Ведьмачка в мире северных ветров

      Не успела я прийти в себя и объяснить причину неожиданного спасения, как ответ пришёл сам собой.       Я услышала топот копыт. Позади позиций легионеров из полутьмы показались всадники, закованные в эластичные чешуйчатые панцири, дающие большую подвижность, что было важно в конном бою. На головах — остроконечные шлемы с ниспадающим красным плюмажем, наносником и полумаской, скрывающей лица. Вооружены они прямыми длинными кавалерийскими мечами, острыми копьями и луками с причудливым двойным изгибом.       Впереди вереницы скакал молодой человек, одетый в чёрную робу, похожую на укороченную чародейскую мантию, защищённую поверх тёмной кольчугой. Не знаю почему, но внешне он напомнил мне Кагыра: у всадника такие же тёмно-голубые глаза, похожая причёска до плеч, только белокурого цвета, он аналогично держался в седле и носил чёрные одеяния. Для полноты картины не хватало только шлема, венчанного крыльями хищной птицы.       — Расступись, пехтура! — закричал чёрный всадник, подъезжая к нам.       — Явились, matem tuam (мать вашу), гиперборейцы! — с нескрываемым презрением выпалил Марк Севир.       Чёрный всадник пропустил мимо ушей восклицание командира кентурии. Вместо этого он взмахнул рукой и прокричал заклинание:       — Локва смага!       Вокруг его ладони вспыхнула красная магическая аура, чары устремились вверх, и сразу же на убегающих дикарей с неба стрелами устремился огненный дождь, схожий с тем, что вызывала Трисс Меригольд. Люди в звериных шкурах загорелись, закричали от боли и заметались в разные стороны в поисках укрытия. В воздухе ещё сильнее повис запах жареного человеческого мяса.       Вскоре всё закончилось. Атака отбита. Вздохнув с облегчением, я, наконец, задалась несколькими важными вопросами: «Что это за мир? Кто все эти люди? И почему я не могу телепортироваться отсюда?». Последний вопрос волновал меня больше всего.       Легионеры расступились и дали дорогу кавалерии с красными плюмажами, которая помчалась в погоню за отброшенными дикарями.       Таинственный всадник вместе с четырьмя союзниками почему-то остался с нами. Он спрыгнул со скакуна и подошел с самодовольной физиономией к кентуриону.       — Меня зовут Велимир, — представился молодой человек. — Я боевой чародей на службе у борейградского князя Земибора. А эти славные кавалеристы доставлены из самого Лукоморья. Хоть мне это и не нравится, но мне приказано прибыть сюда и поддерживать вас до дальнейшего распоряжения командования… Кстати, — чародей саркастично улыбнулся, — как вам сражение в собственной столице, легионеры? Неприятно, наверное, когда топчут ваши поля, жгут ваши селения и насилуют ваших женщин? Обычно вы сами с удовольствием занимались этими «прекрасными» вещами в чужих землях, а тут вот как всё неожиданно повернулось. Разгневали вы богов. Ох, разгневали.       Язвительный тон некого Велимира такой неприкрытый, что не оставалось сомнений в ответной агрессивной реакции.       — Ad turtur (Иди нахуй), магик! — выпалил Марк Севир, сжигая глазами гиперборейца. — Мы тут едва не полегли все, пока вы где-то прохлаждались.       — О, вот оно - терренское дружелюбие, — иронично произнёс чародей, активно жестикулируя ладонями. — Я прямо чувствую, как вы питаете благодарность гиперборейским княжествам за то, что они пришли к вам на помощь в трудную минуту, чтобы спасти ваших же людей от неминуемой смерти.       — Благодарность? Mentula (Хуй) вам, а не благодарность! Вы — шакалы, которые сбежались, чтобы поживиться останками нашей империи, но вы ошиблись — мы ещё живы и готовы бороться.       — Вся эта ваша бравада - лишь агония умирающего государства, которая уже ничего не изменит… Хорошо, если мы - шакалы, тогда зачем упрекать нас в том, что мы здесь и сейчас помогаем вам, проливаем кровь людей, которые никогда не вторгались легионами на наш континент, в отличие от некоторых…       — Заткни свою пасть, canis (пёс)! — Марк Севир был почти готов наброситься на чародея. — А лучше, пока я не вышел из себя, говори, наконец, где вы шлялись столько времени? Наверное, как обычно, целовали пятки своих князьям?       — А чтоб тебя, кентурион! Мы сражались в дворцовом квартале. Туда ворвался целый отряд этих грязных варваров. Нам пришлось их оттуда выбивать. Между прочим, одна из ваших когорт не выстояла оборону на участке южной стены. Угадай, кому пришлось исправлять ситуацию? Естественно, треклятым гиперборейцам.       — А что с кесарем? Где командование легиона? — взволнованно заинтересовался Марк Севир, мгновенно остудив свой пыл.       — Не знаю, — завертел головой Велимир. — Мы только дрались и умертвляли дикарей. Там творится полный хаос, не лучше, чем здесь. Непонятно, кто у вас кем командует… Должен заметить, положа руку на сердце, что ваша знаменитая воинская дисциплина и организованность пали в бездну за прошедшие три века. Как раз с тех самых пор, когда вы вторглись в Гиперборею, разгромили Остропольское государство и опустошили наш континент от Финистополя до долины реки Ирий…       — И мы бы тогда завершили начатое, — снова начал закипать кентурион. — Если бы не безрассудство околдованного ведьмой легата Квинта Луция Мурены, отправившего северные легионы в пекло Тартарии… Мой предок погиб в вашей проклятой Гиперборее.       — Ох, — не упустил шанса ещё раз съязвить молодой чародей. — Какая трёхвековая обида за предка, который, очевидно, помер, насилуя и грабя лукоморские селения. Наверное, не догадывался, что у гиперборейцев тоже есть мечи, и они с удовольствием применяют их против захватчиков.       — Не смей говорить так о моём предке, щенок! Ты не знаешь, кем он был!       — Знаю. Что он был бандитом, который пришёл на чужую землю безнаказанно грабить и убивать.       — Замолчи, гипербореец! — наконец, окончательно закипел Марк Севир и сделал шаг вперёд.       — А то что? — дерзко ответил Велимир, тоже делая шаг.       Казалось, конфликта без драки не избежать. Они стояли, испепеляя друг друга взглядами, как два разъярённых гуля, готовых сразиться насмерть за кусок гнилого мяса.       Наконец, искра вспыхнула. Они отскочили в противоположные стороны и схватились за мечи.       — Прекратите! — закричала я с упрёком, не понимая, что заставило меня вмешаться.       Оба буяна обратили недоумевающие взоры в мою сторону и замерли, успев лишь наполовину вынуть мечи из ножен.       — Ого, легионерша! — воскликнул Велимир, пряча меч обратно в ножны и переключив всё внимание на меня. — Никогда не встречал подобного чуда. Вижу, девушка уже с боевыми шрамами. Похоже, несладко на полях сражений умирающей империи. Почему вы её снарядили только мечом и щитом? Выдать девушке нормальную пластинчатую броню, видимо, не позволяет ваше традиционное презрение к женщинам, да?       — Она не легионерша, а обычная… нет, скорее уж, необычная горожанка, — пояснил Марк Севир, на удивление спокойно отреагировав на подколки чародея и, казалось, временно забыв про их конфликт. — Дерётся она так, будто отслужила десять лет в легионе. Должен признать, я тоже никогда в своей жизни не встречал женщины, которая так умело управляется с мечом.       — Эй, я между прочим ещё тут! — возмутилась я тому, что они принялись обсуждать меня, не стесняясь моего присутствия.       — Как твоё имя, Зеленоглазая? — обратился ко мне чародей, глядя прямо в глаза.       — Цири, — спешно ответила я. Его пронзительный взор приводит меня в неловкость.       — Цири? — переспросил Велимир, задумавшись. — Значит, Цирилла, производное от остропольского имени Кирилла. Меня зовут Велимир, — представился он мне с вежливым поклоном. — Ты, случайно, не из Гипербореи? Предположу, что ты можешь быть родом из какого-нибудь княжества на солнечном Эвриклидском полуострове.       — Нет, я точно не оттуда, — ответила я, завертев головой, вовсе не понимая, о каких местах он говорит.       — А кто научил тебя так драться? — следующий вопрос задал Марк Севир.       — Дядюшка Весемир, — сказала я правду, но тут же пожалела об этом.       — Вот! А говоришь, что не из Гипербореи! — заулыбался молодой чародей. — Имя твоего учителя тоже из наших краёв. Если ты не заметила, оно даже очень похоже на моё собственное.       Кентурион нахмурился и стал глядеть на меня с осуждением, вероятно, полагая, что я действительно прибыла из Гипербореи, незнакомого мне континента в незнакомом мне мире. Мне хотелось поскорее прервать эти расспросы, пока я не наговорила ещё больше лишнего. По счастью появился тот, кто отвлёк всё внимание на себя.       — Консул едет! — крикнул кто-то из воинов, увидев в свете луны отряд всадников и разглядев полководца по высокому белому плюмажу на шлеме.       — Duos ordines faci-te! (В две шеренги становись!) — отдал приказ Марк Севир.       Его подчинённые, не занятые помощью раненым, спешно и организованно выстроились в две шеренги на одной стороне улицы.       Я, Велимир и его товарищи лукоморцы остались стоять в стороне, по правую руку от выстроенных шеренг.       По улице в сопровождении свиты на боевом коне ехал черноволосый мужчина средних лет в бронзовом мускульном панцире анатомической формы, с закреплёнными кожаными полосами до колен и нашитыми металлическими пластинами. За его спиной развивался белый плащ с алым подбоем. В одной руке крепко сжимался снятый шлем с синим продольным гребнем. Лицо у него понурое и бледное, как у вампира. Не было сомнений в том, что он принёс дурную весть.       — Dirige frontem (Смирно)! — скомандовал Марк. — Ave Proculus (Здравствуй, Прокул)!       Всадник натянул поводья, вместе с ним остановилась вся свита.       — Консул Прокул, да хранят тебя Боги! — поприветствовал командира Марк Севир, выйдя вперёд и ударив себя в грудь в воинском приветствии. — Твой приказ исполнен. Первая кентурия отстояла эту улицу, а враг понёс большие потери и был отброшен. Легионеры устали, но полны решимости продолжить бой во славу кесаря. Какие будут ещё приказы, консул?       Полководец опустил в задумчивости голову, отвёл взгляд в сторону, словно не хотел смотреть в глаза подчинённому.       — Марк, — обратился консул к кентуриону, стараясь говорить увереннее, но у него не получилось, очевидно, из-за бушующих внутри эмоций.       — Я слушаю тебя, консул.       — Марк, собирай своих людей и уводи их на корабли гиперборейцев… Мы эвакуируется вместе с горожанами и… отплываем в Гиперборею.       От услышанного у Марка Севира едва не выкатились глаза на лоб.       — То есть как?! — воскликнул он в негодовании. — Как это уплываем? Почему? Вы что там совсем ебанулись?! Мы должны были отбросить варваров от столицы, истощить их силы, а затем очистить от них всю империю.       — Оглянись вокруг, Марк, нет больше империи! — закричал консул, указав ладонью на догорающие вдоль улицы здания. — Вокруг нас руины и смерть!       — Консул, ведь это измена! — вновь начал выходить из себя кентурион. — Кто отдал приказ? Кесарь сказал, что мы будем биться до сме…       — Кесарь мёртв, — ответ полководца эхом повис в воздухе, сгущающимся тучами с каждой секундой.       На улице бездонным омутом Велена замерла гробовая тишина. Мне казалось, что я слышу, как бешено бьётся сердце Марка Севира, и какая боль съедает его изнутри. По нему было видно, что он хочет зарыдать, но слёзы предательски не идут из глаз. Мне было его жаль.       — Как это произошло? — не своим голосом выдавил из себя кентурион.       — Когда варвары ворвались во дворец, — ответил консул, тоже изменяя своей речи, — кесарь не стал ждать, пока они войдут в его покои… он пронзил себя мечом.       — Он умер как подобает истинному террену, не сдавшись в плен, не преклонив колено перед немытыми дикарями… Слава великому кесарю Аппию!       — Слава кесарю Аппию! — подхватили в один голос воины.       — Я разделяю твою скорбь, друг мой Марк, — продолжил говорить консул. — Но мы должны думать о будущем, потому что наша империя пала, а мы — ещё живы. Возможно, что когда-нибудь мы вернёмся и изгоним захватчиков из своего дома, но сегодня он для нас потерян… потерян… Гиперборейские всадники очистили город от варваров и прогнали их за стены. Дикари вернутся и их будет ещё больше. Мы выиграли битву, но проиграли войну. Нам нечего здесь защищать. Наши жены и дети уплывают в Гиперборею. Мы последуем за ними, как и тысячи других беженцев с нашего материка… Я сейчас же лично объеду весь легион, каждую когорту, каждую кентурию, чтобы сообщить им весть о смерти кесаря. А после прослежу за тем, чтобы магики сожгли дотла остатки города, вместе с нашими павшими товарищами. Дикарям достанутся только обугленные руины… Пусть боги принесут тебе радость, Марк!       Консул Прокул и его свита двинулись дальше по улице. Проезжая мимо нас, полководец остановился, с любопытством взглянул на моё испачканное кровью лицо, а затем обратился к молодому чародею:       — Велимир из Борейграда, я видел, как ты храбро сражался сегодня, пробиваясь к воротам императорского дворца. Твой князь назвал мне твоё имя.       — Храбро? — удивился чародей. Или хотел казаться таким, вопреки истине? — Я прочитал заклинание и сжигал пламенем людей. Не вижу здесь ничего храброго.       — Тем не менее это заслуживает похвалы. Жаль, что кесарь решил свести счёты с жизнью ещё до твоего прибытия.       — Как по мне, малодушие — признак слабого правителя.       — Что? — переспросил консул, хотя было видно, что он всё прекрасно расслышал.       — Ничего, консул. Я больше не смею тебя задерживать.       — Прощай, Велимир. Надеюсь, если я вдруг погибну, твои друзья сохранят в целости и сохранности символы нашей имперской власти.       — Будьте в этом уверены. Прощайте, консул.       Консул двинулся дальше. Воины кентурии молча проводили его взглядами, полными разочарования. Никто не проронил ни звука, даже Велимир не осмелился больше говорить колкости. Марк Севир стоял в лунном свете, как статуя, с развивающимся по ветру плащом, устало свесив голову на грудь. Его зубы скрипели в гневе, а тело пробирала дрожь, как от озноба.       Тишину нарушил громкий звук трубы, сигналящий об отходе.       — Чего рты раззявили, matem tuam (вашу мать)?! — очнувшись, заорал на подчинённых Марк Севир. — Вы разве не слышали приказ консула? Ad gladium, clina (Направо!) Ad agmine (В колонну)! Signo secuute (Следовать за знаменем)! Мы… уходим.       Кентурия, вернее то, что он неё осталось после сражения, выстроилась в колонну и молча строем зашагала прочь.       — Зеленоглазая, залезай ко мне. На моего коня, — предложил мне Велимир, запрыгивая в седло. — В городе всё ещё небезопасно, а до порта путь неблизкий. Я подвезу тебя.       — Извини, но я прекрасно могу сама за себя постоять, — холодно ответила я, сразу поняв, к чему клонит чародей. — Мы ещё не слишком хорошо знакомы для совместных поездок. И кстати, пристраивай своего товарища в другом месте, ладно?       Даже при лунном свете я заметила, как Велимир покраснел.       — Эй-эй, ты чего? — сказал он, оправдываясь. — Я не имел в виду ничего такого, тем более сейчас, здесь, где пролилось столько крови.       — Прощай, Велимир, — резко прервала я наш разговор и побежала догонять удаляющуюся колонну легионеров.       — Что за девушки пошли? — острым слухом я услышала за спиной монолог чародея. — Помощь им предлагаешь, а они обвиняют в пошлых мыслях… Хм, несмотря на шрам, она и вправду симпатичная особа… фигурка хороша, особенно сзади, а если ещё кровищу смыть с лица, то вообще станет прекрасна…       — Я всё слышу! — пришлось мне его прервать. — Радуйся, что твоя речь не дошла до ушей Геральта!       — А кто такой Геральт?! — крикнул Велимир мне вслед.       — Лучше тебе не знать!       Оставив молодого чародея размышлять над тем, кто такой Геральт, я догнала кентурию и пристроилась в хвосте колонны. Воины не прогнали меня, очевидно, надолго запомнив, как я помогла им сражаться с варварами.       В пути мы находились около получаса. Действительно, это был огромный город. За это время, даже при свете луны и звёзд, я смогла оценить масштабы и величие культуры этой погибающей цивилизации: роскошные дворцы, арены, театры, библиотеки, бани, акведуки и храмы богов — всё это оставило неизгладимое впечатление, даже несмотря на разрушения от пожаров.       В порту, который, судя по его размерам, когда-то был центром торговли, вроде Новиграда, теперь шла организованная эвакуация оставшихся защитников города. Здесь не было паники и спешки, присущих бегству разгромленной армии. Скорее наоборот, всё проходило с сохранением дисциплины практически в полном молчании. Только на лицах легионеров отражалось глубокое уныние и полный упадок духа.       Дождавшись своей очереди на каменной пристани, остатки кентурии Марка Севира и я погрузились в одну большую лодку, рассчитанную на шестьдесят человек.       Едва наша лодка отчалила от пристани, как в неё, едва не плюхнувшись в воду, запрыгнул Велимир.       — И снова здравствуйте, друзья! — фамильярно поприветствовал он нас и бесцеремонно сел на скамейку между двумя воинами. — Вот, отправил свою лошадь обратно на корабль князя, а сам, думаю, прокачусь с вами к «Ликостофоре».       — Тебе зубы жмут, гипербореец? Или просто жить надоело? — грозно проговорил Марк Севир, смерив чародея презрительным взглядом.       — А что такого? — возмутился Велимир, разведя руками. — Это, между прочим, лодка с нашего флота, а плывём мы к гиперборейским кораблям.       — Ну, так до кораблей ещё далеко, а в пути ведь всякое может случиться.       — Угрожаешь, кентурион? Так не ведут себя с друзьями.       — Я не угрожаю, а предупреждаю. Ты зря запрыгнул в эту лодку. И ты мне не друг, магик. Я тебя могу прямо сейчас утопить, и удерживает меня только присутствие Сероволосой в нашей лодке.       — О, вот как! Спасибо, Зеленоглазая, ты только что спасла жизнь человеку… но только не мне, а вот этому дурню терренскому.       — Нарываешься, мальчик? — вспыльчивый Марк Севир начал в очередной раз выходить из себя. — Я же тебе башку отверну, пикнуть не успеешь.       — Да прекратите же вы! — снова вмешалась я в их конфликт. — Что вы ведёте себя, как маленькие дети? Вы не видите, что вокруг вас война и разрушения? Сколько людей сегодня погибло, а вы всё не можете забыть о вражде, которой, леший знает, сколько лет. Вы должны помогать друг другу, а не грызться, как два трупоеда за кусок добычи.       Как и в прошлый раз, после моего вмешательства, конфликт временно прекратился, но я знала, что не всегда буду рядом, и рано или поздно они подерутся.       Велимир скрестил руки на груди, улыбнулся мне и благодарно кивнул, давая понять, что согласен с моими словами.       Марк Севир никак не отреагировал. Вместо этого он снял с себя шлем, показав короткие чёрные волосы, впился мозолистыми руками в весло и начал быстро грести. Вместе со своими воинами он угрюмо наблюдал за поднимающимся огненным заревом над городом, где чародеи уничтожали то, что ещё чудом уцелело. Спустя несколько минут я заметила, что кентурион плачет, глядя на развалины столицы, и шепчет себе под нос:       — Прощай, Родной дом. Я отдал тебе двадцать лет службы… В дождь и в слякоть, в лютый мороз и невыносимый зной я сохранял тебе верность. Сколько хватало сил, мы проливали кровь и защищали твои границы, нашу величайшую культуру и цивилизацию. Теперь ты пал, но продолжишь жить в наших сердцах и в сердцах наших детей, ибо мы не забудем тебя никогда. Прощай, Террениум, прощай.       На этой драматической ноте мне хочется поделиться первыми впечатлениями об этом мире.       Должна признать, что этот незнакомый мир встретил меня недружелюбно. Конечно, ведь я попала в самый разгар кровавого побоища и едва в нём сама не погибла. Но здесь же я снова, как и с Геральтом, ощутила силу людской взаимовыручки в сложных ситуациях. Я, наконец, начала понимать, что для избавления от Эредина мне понадобится помощь верных друзей, которые встанут со мной в одну линию, чтобы отразить атаку Охоты.       Именно после битвы за Террениум мне ещё сильнее захотелось скорее вернуться в свой родной мир, проведать Геральта и Йеннифэр на Острове яблонь. Но я не могла, теперь уже не могла.       «Имея не ценим, а потерявши — плачем» — эта народная гиперборейская пословица, о которой я узнала позже, вполне подходила под моё почти безвыходное положение.       Неизвестно по какой причине я вдруг лишилась в этом мире своих способностей повелевать пространством и временем, словно не было никакой Старшей Крови. Я стала обычной девушкой, простой ведьмачкой, умеющей только хорошо драться.       Почему это произошло? Как всё вернуть назад, пока меня не нашел Эредин? Или, может, лишившись силы, я избавлюсь от преследования Дикой Охотой? Я задавалась этими вопросами, и мне предстояло найти на них ответы.       Приключения ведьмачки в мире северных ветров только начинались.