Фатальная ошибка

      Становилось все жарче, но при этом внутри все дрожало от леденящего холода, от которого было невозможно избавиться. Разве эти ощущения могут быть одновременно? Тоф не понимала, что с ней, но догадывалась, что все дело в яде, которым она успела надышаться. Хорошо еще, что они смогли вовремя уйти и оказаться в относительной безопасности. Сюда ядовитый газ точно не доберется. Это новость хорошая, но как быть с тем, что с ними уже произошло? Оставалось лишь двигаться вперед, не обращая внимания на собственное состояние и все нарастающую головную боль.       — Как ты? — сипло поинтересовалась маг земли. Уж лучше думать, что Зуко намного хуже, делать вид, что она сама в порядке, чем признаться в том, что собственное сердце стучит так быстро и сильно, что вот-вот пробьет грудной клетке.       — Нормально. Галлюцинаций больше нет.       — Уверен? — девушка пыталась вести себя, как обычно, но не получалось. Голос звучал наигранно дерзко, а пол под ногами покачивался, от чего её походка стала более осторожной и шаркающей. Она словно потеряла свою твердость, то, что было её сутью, стержнем, вокруг которого строилась личность.       — Я контролирую себя, — Зуко хмуро рассматривал спину Тоф, шагающей впереди. Он понимал, что с ней далеко не все в порядке, но говорить об этом не торопился. Мужчина щадил гордость девушки, позволил ей играть в совершенно не нужную игру. — Знаешь, если начать думать, то видения отступят.       — То есть, раньше ты не думал? Хм… Я что-то подобное всегда подозревала, — нервная ухмылка исказила губы мага земли. Она слышала вдали голос отца, говорящего о том, что его слепая дочь — обуза для всей семьи, ему вторили слова матери о том, что их девочка слаба, ни на что не способна, что она не так хороша, как они мечтали. Эти голоса были все навязчивей, и отмахиваться от них становилось все сложней.       — Просто начни думать, — слегка поморщился Зуко. — Я видел мать, женщину, которую любил и не мог спасти, судьба которой мне неизвестна. Это то, что тревожит меня. Мое видение было воплощением моих страхов и чувства вины. Но если начать думать… Моей матери не могло быть в лабиринте. Даже, если её скинули сюда, она бы не выжила, и точно не выглядела бы так, как я запомнил. Понимаешь, к чему я клоню, Цветочек? Неважно, что ты видишь и слышишь, если этого не может быть, то его и нет.       — От Айро это бы звучало более убедительно, — Тоф продолжала двигаться вперед. Маг огня во всем прав. Её семьи нет рядом, она не может слышать их, а все обидные слова… Родители никогда так не думали и не считали! Это все лабиринт и ядовитый газ, которым она успела надышаться — они пытаются свести её с ума, сделать больнее. Нужно бороться. Хорошо еще, что Зуко заговорил с ней, так стало намного проще. Голос напарника стал для нее связующей с реальностью нитью. Наверняка, для него все точно так же.       — Прости. Но я не упитанный старик, обожающий чай и разговоры.       — Интересно, как ты будешь выглядеть в его возрасте, — Тоф было необходимо говорить, слышать, понимать, что реальный мир рядом, нужно лишь ухватиться за него. Думать. Нужно думать, мыслить, ощущать, тогда они смогут прийти в себя. Не так уж долго на них воздействовала отрава.       — Обещаю, когда настанет это время, я разрешу тебе потрогать себя.       — Прямо всего?       — Всего. Так что ты сможешь убедиться в том, что в отличие от дяди я не растолстею, — о том, что есть сомнения в том, что он дотянет до этого времени, Зуко решил умолчать. Их шансы не так велики, как хотелось бы. Его это точно касается.       — Ловлю на слове. Тебе не удастся отвертеться или подсунуть кого-нибудь кроме себя.       — Не стоит подозревать меня в подобных вещах… Но за идею спасибо, может быть и воспользуюсь ей, если ты мне надоешь.       — Не получится. Я не вижу, но слышу и чувствую, да и запах твой, ни с чем не перепутать.       Постепенно становилось легче. Несмотря на то, что все еще было нестерпимо жарко, а внутри все тянуло в тугой узел, в голове перестали звучать посторонние голоса, они больше не давили на нее, не пытались заставить чувствовать себя никчемной и жалкой. Что ж, она теперь определенно, не сойдет с ума. Главное, чтобы Зуко продолжал говорить. Нужно выбираться! Хорошо еще, что она начинает понимать, куда идти, а еще в голове появилась неплохая идея о том, что, в крайнем случае, она просто пробьет для них выход. Все просто, когда у тебя есть сила и желание жить — они либо доберутся до земли и зароются глубоко в нее, либо найдут выход. Её устроит любой расклад. А еще девушка была благодарна Зуко за то, что он не пытается давить на нее. Указать на то, что она слаба в этот миг. Для нее было важно, что все именно так, что её уважают. А ведь все начиналось иначе, казалось, что она никогда не примет мага огня, прикончит его или сбежит, как только появится такая возможность. Все изменилось…       — Давай поговорим еще? — сама предложила Тоф, касаясь ладонью стены. Ей была нужна поддержка, но попросить об этом напарника она все еще не могла. Гордыня не позволяла.       — О чем? — видения не оставили его, преследовали, шли по пятам, выглядывали из темноты, но теперь у мужчины были силы и что самое главное, понимание того, что все это нереально. Он шел не просто в лабиринте, скорей уж блуждал в мире своих кошмаров и сомнений.       — О чем угодно. Для меня мир никогда не бывает тихим, но твой голос в этот момент единственное, что я хочу слышать.       — Надо же, какая откровенность, — усмехнулся Зуко, чуть ускоряя шаг и нагоняя девушку. — Не ожидал, что ты признаешь это.       — Когда выберемся, я тебя поколочу! Честное слово, я переломаю тебе все кости, живого места не оставлю!       — Верю. Но сейчас нам лучше поговорить. Так?       — Да. Расскажи что-нибудь. Как так вышло, что в твоей семье, ты самый адекватный? Ну, кроме Айро. С ним никто не сравнится. Он просто замечательный.       — Не знаю… А как вышло, что ты выросла такой дикой? Это явно противоречит твоему воспитанию и физическому состоянию.       — Так получилось.       — Вот и ответ. Просто так получилось, — маг огня понимал, что нужно говорить, но открыться другому человеку, было тяжело, даже, если речь идет о Тоф. Уж лучше беседовать на отвлеченные, ничего не значащие темы, пытаться делать вид, что это прогулка. Вот только, как это сделать, когда прошлое преследует тебя по пятам. — Давай лучше подумаем, что делать дальше. Все равно заняться больше особо нечем. Нужно решить, как быть с Аватаром и тем, что Озай намерен захватить весь мир.       — Ну, вариантов немного…       — Но они есть, так что лучше все обсудить заранее, — Зуко взял Тоф за руку, слегка сжимая маленькую вспотевшую ладошку. Он не пытался помочь ей идти, но давал понять, что рядом, и на него можно опереться. Здесь и сейчас маг земли была самым близким для него человеком. Вот только, как быть с тем, что ему больше не хотелось подвергать её риску? Все произошедшее изменило его представление о мире и самом себе, маг огня хотел позаботиться о девушке, которую выдернул из её привычного мира, о той, в ком нуждался, той, что не оставит его, как ни гони.       — Ну, я все еще думаю, что мы можем выкрасть мальчишку. За ним нужно вернуться. А еще нельзя допустить, чтобы народ огня ступил на чужую территорию. Пусть война будет здесь! Пусть они поймут, на что обрекают другие народы!       — Это лишь озлобит тех, кто и так страдал, тех, кто лишь недавно ощутил гордость и величие, — покачал головой Зуко. Дядя заставил его хорошенько изучить историю, так что мужчина знал о лишениях и страданиях своего народа, понимал, почему люди следуют за восходящим фениксом. — И все же, нужно что-то придумать, пока комета не прилетела и дала магам огня силу, все сокрушить. Нам нужен план… Снова… *** Дворец Хозяина огня. Лаборатория.       Мэй внимательно изучала записи. Они были не лучшего качества, но превосходно показывали все, что ей было нужно увидеть. Девушка видела то, что происходило, тех, кто напал на дворец и пытался похитить её материал для исследования. Хорошо, что ничего не вышло. Ей все еще есть с чем работать и что изучать.       — Хм… Если бы не видела все сама, то решила бы, что это невозможно, — бормотала Мэй, чувствуя прилив сил и возбуждение. Но причиной был вовсе не Зуко, которого в глубине души она любила, пусть и совсем немного. Нет. Ученого заинтересовала спутница принца — девушка, обладающая магией металла. Как это возможно? До сегодняшнего дня считалось, что металл блокирует магию, а потому металлические клетки и камеры были идеальны для того, чтобы держать в них пленников.       — Что за лицо? Такое ощущение, что ты нашла и тут же потеряла сокровище, — послышался насмешливый голос Азулы. Она не знала, чем себя занять и как избавиться от напряжения. Принцессу злило, что ей не разрешили прикончить брата, лично свернуть ему шею или пронзить молнией, испепелить так, чтобы от него осталась лишь кучка пепла. Но больше девушку раздражал тот факт, что она снова не смогла проявить себя! Она приняла неверное решение, и разочаровала отца. Азула и сама понимала, что ей нужно начинать мыслить себя, как правительница, а не просто маг, не способный мыслить.       — Так и есть. Меня заинтересовала спутница Зуко. Она стала бы превосходным материалом для исследования.       — Тебе все мало? — хмыкнула принцесса. — Тебе мало Повелителя стихий? Попроси и тебе доставят, сколько хочешь магов земли. Разделывай их, сколько влезет.       — Маги земли? Нет. Она контролирует металл, — Мэй разочарованно вздохнула. Какой смысл любоваться на чудо, если его больше нет. В лабиринте никто не выживет. Жаль. — Ты когда-нибудь слышала о магии металла? Это расширяет наши представления о магии и мире! Что еще можно подчинить своей воле?       — Ничто не сравнится с огнем, — презрительно бросила принцесса. Если бы эта девчонка попалась на её пути, она бы это продемонстрировала. — Тебе стоит сосредоточиться на изучении Аватара. Все равно труп мага металла тебе никто не принесет. Да и не факт, что это магия, а не какой-то трюк.       — Возможно… Но теперь мы об этом и не узнаем, — Мэй прикусила язык, ей не стоит злить подругу и говорить на темы, которые не интересуют Азулу. За это можно жестоко поплатиться. — Как Аанг, он готов к новым тестам?       — Еще нет. С ним Тай Ли и мой отец. Нашему мальчику нужно хорошенько втолковать, насколько ужасны представители других народов, что они ни перед чем не остановятся, ради того, чтобы добраться до него.       — Это будет просто, ведь на этот раз нападение настоящее.       — Да, и это нам на руку. Мой братец никогда не умел думать головой, а потому лишь упростил нашу задачу.       — Все так, — кивнула Мэй, чувствуя, как на душе становится все более мерзко. С чего бы это? Её не должно волновать ничего, кроме изучения магии, её исследований, которые способны изменить весь мир. Так почему так больно в груди, почему сердце бьется не так, как обычно? — Я продолжу исследования, как только оценю ущерб лаборатории. Многое уничтожено, мне нужно убедиться в том, что мы сможем все компенсировать.       — Сможем. Не сомневайся. Главное чтобы был результат, и быстро. Не забывай, что день нашего триумфа все ближе.