Blood & Ash

Эш рано проснулся и лениво потянулся, прежде чем выглянуть в окно. Но тут же судорожно вздохнул и скрылся в тени своей комнаты, потому что увидел Азраэля, который стоял в саду. Эш подкрался к подоконнику и уставился на него. Вампир был спиной к дворцу, подняв лицо к солнцу, встающему из-за отдаленных восточных холмов. Он вытянул руки, пока первые лучи не коснулись его кожи. Эш восхищенно пялился на глубоко вдыхающего Азраэля, наклонившись над подоконником, и случайно сбил старую штукатурку, которая шумно упала на пол. Эш замер, когда Азраэль развернулся — клыки его увеличились, животное рычание исказило красивые черты. Эш очнулся и скрылся в безопасности своей комнаты, пытаясь отделать от чувства вины за то, что нарушил столь личный момент. Легкий стук в дверь вынудил его произнести: — Войдите, — он взял себя в руки, ожидая увидеть одного из пажей — возможно, Роуэна. Вместо этого, в комнату шагнул Азраэль, осторожно прикрыв за собою дверь. — Извини, — начал Азраэль. — Я подумал, что напугал тебя. — Это ты извини меня, — возразил Эш. — Кажется, я был навязчив. Я не хотел шпионить за тобой. — Все в порядке, — Азраэль улыбнулся ему. — Скай сказал мне, что я смогу находиться под солнцем в твоем Королевстве, но стоять там, видеть рассвет впервые за тысячу лет… — Он осекся, задумавшись. Эш пораженно смотрел на него. Тысяча лет во тьме? Он не мог себе этого представить. Внезапно он почувствовал непреодолимое побуждение достучаться до Азраэля, коснуться его. Как только эта мысль возникла в его голове, Эш яростно покраснел и принялся одеваться, ясно осознав, насколько открыто его тело в ночной сорочке. — Я смутил тебя, — холодно взглянул на него Азраэль. — Я ухожу. — Нет, постой, — остановил его Эш. Голова Азраэля вновь показалась из-за двери, которую он уже успел закрыть за собой. — Как ты двигаешься настолько быстро? — выпалил он и тут же пожалел. Это прозвучало совсем по-детски. Но сомнения исчезли, как только Азраэль вернулся в комнату. — Это еще не быстро, — улыбнулся он. — Я могу двигаться так, что ты и не заметишь. — Это так ты добрался из сада до моей двери? Азраэль кивнул. — Что еще ты умеешь? — Эш был очарован. В ответ Азраэль показал клыки. — А ты как думаешь? — Ты можешь контролировать мой разум? — нервно сглотнул Эш. — Конечно, нет, — расхохотался Азраэль. — Кто подбросил тебе эту мысль? Эш что-то пробормотал и отвернулся, поднимая одежду, которую его паж подготовил прошлым вечером. Азраэль продолжал пялиться на него, и Эш нервно кашлянул. — Не возражаешь? — спросил он, когда Азраэль проигнорировал намек. — Я собираюсь одеться. — Только не говори, что стесняешься, — удивился Азраэль, но все же покорно повернулся спиной. — Не беспокойся, я не стану подсматривать, — пообещал он через плечо. Эш быстро избавился от ночной рубашки, вздрогнув, когда свежий утренний воздух коснулся его разгоряченной кожи. Он натянул штаны и обернулся, чтобы схватить рубашку, когда внезапно осознал, что Азраэль пристально рассматривал его отражение в зеркале в полный рост. — Эй! — Эш хлестнул его рубашкой. — Сказал же, не смотреть! — Извини, — пожал плечами Азраэль, даже не удосужившись притвориться смущенным. — Я не знаю, чего ты стесняешься. На мой взгляд, у тебя нет для этого причин. — Он медленно осмотрел тело Эша с головы до пят. Эш буквально чувствовал его взгляд; казалось, что каждый нерв и каждая пора реагировали на него. — Прекрати, — пробормотал он, отворачиваясь и натягивая рубаху. Пальцы никак не могли справиться с пуговицами. — Позволь мне, — внезапно Азраэль оказался перед ним, застегивая его рубашку. Его холодные пальцы забрались внутрь и задели левый сосок Эша, посылая волну наслаждения через его тело. — Что ты делаешь? — отпрянул Эш, широко распахнув глаза. — Ничего, — Азраэль взглянул ему за спину, лицо его ничего не выражало. Эш заколебался: что, черт возьми, по ему мнению Азраэль делал? Это было немыслимо. — Я одеваюсь сам уже не один год, — чопорно заявил он Азраэлю. — Не думаю, что нуждаюсь в твоей помощи. Азраэль повернул к нему голову и улыбнулся, демонстрируя свои замечательные, блестящие, белые зубы. «Убийственные зубы», — напомнил себе Эш. — Сколько именно тебе лет? — Азраэль вновь смотрел на него. — Семнадцать, — выпрямился Эш. — Итак, сколько тебе? Ты сказал, тысяча? — Приблизительно, — вздохнул Азраэль. — Я забыл точный год. — Какой год? — Год, в котором родился. Или год, в котором умер. Я никогда не знаю, откуда вести отчет, да и календарь с тех пор менялся много раз… — он пожал плечами. — Сколько тебе было, когда ты обратился? — Около двадцати. В те времена для людей я уже был мужчиной средних лет. Эш выглядел пораженным. — И сколько же люди жили тогда? — О, сейчас они живут дольше: до восьмидесяти, девяноста. Некоторые — до ста. Но это с недавних пор. В мои времена, если человеку было за тридцать, он считал себя благословенным. Впрочем, в некоторых частях света так до сих пор. — Но ты будешь жить вечно? — Возможно, — кажется, эта мысль не вызывала у Азраэля восторга, — если ничто не убьет меня. — Что может убить тебя? — заинтересовался Эш. Азраэль странно взглянул на него. — Я не уверен, что хочу, чтобы ты знал, — улыбнулся он. — В любом случае, как долго будешь жить ты? — Не знаю, — задумался Эш. — Мы живем столько, сколько хотим. — И что произойдет, когда ты не захочешь? — Мы исчезаем, — просто произнес Эш. — Мы исчезаем из этого мира и перемещаемся в Иные Земли. — Иные Земли? Что это? — Азраэль уселся на край кровати Эша. — Ты же знаешь, — удивился Эш. — Следующая жизнь. — Следующая жизнь? — Да. Мы никогда не умираем окончательно, наши души будут жить вечно. Так же везде, конечно? — Я не знаю, — признался Азраэль. — Я живу на свете дольше, чем большинство, и я слышал разные доводы, но все еще не знаю, что со мной произойдет, если я умру, — он поднял взгляд и заметил, что Эш смотрит на него широко открытыми глазами. — В любом случае, — он решил сменить тему, — куда мы пойдем сегодня? — Пойдем? — моргнул Эш. — Ты же не скажешь мне, что в твой первый за несколько недель свободный день и мой первый за тысячелетие день под солнцем, мы никуда не пойдем? Почему бы тебе не показать мне Королевство? Несколько часов спустя Эш обнаружил себя лениво лежащим на укромном берегу реки. Растянувшись на земле, он закрыл глаза и слушал, как журчит вода, медленно протекая мимо. Свежий ветерок колыхал траву, шелестел в листьях деревьев и доносил до него аромат цветов, растущих на полях. — Чувствуешь запах? — Азриэль глубоко вдохнул. — Цветы! — Да, цветы, — равнодушно кивнул Эш. Азраэль опустился рядом, пытаясь объяснить ему. — Нет, Эш, настоящие, живые цветы! Я не вдыхал этот аромат с тех пор, как стал вампиром. — Правда? — Эш сел, заинтересованный. — Почему ты просто не сорвал несколько? — Ты когда-то нюхал сорванные цветы? — Азраэль уставился на него с таким жаром, что Эш встревожился. — Я имею в виду, по-настоящему нюхал их? Они все пахнут одинаково — ничем. Никакого сравнения с тем, как они должны пахнуть. — Не думаю, что замечал, — Эш вновь улегся, закинув руки за голову. — Это всего лишь цветы. Он скорее почувствовал, чем услышал вздох вампира. — Что стряслось? — взглянул он на него. — Ничего, — Азраэль отвел взгляд, погрузившись в мысли. — Тарик приносил мне цветы, — пробормотал он, больше обращаясь к самому себе. — Кто? — Эш приподнялся на локтях. — Что? Никто, — Азраэль поднялся. — Ложись. Я проверю периметр. Эш затуманенным взглядом смотрел, как он уходит — на его широкие плечи, мускулистую спину, переходящую в узкие бедра и прекрасную задницу. Дрожь прошла по его телу, когда он представил, как прикасается к нему, как руки Азраэля сжимают его щеки, притягивая его лицо… «Прекрати!» — зло приказал он себе. Что с ним не так? Он никогда не чувствовал такого прежде ни к кому, а уж тем более к другому мужчине. Два мужчины? Неслыханно! Но еще… Эш не мог не задаваться вопросом, так ли уж это немыслимо для Азраэля. Все эти моменты, взгляды, и Эш был вполне уверен, что Тарик — мужское имя. Но и что с того? Может, такие вещи были допустимы в мире. Может, Азраэль так долго жил среди простых смертных, что у него не осталось никакой морали. Может, после тысячи лет, он приветствовал любое новшество. Но не в Королевстве, не среди фей. Такого не было ни в одной слышанной им истории, ни в одной прочитанной книге. Мужчины и женщины созданы друг для друга, и Азраэль не мог его привлекать. Не мог.