Две дороги

      Так и не найдя выход из сложившейся ситуации, Зоран сильно замедлила продвижение войска, ожидая подхода союзников. Но не все из её окружения были согласны с этой тактикой.       —Ты ведь сама понимаешь, Зоран, — горячился Тураб на очередном привале, — что долго это продолжаться не может: войско уже разрослось до двенадцати сотен человек и прокормить такое количество народа не просто, к тому же чем больше мы медлим, тем больше времени на подготовку даём противнику. Надо либо решаться и атаковать столицу с тем, что есть, либо распустить войско и признать своё поражение, даже не вступив в схватку.       — Я всё понимаю, — хмуро ответила Зоран, — но и вести на убой своих людей не могу. По примерным оценкам, жрецов возле столицы может быть около трёх сотен, плюс стражники и личная охрана Совета, да и какая-то часть зандирийцев по тем или иным соображениям тоже наверняка присоединиться к нашим противникам. К тому же, ты сам слышал слухи, что Фарух, упрятав подальше свою жадность, уговорил Совет нанять наёмников. Так что неизвестно насколько большая армия нас встретит, — заключила Зоран, оканчивая разговор.       Тураб, махнул рукой и сердито топая, отошел прочь, а Зоран, проводив его взглядом, опустила голову и с горечью прошептала, уставившись в землю под ногами, — только сейчас я поняла, насколько глупо поступила, согласившись на эту авантюру.       Абигель, издали наблюдающая за Зоран, заметила её состояние и тут же поспешила к ней.       — Зоран, родная, нельзя сдаваться раньше времени, — сказала она, присев рядом.       — В жизни не всё бывает, как в твоих балладах, Абигель, — грустно заметила Зоран, — не все сражения оканчиваются великими победами.       — Мы обязательно что-нибудь придумаем, — с уверенностью сказала Абигель, — а может боги помогут нам. Вот, например, Эйна сама призналась, что сопровождает нас по желанию Тары.       — Какая же ты наивная, — с нежностью прошептала Зоран, и улыбнулась.       С каждым днем промедления Зоран мрачнела всё больше и становилась всё раздражительнее, лишь при виде Абигель её настроение улучшалось. Едва заглянув в медовые глаза, Зоран забывала обо всех тревогах и волнениях. Она выискивала каждую возможность, чтобы побыть рядом с той, к кому её влекло с неудержимой силой, и Абигель отвечала ей тем же. Но походная жизнь не давала им ни малейшего шанса остаться хоть на минутку наедине. И девушкам оставалось лишь бросать друг на друга жадные взгляды и довольствоваться быстрыми поцелуями, когда, как им казалось, их никто не видел.       Прошло ещё два дня, ни от Давена, ни от Курта, ни от посланника в Эстель не было никаких вестей, войско увеличилось ещё на полсотни человек и, как ни медлила Зоран, неумолимо приближалось к конечной цели своего похода. Это было заметно по изменившейся местности: растительность стала более пышной, а деревни более богатыми – близость реки и столицы давали о себе знать.       И вот наконец пришёл день, когда на горизонте показалась неровная линия, по мере приближения выросшая в большой город раскинувшийся в устье Элона. Всё пространство вокруг города занимали деревеньки, сейчас опустевшие, и многочисленные рощицы между ними.       — Ну вот и Харис, — выдохнул Тураб из-под руки вглядываясь в горизонт, — давненько я здесь не был.       Зоран ничего не ответила, она смотрела, не отрывая взгляда, на город, где прошли её детство и юность. Уже издали была видна белоснежная башня дворца, казавшаяся в лучах солнца золотой. Зоран вдруг вспомнила как в детстве провожала отца в частые походы: простившись с ним, она стремглав влетала во дворец и по витой лестнице со всех ног бежала в самый верх башни, где, выбравшись на открытую всем ветрам небольшую площадку, стояла до тех пор, пока последний воин не исчезнет за горизонтом. Грустно улыбнувшись, Зоран перевела взгляд правее, где словно макушка огромного черепа, виднелся круглый купол главного храма Нефтис. Брови принцессы гневно сдвинулись, а губы сжались в одну тонкую линию. Именно туда она стремилась все эти годы, там находился её главный враг, убийца её отца.       — Тебе недолго осталось ждать, Фарух. Скоро мы встретимся, — прошептала она, до боли сжав рукоятку кинжала, висящего на поясе. «А ты уверена, что справишься, что не погубишь своих людей напрасно? — прозвучал в голове мерзкий голосок сомнения, одолевающий её все последние дни, — может лучше повернуть назад пока не поздно?»       Зоран тряхнула головой, выгоняя непрошенные мысли и взглянула через плечо: по широкой дороге, выстроившись по четыре человека в ряд и взметая столбы пыли, уверенно маршировало её войско. Она перевела взгляд в середину, где неторопливо топали два каршаса, тащившие на себе часть груза, верёвки и металлические запчасти для катапульт. Сразу за ними, в наиболее безопасной части войска, шли самые важные для неё люди. Карим о чём-то спорил с Имраном, идущим слева от него, справа от принца шли Ивар и Ильтон. В следующем ряду шагала Абигель с Элрондом, Гораном и Умаром. Словно почувствовав взгляд Зоран, Абигель вскинула глаза и улыбнулась ей. Зоран кивнула в ответ и посмотрела ещё дальше: замыкал войско обоз с продуктами, растянувшийся до самого горизонта.       «Абигель права, эти люди поверили мне и пошли за мной. Они знали, на что идут и чем рискуют, а значит я не могу так просто отступить. Мы должны попытаться, даже если больше никто не придёт нам на помощь», — подумала принцесса и когда она снова повернулась в сторону города, в глазах её сверкала решимость.       Спустя два часа они уже подошли настолько близко, что можно было рассмотреть всё в подробностях: столицу Зандиры окружала не очень высокая, но достаточно мощная стена с одной стороны омываемая рекой, с других окруженная глубоким рвом, берущим своё начало из реки и впадающим туда же.       — Хм, раньше этого рва не было, — задумчиво проговорила Зоран, остановившись в трёх полетах стрелы от стен города, ворота которого были закрыты, мост поднят, а на стенах виднелись вооружённые воины.       — Ещё и этого нам не хватало, — невесело протянул Тураб, — теперь город ещё и в водное кольцо заключён, а криосы, наверняка заплывавшие в ров из реки, охраняют его не хуже цепных псов, — он внимательно осмотрел укрепления и сделал вывод, — а его ведь вырыли совсем недавно, ещё трава не выросла по его краям.       — Они боятся вас, Ваше Высочество, и это хорошо, — заметила Эйна: они с Кианой постоянно следовали за принцессой словно тени, не желая оставить её даже ненадолго, так как каждая опасалась, что конкурентка сразу же воспользуется моментом и попробует усилить своё влияние. Лишь на привалах Зоран удавалось ненадолго отвязаться от них и то потому, что жрицам необходимо было заниматься своими прямыми обязанностями: устанавливать походные алтари, которые по распоряжению Зоран размещались теперь на противоположных концах лагеря во избежание новых конфликтов, принимать подношения и молиться вместе с верующими, каждый своей богине.       — Они воспринимают вас как сильного и опасного противника и надо воспользоваться этим, — тут же добавила Киана, — напугать ещё сильнее. Тогда возможно они дрогнут и сдадутся без боя.       — И как же ты их напугаешь, девочка? — усмехнулась Эйна, — прокатишься обнажённой перед городской стеной?       — Да ты… — начала было Киана.       — Успокойтесь, обе! — уже привычно прикрикнула Зоран и, спросила у Тураба, — как думаешь, нам следует с ходу проверить на крепость их стены?       — По правилам, ты должна сначала предложить им сдаться, — встрял Карим, подошедший в это время сзади.       — Ты же сам прекрасно знаешь, что это бесполезно, — возразила Зоран, — Фарух не уступит город без боя.       — Знаю, но таков порядок, сестра, — пожал плечами Карим.       — Выучился на мою голову, — проворчала Зоран, но в голосе её Карим расслышал гордость, — ну хорошо, сделаем по всем правилам, — подумав немного, сдалась она и тут же, заметив победную улыбку на лице брата, заметила, — и кстати, Карим, держись подальше от этих стен.       — Но Ивар…       — Не стоит расходовать силы Ивара понапрасну, брат, — укоризненно покачала головой Зоран, — к тому же не думай, что раз ты под прикрытием защитной сферы, то тебе ничего не угрожает.       Пристыженный Карим поспешно отошёл подальше, и Ивар, видимо понявший о чём шла речь, издали благодарно кивнул Зоран.       — Принцесса, я хочу вас попросить об одной услуге, — вновь раздался за её плечом голос Кианы.       — Я слушаю тебя, Киана, о чём ты хочешь попросить? — вздохнула Зоран, подозревая, что любая просьба жрицы Нефтис, тут же вызовет протест со стороны жрицы Тары, что повлёчет за собой очередной спор.       — Позвольте мне объявить городу ваше предложение о сдаче, — выпалила жрица и почти умоляюще уставилась на Зоран.       — Тебе? Но зачем? — непонимающе нахмурилась Зоран.       — Я… я потом вам объясню, это надо для общего дела…       — Но ты понимаешь, что это опасно? Хоть Эйна будет прикрывать тебя, однако, если жрецам вздумается атаковать, защита может и не выдержать.       — Я готова рискнуть, — кивнула Киана, — и к тому же вряд ли жрецы станут нападать на одну из них.       — Да уж конечно, — хмыкнула Эйна, — скорее ты будешь для них как красная тряпка для быка…       Киана, не глянув на неё, упрямо мотнула головой и Зоран, вздохнув, уступила.       Сосредоточив основные силы напротив ценрального входа, Зоран с Турабом пострались максимально блокировать город, растянув правое и левое крыло войска до самой реки. К сожалению, полностью окружить город они не могли, для того чтобы отрезать его со стороны Элона нужны были суда, которых у них не было. Поэтому о том, чтобы взять город измором не могло быть и речи, если Харис откажется капитулировать, им оставалось только два варианта — захватить город силой или хитростью.       Как только войско встало лагерем напротив главных ворот города, из одной телеги выпрягли лошадь побойчее, и Киана отправилась к стенам Хариса. Чувствуя спиной напряжённый взгляд Эйны, которая поверх собственного защитного щита Кианы, поставила свой, жрица Нефтис каждую секунду ожидала, что вот сейчас несмотря на белую повязку на её предплечье, означающую переговоры, в неё полетят атакующие заклинания жрецов, но всё было тихо.       Немного приободрившись Киана подъехала к самому краю рва и, развернув свиток составленный Каримом и Имраном при живейшем участии Горана, принялась громко читать:       — Жители Хариса, законные наследники Алийского престола Зоран и Карим Алийские явились сюда, чтобы получить то, что принадлежит им по праву крови — престол Зандиры. Тот же, кто препятствует этому, является преступником и заслуживает казни, — выдержав паузу, Киана продолжила, — но Зоран милостива и обещает прощение всем, кто встретит её и её брата так, как и положено встречать своих правителей. Всем, кроме главного жреца Фаруха Молчаливого, чьи преступления будут рассмотрены отдельно.       — Скажи своей самозванке, пусть убирается прочь! — выкрикнули со стены, прерывая её речь.       — Именем Нефтис я готова подтвердить, что Зоран Алийская истинная наследница престола, — тут же отреагировала Киана.       — Ну если сама Нефтис подтвердит, тогда мы откроем двери, — раздался насмешливый голос, и из-за края стены выглянула бритая голова одного из жрецов.       — Нефтис великая, даруй мне милость, дай знак, что слышишь меня, — горячо взмолилась Киана, дрожа от волнения и ожидая что богиня вот-вот проявит себя: Киана искренне верила, что богиня в нужную минуту обязательно ответит ей и именно для этого вызвалась быть посланником, но шли минуты, а вокруг по-прежнему была тишина.       На стене показался ещё один жрец, в руках он держал посох с набалдашником в виде скалящегося черепа, в глазницах которого сверкали драгоценные камни. А на голову был одет обруч с огромным рубином посередине.       — Нефтис не подтверждает твои слова, жрица. Поэтому мы не можем пустить вас, — развёл он руками.       Услышав его голос, Зоран скрипнула зубами и подалась вперёд:       — Фарух! — выплюнула она ненавистное имя.       А Фарух, меж тем, продолжил:       — Нефтис, не желает связываться с отступниками и самозванцами. Но ты ещё можешь заслужить её милость дочь моя, если признаешь свою вину и перейдёшь на нашу сторону. Если расскажешь, как эта самозванка затуманила твою голову и голову принца Карима, — жрец покачал головой и с сочувствием заметил, — несчастный мальчик, он ещё так юн и конечно же мечтает о том, чтобы кто-то из его семьи остался в живых. Этим и воспользовалась эта негодяйка.       — Но это ложь, — возмутилась Киана, — а что вы скажете на то, что у принцессы есть татуировка, ровно такая же как и у принца Карима, татуировка которая может быть только у лиц королевской крови? Вы знаете, что её невозможно подделать и…       — Что ж вижу, ты не желаешь одуматься. Очень жаль, — и жрец, потеряв к ней всякий интерес, равнодушно бросил, — уничтожьте её.       Тут же град стрел и заклинаний обрушился на жрицу, защитная сфера задрожала, не выдерживая ужасной нагрузки.       — Киана, немедленно уходи! — раздался крик Зоран.       Но Киана всё медлила, молясь Нефтис и отчаянно надеясь, что вот-вот случится чудо и богиня явит свою милость, защитит её и поможет бескровно выиграть битву. Но вместо этого услышала в самое ухо:       — Убирайся отсюда, дура! — Эйна вне себя от злости, вскочив на вторую лошадь, приготовленную на всякий случай, подлетела к Киане и, вырвав из её рук поводья, потянула в сторону лагеря, — ну надо же быть такой идиоткой! — продолжала ругаться она, подъехав к Зоран, — она, видите ли, вообразила, что если будет в опасности, то её возлюбленная богиня придёт ей на помощь. Киана с нескрываемым удивлением воззрилась на Эйну, — как ты догадалась?       — Неважно, — бросила Эйна и насмешливо добавила, — вот только не нужна ты своей богине, а может и никто в Зандире ей давно не нужен. Бросила она вас.       К удивлению Зоран, Киана ничего не ответила, а кое-как спустившись с лошади, побрела куда-то вглубь лагеря повесив голову.       — Зачем ты так, Эйна, — покачала головой принцесса, — она же хотела, как лучше… ***       Восприняв неудачу с предложением о сдаче как должное, стали готовиться к захвату Хариса. Тураб весь оставшийся день руководил строительством катапульт и навесных лестниц. Два отряда отправили в ближайшую рощу, необходимо было сделать мостки, для того чтобы перебираться через ров.       Зоран же с Иваром, Ильтоном и несколькими разведчиками отправилась разыскивать подземные ходы, ведущие из города наружу. По крайней мере в двух из них она бывала в детстве и сейчас намеревалась отыскать.       Первый отыскали спустя час, но он был завален и, как заявил Ивар, завален основательно: насколько маг смог прощупать заклинанием, пустот впереди не было. Второй ход выходил на поверхность где-то на берегу реки, под самыми стенами, поэтому пришлось дожидаться темноты. С помощью заклинания поиска Ивар отыскал бывший ход, но он был затоплен. Так как времени на поиски других возможных выходов не было — вариант проникнуть в город под землёй пришлось оставить. Вымокшие и злые они вернулись в лагерь, где уже разожгли костры. Многие воины подобрались поближе к центральному костру. Даже предстоящая битва и присутствие поблизости неприятеля не заставило их отказаться от появившейся в походе традиции каждый вечер слушать песни Абигель и рассказы Элронда. В этот вечер Абигель попросили спеть что-нибудь воодушевляющее. Люди уходили и снова возвращались к костру, а девушка пела баллады одну за другой о давно прошедших битвах и героях древности, взглянув поверх огня, внезапно она увидела Зоран, протиснувшуюся к самому костру. Принцесса выглядела совсем непрезентабельно: изрядно отросшие за время похода волосы свисали мокрыми сосульками, одежда была в грязных разводах. В этот момент Зоран нисколько не напоминала героев баллад, о которых пела Абигель, но несмотря на это, в груди девушки внезапно родилась новая мелодия, слова рвались наружу словно весенний водопад, и не в силах сдержать их, Абигель запела:       — В глазах твоих сиянье звёзд,        Улыбка тайн полна,        Ведь ты Зандиры знойной дочь,        Опасна и горда.       Глаза Зоран изумлённо раскрылись, она подалась вперёд, словно собираясь броситься к Абигель, но люди один за другим стали оборачиваться на принцессу, и она замерла напряжённая как струна. А Абигель продолжала:       — И в волосах ночная мгла,       А в сердце жар пустынь,       Тебе судьбою суждено,       Надеждой стать рабынь.       Лица людей светлели и наполнялись гордостью за свою принцессу. А перед глазами Зоран вместо патриотичных мыслей стояло воспоминание о том трактире, где Абигель изображая рабыню сидела у неё на коленях, тесно прижимаясь всем телом.       — Поднять народ свой на борьбу,       И повести вперёд,       Туда, где в золотом дворце,        Престол достойных ждёт, — допела Абигель куплет и совсем тихо, так что слышало лишь ближайшее окружение и Зоран, закончила:       — В твоих глазах сиянье звёзд,       Улыбка тайн полна,       Скажи, как получилось вдруг,       Что ты мне так нужна?       Абигель замолчала, опустив голову, а вокруг повисла мертвая тишина.        Со стороны где стояла принцесса раздалось негромкое покашливание.       — Подойди, пожалуйста, Абигель, я хочу тебе кое-что сказать, — позвала Зоран девушку.       Абигель извинившись перед слушателями, отложила лютню в сторону и поспешно встала, но Элронд заметил, как вспыхнули её щёки.       — Что ты хочешь сказать мне, Зоран? — спросила девушка, когда они отошли на достаточное расстояние от костра, где полночная темнота немного скрывала их от любопытных взглядов.       — Хочу попросить, чтобы ты не пела так, — сказала зандирийка, прожигая Абигель горящим взглядом.       — Почему? — тихо спросила Абигель, чувствуя, как у неё слабеют ноги.       — Потому, что у меня скулы сводит от желания, — хрипло ответила Зоран, подходя совсем близко и притягивая к себе девушку, — мне нужно думать о завтрашней битве, а всё о чём я могу думать это твои сладкие губы, — прошептала она, наклоняясь всё ниже.       — Ох, Зоран, — выдохнула Абигель, дрожа в её руках, — прекрати, пожалуйста. Я ведь тоже не железная.       Но Зоран и не думала отпускать её, она лишь крепче сжала объятия и Абигель, больше не в силах сдерживаться, прикрыв глаза, обвила руками её шею и, наплевав на всех окружающих, поцеловала Зоран. Бесконечно нежный поцелуй длился и длился, и не было сил оторваться друг от друга. Лишь когда воздуха в груди совсем не осталось Абигель чуть отстранившись, сделала глубокий вдох и, прижавшись щекой к щеке Зоран, шепнула её на ухо:       — Зоран, милая, прости, я не сдержалась… теперь все знают.       — Ну и пусть, — выдохнула Зоран, — я не хочу больше таиться. Если кому-то не нравиться моё поведение, то я никого не держу!       Абигель медленно открыла глаза, ожидая увидеть вокруг множество любопытных глаз, но вместо этого испуганно вскрикнула       — Зоран, почему так темно вокруг?       Зоран тоже открыла глаза и закрутила головой:       — Ничего не понимаю.       — Мы ослепли? — с ужасом прошептала Абигель.       — Не думаю, — успокоила её Зоран и тут же, повысив голос, крикнула, — Эй! Кто-нибудь!       — Успокойтесь, Ваше Высочество, — раздался голос Эйны, — я заключила вас в сферу тьмы, чтобы никто не мешал вашей беседе.       В последнем слове Зоран послышалась ирония, но принцесса решила не обращать на такие мелочи внимания.       — Если вы закончили, то я готова снять её, — продолжила меж тем Эйна.       — Да, Эйна, спасибо, мы… уже всё обсудили, — слегка запнувшись, ответила Зоран, с неохотой отпуская Абигель. Девушка поспешно отступила от принцессы на шаг, и в этот миг сфера рассеялась, открывая интересную картину: многие из воинов, повскакивав со своих мест в первый момент, так и стояли, не зная, что делать дальше. Чуть ближе Ильтон, с обнажённым мечом, и Киана с огненным шаром в руке замерли возле усмехающейся Эйны. Капюшон был сорван с эльфийки, а рукав жреческого одеяния слегка надорван, но по её довольному виду было понятно, что она наслаждается ситуацией.       — Всё в порядке сестра? — встревоженно спросил Карим.       — Да, но объясни мне, что происходит? — попросила Зоран.       — Едва Абигель подошла к тебе, как вас будто поглотила темнота. Киана сразу догадалась, что это дело рук Эйны и тут же потребовала снять заклинание, но Эйна отказывалась, заявляя, что ты сама попросила её об этом. Это правда?       — Правда, — не раздумывая кивнула Зоран, — отпустите её. Всё в порядке.       Ильтон с тяжёлым вздохом отошел от жрицы, а Киана медленно погасила заклинание, бросая на Эйну странные взгляды.       — Хотите послушать продолжение приключений Эрика бесстрашного? — громко спросил Элронд, оттягивая внимание на себя, пока Абигель пробиралась к костру, стараясь не встречаться взглядом с окружающими. Зоран же, подошла к эльфийке.       — Я подумала, так будет лучше для всех, — тихо ответила Эйна, — сейчас не время для пересудов, ведь впереди тяжёлая битва…       — Ты права, — признала Зоран, — спасибо тебе, Эйна. Я не забуду этого.       Жрица с достоинством кивнула, принимая обещание, и отошла в сторону. Но едва Зоран немного расслабилась, считая, что всё обошлось и никто не видел их минутной слабости, как натолкнулась взглядом на насупленного Тураба.       — В этот раз Эйна прикрыла вас, — укоризненно покачав головой сказал старый воин, подойдя поближе, — но надеюсь, что впредь вы будете более осмотрительны, Ваше Высочество.       Зоран, чувствуя подкатывающее раздражение, всё-же решила не устраивать перепалку и хмуро кивнула. Внезапно в дальнем конце лагеря раздался шум, и к костру выскочил взъерошенный дозорный:       — Ваше Высочество, — выкрикнул он и, споткнувшись о сидящих на земле, едва не упал в костёр, но многочисленные руки подхватили его и со смехом вернули на место. Дозорный одёрнул рубаху, пригладил волосы…       — Да говори же, что случилось? — теряя терпение воскликнула Зоран.       — У нас гости, — растерянно закончил он.