8
29 марта 2020 г., 22:46
Lauv - Feelings
Lauv - For Now
У Джемина за плечами дел бессчетное количество. Успевать всё и не гнуть за рамки – было тем, что он делал последние чертовски тяжкие недели, а контроля над всем – и того больше. И всё же, у него также было много «но». Они накапливались друг за дружкой, пока На не обнаружил огромное столпотворение этих «но» перед своим носом. И все эти «но» имели своё, очень особенное, олицетворение. В розовом фартуке и с забавно сморщенным носом. Дела всегда подождут, а вот с Джисоном так нельзя. Потому что там, где Джисон, там и он. И Джемину нравится полагаться на свои чувства больше, чем он мог бы подумать. Но чувства это нелегко. На никогда не понимал и не знал, сможет ли когда-нибудь понять. В нём слишком много любви к этому ребенку? Или настолько недостаточно для него? Дабы её заметили. А ещё есть столько вещей, которые он не может сказать ему, пока Джисон так сосредоточен на готовке, и пока Джемин подхватывает завязки его фартука, что грозятся помешать хозяину, решив развязаться, своими выточено-длинными пальцами. Столько вещей. Но они подождут. Подождут, пока Джисон не дорастет до них. Пока он вот так вот возиться с делом, которым даже не интересуется, и всё равно прилагает все свои усилия. Чтобы справиться. Такой он человек. Пусть знания в готовке у него явно и не самые презентабельные, и Джемину приходится ловко дорезать хлеб более ровной формы, чтобы он не увидел или аккуратно понизить огонь, не дав ничему подгореть. Чтобы не расстраивать. Ведь Джисон старается. И это стоит на первом месте по приоритетам Джемина. Джемин делал многое в надежде оградить его от кучи взрослых вещей, потому что не мог позволить себе лишить его своими чувствами и действиями – ребяческой жизни. Той, где он игривый ребёнок, той, где беспечность. Джемин ответит за всё и возьмёт ответственность за эту сторону медали. Это его ноша, его забота. Это и есть любовь. Джемин знал, что являлся опорой Джисона в столь женственном кружке, и что с ним Джисону не так неловко, и На этим пользовался. Находясь так близко, в своей школьной форме, рубашка которой уже порядком выбилась из под пояса брюк, и всё же, он стоял позади своего старательного ребёнка, невзначай наблюдая за его действиями, ненавязчиво, но внимательно, готовясь помочь в любой момент. На Джемин выглядел как гребанный кэтчер на бейсбольной площадке, поджидающий своё наступление, при подлове летящего бейсбольного мяча, который пасовал ему его питчер в розовом фартуке. Сам того не замечая. Да этот тупица много чего не замечал, на самом-то деле, по четкому наблюдению Йери, естественно. Что упёр руки в стол по бокам от Джисона. Словно он футбольные ворота, а Джисон мяч. Пока Йери старалась не замечать романтической дорамы перед её лицом. И не только её. Что он заранее открывает пакеты с овощами или банки для Джисона. Как-будто он какой-то рестлер. Пока Йери пыталась открутить крышку банки еле дотрагиваясь до неё, почти что силой мысли, ведь у неё МАНИКЮР, но нет, идиотская банка правда вызлила её. А Джемин постоянно к Джисону тянется, интуитивно. Как волейболист к мячу. Всё носом в волосы тычится, тычится и тычится, не умея в стэлс, потому что Йери, как-никак, всё замечает. На минуточку. Джемин вообще баскетболист или кто?! Но лучше бы она так за своей готовкой наблюдала, честное слово. Устроенный ею пожар в планы директора школы явно не входил. Из них троих, мгновенно реагирует только Джемин, не бросаясь на помощь даме в беде! А перехватывая Джисона своими надежными руками поперек живота, и разворачиваясь на пятках, отставляя его от Йери и всё также не отпуская ничего не понимающего Джисона. — Ты что делаешь? Джисон поднимает голову, отчего его волосы мягко касаются подбородка На, с такой позы, где Джемин прижал его спиной к своему торсу, чужой взгляд поймать ой как нелегко, не смотря на невзгоды своего положения, он это сделать очень старается. Джемин смотрит в ответ таким взглядом, как-будто и правда ничего такого. Совсем. — Защищаю тебя? Ага, как же. — Под фартуком моим, я имею в виду, ты что делаешь? Оу. Джемин и не заметил, что перехватил Джисона своими объятиями под фартуком, да ещё и задирая его рубашку. Осознав происходящее, руки На словно по команде начинают чувствовать жар в тех местах, где он касается голой кожи Джисона. И если раньше тахикардии у Джемина не наблюдалось, то сейчас к соревнованиям его с её наличием определенно не допустят. От чего-то было совсем не жаль. Живот у Джисона плоский и даже немного впалый, и проблеска пресса там и с великой китайской стены не увидеть, не нащупать, точнее, когда у Джемина всё донельзя наоборот. У Джемина просто идеальное отсутствие жира из-за чего его мышцы и пресс прорисовывались, как у греческих скульптур. От такого контраста у На мозг растекался стремительно, он вроде и понимал, что чувствовать столько всего внутри – за гранью человеческих возможностей, чисто физиологически. Так значит Джемин и не человек вовсе. В такие моменты он даже сказать Джисону ничего не мог. Тихо варясь в своих односторонних чувствах. К счастью, он успел выйти без ожогов, благодаря щепку Джисона, который приняла его рука как должное. Сквозь фартук и рубашку Пака, это было даже не больно. За то отрезвляюще. И скрипя сердцем, он всё же… Да никуда он не убирал свои руки с его живота. — Проверяю тебя на наличие повреждений? Джисон почти поперхнулся, да только нечем. На них же не стая пчел напала, каких ещё повреждений? Он оглянулся на Йери, не совсем понимая, как Джемин решил, что её небольшой огненный перформанс вообще мог как-то достать до него. Да ещё и пройти сквозь одежду не тронув её. Чудеса. Джисон сщурился, На Джемин был странным, если верил что такое возможно. Он совсем не заметил нагло-наивную улыбку Джемина. Йери негодующе обратила на баскетболиста внимание, оставляя попытки устранить огненную стихию со своей сковородки. — Как будто бы я могла как-то навредить ему, находясь за километр от него, — И вот с возгласов Йери, девчонки с клуба и заметили бутерброды на огне в её сковородке, — Да ещё и ты тут чуть ли забором его не оградил! Ой, я имела в виду собой. — Я тут значит, стараюсь, а они…Они! Она картинно возвела глаза к потолку, сжимая переносицу двумя пальцами. А на фоне словно и никакой горящей сковородки и не было. А она была. — Это я тут одна, но да да, сила любви и все дела, без неё и вкус еды другой и..— Ким метнулась взглядом к бедламу на своем столе, — И вид! Два парня подозрительно косились на происходящее за её спиной, в то время как по Йери плакал драм кружок. Джемин устало вздохнул: — Йери, просто выключи уже свою плиту. Теряя весь свой образ, Йери протянула руку, выключая плиту. Огня как и не было. — Посмотрите на них, романтику значит, они свою разводят, а драмы моей послушать не хотят. Все вокруг них уже стали расходиться, когда глава их кружка объявила об окончании урока, смешно поглядывая на Йери. Она, конечно, могла остановить её бедствие и раньше, но до чего эти три новичка были комичны. Причем по всем фронтам. Соответственно, выбрала она позицию наблюдателя, хоть так и нельзя было. Не главе кружка. Но кто узнает. Сама Йери уже начала собираться, запихивая свои бутерброды на углях в контейнер. Джисон же обдумывал пути побега из тюрьмы под названием объятия На Джемина. — К черту, оставляю место домохозяйки за Чонгуком, — Ким приподняла свой прозрачный контейнер к лицу, оттуда виднелось лишь что-то черное, поэтому и лицо её скривилось, — В охоте на мамонтов, мои ногти пригодятся куда больше, смогу побыть росомахой. Она перевела взгляд на них. — Когда решите отлепиться друг от друга, дайте знать, — Йери потопала к выходу, оставляя их в одиночестве, ведь все итак уже ушли, а глупой она никогда не была, — Джисон, жду тебя на уроке. Когда дверь закрылась. Вокруг них образовался вакуум. Джемин наблюдал за тем, как Джисон, зачем-то, поворачивается в его руках боком, и в следующую секунду резко садиться, высвобождаясь из его рук, сохраняя после себя лишь розовый фартук, который от манипуляций Джисона, оказался в руках На. Но план был провальным. Заранее. Джемин всё же спортсмен, и у него рефлексы развиты так, что мама не горюй, а кровь разгорячена до предела. Пак Джисоном. Просто Пак Джисон сам провоцирует в Джемине всё это. В том, что Джемин такой сумасшедший виновато лишь существование Джисона. Он хватает Джисона за запястье, чувствуя, что он это запястье мог обхватить в два раза, и разворачивает его к себе всем корпусом. Джисон выглядит удивлённо и сразу жмуриться. Джисон рядом с Джемином вообще всегда жмуриться. На замечает, как и нос у него от этой привычки морщится в след. Быстро подхватывая его под бедра, он усаживает неудачного беглеца на одну из парт возле стены, или же тумбу, не важно, всё-таки На очень быстрый и Джисону с ним в этом не сравниться. Джемин уже хочет поцеловать его в этот прекрасно сморщенный носик, вцепившись руками по обе стороны Джисона, чтобы устранить и дальнейшие побеги, но раз в скорости Джисон ему не ровня, то вот в задумках очень даже. И кастрюля, находящаяся рядом, в роли защиты очень даже неплоха, решает Пак, натягивая её на свою голову. А Джемин не может. Ничего не может. Действия Джисона вызывают в нём лишь теплую улыбку, просящуюся на пол лица. Так и выходит. — Ты от меня своё лицо целовательное скрыть пытаешься, или всё же расстроенные чувства? На Джемин глядит на эту кастрюлю, мысленно рассчитывая, где должны быть глаза паренька, смотря на этот металлический балласт, разнежено и снисходительно. Джемин его любил. Страшно, сильно, и без пути капитуляции. Поэтому и многое замечал. Кастрюлька знаков не подавала, оставаясь холодной, неприступной и всё такой же металлической. Постепенно пальцы Джемина отцепились от краев парто-тумбы, легко переходя за спину Джисона и скрепляясь в замок возле его поясницы. От напора, с которым Джемин держал эту парту, на его руках проступили вены. — Чтобы там ни было, я.. И Джисон ответил: — Готовка. Я в ней, оказывается, полный ноль. Притупленное эхо отдавалось у кастрюли от голоса Джисона. Джемин сильнее сжал свои руки, поражаясь. Этого 14-летнего паренька волновало отсутствие навыков в готовке? В деле, в котором он оказался не по своей милости? На скорее удивился, если бы эти навыки у ребёнка в таком возрасте были. Где На Джемину найти ответ на вопрос, каким образом этот малыш каждой своей клеточкой так сильно сотрясал его собственный мир? У Джемина внутри горел пожар, где Джисон был очагом возгорания. Беглец слегка сдвинул своё металлической укрытие так, что его лицо стало видно, а сама кастрюля поддерживалась руками Пака за ручки. Он слегка задрал голову, глядя на Джемина из под кастрюли сверху вниз. — Лишь из-за тебя мои бутерброды не стали теми, что были у Йери. Джемин глядел в эти слегка обидчивые глаза, в которых не тонул, а лишь сильнее сгорал, языки обиды и небольшой грусти жалили Джемина не щадя. — Так ты заметил? Джисон кивнул. — Заметил. — И позволял? — Позволял. Он позволял. Руки Джемина опустились поверх рук Джисона, убирая кастрюлю подальше и перехватывая его небольшие бледные руки в свои. Большими пальцами он гладил непозволительно миниатюрные ладошки, разгоняя кровь по итак вспухшим венам своих рук. Джемин смотрел в его глаза серьёзно, словно говоря взглядом положиться на него и довериться ему. — Ошибки лишь подстегивают нас к правильному пути, то, что не получилось сегодня – получиться завтра, — Джемин разглядывал Джисона, ища в нём намеки на облегчение, — Ты ведь уже знаешь, как нужно действовать, чтобы не прийти к бутербродам на углях. Джисон улыбнулся, фыркнув. И На расслабленно смотрел на прояснившийся взгляд напротив, продолжая нахально поглаживать чужие ладони. — Выключать плиту? Джемин засмеялся, прекрасно сочетая свой смех с беззаботной улыбкой Джисона. — Точно. Впервые Джисон никуда не бежал, давая им время на передышку в этих сложных отношениях-догонялках. И тогда Джемин решил поговорить кое о чём. — Я.. Но договорить ему не дал Тэён, появившийся на пороге класса. Абсолютно не удивленный данной картине. — Совсем не извиняюсь за вторжение, — Тэён обвел их взглядом, — Джемин, дела зовут. Он бы добавил, что место, так-то общественное, но он и так испортил им атмосферу, не мог же он портить её и дальше. Ожидая На, он облокотился на косяк двери, складывая руки на груди. Джисон заметил, как Джемин сразу переменился, став пугающе серьёзным, но лишь на секунду, когда повернулся к Тэёну, вскинув на него взгляд, и сразу возвращая к себе спокойное выражение лица, оборачиваясь к Джисону. Джисон даже не заметил, что начал подмечать в Джемине больше, чем нужно было. — Я буду пробовать всё, что ты будешь здесь готовить, в не зависимости от того, посчитаешь ли ты блюдо удавшимся или нет, — Шепнул Джемин так, чтобы Тэён их не услышал и придвинул Джисона ближе к себе, своими сцепленными руками за его спиной, — Только готовь лишь для меня. Джисон действительно бессилен против Джеминовских рефлексов. Когда его быстро поцеловали в нос и также быстро умотали восвояси, Пак смог лишь поймать ухмылку Тэёна, прежде чем они с На исчезли. Он закрыл лицо руками, сильно-сильно жмурясь, не зная, показалось ли ему, или Джемин действительно задержался своим поцелуем дольше позволенного. Над вопросом «а когда это позволенное вообще началось» - Джисону подумать не дал вывалившийся из шкафа Ли Джено.
