Нелюди. Часть I - Связь

Написать Холмсу сообщение оказалось сложнее, чем Грег себе представлял. Первая заминка случилась уже на обращении. Называть его по имени было неловко, по фамилии — грубо, а прибавить к фамилии вежливое «мистер»… Для этого, кажется, уже слегка поздновато. Как обращаться к тому, кто перестал попадать под определение «деловой контакт», но не перешел в разряд «личные отношения»? Супруги поневоле, каждому из которых этот брак принес больше вреда, чем пользы. Не друзья — даже не приятели. И не любовники, несмотря на проведенную вместе ночь. После долгих колебаний Лестрейд решил обойтись вообще без обращений и начал СМС просто с приветствия: «Здравствуй. Я заставил Шерлока дать мне твой номер в обмен на обещание, что не буду больше пытаться встретиться с тобой лично. Просто хотел сказать спасибо за досье на ту банду…» Дальше опять произошел затык. Спрашивать о самочувствии, точно зная, что лучше оно не становится — и не станет, показалось донельзя фальшивым. Грег написал: «Я беспокоюсь о тебе» — и тут же стер. Та же участь постигла слова «Береги себя». Все это даже в его собственных глазах изрядно отдавало жалостью. Совершенно недопустимой по отношению к Холмсу, особенно с тех пор, как Грег догадался о его... симпатии. Бог ты мой… Если Лестрейду чего-то и не хватало для того, чтобы окончательно поехать крышей, то именно этого. Знания, что он невольно сделал кого-то несчастным — и не в его силах хоть что-нибудь исправить. Некоторые, может, и умеют оставаться к чужим чувствам равнодушными, если в них не заинтересованы. Наверное, все это могло бы вызвать у Грега раздражение или неприязнь, но Холмс никогда не пытался хоть как-то себя навязать. Не преследовал, не старался добиться взаимности. Напротив, он сделал все, чтобы Лестрейд вообще не узнал. Тот так и жил бы в неведении, не случись вся эта дикая ситуация. И даже сейчас Майкрофт не просто не просит ничего взамен, наоборот, отказывается принять хоть что-то. Хотя бы такую мелочь, как беспокойство и поддержка. Чужая любовь… обязывает. Тем более, если она такая: ненавязчивая и бескорыстная. Ее просто не получается игнорировать. Но и унижать жалостью нельзя ни в коем случае! Тяжело вздохнув, Грег перечитал недописанное сообщение и поспешно набрал, не давая себе времени передумать: «Если я могу сделать для тебя хоть что-то, просто скажи. Я буду рад помочь — чем угодно. Г.Л.». Отправив СМС, он весь вечер не выпускал телефон из рук. Даже в туалет пошел с ним, а когда принимал душ перед сном, то запихнул в непромокаемый пакет для улик и положил на полочку в кабинке. Ложась спать, Лестрейд так и сжимал аппарат в ладони, а проснувшись, первым делом полез проверять сообщения. Холмс не ответил. *** Предсказание Шерлока сбылось больше, чем полностью. Арест банды, которая много лет фигурировала в полицейских отчетах по всей Европе под неофициальным названием «Похитители бриллиантов», вызвал огромный ажиотаж. Всему отделу вынесли благодарность с занесением в личное дело, выписали солидные премии, а Грег удостоился крепкого рукопожатия лично от комиссара и в придачу обещания, что в первом же приказе на повышение будет фигурировать его фамилия. От последнего Лестрейд поспешно открестился, заявив, что в его жизни бумажной работы и так достаточно, потому он категорически не желает отказываться от оперативной. Так что спасибо, конечно, но лучше оставить все как есть. В конце рабочего дня вся команда отправилась в паб: отмечать свалившиеся на их голову милости. К огорчению Грега, за ними увязалась Триш, которая висла на локте «жениха» и сияла так, словно лично арестовала опасных международных преступников. Лестрейд прилагал немалые усилия, чтобы удержаться от раздраженной гримасы, весь вечер задавая себе вопрос: что же ему так нравилось в ней раньше? Примитивная, как медуза... насколько Грег помнил, только они могут прекрасно обходиться без мозга. Да еще и настолько зацикленная на себе любимой, что сводит зубы. Правда, красивая… не женщина, а блестящая елочная игрушка, внутри которой нет ничего, кроме пустоты. С каждым выпитым бокалом настроение все больше портилось. Не в последнюю очередь потому, что телефон, который Грег положил рядом с собой на столе и на который украдкой бросал взгляды каждую минуту, по-прежнему упорно молчал. — Грег, я думаю, что тебе на сегодня хватит! — Патрише надоело, что Лестрейд уделяет ей так мало внимания, и она попыталась привлечь его к себе, попросту отобрав очередную порцию выпивки. — Иначе завтра у тебя будет похмелье. Салли закатила глаза, Андерсон откровенно заржал. Грег, не говоря ни слова, сделал знак официанту, прося повторить, а потом очень сухо произнес: — А я думаю, что тебе пора домой. И вообще, мы здесь собрались выпить только своей командой. Разве ты видишь, что кто-то притащил с собой жену, девушку или парня? Нет? Тогда зачем же поставила меня в неловкое положение, увязавшись с нами? Триш изумленно захлопала длиннющими ресницами, а потом ее глаза наполнились слезами. Театрально заломив руки, она вскочила, едва не опрокинув стул, и кинулась вон из паба. Лестрейд отстраненно подумал, что раньше помчался бы догонять, а потом весь вечер каялся, выслушивая упреки и жалобы. Сейчас же он просто принял из рук официанта стакан, залпом проглотил виски, даже не почувствовав вкуса, и поднял глаза на примолкшую команду. — Прошу прощения за это, — ровным голосом проговорил Грег. — Мне следовало сразу запретить ей идти с нами. — Зря ты так, шеф… — Фил скорчил гримасу. — Не то чтобы кто-то здесь тебя осуждал или считал, что ты неправ… но сам же потом пожалеешь. Триш ведь с характером, простым «извини» не удовольствуется. На коленях ползать заставит, вымаливая прощение. — Кто сказал, что оно мне нужно? — Вообще-то шеф все верно сказал, — вмешался Грегсон, один из сержантов. — Команда — это команда. Личная жизнь — штука прекрасная, но у каждого она своя. А работа, опасность, риск умереть каждый день — в том числе и прикрыв кого-то из товарищей — это у нас у всех общее. Мы друг другу тоже как семья. У нас есть внутренние шутки и темы для разговоров, понятные только нам, общие воспоминания, не всегда хорошие. И общие кошмары, с которыми мы не пойдем к жене или мужу — только друг к другу. — Отлично сказал, — усмехнулась Салли. — За это и выпьем. Она улыбалась, однако взгляд ее, обращенный на Лестрейда, был очень задумчивым. *** Грег пришел домой только к полуночи, изрядно пьяным и мрачным, как туча. Алкоголь и общество коллег обычно помогали ему расслабиться и почувствовать себя лучше — особенно, если повод для посиделок был таким позитивным, как сегодня. Но в этот раз все было по-другому. За вечер ему пришло не менее двух десятков сообщений — в основном от парней из других отделов, которые от души поздравляли с успехом. И ни одного слова от того, от кого он действительно ждал. Он хватал телефон после каждого сигнала о входящем СМС — и разочарованно откладывал в сторону. В конце концов, Салли не выдержала и спросила: — Ожидаешь послания от кого-то? От Триш? Да не огорчайся так, шеф. Попсихует и успокоится, как всегда. — От Шерлока, — соврал Лестрейд. — Он обещал кое-что для меня разузнать. — Наш инспектор даже в пабе не может не думать о работе! — пьяно хохотнул один из констеблей. — Вот поэтому он DCI, а ты так и будешь всю жизнь на побегушках, — назидательно проговорил Фил, после чего беззлобно пихнул начальство в плечо. — Да успокойся ты! Что, Холмса плохо знаешь? Он снисходит до простых смертных, вроде нас, только когда считает нужным. — Точно, — от души согласился Грег. — Но как же меня это бесит… Бесит, да. Вот правильное слово! В затуманенный алкоголем разум Лестрейда даже не пришла мысль, что уже довольно поздно. Или что злиться на Майкрофта за молчание он, вообще-то, не имеет права. В голове билось только одно: да что он о себе возомнил? Видеть не хочет — ладно. Но хоть написать-то мог бы, от этого ведь корона с головы не упадет. Он схватил телефон и, на сей раз уже не парясь насчет формулировок, написал: «Майкрофт, ты или редкая скотина, или считаешь скотиной меня. Я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но почему и ты не хочешь понять, что мне, вообще-то, тоже хреново? Или осознать, что я схожу с ума от беспокойства за тебя? Неужто трудно написать хоть слово? Г.Л.». Нажав клавишу «Отправить», он зажмурился и задержал дыхание. Голова кружилась от выпитого, а панические мысли «Я совсем рехнулся!» и «Как же я завтра об этом пожалею!» по очереди сменяли одна другую. Телефон, все еще зажатый в руке, вдруг звякнул, принимая сообщение. «Не беспокойся, Грегори, все в полном порядке. Спокойной ночи. М.Х.». Лестрейд перечитал эти два предложения пять раз, прежде чем до него дошло, что он невольно задержал дыхание, а руки дрожат вовсе не от алкоголя. — И тебе спокойной ночи, — пробормотал он, понимая, что писать еще раз точно не стоит. Укладываясь спать, Грег даже не осознавал, что улыбается как сумасшедший и что так и не выпустил телефон из рук. *** На другой день лица коллег радовали шефа всеми оттенками бледно-зеленого. — Ох-х-х, — бормотала Салли, одной рукой держась за голову, а второй — которая довольно сильно тряслась — пытаясь поднести ко рту стаканчик с кофе из автомата. — И на фига ж мы вчера столько пили… — Вот сейчас зайдет кто из начальства, и обещанной премии мы не увидим, — согласился Фил, прижимая ко лбу запотевшую бутылку с водой, выуженную из холодильника. — Примите что-нибудь от похмелья, страдальцы, — Лестрейд понимающе усмехнулся. — Как полегчает немного, бегом в архив — подальше от начальства. И подготовьте мне дела, слушание которых состоится в ближайшие пару недель. Я хочу еще раз все проверить и освежить в памяти детали. В случае чего — прикрою, — он хитро подмигнул. — В конце концов, возня с документами и уликами — дело долгое, надо же внимательно, чтобы ничего никуда не затерялось… Так что можете даже вздремнуть там где-нибудь в уголочке. — Шеф, — с чувством произнесла Салли. — Я тебя люблю. Ты — лучший. — Знаю, — Лестрейд наградил их еще одной усмешкой. — Вон с глаз моих, алкоголики. — А ты сам-то чего такой бодрый? — Андерсон отставил бутылку в сторону и посмотрел на него мутным взглядом. — Пил вчера вроде больше всех. — Толерантность к алкоголю, видимо. — Да ладно! — Фил скривился. — А то я тебя первый год знаю… Раньше после подобных посиделок тоже всегда по утрам маялся. Грег лишь равнодушно пожал плечами. «Похмелье тебе больше не грозит, — вспомнил он. И болезненно сморщился, когда следом за этими словами в памяти всплыли другие: — Считай это прощальным подарком от Майкрофта». «Да на что мне эти сверхспособности? — с тоской подумал Лестрейд. — Лучше бы их не было. Лучше бы вообще ничего не было! Я скорее соглашусь на самое тяжелое похмелье каждый день, чем на его смерть!» Человеколюбие, как это обычно бывает, вышло Грегу боком. Разогнав всех подчиненных с поручениями в разные тихие места, где они не будут особо отсвечивать, он сам весь день крутился как белка в колесе. Мелкие рутинные обязанности, которые в отделе обычно выполнялись теми, кто рангом пониже, захватили его настолько, что он даже не заметил, как прошел день. Лестрейд как раз возвращался из лаборатории, куда мотался за результатами экспертизы, когда заметил, что дверь его кабинета приоткрыта. Триш, хмуря брови, листала сообщения в телефоне, который Грег, убегая, забыл на столе. «Черт, надо было пароль сменить!» — раздраженно подумал он. Лестрейд сообщил ей пароль в самом начале отношений, когда был влюблен до безумия. Ее заявление: «Между любящими людьми не должно быть секретов!» — показалось ему тогда невозможно милым. В конце концов, и правда, какие тайны могут быть у него в мобильнике? Рабочая переписка да оскорбления от Шерлока — пусть читает, если ей кажется романтичным знать друг о друге все. Зато теперь он думал совершенно иначе. Потому довольно грубо вырвал телефон из рук Триш и сухо спросил: — Что это значит? Вместо того чтобы смутиться, она сама пошла в атаку. — У тебя роман с этой бесцветной мышью, да? — Патриша выглядела ужасно злой. — Я так и знала, что нашел себе кого-то! — С какой «мышью», что ты несешь? — Грег даже растерялся. — Нет у меня никаких романов. — С этой, из морга! — Триш в ярости сжала кулаки. — Молли Хупер! — Ты в своем уме? — Не отпирайся! Я видела у тебя сообщение от М.Х.! — она даже покраснела от злости. — Это точно она, я уверена! И пишет тебе так поздно, словно знает, что ты не спишь и думаешь о ней. Беспокоишься о ней! Спокойной ночи желает! — Молли? — Лестрейд нервно засмеялся. — Да брось! Она же, кроме Шерлока, никого не замечает, это всем известно. — И кто же тогда она, эта М.Х.? Ну давай, скажи! — Триш поджала губы, всем своим видом демонстрируя, что оскорблена в лучших чувствах. Грег первым делом облегченно выдохнул, понимая, что она не успела добраться до папки с исходящими сообщениями, иначе не думала бы, что он переписывался с женщиной. Но сказать Триш правду… почему-то он просто не мог произнести при ней имя Майкрофта. А потому ляпнул первое, что в голову пришло: — Марта Хадсон. Она — домовладелица Шерлока. Этот гений снова на наркоту подсел, вот я и попросил проверить, все ли с ним в порядке. Она ответила, что не стоит беспокоиться. — И она тебя по имени называет? — Патриша подозрительно сощурила глаза. — Не «инспектор», а «Грегори»? — Да, и не только по имени. Иногда еще всякими ласковыми прозвищами, — Лестрейд фыркнул, вспомнив, как миссис Хадсон настойчиво пододвигала к нему блюдо с домашним печеньем, приговаривая: «Возьми еще одно, дорогой. Шерлок, противный мальчишка, все равно откажется!» — А что такого? Мы с ней уже почти семь лет знакомы, я ведь к Шерлоку часто прихожу. Даже Рождество как-то с ними отмечал. — Она красивая? В ответ на этот вопрос Грег закатил глаза. — Чудо, а не женщина! — нарочито мечтательно произнес он. — А какая у нее выпечка вкусная… И она меня все время угощает, даже с собой часто дает… Он дождался, пока на лице Триш снова появится возмущенное выражение, а потом мстительно добавил: — Будь я лет на двадцать пять постарше, точно не устоял бы! — Так она что, старуха? — между бровей Патриши появилась складка. — Совсем старая? — Миссис Хадсон — почтенная пожилая вдова, — на этот раз Лестрейд даже не пытался скрывать раздражение. — И прекрати выдумывать всякие глупости! Никаких «других женщин» у меня нет. — Но как же мне не беспокоиться, если ты так себя ведёшь? — она снова скорчила обиженную гримаску. — Меня уже даже перестали спрашивать, когда мы поженимся. А в Ярде по углам шепчутся, что ты меня совсем бросил. Грег молчал, не собираясь опровергать ее слова, — чего она, несомненно, ожидала. Тогда Триш, очевидно, решила сделать «контрольный выстрел»: — Меня Диммок сегодня на свидание приглашал. Настойчиво так, как будто я свободна! Но я отказалась. — И зря, — ровным голосом попенял ей Лестрейд. — Надо было пойти. — Ты нарочно это говоришь, да? — Патриша снова надулась. — Но я же пошутила! Мне нет дела до Диммока, я бы лучше сходила куда-нибудь с тобой. — У меня полно работы, — Грег обвел широким жестом заваленный бумагами стол. — Работа для тебя важнее, чем я? — Боже, дай мне сил! — он снова закатил глаза. — Триш, ты же и сама служишь в Скотланд-Ярде! Должна бы понимать, насколько важно то, что я делаю. Мне казалось, на этот счет у нас разногласий нет. — Тогда я и правда соглашусь сходить на свидание с другим! — она выкрикнула эти слова с нескрываемой злостью. — И мне все равно, что тебя будут считать рогоносцем! Ты еще приползешь и будешь умолять тебя простить! С этими словами она вылетела из кабинета и громко хлопнула дверью. — Уж точно нет, — мрачно усмехнулся Лестрейд. — От баб одни проблемы, да? — в дверь заглянул Андерсон. Выглядел он, надо сказать, куда лучше, чем утром. Но выражение его лица было мрачным. — Триш так орала, что даже в коридоре было слышно. — Это — наименьшая из моих проблем, — хмуро сознался Грег. — А с тобой что? Опять с Салли сцепился? — Шеф, ну ты же ее знаешь, — Фил болезненно скривился. — У неё очередное обострение. Снова начала спрашивать, собираюсь ли я разводиться. — Сам виноват, — Лестрейд пожал плечами. — Сколько раз я тебе говорил: давно пора выбрать, а не бегать от одной женщины к другой. — Как будто это возможно! — Андерсон закатил глаза. — Ты представляешь себе Салли в роли жены? Она классная, я ее люблю! Она же… «свой парень», с ней можно обсудить любые проблемы и не бояться, что придёт в шок или рухнет в обморок. Но жена из неё… Полицейский оперативник, вся в работе, ей не до домашнего хозяйства. А я не хочу остаток жизни питаться замороженными полуфабрикатами и сдавать белье в прачечную. — Тогда прекрати морочить ей голову! — Грег поморщился. — Сколько лет уже, Фил? Шесть, семь? Я с самого начала этого не одобрял, сам знаешь. Личные отношения вредят служебным — никогда об этом не слышал? — Ой, да ладно, она успокоится, — Андерсон слегка смущённо фыркнул. — Ты же знаешь Салли, у неё работа всегда на первом месте. Он потоптался и спросил: — Что тебя мучает, шеф? Уже все заметили, что ты сам не свой… думают, дело в Триш, но ведь это не так? — Не так. — Расскажешь? — Вряд ли это возможно, — Грег поморщился. — Если в двух словах: я в полной жопе, Фил. И с каждым днём все становится только хуже. — Так, дружище, мне это уже совсем не нравится, — Андерсон нахмурился. — Давай-ка свалим отсюда и посидим где-нибудь? Только без алкоголя! — Послушай, я правда… — Нет, это ты послушай! — Фил внезапно стал убийственно серьёзным. — Когда Шерлок прыгнул с крыши и я винил себя, кто меня поддержал? Я только и делал, что рыдал в твою жилетку! — Не столько рыдал, сколько искал способы сбежать от реальности, — невесело хмыкнул Лестрейд. — Придумывал разные безумные варианты, как он мог выжить. — И оказался прав! — Андерсон ухмыльнулся. — Но я помню, как меня едва от работы не отстранили, потому что все из рук валилось. И если бы не ты… Так что кем бы я был, если бы просто смотрел, как ты маешься? — Ладно, — Грег вздохнул. — Давай сходим куда-нибудь. *** Они устроились за столиком в баре. Лестрейд по привычке заказал пиво, а Андерсон, скривившись, попросил минералки. — Я понятия не имею, что могу тебе рассказать, — сознался Грег. — Даже не знаю, с чего начать. — Начни с главного: что тебя гложет? — Да тут такое… — Лестрейд тяжело вздохнул. — Скажи, что делать, когда кто-то умирает, чтобы спасти твою жизнь? — Ну, шеф, на такой работе, как наша, всякое случается, — Андерсон развел руками. — Я-то не оперативник, а всего лишь эксперт, но ты… Помнишь, как на Салли в Фулеме кинулся тот псих с ножом? Ты ее оттолкнул, а сам нарвался. Чуть выше бы пришлось, мы бы тебя хоронили как героя. А могло быть и наоборот, она словила бы нож, прикрывая тебя. — Я не совсем о том, — Грег поморщился. — То, что ты вспомнил, — адреналин в чистом виде. Когда не думаешь, не взвешиваешь, просто делаешь. Я мог умереть тогда, ты прав. И не только тогда, были и другие случаи. Но я не планировал свою смерть, понимаешь? Не задумывался о ней, не принимал сознательное решение, а лишь поддавался импульсу. — Я вообще запутался, — Фил задумчиво наморщил лоб. — И что такого тогда тот человек сделал? Пожертвовал каким-то жизненно важным органом или… Да нет, я бы знал, если бы тебе делали сложную операцию. Короче, шеф, ни фига не понятно. Объясни поподробнее. — Да неважно, что он сделал, — безнадёжно отозвался Лестрейд. — Говорил же, я не могу объяснить. Потому что сам до конца не понимаю, что со мной творится… Но факт остаётся фактом: чтобы я мог выжить, некто пожертвовал собой. Твёрдо понимая, что обрекает себя на смерть, причём отнюдь не быструю и лёгкую. Он умирает медленно и наверняка довольно мучительно, а я вынужден на это смотреть и никак не могу ему помочь. — Прямо триллер какой-то, — Андерсон закатил глаза. — Слушай, Грег, я знаю, что к преувеличениям ты не склонен, но сейчас мне кажется, что ты просто бредишь. — Это не так, к сожалению. Хотелось бы мне «просто бредить»… — Кто-то из твоих родственников? — Нет, — Лестрейд тяжело вздохнул. — И не из друзей. Его даже и знакомым-то можно назвать с большой натяжкой. Мы виделись несколько раз и пару раз разговаривали. Только о работе, ни о чем больше. — И зачем кому-то почти незнакомому умирать из-за тебя? — на лице Фила было написано откровенное недоверие. — А вот это — самое страшное, — Грег болезненно скривился. — Я ни в чем не уверен, но крепко подозреваю, что этот че… этот мужчина… как бы это сказать… — В тебя втюрился? Лестрейда передернуло от такой формулировки. Он залпом допил пиво и прикрыл глаза, стараясь взять себя в руки. — Кажется, он ко мне действительно неравнодушен, — с горечью проговорил он. — И я об этом даже не догадывался. Он не из тех, кто навязывается, понимаешь? За много лет — ни одного намёка. А теперь он просто делает мне бесценный подарок и рассчитывает, что я его приму и буду как ни в чем не бывало жить дальше. — Не просто триллер, а ещё и с элементами мелодрамы, — выдал вердикт Андерсон. — Мне кажется, ты зря себя накручиваешь. Но если всё обстоит хотя бы отчасти так, как ты говоришь… Так почему бы тебе не поступить по законам мелодрамы? Посиди у его смертного одра, подержи за ручку… От тебя не убудет, а он умрет счастливым. И твоя совесть будет гораздо спокойнее. — Знаешь, — Грег снова вздохнул, — я бы именно так и поступил. Но он не позволит… Слишком гордый, чтобы принимать жалость. И слишком умный, чтобы понять, что ничего другого я предложить не могу. В ответ Фил закатил глаза и преувеличенно равнодушно пожал плечами. Лестрейд поморщился, понимая, что друг лишь сделал вид, что поверил. В глубине души он убеждён, что у Грега просто едет крыша.