Крошка

      Арвен чувствовал себя растерянным — всё-таки Авилай вёл себя очень странно. Нет, безусловно, император не был расстроен его отказом. Когда-нибудь омега уж точно ответит взаимностью, просто нужно подождать… Вопрос в том, сколько придётся ждать. Как-никак император попросту вынудил Авилая приехать в свою страну, стать своим омегой. Тот, впрочем, был помечен, поэтому жить без Арвена просто не мог; другое дело, что пометили его без предупреждения, не то что без спроса. Это несколько удручало.              Император вздохнул, покачав головой. Нельзя было отчаиваться, а давить на Авилая — тем более; омега и правда мог тайно ненавидеть триасца, но скрывать это, чтобы сохранить мир в своём королевстве. Эта мысль не давала покоя. Арвен сознательно отказался от похода, чтобы заполучить омегу, в которого влюбился и которого считал своим. Ещё никто не заставлял его сердце биться так часто, ещё никто не застревал в его голове, никто не приносил такого удовольствия в постели, а ведь Авилай был невинен… Да, этот омега точно был рождён для него.              И всё же триасцу хотелось знать, почему Авилай вёл себя подобным образом. Дело в том, что он изучил этикет? Или он решил сдерживать свою грубость ради страны? А может, Арвен хоть немного ему нравился, и потому он пытался вести себя как омега? Может, ответ был отрицательным только потому, что он смутился?..              Нервно схватив себя за волосы, император тяжело выдохнул. Понять омег было сложнее, чем, к примеру, изучить экономические показатели и составить план, увеличивающий их на десять процентов. И всё же Арвен решил, что будет действовать мягко и осторожно, — по крайней мере, до свадьбы.              Однако государственные дела отнимали больше времени, чем он предполагал. Дело в том, что император должен был издать множество указов, прежде чем со спокойной душой обвенчаться с супругом, который также получит власть, только при дворе.              Спустя два дня с той встречи Арвен вошёл в покои Авилая. Он застал омегу сидящим за столом и что-то притом рисующим. Завидев его, солианец тут же встал и поклонился.              — Что привело Вас сюда, Ваше Величество?              Арвену это было и впрямь непривычно; вежливость омеги выбивала императора из колеи, ему даже казалось, что перед ним был совершенно другой человек. Он не мог сказать, что это было однозначно плохо, но такая покорность ему не особо нравилась — Арвен понимал, что Авилай подавляет себя.              Немного погодя он подошёл ближе. Омега сделал шаг назад, а тот — шаг вперёд, ближе, ближе...              — В-ваше... — Авилай запнулся, стоило альфе заключить его в объятия; сначала — нежно, а после — крепче и крепче. Одна ладонь лежала на его талии, а другая схватила его за волосы.              — Как же вкусно ты пахнешь... Я соскучился, поэтому пришёл. Прости, что не заходил, был очень занят перед свадьбой, — Арвен быстро проговорил это солианцу на ухо. Тот обмяк в его руках, но отвечать на объятия не торопился.              Конечно же, Авилай покраснел, словно варёный рак. Ноги подкосило, а нос сам уткнулся в крепкую грудь. Кружащий голову запах сильнее бил в голову из-за близости, которую омега, признаться честно, очень ждал. Руки, всё это время безучастно висевшие, вдруг поднялись и сжали халат на спине Арвена. Авилай к нему прижался, — просто не мог больше себя контролировать, да и совсем не хотел.              Ощутив отдачу возлюбленного, император еле заметно улыбнулся. Кажется, омега захотел его обнять, но был шокирован, а после сразился со своим внутренним «я», которому и проиграл. Значит, какие-то тёплые чувства к нему у Авилая точно были.              Арвенион отстранился первым. Он держал Авилая за плечи и смотрел в его блестящие глаза, про себя восторгаясь румянцем на его щеках. Несмотря на шрамы, его омега был самым привлекательным на планете, — так он считал.              Наклонившись, альфа коснулся губ Авилая, чуть отклонившего голову, но сразу после подавшегося вперёд, будто сдавшись. Солианец, немного помешкав, приобнял императора за шею. Получился нежный поцелуй, сильно отличавшийся от тех, что они дарили друг другу раньше.              В этот раз отпрянул Авилай, смутившись от того, что всё ему позволяет. Нет, он знал, что должен отвечать взаимностью будущему супругу, но он слишком поддавался альфе. Ладони омеги лежали на груди императора; тот смотрел на него, а сам он глядел в пол, стесняясь поднять взгляд.              Арвен взял его ладони в свои, поцеловал их. В этом его жесте чувствовалась такая нежность, что уже от неё одной сердце Авилая забилось так часто, как только могло, а кончики пальцев словно заледенели. Горло будто сдавило; омега, кажется, вообще забыл, как дышать.              — П-пожалуйста, — пробормотал он, вытягивая свои ладони из рук императора. Могло показаться, что омега напуган, но на самом деле он просто был смущён.              Арвен медленно наклонился и клюнул его в горячую щёку, заставив отойти на шаг. Альфа улыбнулся, перестав его донимать.              — Извини, не смог удержаться... Ты был слишком милым.              Авилай молчал, глядя куда-то в сторону. Третья встреча прошла не в пример лучше.              — Я н-не... кхм, я не злюсь, — сказал Авилай как можно спокойнее, но голос всё равно предательски задрожал.              Арвен усмехнулся его словам. Он действительно не выглядел разозлённым, но даже так порядком настораживал — вдруг неожиданно ударит?.. Когда омега был груб и изрыгал проклятия, альфа был готов ко всему, а сейчас как-то совсем расслабился.              — Прогуляемся по саду? Расскажешь мне о себе. Я хочу знать о тебе всё.              Авилай нахмурился, но медленно кивнул, согласившись выйти из своих покоев, к которым, в общем-то, привык. Пройдя по просторным коридорам, они свернули несколько раз налево, к стене. Солианец удивился — понятия не имел, куда они пришли. Правитель встал на носочки и нажал на один из камней; тот продвинулся вперёд, а сама стена приоткрылась, позволив им войти в тёмное помещение.              Авилай захлопал глазами, но первый пошёл в темноту, совсем его не испугавшую. Арвен же взял факел и осветил потайной коридор. Он сжал руку будущего супруга в своей, зашагав вместе с ним вперёд.              — Этот путь ведёт к моему тайному саду. Там я часто провожу время, когда хочу отдохнуть.              Они вышли к помещению с огромными окнами, залитому солнечным светом. Альфа оставил факел и, открыв деревянную дверь ключом, вышел. Омега проследовал за ним. Он увидел множество деревьев, с которых свисали спелые плоды. Пахло здесь божественно: ароматы слив, яблок, вишни и всевозможных цветов смешивались, создавая приторно-сладкий, особенный летний запах. Трава под ногами была совсем горячая от лучей, — так и хотелось скинуть обувь, пройтись босыми ногами по мягкому настилу...              — Как же красиво, — прошептал омега. Альфа всё ещё сжимал его ладонь в своей.              Арвен улыбнулся и повёл его за собой. Внутри сада деревья не росли — только кустарники с различными ягодами. Запах был уже другой, однако не менее приятный. Арвенион повторил свою просьбу; он хотел знать о нём всё.              — Мне нечего особо рассказывать. Моя жизнь обычна... Родился я в семье капитана Солиана. Он был хорошим и преданным воином, за это его повысили, назначив генералом. Моему папе и отцу пришлось переехать в столицу, хотя до этого мы жили в провинции. Папа вскоре умер от чахотки, а отец... Он принял решение не унывать. Вместе со своими друзьями они воспитывали меня, двухлетнего малыша... Ну, вот и вырастили с мечом в руке, — он почесал затылок, поджав губы. — Я дворянин по происхождению, но не умею быть нормальным омегой, который вышивает крестиком и сидит взаперти, ожидая мужа и рожая детей... Не могу представить себе такую жизнь.              Арвен вздохнул; он его, кажется, понимал.              — Обещаю, что не буду как-либо тебя ограничивать. Однако правила этикета требуют, чтобы ты более не брал меч в руки и вёл себя подобающе. Понимаю, это сложно, особенно для тебя, но надеюсь, что ты сможешь ко всему привыкнуть.              — Почему ты поступил так? — спросил омега ни с того ни с сего.              — Почему я отказался от войны и попросил короля прислать тебя?              Омега кивнул. Альфа улыбнулся.              — На самом деле я бы мог пойти туда и разрушить всё. Но ты при таких обстоятельствах мог бы умереть, а даже если нет... Если бы я тебя и получил, ты бы меня возненавидел. Да и на это ушло бы куда больше времени, чем на твоё обучение.              — Понятно...              — В общем, я не хотел, чтобы ты меня ненавидел. Поэтому поступил так.              Авилай смутился. Он продолжал идти, но теперь смотрел исключительно себе под ноги. В его животе заурчало, и они остановились.              — Голоден? Пойдём обратно, пообедаем.              Омега нервно закусил внутреннюю сторону щеки. Собственное тело показалось ему предателем. Ну почему оно решило нарушить такой важный и романтичный момент?! Тяжело выдохнув, они вскоре покинули рай — иначе о том месте и не скажешь — и отправились в столовую.              Войдя в огромное помещение, Авилай раскрыл рот: стоявший в нём деревянный стол имел метров сто в длину и как минимум три в ширину; над ним висела золотая люстра, инкрустированная самыми разными самоцветами, потолок исходился росписью, а стены явно были позолочены.              Заметив удивление омеги, Арвен улыбнулся.              — Тронный зал выглядит так же. Помещения, где должны находиться гости или важные люди, всегда богато украшены — именно это отличает империю от любого другого государства. Обладая колониями, я могу с лёгкостью пополнять казну и склады.              — Это и правда удивительная роскошь... В моём королевстве никогда не было ничего подобного.              — Ну, Солиан — очень хорошо устроенная страна... в сельскохозяйственном плане. Я намеревался сделать её колонией, чтобы пополнять склады зерном, но раз уж всё так вышло, придётся им поставлять зерно, а мне — отдавать деньги. Надеюсь, они согласятся снизить цену после нашей с тобой свадьбы.              — Король очень обрадовался, когда узнал, что войны не будет.              В комнату вошли омеги-слуги с подносами в руках. Вскоре на стол оказались выставлены тарелки с самыми разными блюдами: от обычного супа до запечённой индейки. Первым начал есть альфа, уже после к еде притронулся Авилай.              — Ну, конечно, ведь я бы победил, пусть это и было бы непросто — он взял наёмников с севера.              — Вот как...              Они прервали беседу на время еды. Общаться им становилось куда проще с каждой минутой, проведённой вместе, однако после трапезы альфе пришлось вернуться к работе. Как бы там ни было, встречей оба остались довольны.