она на Карима.       — Нет, принцесса, — покачал головой сначала один, а потом и другой телохранитель, — мы весь день следовали за вашим братом.       — Я тоже весь день был рядом с тобой, Зоран и чувствую себя устало, но вполне сносно, — ответил Карим, — но в чём дело?       — Я слышала здесь какой-то шум, — сказала Зоран, оглядываясь по сторонам.       — Я зашёл в комнату только несколько минут назад и ничего не слышал, — пожал плечами Карим, — а вы? — спросил он у охранников.       — Мне показалось, когда мы поднимались по лестнице, я слышал что-то со стороны покоев господина Горана или госпожи Эйны, — неуверенно сказал один из них.       — Думаю наша милая жрица перебрала лишку, — раздался голос Горана, дверь в его комнату со скрипом растворилась, и хранитель библиотеки выплыл в коридор. Зоран с досадой нахмурилась и потёрла переносицу.       — Вы предвзято к ней относитесь, господин Горан, — заметила она.       — Ничуть, — возразил Горан и тут же радостно добавил: — вот! Слышите?!       Теперь уже явно из комнаты Эйны раздался грохот и треск ломаемой мебели. Телохранители рванулись было к комнате жрицы, но тут же поспешно отступили: в коридор из щели под дверью стала просачиваться туманная дымка.       — Уходите! Уведите отсюда принца и позовите Ивара! — приказала Зоран и, оттолкнув воинов в сторону, подскочила к двери, — Эйна! Что там у тебя?!       В ответ вновь послышалась какая –то возня, грохот и сдавленное проклятие. Зоран изо всей силы ударила в дверь, но она даже не шелохнулась.       — Крепкая, — поморщившись проворчала принцесса.       Туман тем временем поднялся до колен и замер на этом уровне. В коридоре за спиной послышались звуки открываемых дверей, топот и голоса.       — Принцесса, вы звали? — раздался голос Ивара.       — Можешь заклинанием выбить эту дверь? — спросила Зоран.       — Конечно, — кивнул маг, но не успел ничего сделать как из комнаты раздался сильный удар, сотрясший весь дом и всё стихло.       — Поздно, – зловещим голосом прокомментировал Горан.       Дверь с шумом распахнулась, выпустив в коридор клубы тумана, насквозь пропитанного запахом крови.       — И не надейся, — устало прошелестел знакомый голос, и в проёме появилась сама хозяйка комнаты.       По коридору пролете слаженный вздох, и даже Зоран отступила на шаг: в обрывках, оставшихся от плаща, заляпанная кровью с головы до ног, темнокожая женщина с сиреневыми глазами, сжимающая в руках длинный посох на обоих концах которого матово поблёскивали остро отточенные лезвия, выглядела поистине устрашающе.       — Не может быть! — раздался потрясённый голос Ильтона из глубины коридора.       — Я так и знал! — сдавленно пискнул Горан, указывая пальцем на острый кончик уха, выглядывающий сквозь всклокоченные волосы.       — Эйна, это ты? — почему-то шёпотом уточнил внезапно оробевший Тураб, подоспевший на помощь.       — А кто же ещё, — криво ухмыльнулась жрица, опуская оружие.       — Что случилось? — взяла себя в руки Зоран.       — Милый привет от одного из моих почитателей… или почитательниц, — добавила Эйна, устремив взгляд вдоль коридора.       Не сдержав любопытства, принцесса обернулась и увидела в противоположном конце коридора, у самой лестницы Киану, которая явно была не готова увидеть такую Эйну.       Совершенно ошеломлённая жрица Нефтис круглыми от изумления глазами смотрела на свою соперницу, даже не вникая в её слова.       Зоран вздохнула и обернулась к жрице Тары:       — Не думаю, что дело именно в тебе, — сказала она, и когда Эйна с сомнением на неё взглянула, пояснила, — меня тоже пытались убить.       С трудом успокоив поднявшийся переполох, Зоран вкратце рассказала о том, что случилось, опустив некоторые подробности:       — Жрецы, завладев кровью Абигель, подчинили её себе и заставили напасть на меня…       — Она в порядке?! — тут же перебил её Элронд.       — В полном, — кивнула Зоран, — мне удалось снять с неё заклинание подчинения и сейчас она отдыхает в моей комнате. Отправляйся к ней и, если заметишь какую-либо странность в поведении — зови Ивара.       Элронд, едва дослушав принцессу, кивнул и почти бегом устремился на лестницу.       Зоран посмотрела на Эйну, тяжело привалившуюся к косяку:       — Тебе нужно к лекарю, — и тут же, не дожидаясь её ответа, окликнула, — Ильтон! Может ты осмотришь её? Всё-таки вы одной расы и…       — Я не стану помогать тёмной эльфийке! — категорически заявил лучник, скрестив на груди руки и недобро поглядывая на Эйну, — мы отказались от родства с ними, когда они стали на сторону зла!       — Но Эйна не виновата в том, что сделали её предки и она ранена!       — Пустяки, — Эйна рывком выпрямилась, гордо вскинув голову, с кончиков её серебристых волос тяжёло упали несколько капель крови, расцветив пол алыми брызгами, — это по большей части не моя кровь.       Раздался тихий щелчок и лезвия втянулись в посох, второй щелчок и посох уменьшился до жезла в пол локтя длиной. Спрятав его в складках одежды, Эйна шагнула в коридор и отступила в сторону, открывая то, что раньше скрывалось за её спиной.       Тураб тихо выругался, несколько телохранителей испуганно попятились, бормоча молитвы Нефтис, а Киана наоборот подобралась поближе, с любопытством заглядывая в комнату: стены и потолок были в кровавых потёках, а посреди комнаты виднелась какая-то бесформенная кровавая масса.       — Что это было, госпожа Эйна? — шёпотом спросил вездесущий Умар, выглядывая из-за Тураба и переводя взгляд в котором восторг перемешался с ужасом с комнаты на тёмную эльфийку и обратно.       — Элементаль крови, — кратко ответила Эйна.       — Ничего себе! – присвистнул Ивар, переглянувшись с Кианой. На что, та лишь смущённо покачала головой.       — Я о таком и не слышала, — призналась она.       — Тебе повезло, жрица, — криво усмехнулась Эйна, — это пренеприятнейшее создание, жаждущее заключить тебя в свои объятия, присосаться и выхлебать всю кровь.       Киана содрогнулась от омерзения и побледнела. Это не скрылось от Эйны, в глазах которой промелькнуло удовлетворение.       — Может хочешь узнать, как она устроена? — вкрадчиво спросила эльфийка, кивая в сторону комнаты.       Зоран заметила, как нервно сглотнула жрица Нефтис, бросив быстрый взгляд в комнату. Киана явно не горела желанием входить туда, но и показаться слабой перед жрицей Тары не могла.       — Если тебе так угодно, то пойдём, — холодно сказала она, приняв гордый и невозмутимый вид.       В другое время Зоран, которую стало даже забавлять вечное препирательство жриц, с удовольствием бы досмотрела, чем всё это кончиться, но не теперь.       — Эйна, как-нибудь на досуге обязательно расскажешь поподробнее, что это такое, — заключила она и прикрыла дверь в комнату, — лучше скажи, я могу что-то сделать для тебя сейчас?       — Если только снабдите меня новым плащом, Ваше Высочество, — ответила Эйна, — не хочу нервировать своим видом ваших поданных.       — Вот, возьмите мой, — протянул ей плащ Тураб, и Эйна, кивком головы поблагодарив его, тут же скрыла свою внешность в тени капюшона.       Зоран показалось, что кто-то за её спиной вздохнул с облегчением, а вот во взгляде Кианы, брошенном на вновь закутанную в плащ фигуру жрицы, принцесса с удивлением заметила досаду. «Интересно, это из-за того, что вид оборванной и окровавленной соперницы доставлял ей удовольствие или что-то другое?» — мелькнуло в голове, но отогнав от себя ненужные мысли, Зоран постаралась сосредоточиться на главном:       — Сейчас нам надо что-то предпринять, чтобы обезопасить себя.       — Я немедленно обыщу дом на наличие следов магии крови, — тут же вызвался Ивар, — если есть ещё кто-то под действием заклинаний, то я смогу почувствовать его, но к сожалению, только если буду рядом.       — Действуй, — кивнула Зоран, — Тураб отправь с ним пару воинов.       Едва Ивар с сопровождающими скрылся, решив начать с третьего этажа, как на лестнице показался ещё один телохранитель с весьма обескураженным видом:       — Ваше Высочество, мушир Тураб, — растерянно позвал он, — вы должны это видеть.       Переглянувшись, Тураб и Зоран поспешно направились к лестнице. Уже окончательно пришедшая в себя Эйна и Киана двинулись за ними.       Выйдя на крыльцо, все замерли, увидев, что большая часть выставленной вокруг дома охраны спит мертвецким сном. Лишь полтора десятка из сотни воинов, остались на ногах.       — Я же предупреждал вас! — рявкнул Тураб, а его единственный глаз налился кровью.       Бледнея под яростным взглядом Тураба, горе-охранники бормотали, защищая товарищей, что никто и не думал напиваться.       — Не могли отказать… за победу принцессы... сам шеир угостил нас… вынесли два бочонка из дома, — разобрала Зоран в их отрывочных фразах и взмахом руки приказала всем замолчать.       — Думаю, здесь всё не так просто, — задумчиво сказала она, поддавая ногой валявшийся на земле бокал, — что скажешь, Эйна?       — Вы правы, принцесса — пары бочонков вина явно недостаточно, чтобы напоить сотню человек. Вряд ли кому-то из них досталось больше одного бокала       — Каждый выпил по чарке вина, — поддержал её один из воинов, — а потом их словно вырубило. Все повалились как подкошенные.       — А вы что же? — прорычал Тураб, сверля его пристальным взглядом.       — Как раз в это время была наша очередь стоять на посту. Мы не могли пить пока нас не сменят.       — Ну хоть это вы усвоили, — немного успокоясь, проворчал Тураб, но едва дозорные немного расслабились, тут же грозно спросил, — а почему не доложили мне?!       Воин виновато повесил голову.       — Мы думали, они проспятся, и всё будет в порядке. Думали, вино такое забористое, — вновь забормотал он, не глядя на Тураба.       Тураб переглянулся с Зоран и, тяжко вздохнув, развёл руками:       — Сделать настоящих воинов из бывших рабов и простых горожан не так-то просто.       — Как я и думала, сонное зелье, — прокомментировала Эйна, внимательно изучившая остатки вина на дне одного из бокалов.       Вернувшись в дом, соратники решили устроить срочный совет, когда воины, сопровождавшие Ивара, втащили в зал шеира, пытавшегося улизнуть из дома.       — Вот значит, какой праздник вы решили устроить — прищурившись сказала Зоран, обходя вокруг дрожащего словно осенний лист, главы города, — думали заманить нас в ловушку, опоить моих воинов сонным зельем, а нас прирезать руками наших же людей?       — Простите, принцесса, я не причём. Это всё Феруз – жрец из Алия, который явился в наш город неделю назад. Это он всё затеял, – мужчина всхлипнул и жалобно продолжил, – он взял мою кровь и сказал, что будет следить за каждым моим шагом, и если я попытаюсь предупредить вас, то очень пожалею об этом, — трясущейся рукой шеир закатал рукав и показал тонкий надрез на левом предплечье.       — Вот ещё один, — мрачно заявил Тураб, указывая на сжавшегося в руках двух телохранителей слугу.       — И что же поручили тебе? – грозно спросила Зоран.       — Я…я должен был открыть чёрный ход, а ещё вылить то, что мне передали в комнатах госпожи Эйны и господина Ивара, — пролепетал слуга, не отводя полного ужаса взгляда от Эйны, мрачной тенью, маячившей за плечом Зоран.       — Я так и не успел побывать в своей комнате. Интересно что это было? — спросил Ивар.       — Какие-то пузырьки с красной жидкостью, — пожал плечами слуга.       — Так это был ты! — как показалось Зоран, с разочарованием воскликнула Эйна, — а я решила, что это подарок от другого человека, — и она многозначительно посмотрела на Киану.       — Я уже говорила, что не владею магией крови! — тут же с негодованием заметила жрица Нефтис.       — Ну, девочка, говорить то можно что угодно, — протянула Эйна.       — Не смей называть меня так, — отчеканила Киана.       — Прекратите! Сейчас не время для ссор, нам надо решить, что делать дальше, — прервала начинающуюся перепалку Зоран, — этих двоих в темницу! — приказала она и, дождавшись, когда заключённых уведут, обвела взглядом всех присутствующих, — какие предложения у вас?       — Устроить показательную казнь, — тут же предложила Эйна, — пусть видят, что с предателями мы не церемонимся.       Зоран поморщилась, но с предложением согласилась:       — Ты права, Эйна. Поэтому, хочется мне этого или нет, мы казним их завтра на рассвете. Кто хочет сказать что-то ещё?       — Нужно немедленно ввести в город войско и расположить его на площади вокруг дома шеира, чтобы ни одна муха мимо не пролетела.       — К сожалению, Тураб, сталь и стрелы малоэффективны против магии, — покачала головой Зоран, — тут надо действовать по-другому.       Она замолчала и надолго задумалась. В комнате воцарилась глубокая тишина: все терпеливо ждали решения принцессы.       — Мы закроем ворота и обыщем весь город! — наконец сказала Зоран, — для этого придётся разделиться. Ильтон, ты кажется говорил, что чувствуешь магию крови.       — Да, принцесса, — кивнул эльф.       — Ты пойдёшь с моим отрядом, а ты Эйна, с отрядом Тураба – ищите следы магии.       — Но Карим…— начал было Ильтон.       — С ним сейчас Имран, к тому же, надеюсь, Ивар присмотрит за братом и всеми, кто в доме, — она нашла взглядом мага и уточнила, — ты ведь сможешь нейтрализовать магию крови, если понадобится?       — Да, принцесса, – кивнул маг.       — А что делать мне, Ваше Высочество? — спросила Киана.       — Ах, да! — спохватилась совсем забывшая о жрице Нефтис, Зоран, — Киана, ты сможешь отследить творимые заклинания крови?       — Меня этому не учили, — покачала головой жрица.       — Кто бы сомневался, — хмыкнула Эйна, за что получила в ответ хмурый взгляд Кианы.       — Но как я успела заметить кое-какими заклинаниями ты всё же владеешь? — уточнила Зоран, как бы ненароком вставая между жрицами.       — Да, — кивнула Киана, — прикрыть вас в случае опасности я смогу.       — Отлично, тогда пойдешь со мной и Ильтоном.       — Так, — распоряжался Тураб, спустя несколько минут, стоя на крыльце и собрав перед собой тех, кому не досталось сонного зелья, — Рухаб, ты отправляйся в лагерь и поднимай войско. Пусть Каур и Трог берут под контроль выходы из города. Селим, Зиван и Керуд с отрядами должны явиться сюда и взять под охрану дом шеира. Оставшиеся пусть будут в боевой готовности и ждут дальнейших распоряжений.       Воин стрелой унёсся прочь, а Тураб обернулся к остальным.       — Вы, пойдёте с принцессой.       Воины тут же встали рядом с Ильтоном и Кианой.       — Маловато, — поморщился Тураб и, подумав, вызвал из дома десяток телохранителей.       — А мы с Эйной подождём здесь прибытия отряда Керуда и тоже возьмём два десятка бойцов. Этого будет достаточно, чтобы не сильно привлекать внимание и отбиться, если всё-таки нас атакуют, — пояснил Тураб, своё решение, — ну а вы отправляйтесь, но прошу тебя будь осторожна, Зоран.       Солнце начинало клониться к закату, бросая красноватые отблески на городскую площадь. Праздник закончился, как и еда, и выпивка, и народ постепенно расходился, но ещё остались те, кто никуда не спешил или сильно перебрал дармового вина. Горожане провожали удивлёнными взглядами небольшой отряд воинов, вышедший от дома шеира и почти бегом направившийся в восточную часть города. Его возглавляла высокая женщина с пылающими яростью чёрными глазами: никто не узнавал одетую в простую одежду принцессу, лицо которой было укрыто шемагом.       Как и подозревала принцесса, жрецы, сообразив, что покушение не удалось, успели бежать. Когда она с отрядом ворвалась в магазин, о котором рассказала Абигель, то обнаружила там лишь старый хлам и пустые полки. Эйне удалось обнаружить ещё два места, где творилась магия крови, но они были также пусты, жрецы скрылись. Прочесав западную и восточную часть города, обыскав храм в котором остался лишь престарелый жрец, его Зоран решила не трогать, отряды Зоран и Тураба соединились у северного выхода из города: через него они и въезжали так торжественно этим утром.       — Мушир Тураб, ворота закрыты, стражники оказали сопротивление, но мы их скрутили, — подбежал к ним с докладом Селим, командир одного из отрядов.       — Молодцы, ребята, — похвалил Тураб, — это всё?       — Нет. Когда мы поднялись на стены, то обнаружили там подготовленные для отражения осады груды камней и бочки с маслом. На всякий случай я выставил на стене дозорных.       — Отлично, — подала голос, молчавшая до этого Зоран, — а что с казармой? — она кивнула в сторону видневшегося неподалёку сооружения, представлявшего собой три длинных глинобитных дома, два торцами примыкали к городской стене, а третий соединял их, замыкая квадрат, в центре которого находился закрытый плац для тренировок.       — Казармы мы не осмотрели, — растерялся Селим, — у нас не было такого приказа и…       — Хорошо, я поняла, мы сами осмотрим их, — махнула рукой Зоран, — ваше дело ворота и стена.       — Странно, — заметил Тураб, подходя к Зоран и кивая в сторону казарм, — на улицах нам не встретилось ни одного патруля по дороге сюда. Словно вымерли все.       — Нам тоже, — кивнула Зоран и, переглянувшись, они одновременно вытащили оружие.       Дойдя до решетчатых ворот ведущих на плац и сейчас широко распахнутых, Зоран подала сигнал остановиться.       — Кто пойдёт первым? — оглянулась она на Тураба.       — Позвольте мне, — попросила Эйна и, дождавшись кивка Зоран, шагнула вперёд. Короткий жезл, выскользнув из складок жреческого одеяния повинуясь нажатию пальца превратился в посох с двумя стальными лезвиями.       Едва она переступила черту, отделяющую её от плаца, как с двух сторон в неё полетели копья, но ударившись о защитную сферу с громким стуком упали в песок.       Жрица одним движением скинула капюшон, недобро улыбнулась, в коротком прыжке взлетела вверх и, опустившись в самую гущу собравшихся на плацу стражников, закружилась в танце смерти.       Зоран с Турабом и остальные воины лишь помогли ей закончить то, с чем она с успехом справилась бы и сама. Не прошло и пяти минут как бой был окончен: больше десятка тел осталось лежать на пропитанном кровью песке. Ещё примерно столько же было ранено и захвачено в плен. При ближайшем рассмотрении и Ильтон, и Элайда сказали, что они находятся под действием заклинаний подчинения и жажды крови.       — Но как они не поубивали друг друга? — спросила Киана, так и не принявшая участия в схватке.       — Второе заклинание было отложенным, оно сработало лишь тогда, когда я появилась в зоне их видимости, — пояснила Эйна, и наблюдая как Киана осторожно перешагивает через чьё-то тело, иронично добавила, — извините за устроенный беспорядок, но мне надо было немного снять напряжения: я была слишком зла, после устроенной мне ловушки.       — А мне показалось, что она попросту старалась произвести впечатление, — шепнул на ухо Зоран Тураб, посматривая в сторону Кианы.       — Скорее запугать конкурентку, — хмыкнула Зоран.       Пока они добрались до дома шеира, заклинание жажды крови спало с пленных и к ним вернулись болевые ощущения, а вместе с ними и страх.       Когда их допросили, то выяснилось, что, дождавшись, когда в главном храме три раза протрубит рог, стражники должны были атаковать воинов принцессы, уснувших к этому времени глубоким сном.       — По всей видимости жрецы так спешили, что не успели предупредить своих соратников, что их план провалился, — сквозь зубы процедила Зоран, наблюдая как уводят заключённых.       — Вы понимаете, что нас спасло только то, что они струсили после неудавшегося покушения?! — спрашивала Зоран вечером того же дня, обводя всех собравшихся взглядом, — будь они решительнее мы бы сейчас тут не сидели. Ильтон и Ивар, вы вместе с Имраном ни на секунду не должны оставлять без присмотра Карима, а вы — Зоран посмотрела на Эйну и Киану, — должны постоянно отслеживать общий магический фон вокруг и докладывать мне обо всём подозрительном! Мы приближаемся к столице, а значит покушения могут повторяться. Тураб, пусть твои командиры докладывают о любом отклонении в поведении своих людей. О любом ранении и царапине докладывайте жрицам. ***       Наутро на площади устроили казнь. К смерти были приговорены шеир города вместе со слугой и капитан стражи, согласившиеся сотрудничать со жрецами. Горожане ещё накануне с удовольствием угощавшиеся вином выставленным главой города теперь с не меньшим удовольствием наблюдали как его голова отлетела под ударом меча. Чуть позже, заведя Абигель в свою комнату, Зоран усадила её на постель и, присев рядом, крепко сжала её ладони в своих.       — Прости Абигель, но по-другому я поступить не могла, — глядя в бледное лицо девушки тихо сказала она, — я должна была наказать предателей. Иначе нам просто не выжить в этой борьбе.       — Я … я понимаю, Зоран, — ответила Абигель, — ты должна быть сильной. И враги должны видеть это. Но я… я ничего не могу с собой поделать, мне жаль их. Зоран, скрипнув зубами, раздражённо произнесла:       — Я не хотела этого говорить, Абигель, но один раз, я уже поддалась на твои уговоры и помиловала тех, кого должна была казнить. И сейчас мы пожинаем плоды этого.       — Я не понимаю. Что ты хочешь сказать? — дрожащим голосом спросила Абигель.       — То, что ловушку нам подстроил один из жрецов, которых мы прогнали из Алия, — нехотя произнесла Зоран, уже пожалев о том, что не сдержалась и сказала лишнее, — и я кажется знаю кто из них. Тот, что так пристально смотрел на тебя, когда я говорила кого именно они должны благодарить за свои жизни. Абигель широко раскрытыми глазами смотрела в глаза Зоран и по её лицу бежали крупные слёзы:       — Прости меня, Зоран. Из-за моей глупости ты чуть не погибла.       — Не говори ерунды, — тут же смягчившись, пробормотала Зоран, осторожно обхватывая лицо девушки ладонями, — ты не глупая, а очень добрая. Моё ласковое солнышко, — прошептала она, ловя губами слезинку. ***       Оставив в городе наместника, выбранного из местной знати, Зоран повела войско дальше. На второй день пути Ильтон поймал лазутчика подосланного жрецами в тот момент, когда тот пытался активировать магический амулет. А ещё через три дня случилась беда. Как и было решено ранее, два раза в неделю со стороны Элона прибывали группы добровольцев, переправившихся с той стороны берега. Каждый раз это было разное количество человек, иногда несколько десятков, а иногда пять - шесть: всё зависело от местности, где проходил отряд. Но тот день не пришёл никто, напрасно Тураб выслал навстречу разведчиков – они ни с чем вернулись обратно, и лишь под утро дозорные привели одного полуживого гребца с галеры. Когда он немного пришёл в себя, то рассказал, что жрецы устроили засаду и уничтожили весь отряд и галеру вместе со всеми пассажирами и гребцами. Ему одному чудом удалось уцелеть.       Зоран прекрасно понимала, что с двумя жрицами и одним магом им будет очень трудно противостоять жрецам. Да, капитан Давен обещал привести магов с Авенхарма, но пока подмога не подоспела и неизвестно придёт ли вообще, а им надо было срочно что-то предпринять, и поэтому на одном из привалов принцесса решила затеять разговор с жрицами, попросив Абигель помочь ей в этом: к её удивлению Абигель легко сошлась не только с Эйной, но и с Кианой, и та охотно общалась с ней на любые темы, и принцесса решила этим воспользоваться.       Собравшись уже привычной компанией, в которую теперь входила и Киана, у костра, сначала они, как обычно, слушали пение Абигель и рассказы Элронда, а затем Абигель подсев к Киане, спросила:       — Ты и правда зандирийка?       — Конечно, — удивлённо глянула на неё Киана, — а почему ты спрашиваешь?       — Твоя внешность больше подходит для моих соотечественниц, — призналась Абигель       — Ах это, — Киана криво усмехнулась, — всё просто - я родилась от рабыни.       — Но как ты тогда стала жрицей? — удивился Элронд, — я слышал, что детей рабов у вас чаще всего ждёт участь их родителей.       — Ну, во-первых, мой отец был зандирийским воином и не из последних, — сухо заметила Киана, — а во-вторых, во мне проснулся дар магии, и это определило мою судьбу.       Она поворошила угли в костре и продолжила:       — Не знаю уж почему — жаркий ли климат тому виной или что другое, но люди, одарённые магическими способностями, рождаются в Зандире крайне редко. Школ, обучающих магии у нас, нет, но зато детей в которых пробуждается магия всегда с большой охотой забирали жрецы. У нас всегда считалось, что это Нефтис так высказывает своё особое расположение к этим людям, и они обязаны отблагодарить её своим служением. Так и я оказалась в храме.       Взглянув в небо, она улыбнулась и сказала, — мне повезло, что я попала к Илуру. Это тот жрец, что приходил к вам, Ваше Высочество, — пояснила Киана, — когда-то и его мальчишкой, подобрал учитель и привёл в храм.       — Ты хочешь сказать, что твой учитель тоже маг? — воскликнула Абигель, кинув быстрый взгляд на Зоран, тут же насторожившуюся словно гончая напавшая на след зайца       — Да, — кивнула Киана, — а как же ещё по-вашему, он, оставаясь в храме, смог бы избежать участи стать магом крови? Фарух не трогал лишь истинных магов, понимая, что у них уже есть силы, которых так не доставало ему, а у остальных жрецов было лишь два выхода – стать магом крови или быть изгнанным.       — И много таких жрецов, обладающих истинными магическими способностями? — осторожно спросила Зоран.       — Нет, к сожалению, — покачала головой Киана, — всего полтора десятка на всю Зандиру. И то, о восьми из них я не слышала уже несколько лет и не знаю, живы ли они. Четверо, как и мой учитель уже слишком слабы, чтобы участвовать в таких походах. А ещё двоих, вы сами принцесса отправили в Алий, — усмехнулась Киана.       Зоран с досадой глянула на неё и мрачно кивнула.       — Вы стихийник? — вдруг спросил Ивар, молчавший до этого.       — Не знаю, — пожала плечами Киана.       — Как это не знаете? — поражённо уставился на неё Ивар, — какие заклинания удаются вам легче всего? Огненные, воздушные, а может магия исцеления или некромантия?       Киана вдруг смутилась и растерянно пробормотала:       — Учителя нас обучают всем заклинаниям, которые знают сами. Там всего понамешано…       С противоположной стороны костра раздалось негромкое покашливание, и Эйна насмешливо предложила:       — Может проэкзаменуем её, господин маг?       Киана тут же взъерошилась и зло глянула на жрицу сквозь пламя:       — А ты, если такая умная, лучше бы привела своих подружек на помощь принцессе.       — Так может и правда жрицы Тары придут на помощь? — с надеждой глянула Зоран на Эйну.       — Это вряд ли, — покачала головой Эйна и, видя, что Зоран продолжает вопросительно смотреть на неё, вздохнула и призналась, — после матери я была самой сильной жрицей в храме. А сейчас, сейчас, пожалуй, она слабее меня, — посмотрев на всё ещё не понимающих её спутников, она нехотя пояснила, — мне некого призвать на помощь, кроме Илайды в храме лишь несколько молодых и не очень опытных жриц, да пару десятков воинов.       — Это всё? — не сдержав изумления, спросила Абигель.       — Да, это всё, что осталось от моего народа, — вскинув голову, горько сказала Эйна, — три десятка взрослых и трое детей.       — Но, как так получилось, что вы остались живы? — осторожно спросил Ильтон, который до сих пор не мог определиться как относится к тому, что горные эльфы не исчезли полностью с лица земли.       — Мой род издавна служил Таре, — глухо начала Эйна, — почти все женщины становились жрицами, и так на протяжении столетий. Когда эльфы, охваченные тёмным безумием, развязали кровавую войну, мать беременная мною, дохаживала последние дни. Для того, чтобы родить меня, она на время покинула храм и вернулась в родовой замок. Он находился на берегу подземного озера, чьи воды считались целительными, и часто именно к нему съезжались роженицы, чтобы родить дитя. Вы ведь знаете, что дети у эльфов рождаются не так часто, как у людей? — Ильтон кивнул, подтверждая её слова и Эйна продолжила, — рядом с замком в стенах пещеры было вырублено несколько комнат, где останавливались роженицы. Но так случилось, что в тот раз кроме моей матери у озера была лишь одна эльфийка, ждущая ребёнка. Илайда гуляя по берегу озера познакомилась с ней и пригласила перебраться в замок. Женщина согласилась, и это спасло жизнь ей и её ребёнку, потому что буквально через пару дней началась бойня: в одной из пещер за несколько месяцев до этого произошёл прорыв тёмной энергии. Вам надо объяснять, что это такое? — прервавшись, взглянула Эйна на внимательно слушающих её спутников.       — Тёмная энергия— энергия боли, страха и отчаяния, — мрачно произнёс Ивар заученные в академии фразы, — она скапливается в местах разложения и распада, в местах где когда-то пролилось много крови или проникает к нам из нижнего мира, в местах где грани миров истончились. Она воздействует и на мёртвые тела, и на разум живых существ. В первых она может пробудить некое подобие жизни, а вторых, вызывая в них негативные чувства, всё самое низкое и плохое, может сделать вторичными источниками тёмной энергии. Для того, чтобы этого не случилось, прорыв необходимо закрыть как можно скорее. У людей на это способны некроманты.       Эйна кивнула и продолжила свой рассказ:       — Всё правильно, на нашем языке мы называем её улугвил — злой воздух. К сожалению, это осталось незамеченным, и прорыв не был закрыт. Несколько месяцев она просачивалась в наш мир, отравляя окружающее пространство. Наш правитель Риангон, первый мужчина за много лет добившийся такой власти, по всей видимости не выдержал его бремени и одним из первых поддался воздействию улугвила: объявив горных эльфов высшей расой, он призвал свой народ на войну, пожелав мирового господства. Многие, уже одурманенные тёмной энергией, откликнулись на его призыв. И первым делом они направили своё оружие против тех, кто был с ними не согласен. Против своих же братьев и сестёр, которые оказались сильнее и чище и не поддались влиянию улугвила! — с гневом воскликнула Эйна и, немного успокоившись продолжила, —к сожалению, силы были не равны, и омытые кровью своего народа уже не горные, а тёмные эльфы двинулись за своим предводителем, который отныне приказал себя именовать Тёмным властелином, на народ гномов, проживавших по соседству.       Эйна замолчала, переводя дыхание. Некоторое время вокруг стояла тишина, все заново переживали давние события, ввергнувшие в долгую войну все народы Парукса, самого крупного материка Киоса. Первой как ни странно не выдержала Киана, пересев поближе к Эйне она спросила:       — Но как же вы выжили?       Эйна резко вскинула голову, услышав ненавистный голос, готовая отразить удар, но увидев в лице Кианы живой интерес и необычную для жрицы Нефтис мягкость, опустила плечи и кратко ответила:       — Подземный ход.       — Подземный ход? — непонимающе моргнула Киана, — но зачем под землёй…       Эйна глухо засмеялась, и нашла взглядом Горана сидевшего возле Элронда.       — Когда-то, — начала Эйна, и её рука медленно поднявшись стянула с головы капюшон, вновь вызвав невольный вздох у окружающих, — когда-то, — продолжила она, окидывая всех глазами в которых сверкали кровавые отблески, — господин Горан заявил, что моя раса отличается коварством. И знаете, в этот раз я соглашусь с ним: интриги, заговоры и постоянная борьба за власть между родами было излюбленным занятием нашей знати. И поэтому каждый более или менее сильный род, строя замок, первым делом делал пути для отступления. И наш род в этом не отличался от других: из нашего замка было два запасных выхода: один проходил под озером и вел в соседнюю пещеру, а второй вел к поверхности, точнее это был путь, который пробила себе горная река, впадающая в наше озеро, летом она пересыхала и возможно было, хотя и с большими усилиями, пробраться в этом месте наружу.       Эйна вновь надолго замолчала, глубоко задумавшись, и в этот раз никто не решился прерывать её мысли. Казалось, что она уже не заговорит, когда вдруг снова раздался её голос:       — Никто из тех, кто был в замке не поддался воздействию тёмной энергии. Думаю, что причиной этому было целебное озеро, хотя и не знаю наверняка. Одним словом, когда война достигла нашего замка, Илайда рожала, — Эйна всем корпусом развернулась к Киане, то и дело исподволь поглядывающей на жрицу, и глядя прямо ей в глаза сказала, — я родилась под звуки битвы и крики умирающих защитников замка. И первое, что я увидела, была мать перерезающая горло врага, прорвавшегося к нам, и тело эльфийки, принимавшей у матери роды, приколотое к двери копьём.       Киана содрогнулась и поспешно отвела глаза, а Эйна уставившись во тьму, поверх костра, от которого у неё начинали слезиться глаза, всё говорила:       — Понимая, что скоро замок падёт, Илайда подхватила меня и бросилась к запасному выходу. По дороге к ней присоединилось несколько слуг и мой двоюродный брат Гирам. Глава замка, мать Илайды, одна из немногих женщин моего рода, которая выбрала путь воина, а не жрицы, осталась защищать свой замок до последнего, с ней остался и мой дядя. В последний момент мы захватили и ещё не родившую эльфийку. Ход, который вёл под озеро был намного удобнее, но до него было не прорваться. В той части замка уже вовсю кипел бой, и Илайде пришлось выбрать второй путь. На наше счастье река в это время пересохла, и путь был открыт. Пробравшись туда, они обрушили проход, отрезав себе путь назад и закрыв его для нападающих. Не знаю, что им пришлось пережить и сколько времени они выбирались. По дороге погибло двое слуг, один провалился в расщелину, а другую убил рухнувший с потолка камень. Когда мы выбрались на поверхность нас было двенадцать взрослых и я – ребёнок. Илайда, зная, что в первую очередь Тёмный повелитель попытается захватить более цивилизованные народы, решила отправиться на юг в Зандиру.       Зоран сердито фыркнула, а Эйна ничуть не смутившись пояснила:       — Не забывайте, Ваше Высочество, что всё это происходило более четырёх столетий назад. И в этих местах тогда несколько человеческих племён влачили жалкое существование, ведя полудикий образ жизни и постоянно воюя между собой. Вашего народа ещё не существовало, принцесса.       — Так вам четыреста лет?! — округлив глаза выпалил Умар, возникший неизвестно откуда.       — Да, парень, — повернулась к нему Эйна и с усмешкой добавила, — я считаюсь ещё довольно молодой по меркам моего народа.       — Вот это да! — протянул Умар, не переставая пялиться на тёмную эльфийку.       — Так может и не врут слухи насчёт того, что предками зандирийцев являются тёмные эльфы? — вдруг спросил молчавший до этого Элронд.       — Может и не врут, — кивнула Эйна и замолчала, явно не желая распространяться на эту тему.       — А почему вы решили, что вы единственные выжившие горные эльфы? — спросила Абигель, и все удивлённо воззрились на неё, — ведь если вам удалось спастись, то возможно в какой-то части мира также скрываются остатки вашего народа, считая, что они последние?       Грустно улыбнувшись, Эйна покачала головой:       — Мы бы знали.       — Но откуда, если они так же, как и вы, прячутся от всего мира где-то под землёй. Быть может даже на другом материке.       — Илайда искала с помощью магии, но не нашла никаких следов. Она пыталась спросить у Тары, но богиня не дала её ответа, — ответила Эйна.       — Быть может у вашей богини был свой резон промолчать, — вдруг заметила Киана, — а у твоих соотечественников наверняка есть способы укрыться от поисковых заклятий.       Эйна недоверчиво покосилась на Киану, второй раз за вечер проявившую к ней дружелюбие, сомнение мелькнуло на её лице, но затем, отогнав какие-то мысли, она тряхнула головой и отвернулась от Кианы:       — Думаю, рано или поздно мы узнаем об этом, если это будет угодно Таре, а сейчас давайте говорить о том, что знаем наверняка, — она встала и стала перечислять, — а наверняка мы знаем, что у нас есть один маг земли, — она кивнула в сторону Ивара, затем взглянула на Ильтона, — эльфийский лучник, как и все эльфы, имеющий способности к магии природы, горная эльфийка специализирующаяся на магии иллюзии, — она шутливо поклонилась, — и наконец, жрица Нефтис, вообще непонятно на что способная.       Возмущённая Киана подскочила и встала напротив Эйны.       — Ну вот, опять начинается, — простонал Горан.       Эйна насмешливо всматриваясь в голубые глаза жрицы, сейчас метавшие молнии, вдруг задумчиво протянула:       — Голубые глаза, нежная, бледная кожа, тонкий стан – мне кажется, магия воды была бы тебе к лицу, Киана, — причём последнее слово она произнесла нараспев на эльфийский манер.       Жрица Нефтис вспыхнула и опустила глаза, не зная, что ответить и как реагировать на поведения Эйны, а та продолжала:       — А знаешь что, давай-ка устроим поединок. Учебный поединок, — поспешно поправилась она, заметив краем глаза как дёрнулась Зоран, — атакуй меня теми заклинаниями, которые первые придут тебе в голову. Так мы поймём, на что ты способна.       — Но, если я причиню тебе вред? — растеряно спросила Киана. Абигель с удивлением смотрела на Киану и не узнавала её: казалось, что холодная и гордая жрица совсем потерялась после того как Эйна скинула капюшон. И Эйна похоже тоже это чувствовала.       — Хм, девочка, ты ведь можешь нападать вполсилы, да к тому же, мне казалось, что ты должна быть рада возможности как следует проучить меня или я ошибаюсь? — Эйна широко улыбнулась. Белые зубы ослепительно сверкнули на тёмном лице. Сделав ещё шаг и, приблизившись вплотную к Киане, Эйна вкрадчиво спросила, — а может я тебе понравилась?       — Вот ещё! — дёрнулась словно от удара Киана и с ненавистью уставившись на Эйну, почти прорычала, — я готова к поединку. Но бить я буду в полную силу!       — Как тебе будет угодно, дорогая, — иронично поклонилась Эйна, видимо решившая окончательно вывести из себя Киану.       Широкими нервными шагами Киана отошла на почтительное расстояние от костра и, обернувшись, бросила:       — Я готова.       — Ивар, накройте нас защитной сферой, — попросила Эйна мага, — никто не должен пострадать.       Маг кивнул, и жрица Тары, не торопясь направилась к пылающей от ярости Киане.       — А вот сейчас я бы сказала, что тебе ближе магия огня, — покачав головой заметила она, останавливаясь в двадцати шагах от Кианы, — начинай!       — Сейчас увидишь! — выкрикнула Киана и взмахнула рукой.       — Неплохо! — отозвалась Эйна, легко отбив молнию, летящую прямо ей в лицо, — продолжай, — и заметив, что Киана, чуть успокоилась, добавила, — малышка.       Тут же в неё полетел огненный фаербол, а за ним ледяная стрела. Воздушный кулак и снова молния.       Щит Эйны дрогнул и, отразив последнее заклинание, распался, но и Киана, выдохшись, опустила руки и застыла, покачиваясь.       Эйна удивлённо присвистнула:       — Очень неплохо для такой, как ты!       Киана, услышав её голос, упрямо мотнула головой и вновь вскинула руку, готовясь атаковать.       — Стоп, Киана, поединок окончен! — остановила её Эйна.       Киана, еле живая от усталости, несколько секунд непонимающе смотрела на неё, и лишь когда Эйна, отвернувшись от неё, махнула Ивару, показывая, что схватка окончена и можно снять сферу, Киана расслабилась и подошла к Эйне.       — Должна признать ты отлично атакуешь, — заметила Эйна, возвращаясь вместе с Кианой к костру.       — Но я же ни разу ни попала в тебя, — удивилась Киана.       — Неважно. Но главное, что я так и не смогла понять, к какой магии у тебя склонность, — серьезно глянув на неё, призналась Эйна, — так что похоже я зря злила тебя, извини.       — Так ты специально? — Киана остановилась и возмущённо посмотрела на Эйну.       — Мне надо было, чтобы ты действовала не рассуждая, — пояснила Эйна, — так ты должна была выбирать то, что тебе ближе, но похоже я ошиблась…       — А вы что скажете? — спросила Эйна у Ивара, когда они вернулись к костру.       — Ну что же, Киана, могу сказать, что вы стихийник и похоже универсал.       — Что это значит? — нахмурившись спросила жрица.       — Это очень редкий вид магов, которые в равной степени владеют несколькими стихиями.       — Насколько редкий? — заинтересовалась Абигель.       — Лично я вижу такое впервые, — признался Ивар, — и считаю, что вам обязательно надо развивать этот дар. Приглашаю вас, когда всё закончится, отправится вместе со мной в Авенхарм. Я помогу вам поступить в Академию магии.       – Я жрица, — покачала головой Киана, — и моё место в храме Нефтис.       — Это ваше право, — кивнул Ивар, но, если вы передумаете, двери Академии будут открыты для вас.       На этом разговор сам собой иссяк, Зоран выяснила всё, что собиралась, и вскоре все потихоньку разошлись спать.