Документ недоступен

МакКриди просыпается до Ника. Их тела прижаты друг к другу под простынёй, пытаясь поместиться в узком пространстве, его голова лежит на груди Ника. Такое положение лучше всего, так как Ник выше. Он не обжигающе горяч, так что, должно быть, слегка отрегулировал внешнюю температуру. В общих чертах он объяснил МакКриди, как может её менять. Всё, что МакКриди нужно — это чтобы было тепло. Приятно просыпаться не в холоде. Глаза Ника отключены. Есть в этом что-то навязчивое. Поскольку ему в любом случае не требуется сон, МакКриди не чувствует никакой вины, когда будит его. — Ник? — Губы пересохли, а голос хриплый от сна. — Ник? Жёлтые глаза зажигаются, Ник шевелится, его закинутая на МакКриди рука напрягается. — Эй, утра. Который час? — Не знаю, мы не завели будильник. — МакКриди пытается перегнуться через Ника и посмотреть на часы. — Семь сорок. — У нас ещё есть время. — Время для чего? Ник перекатывает МакКриди на спину, вклинивается между ног и отчаянно целует. Теперь МакКриди знает, на каких участках его тела есть кожа, а где нет, куда нужно класть руки. Он сжимает бедро Ника, впиваясь ногтями. Другую руку кладёт на лицо, гладя по щеке. Они целуются лениво, тикают долгие минуты. МакКриди дышит сквозь Ника, ощущая вкус дыма, что пропитал его рот и шею. Возможно, он нравится ему больше, чем следовало. Ему также нравится вес Ника сверху, и его правильная температура, и то, что он не может сфокусироваться на чем-то ином, не под его взглядом. МакКриди по-прежнему чувствует себя как насекомое под микроскопом, когда Ник смотрит на него. Но потому что Ник увлечён, а не скептичен. Сердце МакКриди бьётся быстрее, когда он понимает, что прижатый к бедру Ника член снова твердеет. В то время, как прошлая ночь была похожа на медленную волну, это утро — на серию резких обвалов, поскольку Ник доводит его до исступления одной рукой. Оргазм поражает его как внезапный взрыв. На этот раз он пытается держать глаза открытыми. Ник, кажется, хочет этого. — Блядь, — Ник свешивается с края кровати и хватает первую попавшуюся под руку тряпку, чтобы вытереть их обоих. На этот раз это — нижнее белье Ника. — Я мог бы привыкнуть видеть твоё лицо каждое утро. Грёбано уверен, — Ник улыбается. МакКриди внезапно охватывает паника. — Ты не планировал? Нет, погодите. Ник должен был понять, когда МакКриди сказал ему вчера, что он не был ни с кем с тех пор, как умерла Люси, или с кем-то до неё. Должен был понять, что для МакКриди это нелегко. Открываться кому-то, не стыдясь своих желаний и хотеть исполнить потребности другого. Близость — это не просто быть рядом. МакКриди думал, что Ник относится к нему, ну, серьезно. Какой бы сумасшедшей не была эта ситуация, МакКриди не планирует делать это раз, или даже два или три. Ему не нужны гарантии, у них с Ником всё получится, но он рассчитывает на обещание, что они оба собираются попробовать. — Ого, выглядишь бледным. Ты в порядке? — Ник вытирает лоб МакКриди. — Слишком жарко? Я… — со временем Ник должен научиться получше толковать ситуацию. — О, верно. Не волнуйся. Я не собираюсь убегать от тебя. Не пойми меня неправильно, я известен тем, что люблю немного повеселиться. Но я никогда не подозревал, что ты такой. — Нет, не такой, — утверждает МакКриди.— Ты не… веселился с другими, не так ли? — МакКриди морщится, он должен был задать все эти вопросы до того, как они кончили на столе Ника. Надо было спросить, прежде чем они поцеловались. Он о многом должен был спросить. — В последнее время нет. Было несколько предложений. Я подумал, что не стоит их принимать. — Не надо, пожалуйста. Это будет проблемой? Ник слегка хмурится. — Ничуть. Я серьёзно. Если ты хочешь моногамии, я на это пойду. МакКриди откидывается на единственную подушку, которую они вынуждены были разделять. — Проверь, который час? — просит Ник. — Восемь. — Думаю, нам пора идти. Пайпер будет ждать. И тебе нужно в душ. Пахнешь так, будто перепихнулся. — Ник поцелуем затыкает протесты, готовые сорваться с губ МакКриди. *** МакКриди несёт в руке запасное пальто Пайпер, намереваясь вернуть его. Ему удалось выменять пару хорошо подошедших ему свитеров. Больше нет нужды пользоваться добротой Пайпер. Хотя мысль была хорошей. По дороге к "Общественным событиям" они держатся на расстоянии друг от друга. Желания разговаривать нет. Они просто наслаждаются утром. Магазины скоро откроются, рядом будут суетиться люди. Но прямо сейчас всё всё тихо. Проходя мимо лапшичной, Ник снимает шляпу перед Такахаси. По крайней мере живот МакКриди не бурчит. Отчасти, он был слишком занят, чтобы поесть вчера вечером... и этим утром. Ник стучит в дверь Пайпер и ждёт ответа. Но сквозь приоткрытую дверь голову просовывает Вайс — с голыми плечами и мокрыми волосами. Локоны безвольно повисли на плечах. Побриться он не удосужился. — Мы вас ждали. — Он открывает дверь, чтобы они могли пройти. Вайс в одном полотенце и всё ещё насквозь мокрый, на пол капает вода. Но он по крайней мере отчасти прикрыт. — Пайпер? — Спрашивает Ник. — В душе, — Вайс щёлкает языком. — Она сказала, что у тебя была идея, Вэл? — Да. Доктор Амари, в "Доме воспоминаний”. Могла бы сделать что-то с кибер-деталями, которые мы вытащили из Келлога. Или знать кого-то, кто может, — объясняет Ник. — Рыцарь Вайс… я всё ещё считаю, что стоит обратиться к учёным Братства. МакКриди даже не заметил Данса. Он выглядит как стоящий в углу предмет мебели. Без своей силовой брони он куда меньше, чем ожидал МакКриди. Ну, он все ещё выше МакКриди — того же роста, что и Ник, с бочкообразной грудью, крупными руками и плечами. Фланелевая рубашка, которая на нём надета, слегка натянута в пуговицах. Но Вайс на несколько дюймов выше. В броне Данс выглядел неуязвимым. Без неё — просто человечным. — Данс, я говорил тебе, — говорит Вайс мягким голосом. — Братство ломанётся туда с пушками наперевес, как только узнает. — Он переступает босыми ногами. МакКриди пытается взглянуть ему в глаза, чтобы понять, под кайфом ли он. Рано утром? Возможно, нет. Или, может быть, Данс по крайней мере в этом смысле оказывает на него хорошее влияние. Но МакКриди никогда не будет ему доверять. Никогда не будет доверять никому из Братства. Не после того, что видел и того, что он знает. Они убили бы того парня из Убежища 101, если бы им понадобилось. Они уничтожат всех в Содружестве. — Мой сын там, Данс. Я должен его вернуть. — Вайс отступает от Ника и идёт к Дансу, пытаясь выманить его из угла в центр комнаты. Он берёт обе руки Данса в свои, поглаживая ладони большим пальцами. Данс пытается отдернуть их, но потом прекращает, позволяя Вайсу беспокойные движения. — Подумай об этом, серьёзно, подумай. Ему будет грозить опасность, если Братство доберётся до Института первым. Данс ворчит в ответ, но кажется почти умиротворённым. — Мы можем помочь тебе, — просит он. — Ты можешь помочь, — поправляет Вайс. Пайпер выходи из ванной, полностью одетая и с сухими волосами. Вайсу, вероятно, следует отправиться на поиски одежды, если только он не собирается идти в Добрососедство голым. Насколько МакКриди известно, нет. — Что между вами двумя происходит? — прищуривается Пайпер. Сначала Маккриди думает, что она говорит про Вайса и Данса. Но нет. Она смотрит на него, потом на Ника, потом опять на него. — Что ты имеешь в виду? — отвечает Ник, но его широкая улыбка выдаёт всё. МакКриди хочет провалиться под половицы. Не потому что ему стыдно. Нет. Просто он не думал, что они настолько очевидны. Они ведь просто стоят. Даже не особенно близко друг к другу. Пайпер кладёт руку на бедро. — Ты ничего от меня не скроешь, де-те-ктив! — Она улыбается. — Тебе не кажется, что он слегка... — Не произноси этого, Пайпер, — предупреждает Ник. Но МакКриди не вполне уверен, что такого собиралась сказать Пайпер, что не хотел услышать Ник. Она постукивает пальцем по нижней губе. — Знаешь что, не бери в голову. Повеселитесь, мальчики. — Хлопнув МакКриди по плечу, она оставляет эту тему. Не думая, МакКриди приподнимает воротник, чтобы закрыть лицо. Если Пайпер знает, она точно скажет Вайсу. Забудьте о Пайпер — Ник тоже обязательно расскажет Вайсу. — Хорошо, хорошо, тогда мы будем ждать. Пока ты не найдёшь своего сына. Но помни, мы можем помочь увести его, у нас есть ресурсы, — заканчивает Данс. Вайс ему просто так не позволит. — Ты можешь помочь. — По крайней мере, он не переметнулся на сторону Братства. — Хорошо! — Вайс хлопает в ладоши. К счастью, полотенце не слетает у него с талии. — Тогда в Добрососедство! — Тебе нужны штаны, Вайс, — вздыхает Ник. *** Добрососедство никогда не станет для МакКриди домом, пусть здесь он и провёл больше всего времени с момента прихода в Содружество. Небольшая ферма в Столичной пустоши? Тоже не дом. Однажды, десять лет назад, когда появился парень из сто первого, он улыбнулся МакКриди и сказал, что они не так уж и отличаются. Он откинул упавшие на солнцезащитные очки светлые волосы и сказал, что они оба — дети подземелья. Верхний мир всегда будет казаться им странным. МакКриди сказал ему заткнуться и закончить начатое, раз это так чертовски важно. Только покинув Литл-Лэмплайт, МакКриди начал понимать, что он имел в виду. Мэр Хэнкок замечает Вайса со своего балкона и машет руками, чтобы привлечь его внимание. Вайс с огромным энтузиазмом машет в ответ. Конечно, они знают друг друга, само собой. МакКриди быстро научился не удивляться действиям Вайса или его знакомствам. Рядом с ним Пайпер закатывает глаза. — О, начинается. Вайс явно полон решимости дождаться, пока Хэнкок спустится. Они с Ником курят, пока МакКриди, Пайпер и Данс просто ждут. — Обязательно было опять залезать в свой тостер? — она тычет его пальцем в грудь — предел, куда она может достать, не вытягиваясь слишком сильно. Данс хмурится. — Мы должны были идти через враждебную, неукрепленную часть городских развалин, чтобы добраться до Добрососедства, которое в свою очередь наполнено людьми с дурной репутацией и сомнительными пристрастиями. — Да, но с бронёй они вероятно будут относится к тебе с большим подозрением, чем без неё. — замечает Пайпер. — Тебе, вероятно, стоило выйти из неё возле ворот. — Нет. — Отрезает Данс. Выскочивший из-за двери Хэнкок направляется прямиком к Вайсу и Нику, хлопая каждого из них по плечу. Широко улыбаясь он спрашивает, что их привело. МакКриди обращает внимание на Данса. — Вайсу следует быть осторожнее… — Что? — спрашивает МакКриди. Он не собирается позволять ошибочной идеологии Данса испортить Пайпер всё веселье. — С Хэнкоком? Столпом добрососедского общества? Порядочным гулем и наркоманом? Серьёзно, чувак сделал для Содружества больше, чем Братство сможет сделать за сто лет оккупации. — Мне трудно в это поверить. В Столичной… — Мне всё известно о Столице, тостер. Мгновение Данс просто смотрит на него. МакКриди смотрит в ответ. Он до сих пор не думает, что Данс получит его одобрение, где бы они не находились. — Ладно, пошли, — объявляет Вайс. Хэнкок, похоже, уже вернулся к себе. Данс, отказавшись идти рядом с МакКриди и Пайпер, ускоряет шаг, чтобы нагнать Вайса. Его броня издаёт ужасный звук шипения гидравлики. — Как думаешь, почему он здесь? — спрашивает МакКриди у Пайпер. — Потому же, что и ты, — она закрывает лицо рукой. — У Вайса слабость к сбившимся с пути. Особенно если они симпатичные. МакКриди легко толкает её в плечо. В ответ она смеётся. У Пайпер есть сестра, она должна знать, что это вроде как любящий жест. — Есть много наёмников со слезливой историей, куда более симпатичных, чем я. Она прислоняет к губам указательный палец. — Да, верно. И всё же не все паладины столь же симпатичные, как Данс. Ух! Под бронёй не заметно, какой же он говнюк. — Она делает паузу. — Нет, нет, ты определённо замечаешь. Они — та часть группы, на которую не обращают особого внимания по пути в “Дом воспоминаний”, хотя смотрят действительно много. МакКриди предполагает, что это из-за Данса, который просто не способен не выделяться. Единственные другие заметные чудаки в их компании — Вайс и Ник, и в Добрососедстве их, кажется, обожают. Как только они оказываются внутри, Вайсу удаётся уговорить Данса вылезти из брони. Он посмеивается, потому что Вайс, кажется, был более чем уверен, что выманить Данса будет просто, но МакКриди понятия не имел, насколько он удачлив. — Данс, им уже дорого содержать в сохранности дорожную одежду. Не волнуйся, никто не станет связываться с твоей бронёй. Вздохнув, Данс вылезает из неё. Он чрезвычайно тщательно закрывает её, прежде чем оставляет в покое, проведя пальцами по поверхности — может быть, проверяя на наличие новых вмятин. Можно подумать, этой штуке можно навредить. Ник уже разговаривает с темноволосой женщиной в медицинском халате. Должно быть, с доктором Амари. Ник вежливо представляет их: — Это Вишну Вайс, мы пытаемся найти его сына. Вайс крепко жмёт ей руку. — И Пейпер Райт, её вы должны знать, она известна своей репутацией. Роберт МакКриди и Данс. — Он указывает на каждого из них. — Я знаю, у нас тут вроде как большая вечеринка, но мы надеемся найти какие-то ответы и приступить к работе. Роберт, могу я взглянуть на твою сумку? Пайпер приподнимает бровь. Она уже знает, всё про них выяснила. МакКриди не понимает, почему она продолжает устраивать это шоу. МакКриди раскрывает на сумке молнию. Ник заставил его нести те штуки, что они вытащили из Келлога. Хотя раньше киберимплантаты были покрыты внутренностями, сейчас они блестят высококачественным хромом. Институт действительно неплохо вложился в парня. Жаль, что это не помогло противостоять ярости Вайса. — Мы вытащили это из Келлога, думаете, капсула сможет с этим работать? — Кибернетический стимулятор мозга? Хм… давайте спустимся вниз. — Амари вертит предмет в руках. Они вшестером спускаются по узкой лестнице в лабораторию Амари. Там еще две капсулы и много медицинского оборудования. МакКриди не знает, для чего нужна эта лаборатория. Он действительно не хочет знать. Никогда не имея свободных крышек, он не судил тех, кто садился в капсулы памяти. И для него воспоминания — не самая здоровая вещь. Он помнил много хорошего, но и плохого. И Люси... несправедливо попытаться возвратить её, пусть и не взаправду. Но он солгал бы, если бы сказал, что никогда не думал об этом. Возможно, о первом разе, когда они поцеловались, прямо перед тем как ему исполнилось шестнадцать. Он сказал, что будет ждать её. Что возвратится ко входу в пещеру в её шестнадцатый день рождения. В итоге она ушла вместе с ним: в уголках ее глаз стояли слёзы, она отказалась от месяцев, что могла провести дома, если это означало уйти вместе. — Да, думаю, сработает. Но чтобы капсула распознала, ее нужно подсоединить к мозгу. Валентайн, думаю, ты подошёл бы лучше всего. Подсоединить должно быть достаточно легко… — Я это сделаю, — Ник начинает снимать плащ. — Подождите! — МакКриди ненавидит себя за то, что заговорил, потому что теперь все уставились на него. — Вы собираетесь просто... приделать часть мозга Келлога к мозгу Ника? Это сумасшествие, что, если это... если это — ну, вроде ловушки? — У меня и правда есть какое-какие догадки о последствиях, — в голосе Амари звучит веселье. — Но другой возможности доступа к данным просто нет. Иначе он не будет функционировать. — Не дадите мне минуту, док? — Ник хватает МакКриди за руку, выводя его из лаборатории обратно лестничную клетку. МакКриди чувствует себя идиотом из-за того, что вообще открыл рот, но серьёзно, никто не собирался упомянуть, что подключить частицу мозга убийцы к мозгам Ника — плохая идея? Несомненно, все в той комнате кого-то убили, но не так, как Келлог. Совсем не так. В общем и целом, они были хорошими людьми в ужасном мире. Они не были садистами. Они пытались выжить. — Роберт, думаю, тебе не нужно на это смотреть. Не хочу, чтобы ты видел меня с имплантатом Келлога. — Рука Ника лежит на его руке, спускается ниже, пока не обхватывает ладонь. — Все хорошо. Я должен сделать это, так мы можем помочь Вайсу. И если мы узнаем, как попасть в Институт, то, возможно, действительно сможем изменить Содружество к лучшему. — Конечно, — парирует МакКриди. — Но я не понимаю, почему ты должен брать на себя весь риск. Ник улыбается. — Придумай другой план. Я вижу, как шевелятся шестерёнки. — О, брось, и это говоришь мне ты? Я в буквальном смысле вижу… Ник затыкает его, коротко целуя перед тем, как отстраниться. Привычно. И МакКриди понимает: теперь они будут это делать. Держаться за руки и целоваться в прихожих, переулках и разрушенных зданиях, пока один из них не будет вынужден взять на себя непреодолимый риск. Они будут это делать. МакКриди сжимает руку Ника. — Хорошо, Ник. Я буду ждать здесь. Если буду смотреть, то не смогу соблюдать тишину. Точно знаю. — Ладно. — Он снова целует МакКриди, прежде чем вернуться в лабораторию. МакКриди сидит на лестнице, заламывая пальцы и надеясь на лучшее. Опершись подбородком о руки, он ждёт. Только несколько минут спустя дверь снова открывается, но на этот раз это Данс. — Мне они тоже сказали подождать снаружи. — Его руки безвольно висят по швам. Выставленный за дверь Данс выглядит столь кисло, что МакКриди смеётся. — Тоже пытался возразить? — Мы многого не знаем о том, как работают эти капсулы. Подключить синта — приемлемое решение. Я не мог стоять в стороне и молчать, пока рыцарю Вайсу что-то угрожает. — Ты ему и в постели так сказал? МакКриди прислоняется к стене позади него. Данс — неплохое отвлечение. Можно говорить с кем-то, а не просто беспокоиться о Нике. Данс краснеет. Затем запускает пальцы в тёмные волосы, один раз, второй. — Между нами ничего нет. МакКриди закатывает глаза. — Он заигрывает со всеми. Для него это может ничего не значить, если ты не заинтересован, то просто скажи ему. Данс явно заинтересован. — Я его наставник. Это неправильно. — Мир вообще неправилен, Данс. — Тогда, предполагаю, есть по крайней мере одна вещь, где наши мнения сходятся. Это заставляет МакКриди пожалеть, что он не держал рот на замке.