Когда мы вернемся

      Рик висел под потолком, лежа животом на декоративной балке из темного дуба, обхватив ее руками и ногами. Внизу, в паре метров от него, заполонили бар ходячие — десятка два.       Слава богу, деревянные потолочные балки — грубая имитация средневековой постройки — оказались достаточно прочными, чтобы выдержать вес взрослого мужчины. Точнее, двух мужчин.       Толпа ходячих перегородила коридор, и Рик с Мерлом оказались в ловушке. Мерл пару раз с разбегу саданул плечом в дверь подсобки — но запертая дверь не поддавалась. Утробное рычание и шарканье множества ног раздавались уже в двух шагах от бара, когда Рик догадался поднять глаза — и увидел выход.       Ладно, пусть не выход, но укрытие.       Мерл сидел верхом на балке напротив. Каким-то непостижимым образом он сумел затащить с собой наверх не только винтовку, но и початую бутылку вискаря.       Ходячие — нелепые изломанные фигуры в мертвенном свете аварийных ламп — шатались от стены к стене, натыкались на столы и стулья. К выпивке мертвые посетители «Рогатого Дика» были равнодушны, однако уходить не спешили. Быть может, чуяли запах человечины, но не могли понять, откуда он доносится.       Сейчас Рика волновали два вопроса: как ходячие проникли в здание — и что с остальной группой. Не считая третьего: как выбраться отсюда живым.       На второй вопрос он быстро получил ответ: издали, со стороны супермаркета, донеслись выстрелы, а затем грохот падающих стеллажей. Первый можно было отложить на потом. На третий вопрос ответа не было.       Рик осторожно выпрямился, прикидывая возможности. Спрыгнуть вниз и бежать к дверям? Верная смерть: ходячие набросятся всем стадом, он и двух шагов сделать не успеет. Перестрелять их сверху? Но мертвецов слишком много; и не настолько они тупые, чтобы не суметь забраться на стол или на барную стойку и стащить стрелка вниз. А что, если…       Он покосился на Мерла — и вдруг похолодел от поразившей его мысли, простой и безжалостно ясной.       Выход есть! По крайней мере, для одного. И Мерл будет последним идиотом, если этим шансом не воспользуется.       Ему достаточно выстрелить в Рика.       Сбить его на пол — и бежать, пока ходячие, накинувшись толпой, будут раздирать ненавистного «копа» в кровавые клочья. Просто и элегантно. «Мы бежали вместе, он отстал, его схватили» — и все, никаких вопросов. Не останется улик — не будет даже трупа, по которому можно установить истину…       Сердце Рика пропустило такт — но в следующий миг он с облегчением сообразил: Мерл этого не сделает. Просто не сможет. У него нет короткоствола; а палить из винтовки, болтаясь под потолком, словно акробат под куполом цирка — задача очень нетривиальная. Даже «крутому засранцу» вряд ли под силу.       У Мерла короткоствола нет… а вот у Рика есть.       Машинально Рик опустил руку на рукоять своего «Питона». Пытался отделаться от безобразной, пугающей мысли; но она не желала уходить и с каждым мгновением становилась все привлекательнее.       Это разом решит все проблемы, думал Рик. Не придется расставаться с Дэрилом. Меткий стрелок и искусный охотник, спокойный, немногословный и надежный, останется с группой — куда ему еще идти? А этот мутный психопат, рядом с которым словно ходишь по минному полю, это живое воплощение грязи, беспорядка, непредсказуемости — всего, что так ненавистно Рику Граймсу… он просто исчезнет. И никто никогда не упрекнет Рика. Никто не узнает.       Споры и раздоры в команде прекратятся. Не нужно будет ходить да оглядываться, каждую секунду ожидая то ли ядовитой подколки, то ли удара в спину. Не нужно доказывать свой авторитет и бороться за первенство… Картина эта — как в полутьме, посреди убогой дыры ходячие накидываются на Мерла, и «крутой засранец» визжит и барахтается, растеряв всю свою крутизну, а Рик поворачивается к нему спиной и выходит на свет, спокойный и свободный, — стояла перед глазами, все отчетливее с каждой секундой…       Рик стиснул зубы и судорожно сжал рукоять револьвера.       «Иди к черту! — отрезал он мысленно, сам не понимая, к кому обращается. — Такого я не сделаю!»       Краем глаза он уловил на соседней балке движение. Мерл, выпрямившись, поднес бутылку к губам и сделал большой глоток. Перехватив взгляд Рика, ухмыльнулся ему и подмигнул.       Черт бы побрал этого ненормального! Нельзя было издавать ни звука: но Рик сделал страшные глаза и покрутил пальцем у виска.       «Нет, я этого не сделаю!» — мысленно повторил он — и почти физически ощутил, как искушение разжимает хватку и нехотя, с ворчанием, отступает.       На поясе рядом с кобурой болталось что-то еще. Ах да: граната. Совсем о ней забыл. Рик отстегнул ее, задумчиво покрутил в руке. Показал Мерлу.       Тот поднял большой палец, но затем, бросив взгляд вниз, с сомнением покачал головой. Рик с ним согласился: ходячие слишком рассредоточены по бару, одна граната особого вреда им не причинит.       На несколько секунд Мерл задумался; затем физиономия его расплылась в довольной ухмылке. Он еще раз от души отхлебнул «Джима Бима», затем размахнулся и со всей силы запустил бутылкой в самый дальний угол бара.       Раздался звон; бутылка ударилась о стену и разлетелась на множество осколков. Ходячие дружно повернули головы на звук. Рик с Мерлом замерли. Неуверенно, точно слепые, ходячие двинулись туда, откуда раздался звон. Когда все они столпились в дальнем углу — Рик и Мерл, переглянувшись, одновременно спрыгнули вниз и бросились к дверям.       Быть может, ходячие и тупы, как пробки — но все же сообразили, что их хотят обдурить. И устремились в погоню. Двое самых быстрых накинулись на Мерла с двух сторон: одного он отбросил ударом кулака в лицо, второго уложил выстрелом Рик.       Мерл выбежал за дверь первым, а Рик замешкался, выдергивая чеку. Ходячие уже приблизились вплотную, уже тянули к нему скрюченные пальцы.       — Пригнись! — рявкнул Мерл и выпустил очередь по головам, поверх салунных дверей.       Ходячие в первом ряду зашатались и начали падать; их «товарищи» перешагивали или переползали через трупы. Возникла свалка.       — Бежим! — с этим выкриком Рик бросил в толпу ходячих гранату и устремился вперед по коридору.       От грохота взрыва у него зазвенело в ушах. Взрывная волна толкнула в спину; Рик едва не упал, но кто-то — он не сразу понял, что все тот же Мерл — схватил его за плечо, помог устоять на ногах и потащил дальше.       Они бежали мимо распахнутых дверей и низких перегородок. Букмекерская контора, химчистка, «Лавка рукодельницы» — мертвецы были повсюду. Гнилые хари брызгали слюной им вслед, цепкие пальцы с отросшими ногтями пытались схватить то за плечо, то за ногу. Кому-то Рик стрелял в голову, кого-то Мерл бил ножом в висок или под челюсть, кого-то они просто отталкивали — и прорывались дальше, действуя слаженно и бездумно, словно один человек.       Впереди показались три знакомые фигуры, бегущие им навстречу. Двигались они как-то странно: в следующий миг Рик понял, что двое тащат на себе третьего. Темная, дергающаяся, утробно рычащая масса следовала за ними по пятам.       — Дэрил!.. — хрипло выкрикнул Мерл и бросился вперед. Впервые на памяти Рика он назвал брата по имени.       Ходячие были везде — и спереди, и сзади. Рик оглянулся — и в глаза ему бросилась неприметная дверь, которая, как он помнил, вела на черную лестницу. Кажется, он видел там железную решетку… точно!       — Сюда! — крикнул он и метнулся на лестницу первым.       Ходячих здесь было немного, всего четверо. В двоих Рик выпустил последние две пули из своего «Питона». Третьего — парня в футболке «Ред Сокс» — со всей силы ударил рукоятью револьвера в висок. Четвертого — длинноволосого толстяка богемного вида — схватил за космы и приложил затылком о стену так, что хрустнул череп и ходячий мешком повалился на пол. Затем сорвал с плеча винтовку и выпустил очередь по замку на решетчатой двери, перерезавшей лестницу пополам.       Тем временем появились остальные. Первым бежал Мерл, волоча за собой Дэрила; охотник еле перебирал ногами, растрепанная голова его свесилась на грудь. Гленн и Ти-Дог двигались следом. Гленн прихрамывал, но в остальном выглядел нормально; Ти-Дог перемазан какой-то побелкой, но, кажется, невредим.       Ходячие неотступно следовали за ними. Рик развернулся и начал отстреливать ходячих, прикрывая отход товарищей. Пропустил всех мимо себя, затем захлопнул железную решетку и заблокировал ее стволом винтовки — прямо перед носом у ревущей, разъяренной близостью добычи толпы мертвецов.       На площадке второго этажа они перевели дух. Снизу доносился рев и скрежет железа; но наверху, по крайней мере, на некоторое время, команда была в безопасности. Мерл отпустил Дэрила, и тот бессильно привалился к стене.       — Че раскис-то, сестренка? — спросил Мерл, и Рику показалось, что голос его дрогнул. — Только не говори, что дал какой-нибудь гнилой шкуре себя цапнуть!       Дэрил поднял глаза с расширенными зрачками, слабо покачал головой. Лицо у него было иззелена-бледное.       — Башка… — невнятно проговорил он. — Тошнит… — И сполз по стене вниз. По виску его, из-под слипшихся волос, стекала струйка крови.       Дэрилу промыли рану и устроили в подсобке магазина «Все для ремонта», подложив ему под голову свернутый рулон обоев.       Как объяснил Гленн, ходячие, скорее всего, пробрались в здание через подвал.       — Целая орава вломилась в зал, — рассказывал он, — и началась заварушка. Мы спрятались за стеллажом с консервами и стреляли оттуда. Но ходячие навалились с той стороны, и стеллаж начал падать. Прямо на меня. Дэрил успел меня оттолкнуть. Мне только ногу зашибло — а ему прилетело по голове.       — И арсенал я того… не сберег, — вздохнул Ти-Дог. Покосился на Мерла, видимо, ожидая комментариев, но не дождался и продолжил: — Потому что тут выбор был такой: либо Дэрила тащить, либо мешок. Ну и…       — Ты все сделал правильно, — устало сказал Рик.       Мерл скривил губы и, повернувшись, молча скрылся в подсобке. С самого ранения Дэрила он был необычно молчалив; возможно, следовало насторожиться — но сил думать еще и о Мерле у Рика не было.       — Что же нам теперь делать? — спросил Ти-Дог.       И все замолчали. Лишь снизу доносился гулкий беспорядочный грохот: ходячие, запертые на первом этаже, рвались наверх. Группа успела заблокировать все двери, ведущие на второй этаж, — по крайней мере, все, какие смогли найти. Но ясно было, что толпу, многолюдную и целеустремленную, запертые двери надолго не задержат.       Рик подошел к окну, выходящему на задний двор торгового центра. Задумчиво глянул вниз. По двору с видом алкоголиков, мающихся от тяжкого похмелья, шатались две оборванные фигуры; третья, присев за мусорными ящиками, обгладывала что-то мохнатое и пестрое — кажется, труп бродячей собаки. Ближе к зданию стоял фургон с ярким красно-зеленым логотипом на кузове.       — Надо звать на помощь, — вздохнул Гленн. — Рик, свяжись с лагерем. Пусть Шейн с ребятами за нами приедут.       — И чем они нам помогут? — отозвался Рик.       Он не хотел просить помощи у Шейна — и даже себе самому не желал признаваться в истинной причине этого. Он провел в лагере всего одну ночь, но этого было достаточно, чтобы заметить: между ним и Шейном пробежала трещина. Причин Рик пока не понимал, но ясно видел: лучший друг смотрит на него как на незваного и нежеланного гостя. И ехать за Мерлом он отказался наотрез. «Не собираюсь рисковать людьми ради говнюка, попавшего в переделку по собственной дурости», — так сказал Шейн. Что, если так же откажется выручать и Рика?       — Уехать мы сможем и сами, — продолжал он. — Видите фургон? Ключи наверняка в зажигании или где-то рядом. И ходячих во дворе немного. Все, что от нас требуется — выбраться из здания.       — Допустим, веревки-то мы здесь найдем, — заметил Гленн, обводя взглядом магазин. — И сможем спуститься из окна. Но… как же Дэрил?       Дэрил лежал у стены с закрытыми глазами, скрестив руки на груди, словно покойник — а Мерл, как раненый зверь, метался по тесной подсобке.       Так и знал, что этим кончится!       Валить надо было, ноги в руки — и валить, едва с него сняли наручники! Куда угодно, лишь бы подальше от этих долбоебов!.. Так Мерл и хотел поступить, но внезапно заартачился Дэрил.       — Какого хера ты лег под этого копа? — с тихой яростью в голосе спросил Мерл, улучив момент, когда братья отделились от остальных и могли перемолвиться парой слов без свидетелей.       Дэрил набычился.       — Ни хрена я не лег никуда, — проворчал он, глядя в сторону. — Просто… ну… Рик вроде нормальный мужик. Толковый.       Толковый, как же!       И вот результат: застряли в какой-то вонючей дыре, мертвяки обложили их со всех сторон, а братишка валяется, как куль с мукой, и глаза открыть не может. Потому что словил сотряс, спасая узкоглазого сопляка. И дай-то Бог, чтобы только сотряс, а не что похуже. Дэрилина блаженненький, всегда таким был. Ведется на любую пургу. Вот и сейчас — поверил в треп про «команду» и кинулся подставлять свою дурную башку за азиатского парня, который Диксонам никто и звать никак. А в следующий раз что — жопу подставит?       Не-е-ет, пора валить! Даже если сейчас они выживут — в этой инвалидной команде Диксонам точно делать нечего! Испортят здесь Мерлу брата.       Он подошел к двери и прислушался. «Команда» обсуждала возможность уехать в фургоне, что стоит на заднем дворе. Верно, Мерл тоже приметил этот фургон. И тоже о нем подумал.       Стараясь не шуметь, он выскользнул через заднюю дверь и двинулся быстрым шагом по техническому коридору, опоясывающему второй этаж кругом. Как устроены торговые центры, Мерл представлял довольно смутно; но здравый смысл подсказывал, что здесь должна быть пожарная лестница — или что-то в таком роде. Наконец он обнаружил неприметную дверь с надписью «Запасной выход». Разумеется, накрепко запертую. Как же иначе?       Но замок — это не страшно. Главное, чтобы не электронный. Вот электронные — это пиздец. Но торговый центр старый, задрипанный, и замки в нем стоят обычные, человеческие.       Из внутреннего кармана жилетки Мерл достал сложенный вчетверо бумажный конвертик, развернул, нюхнул от души — так, на удачу — затем опустился на одно колено и приник к замку с ножом…       — Сделаем такое как бы сиденье веревочное, — говорил Ти-Дог. — Один человек Дэрила спускает, другой принимает снизу. Если он совсем плох, можно еще привязать…       Его прервал грохот выстрелов.       Все трое бросились к окну, откуда доносилась стрельба.       — Мерл?!       — Черт, как он выбрался? — воскликнул Гленн.       — И какого дьявола там делает? — добавил Рик.       Тремя винтовочными выстрелами Мерл аккуратно уложил трех ходячих на заднем дворе. Затем скрылся за углом.       Привлеченные выстрелами, с улицы и из соседних переулков потянулись на двор новые оборванные фигуры. Двигались медленно, но целеустремленно. Минуту спустя из-за угла снова вынырнул Мерл: теперь он тащил за собой Дэрила. Тот, кажется, был без сознания: ноги его бессильно волочились по земле.       Рик попытался распахнуть окно — но раму заклинило, и окно не поддавалось.       Мерл подтащил брата к фургону. Привстав на подножку, выбил окно, открыл дверцу фургона изнутри. Первые ходячие уже приблизились к машине; быстро и деловито Мерл ударил ножом одного в ухо, другого под челюсть, затем распахнул дверцу и начал затаскивать бесчувственного Дэрила внутрь.       Рик ударил прикладом винтовки по стеклу, и окно разлетелось вдребезги, осыпав асфальт внизу сверкающими осколками.       — Мерл! — закричал он. — Стой!       Рядом с ним кричали и махали руками Гленн и Ти-Дог.       — Ты что творишь, говнюк? — надрывался Ти-Дог. — Не бросай нас! Не смей!       — Не уезжай без нас! — вторил ему Гленн.       Новые ходячие приближались к грузовику. Мерл — одной ногой на подножке — на мгновение замер, задрав голову. Рику бросилась в глаза его кривая ухмылка, больше похожая на гримасу. Кажется, Мерл хотел что-то крикнуть в ответ — быть может, полить их отборным матом на прощание — но ничего не сказал, только махнул рукой, отпихнул очередного ходячего и скрылся в кабине, захлопнув за собой дверь.       Чертыхнувшись, Рик вскинул винтовку и выстрелил по колесам. Пули взметнули фонтанчики пыли и гравия; и в тот же миг взревел мотор, и фургон рванул с места.       В ужасе и бессильном гневе маленький отряд смотрел, как исчезает за углом его единственное средство спасения.       Рик стукнул по раме кулаком. Осколок стекла вонзился ему в ладонь, но он даже не ощутил боли.       — Чтоб ты сдох, Мерл Диксон! — выдохнул он.