Глава 5. Связь
2 апреля 2018 г., 09:00
Утром, когда все более или менее улеглось, гриффиндорцев отправили в гостиную. Со слов Перси, директор и деканы осмотрели все сверху донизу. Опасность миновала. К сожалению, Полная Дама отказалась возвращаться на портрет, поэтому вместо неё был поставлен сэр Кэдоган. Это рыцарь, умерший много лет назад. Он сразу же сказал пароль, и друзья зашли в гостиную.
Слава Богу, что сегодня был выходной, и ребята могли спокойно подышать воздухом. Поход в Хогсмид решили отменить, потому что на время туда запрещено приходить школьникам. Это оказалось плохой новостью, из-за которой Гарри очень сильно расстроился. Однако здесь были свои плюсы — команда Гриффиндора могла тренироваться днем на школьном стадионе. Это был первый матч в сезоне, нужно было, как следует подготовиться.
Тренировка длилась около двух часов, так что со стадиона игроки вышли…. Даже выползли. Из-за того, что Малфой поранил свою «ручку», слизеринцы отказались играть с гриффиндорцами, поэтому против Гриффиндора выступят пуффендуйцы.
— Герми, — позвал Симус. Девушка, оторвавшись от книги, повернулась к нему.
— Чего тебе?
— Ты сегодня свободна?
— Смотря для чего, — пожала плечами Гермиона.
— Поговорить с тобой хотел.
— Ну, говори, — Симус слегка покраснел, и посмотрел на друзей. Гермиона поняла, что Симус стесняется говорить при всех, но её это не остановило. Гарри, Рон и Дадли были вообще беспардонными, поэтому и говорили всё даже при преподавателях. — Сим, давай выкладывай, что у тебя…
— Ты будешь со мной встречаться?
Перо, которое в руке держал Рон, разломилось, Дадли поперхнулся тыквенным соком, а Гарри подавился собственной слюной. Что же касается Невилла, Дина и Джинни, которые сидели рядом, они так чуть с лавки не упали. Симус отважился сказать такое Гермионе? Да ещё и при всех? На лице Гермионы появилось недоуменное выражение лица, которое постепенно сменилось смехом.
— Это шутка? — рассмеялась Гермиона, хлопнув Симуса по плечу, — какой же ты мне парень? Друг и не более того. Причем тут отношения?
— Хочешь сказать, что тот, с кем ты дружишь, отношений быть не может? — ужаснулся Симус.
— Конечно, нет, — улыбнулась Гермиона, — у тебя там доклад МакГонагалл? — девушка кивнула на работу, за которой до этого сидел Финниган.
— Да, — понурил он голову, — не могу подобрать формулу.
— Давай сюда, — улыбнулась Гермиона.
Гарри прекрасно знал свою сестру и даже если удивился, то предполагал, каков ответ последует за вопросом сокурсника. Симус — хороший парень, прекрасный друг, с ним дружат все гриффиндорцы без исключения, даже Рон, но как парень для Гермионы — нет.
Дадли чуть не засмеялся во весь голос, когда увидел, как Рон облегченно выдохнул.
***
В понедельник после обеда, была Защита от Темных искусств. До этого, ещё во время трапезы, Оливер выудил Гарри из разговора с Роном, затем повел его прочь из Большого зала. До урока Люпина оставалось буквально полчаса, и Гермиона беспокоилась, зная Вуда, что он задержит брата надолго. Всё-таки выйдя из Большого зала без Гарри, троица помчалась на третий этаж. Они обожали уроки Люпина, потому что это был единственный предмет, где задают мало заданий, и большую часть материала рассматривается на уроке. Причем Люпин так доступно объясняет, что ему все буквально в рот заглядывают.POV Гермиона
Я повернула часы на полтора часа назад, чтобы пройти Магловедение. Пришлось идти сзади, чтобы Рон и Дадли ничего не заподозрили. Хотя я более чем уверена, что они уже хватились меня, думая, где же я была и почему так резко пропала. Черт… Может всё-таки хотя бы Дадли или Гарри рассказать о маховике времени? Как-то неудобно, ну серьезно… Мне пришлось переместиться к подножию лестницы, чтобы можно было придумать годное оправдание такому резкому исчезновению, буду надеяться, что всё, наконец, обойдется. Я начала быстро подниматься по лестнице, чтобы догнать Дадли и Рона, которые буквально застыли на лестнице. Увидев меня, они удивились. — Где ты была? — раскрыл глаза от удивления, Рон. — МакГонагалл звала, — тут же ответила я, — вот и пришлось вернуться.***
Конечно, как обычно, Рон и Дадли задавали много вопросов плоть до третьего этажа, да и до самого кабинета Защиты от Темных искусств. Я уже начинала молиться, чтобы рядом оказался Симус, чтобы эти двое перестали заваливать меня надоедливыми вопросами. И вот, мои молитвы были услышаны. У самой дверь, Симус слегка пихнул Рона и приоткрыл передо мной дверь. — Спасибо, Сим, — я ласково взяла его за руку и зашла в кабинет. Когда я зашла первой в кабинет, то сразу же направилась к знакомой третьей парте второго ряда. Рядом сел Дадли, а Рон сел позади, где они обычно сидели вместе с Гарри. Слизеринцы тоже пришли, правда чуть позже. Малфой снова ныл, что у него сломана рука, и ему нельзя писать, и что Люпин обязательно разрешит ему хренью страдать. Я была уверена, что не позволит, потому что Люпин не такой, как профессор Снейп. Вскоре, рядом с Роном сел Гарри. — Где ты был? — удивились Дадли и Рон. — Оливер надоел, — буркнул Гарри, доставая учебник, — у нас ведь матч с пуффендуйцами. — Против Седрика? — удивилась я. — Слышала о нем? — Несколько раз пересекались, — сказала я, — он — один из лучших учеников школы, при этом — староста. — Круто, — согласился Дадли.Конец POV Гермиона
Дверь резко хлопнула. Все шарахнулись и быстро обернулись на шум. В кабинет стремглав зашел профессор Снейп. Одним взмахом волшебной палочки он закрыл все шторы и окна, в кабинете воцарилась тишина и мрак. Четверо друзей даже не сразу поняли, что случилось, потому что всё произошло слишком быстро. Он сел за профессорский стол и открыл журнал. — Страница триста девяносто четыре, — громко сказал Снейп. Это была страница почти последнего параграфа. Рон назло переворачивал так медленно, что Снейп не выдержал, и ему хватило взмаха палочки, чтобы страница перевернулась сама собой. Гарри и Рон испугались, но когда увидели тему — испугались ещё больше. — Мерлин… — прошептал Рон, — оборотни? — Но, сэр! — воскликнула Лаванда, — нам же ещё далеко до оборотней! — Молчать, мисс Браун! — гаркнул Снейп. Его глаза сверкали неприятными искрами, которые не понравились ученикам. Всем все-таки пришлось хоть немного изучить параграф, даже если самую малость. Под пристальным взглядом профессора мало кто мог сидеть без дела, особенно гриффиндорцы, которых Снейп просто ненавидел. Он ходил по классу, изредка отвечая на странные вопросы со стороны гриффиндорцев, а слизеринцы вообще сидели и даже не заглядывали в учебник. Дадли хотел возразить, но Гермиона отвадила его, потому что за такое у них спокойно могли забрать баллы. Тут Гарри поднял руку. — Да, мистер Поттер? — сквозь зубы спросил Снейп. — А чем отличается анимаг от оборотня? Это же оба люди, только в облике животных, — с опаской спросил Гарри. Снейп, услышав его вопрос, лишь ухмыльнулся. — Неужели нормальный вопрос, мистер Поттер, — сказал Снейп, — мистер Малфой, может быть, вы скажите, чем отличается оборотень от анимага? — Анимаг превращается в зверя по собственной воле, а оборотень лишь при полной луне, — ответил Малфой. — Десять баллов Слизерину, — похвально сказал Снейп. Рон от злости даже карандаш сломал. Гарри не успел остановить его, и он встал из-за стола. — У них ещё отличается форма носа, процесс превращения и сохранение рассудка, — сказал Рон. Все гриффиндорцы и слизеринцы удивленно посмотрели на него. Рон никогда не отличался высокими знаниями, особенно, когда дело касается теории или каких-то законов, например, законы Трансфигурации. Обычно с этим ему помогали друзья, которые быстро могли запомнить материал. Поэтому неудивительно, что все так поразились такому ответу Рона. Снейп еле сдержался, чтобы не ударить, Рона за такую дерзость, однако Гермиона, прочитав несколько строчек из учебника, поняла, что Рон ответил правильно, причем не слово в слово, а обобщил качества обоих видов животных. После ответа, Рон подождал, пока Снейп подойдет, затем терпеливо ждал, когда профессор вынесет его «приговор». — Десять баллов Гриффиндору, — сквозь зубы сказал Снейп, — садитесь, мистер Уизли. До конца урока все молчали, как партизаны. Ученики конспектировали параграф об оборотнях. Снейп ходил от парты к парте, читая записи, сделанные до этого. Конспекты четверых друзей он читал дольше всех, потому что были самыми объемными и смысловыми. За них друзья получили по пять баллов для факультета. Домашнего задания было много, даже слишком много. Нужно написать два свитка о том, как распознать и обезвредить оборотня. А ведь нужно провести целое исследование. «Вот же гад, будто этот урок у нас единственный!» — возмущалась Гермиона про себя, когда прозвенел колокол и все начали собираться. «Весь день просидеть в библиотеке…» — ныл в голове Рон. «Ещё ведь Историю магии писать…» — стонал Гарри. «И Древние руны…» — в голове у каждого из друзей мелькали примерно одинаковые мысли. Это свидетельствовало о том, что и проблемы у них общие, а это значит многое. Весь следующий остаток дня, вплоть до ужина, гриффиндорцы сидели в библиотеке. Завтра, конечно, выходные, однако это не значит, что им нужно будет расслабиться. Во-первых, завтра в двенадцать часов будет матч Гриффиндора и Пуффендуя, а во-вторых, в воскресенье ребята хотели пойти, наконец, в Хогсмид. Из-за плотного расписания, Гермиона присоединилась к брату и друзьям ближе к четырем часам вечера, а ужин был назначен на половину восьмого. Нужно было за три часа выполнить большую часть домашней работы. Между тем, нужно было самостоятельно изучить тему по Трансфигурации. Нужно было написать отчет о практике про превращение бабочки в куколку, а затем описать достоинства и недостатки заклинания «Вермикулус». — У меня сейчас рука отвалится… — откинувшись на спинку стула, сказал Рон, — я только закончил писать доклад по истории магии. — О древних волшебных палочках? — спросил Гарри, не отрываясь от пергамента. — Да, — вяло сказал Рон, — сейчас уже половина шестого. Так и умереть не долго. — Хватит ныть, Рон, — огрызнулась Гермиона, — я допишу и проверю, что ты там написал. — Может быть, ты проверишь у Симуса? — грубо ответил Рон, что заставило Гермиону оторваться от доклада по Трансфигурации. Рон редко разговаривал с ней в таком тоне, да ещё и при друзьях. — Занимайся своим докладом… — Что тебе опять не нравится? — сдерживая обиду, спросила Гермиона. — Всё не нравится! — возразил Рон, — этот недотепа везде за нами ходит. — Так это я виновата? — спросила девушка. — Да! — стукнув по столу, сказал Рон, — он ходит за тобой, а меня это раздражает! — Может быть, мне вообще не ходить с тобой? — Да, без тебя лучше! — РОН! — воскликнул Дадли. Гермиона оторвалась от доклада, собрала все необходимое, вышла из-за стола и пошла за дальний стол, за которым сидели Джинни, Дин и Симус. Рону понадобилось несколько секунд, чтобы понять свою ошибку. Гарри зло пихнул друга в ребро, тоже собрал вещи и уже хотел идти к сестре, но не успел. «Потом поговорим, — услышал он голос Гермионы, — я хочу побыть сейчас одна. Сим, Дин и Джинни не задают вопросов». Это Гарри не успокоило, но он сел на место, давая сестре возможность остыть. Рон сидел рядом, как в воду опущенный. Дадли лишь недовольно скривился, отодвинулся от друга подальше, чтобы даже взглядом не встречаться. До ужина, ребята сидели в библиотеке, затем направились в гостиную. Гермиона вышла, стремглав, из библиотеки, Рон лишь успел посмотреть ей вслед. — Или ты догонишь её, или я тебе вмажу! — сказал Гарри. Рон не стал спорить. — Заберете мои вещи! — он сорвался с места и побежал вслед за Гермионой.POV Рон
Не знаю, что нашло на меня. То, что Симус пытался как-то ухаживать за Гермионой, меня жутко взбесило. Она ведь всегда помогала только нам с Гарри и Дадли, заботилась только о нас, а когда она была рядом с Симусом…. Не знаю — это жутко бесит. Когда она ушла от нашего стола, за которым мы ВСЕГДА делали домашние задания и доклады, внутри меня что-то перевернулось. Самым мучительным стало то, что она не сидела рядом, а сидела с Дином и Симусом, с которыми может днями не общаться. Гарри сказал, что если я не побегу и не извинюсь перед Гермионой, он убьет меня. Как же это помогло мне собраться. Задерживаться было нельзя. Гермиона видимо убежала, а не ушла, потому что когда я уже вышел из кабинета, её и след простыл. Я побежал дальше по коридору, зная, что она вначале пойдет в гостиную, а затем уже на ужин. Чёрт, Рон, какой же ты болван и придурок, а…. Зачем нужно было обижать лучшую подругу, когда она даже взаимностью на ухаживания и предложение Симуса не ответила? Мне было тяжело бежать до башни, я начинал задыхаться, но медлить было нельзя. Наконец, заветный портрет, наконец, я увижу её и извинюсь. Не могу чувствовать вину, тем более перед ней… — Крибле-крабле бум! — громко сказал я. Сэр Кэдоган открыл мне проход и я забежал внутрь, захлопнув портрет за собой. Оказавшись в гостиной, я побежал на верхний этаж, где напротив нашей двери был вход в спальню девочек, но как только я перешагнул три ступеньки, лестница превратилась в дорожку, и я полетел вниз к подножию. Больно стукнувшись спиной об перила небольшого балкончика, я потер ушибленное место. Да, Рон, ты — победитель по жизни. Дверь в комнату девочек открывается и в рубашке без мантии и жилета, выходит Гермиона. В руках она держит учебник по Трансфигурации. У неё же не было обычной улыбки, а я так привык к ней…. Через боль я быстро встал на ноги и перегородил Гермионе дорогу. Она явно не ожидала, что я буду ждать её здесь. — Постой, Гермиона! — сказал я решительно. От шока, Гермиона выронила учебник на пол, а я поспешил поднять его. Увидев, что она читала, я удивился, — ты же выучила это заклинание, зачем… — Отдай! — она вырвала книгу из моих рук и начала спускаться в общую гостиную — я за ней. — Ну, подожди же! — не унимался я, и попытался схватить подругу за руку, но Гермиона быстро вырвала её. — Ты уже все мне сказал, ещё что-то хочешь добавить?! — возмутилась Гермиона, повернувшись ко мне, когда мы уже стояли в гостиной. — Тебе показалось мало? — Вовсе нет! — ответил я. — Я пришел, чтобы извинится! — Это лишнее! — грубо ответила Гермиона. — Я сыта твоей спесью сполна! Конечно, с Гермионой я ссорился чаще остальных. Мы могли поссориться даже из-за какой-то мелочи, но обычно это быстро забывалось. Сегодня я сказал лишнее, причем очень обидные слова, и если Гермиона меня не простит, я не знаю, что буду делать. Когда Гермиона хотела уйти, я схватил её за руку и нежно сжал её, чтобы Гермиона не могла вырваться. Это остановило её. Я ждал, что она оттолкнет меня, будет биться, кричать и даже даст мне между ног, но нет, она стояла смирно. Затем до меня донеслись её всхлипы. Мерлин, она же плачет! — Мне было больно… — прошептала она. Мне больно слышать такой голос Гермионы, ведь она так редко разговаривает, разве что, если её обидели слизеринцы. Гермиона вырывает свою руку и поворачивается ко мне. — Ты же мой лучший друг…! — Герми, я… — И сказал мне такие слова! — Я знаю… — Нет, не знаешь! — голос Гермионы дрожал. Даже когда она кричит, особенно в этот момент, я слышу грусть и горечь в её голосе, и от этого чувствую себя очень паршиво. — Если бы знал, то не стал бы говорить такие гадости…! — Прости меня! — я крикнул так, чтобы она меня услышала, затем крепко обнял. Она дрожала и дрожит сейчас. — Я не могу не разговаривать с тобой, Герми! Прости меня, пожалуйста! — она обнимает меня в ответ. Мне становится легче, понимая, что она прощает меня, ведь если бы злилась, то оттолкнула. — Мы не помешали? Со скоростью света мы отпрянули друг от друга. На пороге гостиной стояли Гарри, Дадли, Джинни, Дин и Симус. У них на лице было написано, что стоят они достаточно долго, в руках все держали учебники и сумки, а Гарри с Дадли, увидев такую картину, сразу же прыснули со смеху. Я залился краской, потому что они меня заставили помириться с Гермионой таким вот образом, а это отнюдь не «раз плюнуть».Конец POV Рон
***
Утром Гарри проснулся рано. Его разбудил стук в окно, на удивление, это была не Букля, а сильный ливень. Выглянув в окно, парень был в ужасе. Ливень был очень сильный, шел прямо стеной, как в такую погоду можно играть? Да его же с метлы просто снесет. Жаль, что в такую погоду не станут отменять матч. Вскоре к Гарри присоединились друзья. — Выше нос! — хлопнул его по плечу Дадли, — дождь не такой уж… — и тут послышался звук грома, а затем и молнии, — …сильный. — Гарри, ты и раньше летал в такую погоду, — попыталась успокоить брата Гермиона. — Тогда был туман, — буркнул Гарри, — а в этот раз — гром, гроза, да еще и сильный ливень. — Гермиона закатила глаза, взяла брата за руку и посмотрела на него. — Герми, не пытайся меня успокоить… — Я знаю, что мне этого не удастся, — улыбнулась девушка, — я хотела спросить — тот амулет, что я подарила тебе… Он у тебя? — Гарри отодвинул слегка ворот рубашки, и Гермиона увидела цепочку, на которой висел тот самый подарок. — Ты же знаешь, что я никогда не снимаю его, — сказал недовольно Гарри. — Пока ты носишь этот амулет, я всегда буду рядом, — перебила его Гермиона, крепко сжав руку, — и не только я, Дадли и Рон, все гриффиндорцы. Наши сердца бьются в унисон, когда ты на поле. Мы тебя поддержим! Помни, что амулет — это твоя защита.***
Слова сестры подбодрили Гарри, так что он, хоть и с некой тревожностью, но отправился с командой на поле. Гриффиндорцы с другими студентами и преподавателями, поспешили на стадион, чтобы поддержать свою сборную команду. Переодевшись в алую гриффиндорскую форму, команда ждала от Вуда обычного напутствия, он начал было говорить, в горле у него булькнуло, он покачал головой и взмахом руки пригласил команду на поле. Ветер был очень сильный, а крики болельщиков еле были слышны из-за раската грома и молний. Очки Гарри заливало дождем. На противоположной стороне поля появились канареечно-желтые пуффендуйцы. Капитаны обменялись рукопожатием. Диггори дружелюбно улыбнулся, а Вуд только кивнул, словно у него свело челюсть. Гарри волновался, так как он впервые сталкивается с Диггори, как с ловцом, так как год назад в их команде был другой ловец. Игра была напряженной. Болельщики были одеты в дождевики, которые хоть немного могли спасти их от проливного дождя. Игроки летали по полю, забивая голы или пытаясь найти снитч в воздухе. Труднее было Гарри, так как очки намокли, и он практически ничего не видел. Оставалось надеяться лишь наудачу. Гермиона выкрикивала имя брата, пытаясь его подбодрить. Вдруг, девушка почувствовала резкую слабость и дрожь в коленях. Она чуть не упала от такого резкого скачка. — Всё хорошо? — воскликнул Рон, подхватив подругу. Гермиона покачала головой, решив не лгать ему, потому что ей было действительно плохо, холод пробирает до костей. Ветер дул с той же силой, но беззвучно, словно звук кто-то выключил. Знакомая леденящая волна ужаса захлестнула его и пронзила насквозь: внизу по полю что–то двигалось, … Гермиона посмотрела на поле и ужаснулась. Около сотни дементоров устремили к Гарри задранные вверх, скрытые капюшонами головы. Она была готова спрыгнуть с трибуны и побежать к брату, спасти его…. Но слабость одолела её. В ушах было шумно, Гермиона ничего не слышала. Грудь у Гарри словно охватило ледяным обручем. И он снова услышал, … кто–то кричит… голос женщины… «Только не мои малыши, пожалуйста, не надо!» «Отойди прочь, глупая девчонка… Прочь…» «Пожалуйста, только не они… Убейте лучше меня, меня…» Гарри оцепенел, белый туман клубился перед глазами… Что он делает? Куда летит? Он должен помочь… ее убьют, ее… Гарри падал все ниже, ниже сквозь ледяной туман. Сквозь пелену воды и страха он чувствовал страх, который ощущала сестра в тот момент. Они ведь связаны, так что реакция на дементоров одинаковая. «Пожалуйста, только не Гарри, пощадите…» Плач женщины бил по вискам, становилось холодно и страшно. Гермиона кричала, закрывая уши, чтобы заглушить крик своей матери, чей голос слышала, пыталась… Но не получалось…***
Гарри открыл глаза, и увидел, что лежит в больничном крыле, вокруг его команда, все с головы до ног в грязи. Рядом стояли некоторые гриффиндорцы: Джинни, Дин, Симус, Дадли и Рон. Он потер глаза, чтобы увидеть их четче, и внезапно осознал, что среди них нет сестры. Еле поднявшись на локтях, он начал осматриваться по сторонам. — Она здесь, — положив руку ему на плечо, сказал Вуд. Взглядом он указал на кушетку рядом с Гарри. На ней, без сознания и уже переодетая в магловскую одежду, лежала Гермиона. Она была бледная, да такая, будто мертвая. Гарри, пытаясь убедиться, что сестра цела и невредима, спустился с кровати и присел на колени рядом с кроватью Гермионы. Он нежно взял её за руку. — Гарри, — сказал Рон, — она чувствовала то же самое, что и ты… — в груди Гарри всё сжалось. Раньше он благодарил Бога за эту связь, что они с сестрой могут слышать и чувствовать друг друга. Но когда его эмоции переходят к Гермионе, да ещё и с таким результатом… — Я знаю, — прошептал Гарри, — что произошло? Единственное, что я помню — дементоры. — Они каким-то образом пробрались на поле, — сказал недовольно Дадли, — Дамблдор был в ярости и выгнал их. Больше они не подойдут близко к замку и Хогсмиду. — Ты помнишь, как падал? — спросил Вуд. — Я помню это, но не помню, что было дальше… — Ты упал с двадцати метров, в последний момент вмешались Снейп и МакГонагалл, они спасли тебя, — сказал Рон. — А что матч? — внезапно спросил Гарри. — Будем переигрывать? — Все молчали. — Мы что, проиграли пуффендуйцам? — Диггори поймал снитч, — сказал Вуд томно. — Сразу после того, как ты упал. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел тебя на земле. Он тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но все было честно. Гарри мрачно кивнул и повернулся к сестре, лицо которой уже приобретало прежний оттенок. Парень поцеловал её руку. В голове было множество мыслей, которыми бы он хотел поделиться с сестрой: что на поле делали дементоры? Откуда их связь? И что вообще происходит? Но Гарри был уверен, что Гермиона и без того слышит в голове эти вопросы. Гарри положил голову на простынь, начиная молиться, чтобы Гермиона очнулась, и его молитвы были услышаны. Рука сестры сжала пальцы Гарри. Парень взметнул голову и увидел такие родные изумрудные глаза. — Мы узнаем ответ, братишка… — прошептала Гермиона. Команда радовалась, что девушка, наконец, очнулась живой и здоровой. Гарри ещё раз поцеловал её руку от счастья. Гермиона дернула указательным пальцем амулет, — …жаль, что он не спас тебя… — Спас, — прошептал Гарри, — он спас нас обоих. Мы ведь живы! Пока команда и гриффиндорцы разговаривали, в дальнем углу крыла, что-то зашевелилось. Это что-то не хотело, чтобы его заметили. Единственное, что можно было увидеть — это яркие серые глаза. Они с жалостью смотрели на двойняшек, которые выглядели здоровыми и готовыми ко всему, с чем им придется столкнуться. «Вы вместе… — подумало существо, — а это главное…» — и исчезло.
