Фатальная ошибка

      Слезы катились по щекам, моментально превращаясь в ледяные кристаллы, промокшая до нитки девушка дрожала всем телом, ее тело онемело, она с трудом его контролировала, но все равно продолжала свое дело. Она не может потерять еще и брата! О чем она только думала, когда увлекла их на самое дно? Да, это спасло их жизни, но надолго ли? Они потеряли все, а Сокка может умереть от переохлаждения, ожогов и многочисленных травм. Она не переживет этого, не сможет вернуться домой и сказать отцу, о том, что он потерял. В это мгновение даже потеря Аватара и провал задания не имели значения. Катара всегда заботилась о брате, воспитывала его, пыталась заменить мать, а вот теперь он израненный лежит на снегу, почти не дышит. Это самый худший кошмар из всех возможных.       — Сокка, пожалуйста, приди в себя, — снова и снова шептала рыдающая девушка, направляя на брата всю свою магию, вкладывая в лечение все силу и душу. Лучше умереть ей, чем Сокке, от него хотя бы больше пользы будет, а она совершенно никчемна. — Прошу, не покидай меня. Не оставляй. Я не справлюсь одна. Мы… Нам… — она не знала, что сказать, чувства и эмоции душили Катару, не давали мыслить и формулировать мысли. — Нам еще столько нужно сделать. Прошу. Открой глаза. Скажи, что у тебя есть план и мы все исправим. Прошу…       Будь проклят Народ огня! Мягкая и покладистая девушка, во всем старающаяся видеть хорошее и понять каждого, искренне ненавидела. Это чувство терзало душу, рвалось на свободу, заставляло признать, что у нее есть темная сторона, что она способна на жестокость и ярость. Еще никогда в её душе не было настолько ужасающего и разрушительного чувства. Катара рыдала, кричала, пыталась хоть что-то сделать, сама уже не понимала, что происходит. Она ненавидела. Она боялась. Она страдала.       — Прошу, не покидай меня, брат… Ты не можешь так поступить со мной…       Хотела бы она ощутить недавний прилив сил, тогда она точно бы смогла исцелить все раны, как Сокки, так и свои. Это невозможно. Она стала прежней и вообще не понимала, что произошло. Ей оставалось лишь и дальше пытаться, снова и снова применяя магию воды, пытаться сделать невозможное.       Она все еще слаба. Непростительно слаба! ***       Зуко еще не приходилось участвовать в настоящей битве, пропитанной страхом, отчаянием, всепоглощающей злостью и безудержной яростью, когда все вокруг пахнет кровью и смертью. В этот раз он с лихвой наверстал упущенное, получил бесценный, отвратительный опыт, который не хотелось повторять. Генералы руководят битвами издалека, они отдают приказы, наблюдают, ничем не рискуют, разве что жизнями пешек-солдат, которых ни во что не ставят. В этот раз среди пешек оказал он, ему пришлось сражаться, рисковать жизнью и собственной целостностью, принимать решения, и даже наступить на горло собственным желаниям и гордости, поступить так, как правильно, а не так, как хочется. Он никогда не забудет этого всего, хотя и будет мечтать об этом.       Сил почти не осталось, мысли не желали формулироваться, голова раскалывалась, но маг огня продолжал двигаться, сражаться, крушить, словно не мог остановиться, словно собственное тело ему уже не подчинялось. Зуко не ощущал сам себя, не понимал, как до сих пор остается в сознании, а не рухнул от усталости. Еще немного и все будет кончено, они смогут отдохнуть, прийти в себя, собраться с мыслями и самое главное, понять, что делать дальше. Принц понимал, что эта битва только начало, а война не выиграна. Пока жив Озай, пока он жаждет стать Фениксом, все будет повторяться снова и снова.       Столько всего успело произойти. День сменился ночью, луна исчезла с небес, забирая с собой магию воды, а после вернулась вновь, переломив ход сражения. Вновь взошло солнце, а ледяной континент окрасился в рассветные розовые, сиреневые и золотые цвета. Снег искрился и переливался в ярких лучах восходящего дневного светила, вот только этой красоты было недостаточно для того, чтобы забыть о кровопролитии, что еще не до конца закончилось.       Им удалось! Даже не вериться, что они заставили врага повернуть назад. Более сотни кораблей повреждены при диверсиях, более пятисот потоплены, среди войска Народа огня воцарились паника и несогласованность, казалось, что внезапно не оказалось никого, кто бы мог руководить флотом, отдавать новые приказы, направить их. Это явно не везение! Хотя, кто знает…       — Тоф! Пора уходить! — Зуко понимал, что не покинет борт тонущего корабля без напарницы, он больше не позволит ей сражаться в одиночку или отходить от него далеко. Они неплохо сработались, научились чувствовать друг друга и это бесценно. Маг огня предугадывал все действия девушки, её намерения, бок о бок с ней ему было комфортно драться, ей он мог довериться полностью.       — Еще немного, — вымотанная до предела девушка не могла остановиться, хотя уже не могла двигаться нормально, спотыкалась, пошатывалась, но все равно продолжала сражаться. Она не сдавалась лишь благодаря своему упрямству, но и его надолго не хватит.       —Уходим, я сказал! — мужчина грубо схватил мага земли за руку и потащил за собой. Хватит с него её своеволия! Одно дело, когда оно приносит пользу делу, и совсем другое, когда девушка не осознает то, что делает. — Предпочитаю добраться до берега на лодке, а не вплавь! Для купания не та температура водички!       — Боишься простудиться?! — Тоф спотыкалась, пошатывалась, и если бы не напарник, то она точно бы рухнула на пол, не смогла бы пошевелиться. Весьма иронично, что поддержка сейчас нужна именно ей: сильной, уверенной, надежной, той, что безупречно овладела магией земли!       — Просто заткнись, Цветочек, и делай, что велено!       Зуко резко замер, подхватил налетевшую на него на полной скорости девушку на руки и спрыгнул вниз, прямо на борт небольшой подводной лодки, которая забирала уцелевших диверсантов. Рискованно, опасно, но именно так нужно действовать. Иначе никак. Вокруг продолжали греметь взрывы, слышались ругательства и крики, стоны раненых и рыдания, скрежетание металла. Флот народа огня отступал, но это не значит, что на этом все закончилось. Не все корабли смогут уплыть, не все тела заберут, не всех раненых спасут. Зуко все это понимал и видел, ему было противно от того, что он выступает против соотечественников. До чего же мерзко! Вот только его роль в этом сражении закончена, он и его люди сделали все, что могли, исполнили свою роль до конца.       — Все кончено? — Тоф не торопилась требовать поставить её на место, и отпустить. Внезапно на нее навалилась вся усталость и боль, на которые она так старательно не обращала внимания все это время.       — Еще нет, но нас это уже не касается, мы возвращаемся на берег, — на душе царило опустошение. Ничего не хотелось, даже думать или радоваться. Зуко просто смотрел в одну точку, а перед глазами мелькали образы, обрывки мыслей и чувств. Он сражался без маски, а потому мог быть узнанным. Было ли это ошибкой? Нет. Это точно не так, принц открыто бросал вызов своему отцу, заявлял о своих правах.       — Так и будешь стоять?       — Нет, — мужчина поставил девушку на ноги, подтолкнул к люку. — Иди. Ну, же, не тяни.       Тоф с трудом спустилась вниз, рухнула пол. Она ощущала присутствие людей, их усталость, состояние, кажется, она чувствует не только то, что вокруг, но и чувства других. Или ей это кажется? До чего же она устала, хотелось просто прикрыть глаза и уснуть, ничего не делать, не шевелиться, не думать. До безумия хотелось прижаться к кому-то родному и ощутить тепло. Это её желание, но она никогда и никому об этом не расскажет и уж точно не попросит. Гордость не позволит. Жаль, иногда это жизненно необходимо. *** В это же время на укреплениях города       — Мы победили, но я так и не отдала тебе долг, — раздраженно бросила Джун, буквально падая на грязный снег. Она многое повидала в своей жизни, творила разные вещи, но участие в настоящей войне почти сломило её. Наемница не думала, что все будет именно так, что ей захочется трусливо сбежать и спрятаться. Это не её война, не её противостояние, а она ничего и никому не должна. И все же, Джун осталась, сама не до конца осознавая почему. Сейчас девушка смотрела на Айро, словно ожидая от него чего-то.       — Это не так. Ты никогда не была мне должна, — покачал головой мужчина. — И даже если ты считаешь иначе, то твой долг закрыт. Ты сражалась с честью, сделала больше, чем должна. Я не стану от тебя ничего больше требовать.       — Ты и до этого не требовал, — зло бросила наемница. Как же бесит эта понимающая манера говорить, снисходительный тон. Хотелось подойти и хорошенько встряхнуть мага огня.       — Да, не требовал, — Айро смотрел на море, на то, как над ним все еще поднимается черный дым, а корабли неспешно уходят назад. Все так медленно, что это кажется нереальным. Усталый взгляд был устремлен на водную гладь, но опытный полководец видел намного больше, чем другие. Смерть, разрушение, боль и отчаяние, война не несет ничего хорошего, только страдания. Сколько раз он видел подобное? Когда-то победы радовали, вызывали широкую улыбку и смех, тешили гордыню и самомнение. А после он начал видеть цену победам и битвам. Они неизбежны, но от того на сердце не становилось спокойней. Айро видел усталость и отрешенность не только воинов, но и самого мира.       — И что дальше? Они ведь вернутся? — девушка нервно оглядывалась по сторонам. Ей не хотелось здесь находиться. До чего же тошно! Она вся в крови, грязи и поте, она даже не ощущает холода! Мысли и чувства бурлили, кипели, стремились прочь от нее. Краем глаза Джун заметила вождя Арнука, пока что ему неизвестно о том, какая участь постигла его единственную и горячо любимую дочь.       — Вернутся. Если мы им это позволим, — Айро понимал, что ему еще многое предстоит сделать, а ордену Белого лотоса нельзя останавливаться. Озая нужно остановить любой ценой.       — Тебе стоит с ним поговорить, — наемница кивнула в сторону.       — Я знаю.       — И оттягиваешь момент?       — А ты предпочла бы сделать все сразу? — мрачно усмехнулся мужчина. — Не думай, что мне легко далось это решение. Но, что стоит всего одна жизнь, когда речь идет о сотнях тысяч? Судьба Северного племени и всех магов воды зависела от решения принцессы. И она его приняла. Юи была рождена для этого… В этом был замысел духов, спасших её жизнь. Они знали, что грядет, а потому обо всем позаботились.       — Значит, у людей нет выбора? — до чего же злит такой подход. Джун негодовала, не могла забыть о том, что произошло. Было в этом что-то неправильное. — Значит, мы не можем быть свободными и сами решать, куда идти и что делать? Так получается?! Ты подтолкнул её к этому шагу! — Джун совсем не знала принцессу, но все равно сочла своим долгом обвинить Дракона запада. Почему? Хотела бы она знать.       — Да, подтолкнул, — Айро опустил голову. К чему отрицать очевидный факт? Он не идеален, а на его совести много того, о чем он никогда не забудет. Такова участь всех, кто обладает знаниями и вынужден принимать решения. — Не смог справиться сам, и пришлось ... Поверь, не стоит думать о былом, сожалеть о содеянном. Все это пустое. Важно лишь то, что каждый несет ответственность за слова и поступки, — мужчина направился к Арнуку. Он вестник, принесший дурные новости, что омрачат радость победы, потому-то его шаги такие тяжелые, от того, он еле тащится, мечтая о том, чтобы никогда не добраться до цели.