Нелюди. Часть I - Связь

Грег даже не заметил, как прошла дорога до дома. По пути он мучительно размышлял о сделанных сегодня неприятных открытиях. Его тянет к Майкрофту, и это уже не только ответственность за его жизнь, это… что-то другое. Иначе почему до такой степени задела мысль, что Холмс с трудом терпит его заботу и принимает ее лишь по одной причине: физический контакт с Лестрейдом поддерживает в нем жизнь. «Я чуть не поцеловал его! — с ужасом думал Грег. — Страшно представить, как бы он отреагировал на такое! Облил бы презрением или, что ещё хуже, начал бы насмехаться… Мол, кто это тут уверял, что ни в каком виде не интересуется мужчинами? Как будто не сам в этом виноват! Я подцепил от него эту заразу, она расползается по моему телу и заставляет хотеть… хотеть такого, чего я никогда раньше не хотел! С чего у меня возникло желание его целовать? И почему во сне я трахался с ним — и это было во много раз лучше, чем наяву с женщиной? С красивой, сексуальной женщиной! Допустим, Холмсом сложно не восхищаться — его силой, его несгибаемой волей… Но разве можно этим объяснить нежность, которую я испытываю, всего лишь обнимая его за плечи, пока он спит?» Лестрейд тоскливо вздохнул и беззвучно пробормотал: — Это все связь. Должно быть, еще один побочный эффект. Который сойдет на нет, как только они с Шерлоком придумают, как нас от этого избавить. Колеса зашуршали по гравию на подъездной дорожке, после чего машина мягко затормозила. Грег еще раз вздохнул и осторожно сжал предплечье Холмса. — Мы приехали, — сообщил он, когда тот открыл глаза. — Как ты? — Лучше, спасибо, — Майкрофт освободился из его объятий. — Я мог бы… — Не нужно, — Холмс перебил Грега до того, как тот успел закончить свою фразу. — Я пока еще способен передвигаться самостоятельно. — Так ведь никто не увидит, — Лестрейд закатил глаза. — Ночь на дворе, слуги ушли к себе. А Шейн однажды уже был свидетелем того, как я нес тебя на руках. Не думаю, что его это шокирует. — Сейчас я в сознании, — Майкрофт поджал губы. — И не нуждаюсь в посторонней помощи, чтобы попасть домой. С этими словами он выбрался из машины и направился к крыльцу. Даже не взглянув на Грега, а потому не заметив боли и обиды, которые появились на его лице при слове «посторонний». — Вы понадобитесь мне завтра к восьми утра, Шейн, — бросил Майкрофт водителю через плечо. — А сейчас можете быть свободны. — Слушаюсь, мистер Холмс, — отозвался тот. — Доброй ночи! А потом скорчил гримасу, пожимая протянутую руку Лестрейда. — Что-то наш босс не в духе сегодня, — констатировал Шейн. — Просто устал, — Грег криво улыбнулся. — Подозреваю, что он почти не спал во время этой поездки. — Да, на него это похоже, — водитель хмыкнул. — Ну, держись, парень. Тебе от него, наверное, в таких ситуациях больше всего достается. — Ничего, я привычный, — Лестрейд пожал плечами. — После десяти лет совместной работы с Шерлоком его старший брат кажется мне просто воплощением вежливости и деликатности. Шейн хохотнул, покосившись на дверь, за которой скрылся Майкрофт. — Да уж, младшенький — тот еще фрукт. Сейчас еще поуспокоился, а по молодости такое вытворял… Я ведь на мистера Холмса уже больше пятнадцати лет работаю, так поначалу из каких только злачных мест мы его братца не вытаскивали. Он был неугомонным мальчишкой с огромным шилом в сам знаешь каком месте. — Таким и остался, — Грег закатил глаза. — Правда, Шерлок — давно уже не мальчишка. Но шило никуда не делось. Он хлопнул Шейна по плечу. — Ладно, дружище, отправлялся бы ты спать. Время-то позднее, а тебе с утра пораньше снова за руль. — Точно, — добродушно проворчал шофер. — Наш босс считает, что если сам не нуждается в сне, то и другим не надо. Да я не в обиде, ты не подумай. Он мужик справедливый, сверхурочные всегда щедро оплачивает. А у меня младший в университет поступает в этом году, лишние деньги не помешают. Лестрейд улыбнулся. — Ты не первый мне это говоришь. Насколько я успел заметить, подчиненные на него никогда не жалуются. — Но ты-то не один из них, — Шейн подмигнул, и Грег от души понадеялся, что темнота скроет алые пятна, проступившие на его щеках. — Не уверен, что смогу объяснить, кто я ему, — сознался инспектор. — Но это точно не то, о чем ты, возможно, подумал. — Да не парься, Грег, — шофер мгновенно стал серьезным. — Я чужие дела ни с кем не обсуждаю. Что бы там ни было — меня это не касается. «Ну вот, теперь и Шейн считает, что я сплю с Майкрофтом, — с досадой думал Лестрейд, направляясь к дому. — Хорошо хоть остальная прислуга давно перестала строить версии на этот счет. Сара болтлива — и она меняет белье на наших постелях. Уверен, она давно заметила, что сексом на этих простынях никто не занимается, и поделилась с остальными. И все же это как-то… противно. Почему люди проявляют такой болезненный интерес к чужой личной жизни?» Эта мысль заставила Грега раздраженно скривиться. Потому что слово «люди» в его мозгу прозвучало так, словно сам себя он человеком уже не считает. Поднявшись в свою спальню, Лестрейд принял душ, переоделся и постучался к Майкрофту. Дождался сдержанного «Заходи» и открыл дверь. Холмс сидел на кровати без пиджака и галстука и пытался расстегнуть жилет непослушными, дрожащими от напряжения пальцами. — Я помогу! — Грег присел рядом и, не слушая возражений, отвел его руки в сторону. — Это совершенно ни к чему, — сухо заметил Майкрофт. В его голосе отчетливо послышались нотки раздражения. — Знаешь, Шейн только что намекнул, что считает нас любовниками, — не менее раздраженно парировал Грег. — А у меня на работе все уверены, что нашему роману не один год, что я сплю с тобой с тех самых пор, как начал привлекать к делам Шерлока. Вот бы они удивились, если бы знали, что ты злишься на меня, даже когда я всего-то пытаюсь помочь тебе переодеться. — Ты слишком много переживаешь из-за чужого мнения. — Ага, — Лестрейд старался не смотреть на него, облачая в шелковую пижамную рубашку. Он сосредоточился на веренице мелких пуговок, которые требовалось застегнуть. Закончив с этим, Грег опустился на пол и стянул с Майкрофта ботинки и носки. И нервно сглотнул, когда осознал, что не может отвести взгляда от его стопы — узкой, с высоким подъемом и изящной лодыжкой. «Черт возьми, да как у мужчины вообще могут быть такие ноги?» — Что-то не так, Грегори? — ровным голосом поинтересовался Холмс. — А что тут «так»? — хрипло отозвался тот. — У тебя вены видно сквозь кожу! Отчетливые, даже слегка вздутые. Представляю, как тебе больно ходить! — Да, действительно, довольно дискомфортно, — голос Майкрофта по-прежнему звучал спокойно, хотя он слегка вздрогнул, когда Грег провел кончиком пальца по тыльной стороне его стопы, прослеживая голубую сетку сосудов. — Мне следует лечь. Благодарю за помощь, с брюками я справлюсь сам. — Угу, — Лестрейд собрал его одежду и принялся тщательно развешивать, стараясь не следить за тем, что делает Холмс. Не хватало еще пускать слюни на мужские ноги, будь они хоть верхом совершенства. Он позволил себе повернуться, лишь когда услышал шорох покрывала. Холмс вытянулся на кровати и демонстративно закрыл глаза, показывая, что собрался спать, а стало быть, Грегу лучше всего отправиться к себе и заняться тем же самым. Тот тихо фыркнул и действительно пошел в свою спальню — но лишь затем, чтобы вытащить из портфеля документы по «мусорному» делу. После чего вернулся, уселся на край постели Майкрофта и накрыл его руку, лежащую поверх одеяла, своей. — Грегори, это лишнее, — устало проговорил Холмс. — Я все равно спать не собираюсь, — Лестрейд очень старался изгнать из голоса все эмоции. — Мне еще поработать надо. Какой-то маньяк раскидал по всему городу части расчлененного трупа, и суперинтендант завтра проделает со мной то же самое, если на планерке я не выскажу хотя бы пару дельных идей. А у меня пока — ни одной. — Вот как? — в голосе Майкрофта прозвучало легкое недоверие. — Значит, дело не в том, что решил дежурить возле меня всю ночь? — Почему нет, если все равно не намерен ложиться? — Грег нарочито равнодушно пожал плечами. — Спи, Майкрофт. С этими словами он погрузился в чтение протоколов и отчетов экспертов, от души надеясь, что увидит какую-нибудь пропущенную ранее деталь, которая сможет натолкнуть на разгадку. *** Холмс проснулся около шести утра и, следуя давней привычке, несколько минут лежал с закрытыми глазами, пытаясь настроиться на долгий день. Шерлок, знавший об этой привычке брата, называл такой утренний ритуал «загрузкой системы». Что с него взять, он обожает дурацкие сравнения и даже собственный мозг сравнивает с жестким диском компьютера. Однако на сей раз полностью расслабиться и мысленно составить план дел на день Майкрофту не удалось. Что-то было не так, и он даже не сразу понял, что именно его напрягает. Чувствовал он себя на удивление сносно, так что даже не испытывал сожаления от перспективы покинуть постель — довольно редкое явление в последнее время. Ночник был включен — он видел его отсвет сквозь опущенные веки. Но это скорее норма — Холмс теперь почти всегда спал со светом. Чем сильнее ухудшалось состояние, тем меньше он испытывал желания оставаться в полной темноте. Правая рука затекла, должно быть, отлежал ее во сне. Но попытка восстановить кровообращение, пошевелив пальцами, ни к чему не привела — что-то до сих пор придавливало его ладонь к кровати. Майкрофт с недовольным вздохом открыл глаза — и досада тут же испарилась, когда он понял, что именно нарушило его утренний ритуал. Хотя вернее было бы сказать кто. Грегори, надо полагать, честно пытался работать, пока не заснул прямо над своими отчетами. Во сне он сполз на пол, положил голову на край кровати, но руку Майкрофта так и не выпустил и сейчас прижимался к ней щекой. Господи, ну и упрямец! Что же, это по крайней мере объясняет, почему Холмс с самого утра не чувствует себя полной развалиной. Плохо другое — Грегори ради этого пожертвовал нормальным отдыхом, а такого не следовало допускать. «Слишком уж он ответственный, — с нежностью, приправленной щедрой порцией застарелой тоски, подумал Майкрофт. — Он и в работе такой, отдаёт всего себя ради других. Но у меня нет права этим пользоваться!» Подавив вздох, Холмс осторожно освободил руку и поднялся. Стараясь двигаться как можно тише, собрал бумаги, выпавшие из расслабившихся во сне пальцев Лестрейда, аккуратной стопкой сложил их на кровати, а потом заботливо укрыл спящего инспектора одеялом. Правильнее было бы, конечно, разбудить и отправить в постель, но Майкрофт не сомневался — он откажется. Пусть уж лучше отдохнёт хоть немного, лишний час сна, даже в такой неудобной позе, определённо пойдёт ему на пользу. *** Грегори спустился в холл, когда Майкрофт уже готовился выйти из дома. Заспанный, слегка помятый, но полностью одетый и с портфелем в руках. — Подвезёшь? — спросил он вместо приветствия. — Я ведь без машины по твоей милости, а такси придётся ждать. — Я не имею права опаздывать, — Холмс щелкнул крышечкой брегета, — но могу дать тебе десять минут на завтрак. — Не нужно, я выпью кофе на работе, — тот смущённо улыбнулся. — Мне бы тоже пораньше приехать, чтобы успеть последние результаты экспертизы посмотреть. Вдруг там есть что-то новое. — Никаких подвижек? — Вообще глухо, — Грег обреченно покачал головой. — Убийца здорово замёл следы, ни отпечатков не оставил, ни одной зацепки. Тюкнул парня чем-то тяжелым по голове, раздел, даже вымыл. А потом распилил на кусочки и выкинул в четырёх разных местах. Он осекся и смутился окончательно. — Прости, привык Шерлоку все рассказывать, совсем забыл, что передо мной другой Холмс. — Поедем, Грегори, у меня мало времени, — Майкрофт открыл дверь и вдруг остановился. — Кстати, могу я тебя попросить, чтобы в следующий раз ты все-таки спал в собственной постели? — Да я не собирался… — тот вздохнул. — Просто прошлая ночь тоже была совершенно безумной. Первый вызов случился сразу после полуночи, толком выспаться не удалось. Он сокрушенно покачал головой и совсем тихо добавил: — Извини, если мешал тебе… — Не мешал, — Холмс фыркнул. — Но тебе нужно нормально отдыхать, а не спать сидя на полу возле моей кровати. Я уже говорил, что очень ценю твоё стремление сохранить мне жизнь, но не надо делать это в ущерб собственному здоровью. — Да что мне сделается, — Лестрейд усмехнулся. — Ты хоть представляешь, как живут полицейские? Мне доводилось проводить ночи и в худших условиях. На стульях в участке, например. Или в машине — с выключенным мотором, дрожа от холода и сырости. — Я не могу вмешиваться в твою работу, — сухо сообщил Майкрофт. — Но в этом доме у тебя есть нормальная постель, так что будь добр спать в ней. По пути они оба молчали. Грегори, как обычно, придвинулся поближе, чтобы касаться плечом плеча Майкрофта, извлёк из портфеля слегка помятые документы и снова уткнулся в них. Выражение лица его было довольно мрачным. А Холмс, вместо того чтобы мысленно ещё раз повторить свой отчёт премьеру, мучительно размышлял, не позвонить ли Шерлоку. Раз уж полиция зашла в тупик, то ему самое время вмешаться и направить Грегори по верному следу. Вот только как бы тот не обиделся — решит ещё, что Майкрофт не уверен в его профессионализме как следователя. — Мне хотелось бы тебе помочь, но боюсь, что ты воспримешь это в штыки, — неожиданно для самого себя Холмс озвучил свои мысли. — Добро пожаловать в клуб, — отозвался Грегори, не отрываясь от бумаг. — Я чувствую то же самое почти постоянно. — Ты помогаешь. — Недостаточно, очевидно, — Лестрейд по-прежнему не смотрел на него. — Раз хватило суток с небольшим вдали от меня, чтобы ты едва не умер. — Я ведь говорил: твоё присутствие меня не вылечит, только продлит агонию, — констатировал Майкрофт. — Тебе пора смириться с этим. — Тогда найди наконец способ избавить нас от этой чертовой связи! — Грегори раздраженно стукнул кулаком по кожаной обивке сиденья. — Обоим же будет легче! — Мне жаль, но способа нет. — Значит, тебе придётся терпеть меня до конца твоих дней, — в тоне Лестрейда послышалась бесконечная усталость. — Или до конца моих. — Однажды ты сдашься. — И не надейся! *** Суперинтендант даже не кричал, он шипел, как рассерженная змея: — Вы понимаете, Лестрейд, что не сегодня завтра об этом преступлении проведают газетчики. И уж они-то вцепятся в такую историю, будьте уверены. Раздуют сенсацию, добавят уйму домыслов: что в городе появился очередной Потрошитель, что все жители в опасности! Начнётся паника, и если мы быстро не предъявим обывателям убийцу — за решеткой, разумеется, — нам всем будет очень несладко. — Понимаю, сэр, — обреченно проговорил Грег. — Мы делаем все возможное. Но я не фокусник и не в состоянии извлечь убийцу из воздуха, как кролика из шляпы, как бы мне ни хотелось. Придётся соблюдать установленную процедуру и руководствоваться уликами. А их пока нет. — Так найдите! — отрезало начальство. — Иначе просто взысканием вы не отделаетесь. Кабинет суперинтенданта Лестрейд покинул мрачнее тучи. Он вообще не смотрел по сторонам и лишь нервно дернулся, когда его локоть сжали наманикюренные пальчики. — Триш? — устало проговорил он. — Чего ты хочешь? Прости, я занят по уши. Босс считает, что весь город в опасности. — А я-то думала, что у тебя хотя бы хватит совести объясниться, — она обиженно поджала губы. — Выставил меня последней идиоткой перед всеми и думаешь, что так и надо? — Мне нечего тебе сказать, — Грег аккуратно отцепил ее руку. — Мои извинения тебе не нужны, да я, если честно, и не настроен просить прощения. Все сложилось так, как сложилось. — Вот как? — Триш повысила голос. — Целый год морочил мне голову, а потом вцепился в этого мужика? Или это правда, что ты годами путался с ним за моей спиной? — Думай что хочешь, — он поспешно покинул приемную суперинтенданта, поскольку даже смотреть на бывшую невесту не хотелось. Да и что он мог объяснить? Что вступил в брак, спасая свою жизнь, потому и не смог жениться на ней? Или что отчаянно сожалеет о первом и ни капельки — о втором? «Как я вообще мог в нее влюбиться? — в который раз с недоумением подумал он. — Триш же капризная, напыщенная дура и любит только себя!» В кабинете Лестрейда ждал Шерлок. Он даже не поздоровался, просто требовательно протянул руку. — Не так быстро, — раздражение Грега наконец выплеснулось через край. Сначала резкая отповедь Майкрофта, потом несправедливые обвинения суперинтенданта, потом Триш со своими претензиями! И все это за какой-то час! — Что ты вообще тут делаешь? — Пришёл, чтобы поймать для тебя убийцу, — Холмс-младший ухмыльнулся. — Так что будет лучше, если ты дашь мне посмотреть, что вам удалось нарыть. — Тебя Майкрофт попросил? — хмуро поинтересовался Лестрейд. — Только не лги, я и так знаю, что он. Иначе с чего бы ты нарисовался здесь именно сейчас? — Я мог бы ответить, что мне просто стало скучно и я хочу развлечься, — Шерлок презрительно фыркнул. — Но вообще-то да, братец мне звонил. И я бы сказал, он был серьёзно озабочен. — Ему не следовало, — Грег устало опустился в своё кресло. — Да, и этим тоже, — детектив тихо засмеялся. — Он уверен, что ты не придешь в восторг от его вмешательства. Но я надеюсь на наличие у тебя мозга, а значит, ты поймёшь: без меня полиция будет возиться слишком долго. Что если твой «мясник» войдет во вкус? — Ладно, — Лестрейд положил папку с материалами дела на стол и подтолкнул ее к Шерлоку. — Ты прав. Тут не до глупой гордости, найти этого гада надо быстро. — Найдём, не волнуйся, — Шерлок ответил автоматически, уже полностью погрузившись в изучение документов. Грег улыбнулся, не скрывая скептицизма, и покинул кабинет; кажется, у него наконец-то появилось несколько свободных минут, чтобы выпить кофе. *** — Шеф, ты что, снова фрика позвал? — Салли налетела на Лестрейда в коридоре так, что он едва не расплескал кофе. — Суперинтендант и без того рвёт и мечет! — А что было делать? — резко отозвался Грег. — Мы уже сутки бьемся над этим, и все впустую! Какая разница, кто именно найдёт преступника, если он в конце концов окажется за решёткой? — Ты же понимаешь, что каждый раз, когда он тут появляется, это подогревает слухи насчёт… — …его брата и меня, — перебил ее Лестрейд. — Мне плевать. И справедливости ради, Шерлока именно Майкрофт вызвал. — Ты живёшь с ним уже несколько месяцев, — Донован понизила голос. — Странно… я, признаться, не ожидала… Ну, в смысле, он ведь совсем плох, да? — Ему лучше, — сухо сообщил Грег. — Умирать не собирается. — А ты намерен прекратить этот фарс? — она нервно закусила губу. — Знаешь, уже даже я начинаю сомневаться, что вы с ним не… — Да как тебе будет угодно! — Лестрейд залпом допил кофе, обжигая язык, и выкинул пустой стаканчик в урну. — Мы женаты, как говорится — пока смерть не разлучит. Я не желаю даже в мыслях допускать, что Майкрофт умрет. И буду делать все от меня зависящее, чтобы этого не случилось. — Прозвучало, словно ты в него влюблен, — Салли выразительно приподняла брови. — Это и в самом деле так? — Нет, — ледяным тоном отрезал Грег. И довольно желчно добавил: — Мне странно, Донован, что ты, работая в полиции, не понимаешь очень простой вещи: влюбленность не единственная причина, по которой один человек может волноваться за жизнь другого. Разве не этим мы здесь каждый день занимаемся? Стараемся спасти совершенно посторонних нам людей или хотя бы наказать тех, кто причинил им вред. — Да, шеф, ты прав, — Салли слегка смутилась, пораженная этой тирадой. Но в глазах ее по-прежнему плескалось сомнение. — Тогда прекрати лезть в то, что тебя не касается, и займись работой, — все так же холодно припечатал Лестрейд. — Напомни Андерсону, что я жду результатов гистологии и анализ содержимого желудка. И поторопи ребят, которые просматривают видеозаписи с камер наружного наблюдения. Донован кивнула и поспешно ретировалась — подальше от гнева непосредственного начальства. — Люди такие назойливые, верно? — ехидно заметил Шерлок, внезапно появляясь из-за выступа стены. Грег поморщился, невольно задавшись вопросом: как долго он там стоял и как много успел услышать? — Оставь моих подчиненных в покое, — довольно резко ответил он. — Лучше скажи, у тебя есть версия насчет этого убийства? — Семь навскидку, — улыбка Холмса была полна превосходства. — Или даже восемь. — Когда ты так говоришь, обычно это означает «ни одной», — Лестрейд поджал губы. — Ну, я как минимум могу сказать, что появления новых расчлененных трупов ты можешь не опасаться, — бесстрастно заметил Шерлок. — Это не маньяк. — Ты уверен, Шерлок? — Грег нервно стиснул руки. — Абсолютно, — тот снисходительно усмехнулся. — Убийство совершено в порыве ярости, почти случайно. После чего убийца испугался и пытался замести следы. Довольно грамотно, ничего не скажешь. Наверняка читает много криминальных историй, раз понимал, какие именно улики полиция будет искать на теле и что может вывести на него. — Или сам полицейский? — нахмурившись, спросил Лестрейд. — Ну, может, бывший… Или когда-то сотрудничал с полицией. — Это вряд ли, — Холмс пожал плечами. — Он довольно дилетантски представляет себе, как проводится экспертиза. Тщательно вычистил ногти жертвы, даже продезинфицировал, а зачем, спрашивается? Скажи, сильно бы это помогло, если бы убитый его поцарапал? — Нет, — Грег фыркнул. — Мы все равно нашли бы микрочастицы крови и тканей. Но под ногтями все чисто. — Точно, — Шерлок подмигнул. — Убийца просто перестраховался, пытаясь уничтожить все гипотетические следы. Даже там, где их не было или где было бы невозможно найти. Я говорю о том, что он вымыл тело, причем дважды — второй раз уже после того, как распилил на части. Боялся оставить отпечатки, но не знал точно, реально ли их снять с кожи трупа или со среза кости. Да и тот факт, что он не поленился смотаться в наиболее удаленные друг от друга районы Лондона, указывает на дилетантство, а не на изобретательность. Слишком много затраченных усилий, а результат сомнительный. — Перестарался, да, — согласился Лестрейд. — Вероятно потому, что пришел в ужас от содеянного и до смерти боялся расплаты. Одни люди в таких случаях сразу приходят с повинной, а другие пускаются во все тяжкие, чтобы скрыть то, что натворили. Иногда даже усугубляют одно преступление еще несколькими. Расчленение трупа и вояж с фрагментами тела в багажнике по всему городу вполне вписывается в эту схему. — В этом ваша ошибка, — констатировал Шерлок. — Вы изначально приняли панику за наглость. И искали кого-то, привычного к насилию — никто другой, в вашем представлении, не был способен так цинично обойтись с телом. — Ты прав — это не спланированное убийство! — Грег искренне улыбнулся. — Но раз так, гений, то скажи: кого стал бы искать ты? — Напуганного клерка, — Холмс поманил его за собой в кабинет, где на столе были разложены фотографии, сделанные полицейским экспертом. Выбрал одну — и с победным видом сунул ее в руки инспектора. — Вот, смотри! — Да, — Лестрейд пожал плечами, потому что внимательно рассмотрел этот снимок уже не менее десяти раз и мог, не глядя, рассказать, что на нем изображено. — Это травма, послужившая причиной смерти: парню пробили висок. — А чем пробили? — Шерлок улыбался, как ребенок, получивший лакомство. — Твердым предметом с заостренным концом, — инспектор поморщился. — Возможно, каминной кочергой. — Кочерга оставила бы рану другой формы, — торжественно провозгласил детектив. Он был явно очень доволен собой. — К тому же следы сажи в порах кожи под микроскопом были бы видны. Сколько бы раз убийца ни промыл рану — сажа жирная и въедается намертво. — Да я для примера сказал! — Грег вздохнул, смиряясь с судьбой. — Ну не знаем мы точно, чем он был убит! Орудие-то не найдено, откуда бы! Кончай уже жилы из меня тянуть, просто скажи, о чем ты догадался! — Ты был когда-нибудь в кабинете Майкрофта? Видел его письменный прибор? Лестрейд отвел взгляд. Видеть-то видел, но смотрел только на собственную фотографию, потому даже примерно не может сказать, как этот самый прибор выглядел. Шерлок расценил его смущение по-своему и хмыкнул: — Конечно нет. Он в своё святая святых никого не пускает. Знаешь что, попроси при случае разрешения полюбоваться на его пресс-папье. — При чем здесь?.. — При том, что ты и сам бы догадался, если бы видел его хоть раз! — Холмс снова сунул ему под нос фотографию. — Вот тут в ране углубление, видишь? Это тебе не просто «заостренный конец», это шип, который торчал из орудия убийства. — Ну, вряд ли шип, — Лестрейд с сомнением покачал головой. — Отверстие и вправду есть, но неглубокое, меньше дюйма. — Именно таким оно и должно быть, если его ударили тем, чем я думаю! — Пресс-папье Майкрофта? — Грег фыркнул. — Ну ты хватил! Скажи еще, что твой брат в этом замешан. — Не его пресс-папье, просто такое же, — Шерлок даже не обиделся на откровенную насмешку в голосе инспектора, глаза его горели от азарта. — Вот тут еще синяк рядом с раной, видишь? Он едва заметен, но форма весьма красноречивая. Включи воображение — на что это похоже? — На… морду? — Грег присмотрелся, чувствуя себя совершенно по-идиотски. — Оскаленная морда какого-то зверя. — Льва, — Холмс, вопреки ожиданиям, не поднял его на смех. — Мой братец — верный подданный Ее Величества, и вещи, которыми он себя окружает, ему под стать. Это пресс-папье весит чуть больше фунта* и украшено королевскими щитоносцами. Но не в том виде, как их принято изображать сейчас: на задних конечностях по обе стороны от герба. При изготовлении использован старинный эскиз, там геральдические звери поддерживают щит плечами и стоят под углом друг к другу. Если подобной штукой нанести удар таким образом, чтобы рог единорога пробил висок, то морда льва как раз отпечатается на коже именно там, где мы ее видим на снимке. — Безумно интересно, — Лестрейд скорчил гримасу. — Но я все еще не нахожу в этом логики. Все твои умозаключения ни на шаг не приблизили нас к убийце или хотя бы к орудию убийства. Ты доказал, что это — пресс-папье, отлично! И где я должен его искать? Если, конечно, ты не хочешь сказать, что оно в кабинете Майкрофта. На лице Шерлока отразилось раздраженно-скучающее выражение, но Грег не дал ему возможности завести свою любимую пластинку про тупость окружающих. — Не сейчас, — сухо проговорил он. — Я знаю, что ты хочешь сказать, и даже согласен выслушать все, что ты думаешь о моих умственных способностях и отсутствии наблюдательности. Но позже, а сначала — убийца. Ты сказал: «напуганный клерк», почему? Есть основания для подобных выводов? Помимо того, что в качестве орудия убийства он, гипотетически, использовал пресс-папье? — Посмотри на убитого повнимательнее, — детектив хмурился, явно обиженный, что у него отобрали инициативу и не позволили излагать свои выводы в том порядке, в котором он хотел бы сам. — Кто он, по-твоему? — Мертвец, — раздраженно ответил Грег. — Шерлок, слушай: хватит задавать мне вопросы! Если бы я знал ответы — ты бы мне не понадобился. Поэтому просто говори, что ты понял. — Он не работник физического труда, у тех нет привычки так следить за руками. Конечно, убийца вычистил его ногти, но маникюр-то он вряд ли стал бы делать! Вывод: этот парень ухаживал за собой. Может быть, просто из тщеславия, но более вероятно, что он работал в офисе. Причем в таком, где очень высокие требования к внешнему виду сотрудников. Есть еще кое-какие детали, указывающие на это, но сначала закончим с руками. Видишь мозоль на тыльной стороне ладони, у основания указательного пальца? На таком месте ее могло оставить только одно: бильярдный кий. Обычно его помещают между фалангами указательного и среднего пальцев — и придерживают большим. Но опытные игроки знают, что кий не следует сжимать слишком крепко, он должен быть подвижен. Тогда откуда мозоль? Все просто: наша жертва — новичок, он не умел держать кий правильно. Убитый не особенно молод, ему сильно за тридцать, скорее даже — около сорока. С чего же ему понадобилось в таком возрасте научиться играть? Бильярд — это спорт джентльменов, вкус к нему прививается средой, обычно в юности. Зайди в любой клуб, где играют на бильярде: ты встретишь там уйму «белых воротничков» — и ни одного грузчика. Исходя из этого, я бы сказал: наш парень старался влиться в среду, стать своим. Возможно, произвести впечатление на босса или коллег. — Допустим, — Лестрейд задумчиво потер переносицу. — Но не слишком ли смело делать выводы, что этот бедняга не был своим в какой бы то ни было среде только на основании того, что он не умел играть? — Возможно, так и было бы, но есть еще кое-что. Он мертв уже почти двое суток, и что-то я не вижу в приемной толпы обеспокоенных родственников или друзей, которые еще вчера днем должны были прийти в полицию с заявлением об исчезновении человека. Вывод? — Некому приходить, — задумчиво проговорил Грег. — Может, этот парень — сирота? — Даже в этом случае у него могли быть друзья, — веско заметил Шерлок. — Но его вообще никто не ищет. И это наводит на мысль, что он прибыл в Лондон недавно, еще не успел ни с кем сойтись настолько близко, чтобы его исчезновение на два дня вызвало беспокойство. Иногородний, или даже иностранец, с очень средним уровнем дохода… — Про доход-то ты откуда знаешь? — Одежды нам убийца не оставил, но кое-что о ней я могу сказать, — Холмс порылся на столе, выкапывая из общей пачки еще одну фотографию. На ней крупным планом был снят разрез на шее жертвы, отделивший голову от туловища. — Посмотри сюда, — детектив провел пальцем чуть выше места разреза. — Видишь этот след? Андерсон как всегда прохлопал, когда составлял описание. Я читал его отчет, полное убожество! «Гематома, возможно, явившаяся следствием механического воздействия на кожу при отсечении головы». — А что не так? — Лестрейд нахмурился, вглядываясь в снимок. — Тут плохо видно, но на синяк не похоже. Просто покраснение какое-то… как если бы у него была аллергия. — Да нет, насчет «механического воздействия» твой придурок прав, — усмехнулся Шерлок. — А вот насчет времени его появления — нет. Голова была отрезана не менее, чем через два часа после смерти — так какие же «гематомы», по мнению Андерсона, могли при этом появиться? — Хорошо, — Грег глубоко вздохнул, пытаясь сдержаться. Он и сам понимал, что Фил в очередной раз облажался, но слушать издевательские комментарии Шерлока было неприятно. — Тогда скажи, что это за след, по твоему мнению? — Убитый натер себе шею воротничком рубашки, — Холмс усмехнулся. — Она была маловата, но он вынужден был носить ее изо дня в день. Наверное, не мог купить другую — потому я и сказал про средний доход. И как же такой парень оказался в солидной фирме, где требовалось следить за руками, соблюдать дресс-код, а в уик-энд играть на бильярде с коллегами? Я думаю: приехал работать по контракту. И кому-то из сотрудников фирмы это, возможно, не понравилось. Допустим, другой человек рассчитывал на ту же должность, или чужак еще как-то перешел ему дорогу. — Ты хочешь сказать, — Грег нервно поежился, — что некто тихо ненавидел нового сотрудника, несмотря на все его попытки понравиться и стать своим. И в один далеко не прекрасный день эта злость вылилась в убийство? — Чем не мотив? — Слишком много предположений — и никакой возможности хоть что-то из этого проверить, — инспектор закусил губу. — Хотя… про отметину от кия — ценное наблюдение. Нужно пройтись по бильярдным клубам и опросить сотрудников. Кто-нибудь этого парня вспомнит, и нам будет от чего оттолкнуться. — Вы провозитесь месяца два, — фыркнул Шерлок. — Ты хоть представляешь, сколько в Лондоне клубов, в которых есть бильярдные столы? А вы даже не знаете, с какого района начинать поиски. — Но выбора все равно нет. — Есть, — детектив победоносно улыбнулся. — Я ведь сразу сказал: пресс-папье! — И как ты предлагаешь мне его искать? — Лестрейд снова не на шутку рассердился. — Устроить обыски по всем офисам города? Или уж сразу объявление повесить: если у вас есть пресс-папье с геральдическими животными, вы обязаны в интересах следствия принести его в Скотланд-Ярд. Иголку в стоге сена и то найти легче! — Ты не понял, — Шерлок закатил глаза. — Ты ищешь не просто какое-то пресс-папье, а такое же, как у Майкрофта. — И что? Их может быть… — …всего несколько штук, — перебил детектив. — Ты живешь с ним — сколько? Уже почти полгода, верно? И до сих пор не понял, что представляет из себя мой брат? Можешь вообразить, что он купил бы письменный прибор на Кэмденском рынке или, скажем, в сетевом магазине? Грег нервно хмыкнул и отрицательно помотал головой. — Майкрофт заботится о своем статусе в той же степени, в какой просто любит эксклюзивные вещи, — заметил Шерлок. — У него в доме нет ничего серийного производства. Большинство его вещей вообще делаются на заказ, в единственном экземпляре. Или же это очень небольшие партии, не более десяти штук. В случае с пресс-папье очевидно второе, раз уж мы не думаем, что братец одолжил кому-то свою вещь. Никаким другим способом она не могла попасть в чужие руки — в свой кабинет Майкрофт никого не пускает. Но что бы там ни было, таких «игрушек» в Лондоне в десятки раз меньше, чем заведений, где играют на бильярде. — Даже если и так, то где их искать? — Просто спроси у брата, где он приобрел свой письменный прибор, — посоветовал детектив. — А потом сделай запрос продавцу. Подобные вещи стоят весьма недёшево — ведь помимо высокого качества, покупателю гарантируют еще и то, что ничего похожего он не встретит в домах своих знакомых. Представь себе человека уровня Майкрофта, который по пять раз на дню будет слышать от политиков средней руки, зашедших к нему «на ковёр» с отчетом или же в надежде урвать дополнительное финансирование: «Какая милая вещица! Я на днях купил себе точно такую же». Майкрофт подобного не допустит, и он способен заплатить любые деньги. — Да уж, это как если две светские львицы случайно придут на приём в одинаковых платьях, — хохотнул Грег. — Неловкая ситуация. — Хуже, чем неловкая, — уверенно заметил Шерлок. — Это скандал и серьезный удар по репутации. Майкрофт не может себе такого позволить. А компании, производящие дорогие вещи на заказ, — будь то одежда или любые предметы — гарантируют своим покупателям эксклюзивность, потому знают их по именам. На официальный запрос они обязаны будут предоставить информацию, и имён в списке будет очень немного. Ты без проблем сможешь проверить каждого. — Ладно, — Лестрейд покосился на телефон и вздохнул: — Вечером поговорю с ним. — Зачем ждать до вечера? — Он не придёт в восторг, если я отвлеку его во время какой-нибудь важной встречи, — Грег поморщился. — У него с утра было назначено совещание с премьер-министром, вдруг он все ещё там? — Уверен, на тебя братец найдёт время, — Шерлок подмигнул. — Выкроил же он пять минут в своём плотном расписании, чтобы дозвониться мне и потребовать принять участие в расследовании. — Да, но… — Хочешь, я сам это сделаю? — детектив раздраженно фыркнул. — Ну, или напиши ему, если боишься позвонить не вовремя. Лестрейд снова вздохнул и набрал сообщение: «Майкрофт, пожалуйста, свяжись со мной, когда будет возможность. Это очень срочно. Г.». Телефон зазвонил через пару секунд после того, как под текстом послания Грега появился статус «Доставлено». — Так и знал, что твой номер у него добавлен в быстрый набор, — прокомментировал Шерлок и направился к двери. — Ладно, не буду мешать. — У тебя что-то случилось, Грегори? — в голосе Майкрофта отчетливо слышалась тревога. — Не у меня, — Лестрейд замялся. — Просто… это насчёт моего расследования. — Ах, вот что, — голос Холмса стал холоднее на несколько градусов. — Помнится, я объяснял, что миссия моего брата — помогать бороться с преступностью. Потому я убедил его заняться этим делом. Что тебе кажется неправильным? — Я сам звоню ему, когда нуждаюсь в его консультациях, — Грег вздохнул. — И делаю это довольно часто. Тебе не следовало… — Возможно, — согласился Майкрофт. — Но я решил, что помощь тебе не помешает. Это все, что ты хотел обсудить? — Нет, — поспешно проговорил Лестрейд, опасаясь, что он положит трубку. — Ради этого я вообще не стал бы тебя отвлекать. Знаю же, как ты занят. Но у Шерлока возникла одна теория, и мне нужна твоя помощь. — Насколько это срочно? — Чем скорее, тем лучше, — Грег прикрыл глаза и тихо добавил: — То есть я не прошу тебя бросать все дела, но когда ты освободишься… — Хорошо, я приеду через двадцать минут, — бесстрастно проговорил Холмс. — А можем мы встретиться у тебя дома? — Лестрейд закусил губу. — Это… в общем, я все объясню на месте. — Ладно, я буду дома в течение часа, — спокойно согласился Майкрофт. — Но у меня не так много времени, постарайся не задерживаться. Грег поспешно запихивал фотографии в портфель, когда в кабинет заглянула Салли. — Шеф, насчёт отчетов из лаборатории… — Потом, Донован! Это ждет! — пробормотал Лестрейд уже на бегу. — Мне срочно нужно уехать! — А зачем торопил тогда? — недоуменно крикнула она ему вслед. *** — Итак, чем я могу помочь? — Майкрофт устроился в кресле и выжидательно смотрел на Грега. — Твой брат выдвинул совершенно фантастическую идею, но прежде, чем я ее изложу тебе, хочу, чтобы ты сам кое на что взглянул и высказал своё мнение. С этими словами Лестрейд протянул ему увеличенное фото раны на виске жертвы. — Чем, по-твоему, его ударили? Холмс надел очки и несколько минут внимательно всматривался в снимок. А потом брови его поползли вверх. — Ну надо же! — с легким изумлением проговорил он. — Я догадываюсь, чем. Хотя это самое странное, что мне доводилось видеть. Он отложил фото и поднялся. — Подожди здесь, я сейчас вернусь. Пару минут спустя Грег держал в руках довольно тяжелое пресс-папье, которое, если верить Шерлоку, было точной копией орудия убийства. — Значит, ты согласен со своим братом, — пробормотал он. — Можешь забрать с собой и приложить к ране, — спокойно сказал Холмс. — Убеждён, у тебя не останется сомнений. — Да я и так не сомневаюсь, — Лестрейд улыбнулся. — Не можете же вы оба ошибаться. Но мне нужно, чтобы ты сказал, где купил эту вещь. Шерлок утверждает, что таких не больше десятка во всем Лондоне и все владельцы точно известны. — Насчёт десятка братец немного неправ, — Майкрофт усмехнулся. — Да если и сотня, все равно не проблема проверить всех, — радостно проговорил Грег. — На орудии убийства должны были остаться следы крови, даже если его тщательно отмыли. Так что рано или поздно мы найдём… — Я хотел сказать, что он преувеличил, — заметил Холмс. — Их всего три, не только в Лондоне — вообще в мире. И двух владельцев можешь сразу исключить из списка. Мое пресс-папье не покидало этого дома ни разу за последние двадцать лет. Второе находится в Виндзорском замке, и я сильно сомневаюсь, что кто-нибудь из членов королевской семьи убил и разрезал на части какого-то парня. — Значит, мне нужно третье, верно? — Грег покачал головой. — С ума сойти! Убийца мог воспользоваться обычным молотком, и я никогда бы его не нашёл! А тут… такого просто не бывает! — Ты с ещё меньшей вероятностью нашёл бы его, если бы мой дорогой братец не имел привычки без приглашения врываться в мой кабинет, — спокойно констатировал Майкрофт. — Потому что тебе не пришло бы в голову показать мне это фото. — Мне заранее страшно спрашивать, кто третий владелец, — сознался Лестрейд. — Тоже какая-то важная персона? — Вовсе нет, — Холмс усмехнулся. — Я заказал три таких письменных прибора, они изготовлены по моему личному эскизу. Один для себя, второй я преподнёс Ее Величеству, а третий стал подарком баронессе Тэтчер к очередному юбилею. После смерти леди Маргарет наследники продали его с аукциона в числе прочих ее вещей. Насколько мне известно, письменный прибор купил иностранный миллионер. Один из тех, кто сделал состояние у себя на родине не совсем честным путем, после чего уехал за границу. Здесь у него легальный бизнес, весьма успешный к тому же. С законом в ладах, аккуратно платит налоги, жертвует немалые суммы на благотворительность. Другими словами, уважаемый член общества. — Трудно представить, что подобный человек размозжил голову одному из сотрудников эксклюзивным пресс-папье, верно? — Грег снова взвесил на ладони довольно тяжелую фигурку. — Такой уж скорее киллера наймет. — Он как минимум знает, что владеет раритетом. Потому что три года назад выложил за этот письменный прибор сумму, в двенадцать раз превышающую начальную стоимость. И немало гордится, что до него этой вещью пользовалась сама Железная Леди. — Ты хочешь сказать, — уточнил Лестрейд, — что тот денежный мешок достаточно дорожит своим пресс-папье и не стал бы пачкать его в чужих мозгах? — Я хочу сказать, — терпеливо пояснил Майкрофт, — что человек, который имел возможность взять в руки эту вещь, должен быть достаточно близок к хозяину. Любовница или любовник, друг, пользующийся доверием, кто-то из членов семьи. Вот тебе и круг подозреваемых. — Тогда остался только один вопрос: какое имя я должен буду указать, запрашивая ордер на обыск? — В британском бизнесе этот человек известен как Генри Вит, хотя настоящее его имя — Хенрих Витек. — Тот самый Вит, который… — у Грега округлились глаза. — Тот самый, — Холмс усмехнулся. — Хочешь, я посодействую, чтобы все нужные документы были оформлены побыстрее? — Не нужно, — Лестрейд протянул ему пресс-папье и на несколько мгновений задержал его руки в своих. — Ты и так очень сильно помог. — Рад это слышать, — улыбнулся Майкрофт. Возвращая статуэтку в кабинет, Холмс осторожно погладил кончиками пальцев льва и единорога, и из груди его вырвался счастливый вздох. Каррарский мрамор, инкрустированный платиной, все еще хранил тепло от рук Грегори. — Я положил бы к твоим ногам весь мир, — тихо проговорил Майкрофт. — Но ты не хочешь от меня совсем ничего. Тебе понадобилось почти одиннадцать лет, чтобы впервые попросить меня хоть о чем-то. Ох, Грегори…