Кентавр зимой

Майкрофт чувствовал, что поступает определенно не так, как следовало бы. Он никогда раньше после секса ни с кем не лежал в обнимку. Хуже — это мало напоминало обоюдные объятия. Он лежал, обхватив Грега руками, закинув ногу ему на бедра. Растеряй он остатки разума, он бы вообще улегся на Грега сверху, как лягушка. Тот тихо улыбался — Майкрофт это скорее чувствовал, чем видел, — и медленно перебирал его взмокшие волосы. Стоило бы отлипнуть и пойти в душ. Хорошо еще, что явных следов соития не осталось: Грег кончил в презерватив, а потом бодро и даже с каким-то воодушевлением отсосал Майкрофту. Кончая, тот испытывал чувства сродни тем, что посещают во сне, когда внезапно ноги отрываются от земли — и ты летишь. «Полежу так еще минуту — и хотя бы повернусь на спину», — лениво думал он. Конечно, ему приходилось иметь дело и с более подкованными партнерами, и нельзя сказать, что они разочаровывали. Но раньше Майкрофт предпочитал одну тактику — быстрота и натиск — и не думал, что пресловутые колокола могут начать звонить еще на стадии прелюдии. Совершенно непонятным образом Грег знал, куда целовать, когда быть вкрадчивым, когда решительным. А еще он был нежен. Вспомнив, Майкрофт издал прерывистый вздох. Честное слово, мгновениями он сам себе казался почти небожителем — так Грег его ублажал. Можно испытывать наслаждение от результата соития, можно от процесса, в конце концов. Сердце Майкрофта глухо стукнуло, когда он в очередной раз сказал себе, что этой ночью сам являлся источником наслаждения — со всеми своими веснушками, покрасневшими плечами и грудью (вот чего он совершенно не выносил, хотя куда от физиологии денешься), далеко не идеальной фигурой, смешным носом… Господи, и что теперь с этим делать? Все это слишком отдавало чувствами, а не просто желанием, а Майкрофт был не готов думать о чувствах. У него мелькнула мысль, что, возможно, Грега интересует он сам, а не его статус и должность, и что Реддл с его планами тут вообще ни при чем. От этой мысли сердце вдруг болезненно замерло, а потом заколотилось. Грег не должен был почувствовать это — Майкрофт лежал на левом боку, — но что-то определенно почувствовал. Он тихонько поцеловал Майкрофта в макушку и шепнул: — Хочешь, я наберу ванну? Полежим. — Заснем же. — Не заснем. Майкрофт кивнул, радуясь возможности побыть одному. Когда Грег вышел, он перевернулся на спину и провел по лицу ладонями — постарался успокоиться. Из ванной комнаты доносился шум воды, и Майкрофт просто слушал этот шум, чтобы ни о чем не думать. — Иди сюда! — послышался голос Грега. — Я тут отмерил по Архимеду. Майкрофт вздрогнул и открыл глаза. На ватных ногах он дошел до ванной, заглянул внутрь и улыбнулся: — То есть ты предлагаешь?.. Ну, ладно. Он забрался в воду и прислонился спиной к груди Грега. Тот добавил в воду его любимую соль — видимо, вычислил по тому, что ее чаще всего использовали. Майкрофт положил ладонь на колено Грега, закрыл глаза и расслабился. Такое совместное лежание в ванне тоже случилось впервые. Теплые ладони медленно скользили по его телу — Майкрофт сначала чувствовал их, а потом перестал.

***

Грег проснулся от соблазнительных запахов. Он открыл глаза и увидел, что Майкрофт, уже в халате, стоит у постели и держит в руках поднос для завтрака. — Ой… ну что ты? — пробормотал Грег спросонья. — А сам-то? Завтрак в постель был для него обычным делом — обитателям имения эльфы подавали его каждое утро. Ну как подавали? Столик неизменно оказывался висящим в воздухе рядом с кроватью, лишь только кто-то из хозяев просыпался. Грег поспешно сел, одновременно подтягивая повыше одеяло. — Я никогда в жизни не приносил никому завтрак в постель, — признался Майкрофт. — Очень захотелось попробовать. Он поставил столик Грегу на колени, и тот увидел джем в хрустальной вазочке с серебряной окантовкой, чай в тонкой, почти прозрачной чашке костяного фарфора, подрумяненный бекон на блюде и яйцо в подставке. — Прямо как дома, — смущенно пробормотал он. — Надеюсь, это комплимент? — Конечно. Грег не спешил есть, растерянно глядя на столик. — Чего-то недостает? — Да… нет… — пробормотал Грег. — Сок… — О, извини. Разумеется, — улыбнулся Майкрофт и вышел в коридор. Он чувствовал себя донельзя смущенным и обрадовался некоторой передышке. Вчера он не помнил, как уснул, лежа в ванне, и тем более не понимал, каким образом оказался потом в кровати. Наверняка без магии не обошлось, но Майкрофт решил, что раз он ничего не видел и не чувствовал, то и нечего переживать. Когда он вернулся из кухни со стаканом апельсинового сока, Грег уже умял половину бекона. Значит, тоже волновался. Майкрофту немного полегчало. Он присел рядом на постель, взял ножик, срезал с яйца верхушку, слегка посолил и протянул оторопевшему Грегу ложечку. — А ты сам? Ты ел? — тихо спросил тот. — Соврать или правду сказать? — Правду. — Ел. Я проснулся в пять утра от ощущения жуткого голода. Ты спал, одеяло свалилось на пол... В общем, я не стал тебя будить так рано, сбежал на кухню и съел три сэндвича и банку фасоли. Ты когда-нибудь ел фасоль прямо из банки? — Нет, — передернул плечами Грег, но тут же довольно улыбнулся. — Горжусь собой. Я, значит, не совсем безнадежен в постели. — Шутишь? Я такого сто лет не испытывал. Можно спросить? Ты... как давно ты... этого хотел? Грег схватил стакан с соком и осушил его почти до половины. — Я думал, что ты меня раскусишь раньше. Ну, в первый раз когда аппарировали, имело практический смысл тебя обнимать. Но потом-то? — Откуда мне было знать? — немного смутился Майкрофт, поняв, что его просто лапали, а он об этом не подозревал. — Но почему раньше ты никак не давал этого понять? — Вообще-то я тебе посылал однозначные сигналы, — улыбнулся Грег. — Это ты не понимал. Наверное, был занят размышлениями о моем магическом статусе? — При чем тут магический статус? Я был заинтересован еще до того, как узнал про этот самый статус. — Ты вот тоже никак не намекал на интерес. — Да я-то как мог?! — ахнул Майкрофт. — А я, значит, мог. Всемогущему Холмсу. Брату Шерлока. Шутишь? — Я шучу? Ничего себе. Я гей — ты натурал. Я холост — ты женат. Я занимаю высокий пост — ты работаешь в государственной структуре. Как я мог обозначить интерес, если ты не проявлял активности?! Я был почти уверен, что Шерлок не прав и тебе ничего и не надо, кроме как поговорить. — А когда я рассказал тебе о своих школьных подвигах? Ты меня так и считал натуралом? Кстати, именно о школьных, как ты понимаешь. На последнем курсе в Хогвартсе с одним парнем «хулиганили». — Ну, в школах все хулиганили. Я решил, что ты мне даешь понять, что тебе не важно, с кем дружить, с геем или натуралом. В общем, слава богу, ты вчера решился, сам бы я еще долго мучился... Ты ешь, пожалуйста, я впервые готовил завтрак кому-то и, честное слово, очень старался. Прости, что выбор невелик. В следующий раз я велю купить побольше продуктов... и поинтереснее. Грег улыбнулся и потискал его руку. Майкрофт с трудом удержался от того, чтобы не поцеловать его в голое плечо. Это выглядело бы уж совсем сентиментальным. — Какие у нас планы на выходной? — спросил он. — Ты ведь свободен сегодня? — Разумеется, — улыбнулся Грег. — Мы отправляемся смотреть на твой подарок. Вот только встанем, приведем себя в порядок и если проявим стойкость и не согрешим в душе, то сразу и отправимся. Майкрофт, который почему-то был уверен, что подарком являлся сам Грег и весь день с ним в постели, нервно сглотнул, не зная, что теперь делать с намеком на душ. Было, правда, и еще одно «но». Он вытащил из кармана халата телефон. Трубку сняли после третьего гудка. — Джон? Утро. Ну что, как он?.. Хорошо. То есть ничего хорошего, конечно, ну да ладно. Джон, очень прошу вас, не оставляйте его одного. Со мной сегодня не будет связи несколько часов. Но если что-то... хотя бы что-то вам покажется подозрительным — звоните Антее, она сможет со мной связаться. И не уходите... да, спасибо. О да, и вам счастливого Рождества. Грег отложил ложку, ожидая окончания разговора. — И его надо о таких вещах просить? — спросил он, нахмурившись. — Возможно, я перестраховываюсь. Все-таки он немного странный, этот доктор Джон с его постоянной сменой девиц. Но мы сейчас все равно ничем не можем помочь Шерлоку. А слушать, как он часами играет на скрипке, я устал еще в детстве. Ну что, в душ?

***

Они были более или менее готовы часам к одиннадцати, после того как выпили по две чашки кофе. Все-таки совместное посещение душа до добра не довело. Причем Майкрофт не ожидал, что не дотянет даже до кабины. Его ждало очередное открытие: оказывается, когда Грег голым стоит у раковины и чистит зубы, это способно вызывать странные порывы. Вчера Майкрофт толком не смог рассмотреть его со спины — просто не дали. Хотя он пока не посягал на задницу Грега, но то, как тот стоял — чуть опираясь одной рукой о раковину, уверенно расставив ноги, так что ямочки на пояснице виднелись четче… Майкрофт не выдержал и, когда Грег наклонился над раковиной, полоща рот, подошел сзади, обхватил его поперек торса и прижался всем телом. — М-м-м… погоди. Ополоснув лицо, Грег резко развернулся и поволок его в кабинку душа. Майкрофт в это утро выяснил еще несколько вещей. Пол в кабинке, оказывается, очень скользкий, и надо бы завести коврик — тем более что, кроме риска навернуться или устроить потоп, выдрав смеситель, еще и не совсем удобно стоять на коленях на жестком. Оказывается, не тесная, но замкнутая кабинка глушит все звуки, стоны и вскрики звучат как-то странно придушенно. Оказывается, Грега страшно заводит минет, даже когда он сам его делает — доказательством служил свежий малиновый засос на бедре Майкрофта. Несмотря на голодные взгляды, которые Грег бросает сверху вниз, он бывает бережным и нежным: не понукает, не давит на затылок и, опять каким-то шестым чувством или включив свою эмпатию, точно знает, что надо пальцами приподнимать волосы Майкрофта, проводя от шеи вверх, вызывая волны приятных мурашек по всему телу.

***

Гостиная. Надо же. Майкрофт плохо помнил, как они одевались, как вообще сюда добрались. И не понимал, почему оба без пиджаков. — Бедный ты мой, — тихо рассмеялся Грег, целуя его. — Ничего, скоро ты взбодришься. Погоди минуту, даже меньше. Я пулей… Он придержал Майкрофта за плечи, словно тот мог упасть, отстранился и пропал. Только раздался хлопок аппарации. Через несколько секунд прозвучал второй, и Грег возник с горой одеяний в руках. Сам он успел надеть мантию. — М-м-м? — только и смог промычать Майкрофт. — Одеваемся. Грег сгрузил меховые мантии на диван. Он помог Майкрофту надеть обычную, фиолетовую, знакомую прежде только по содержимому шкафа в гостевой спальне особняка Лестрейнджей. А потом взял другую — черную, подбитую каким-то непонятным зверем. Майкрофт начал понемногу приходить в себя, но все же позволил себя «облачить». Грег возился с застежками мантии, и глаза его подозрительно блестели азартом. — Как ты так быстро оделся-то, — только и смог пробормотать Майкрофт, осознавая, что их ждет путешествие явно не в знакомый особняк. — Магией. Мантия сама на тебя налетает и застегивается, — ответил Грег, вполне по-человечески надевая свою. — Мы с тобой просто шикарны, — подытожил он. — Готов к приключениям? — А жаль, я теперь знаю, что обниматься не нужно... — Да кто нам мешает? — удивился Грег и притянул его к себе. Майкрофт все же по привычке закрыл глаза, а когда открыл, вновь зажмурился от сверкающей белизны. — Открывай, открывай, смотри, — защекотало ухо дыхание Грега. Он отодвинулся, Майкрофт взглянул и невольно ахнул. Казалось, того, что он успел повидать в магическом мире, должно хватить, чтобы уже ничему не удивляться. Но, получается, он практически ничего и не видел до сего момента. Майкрофт показался сам себе маленькой точкой, затерянной в заснеженном пространстве огромной долины. Они с Грегом стояли на дороге — то ли утоптанной, то ли укатанной с помощью волшебства. Слева она упиралась в окраину расцвеченной к празднику деревушки. По улице сновали люди, и даже сюда долетали отголоски говора и смеха. — Это Хогсмид? — догадался Майкрофт. — Да, но ты не туда смотришь. Посмотри направо. Майкрофт повернул голову и схватил Грега за плечо. Дорога поднималась на холм, а из-за верхушек многовековых деревьев высились башни огромного замка. — Ох... это же... а подойти поближе можно? Нам не попадет? Это прозвучало по-детски, но пусть. Майкрофт впервые на минуту ощутил себя ребенком, которому подарили сказку. — Не попадет, — Грег взял его под руку. — Нас ждут в гости. С Рождеством, дорогой. В голове Майкрофта пронеслась мысль, что он забыл отдать свои подарки. Но она тут же растаяла, а другие мысли в голову вообще не пришли. Даже не уточнив, кто их, собственно, пригласил, Майкрофт, как завороженный, пошел за Грегом. Они долго брели по дороге, огибавшей скалистую возвышенность, на которой стояла школа. Майкрофт уже думал, что придется идти до самых ворот, но дорога внезапно нырнула в просвет между деревьями. Было немного жутко, физически ощущалось, насколько они огромны. Еще минут через пять перед глазами возникла кованая калитка, за которой к замку тянулись широкие каменные ступени. Грег достал палочку, постучал по засову и пробормотал что-то себе под нос. Засов поднялся, калитка бесшумно открылась. — Тут правда уже нельзя аппарировать, — сказал Грег, — потерпи. Они поднимались долго, лестница то и дело прерывалась площадками, огороженными каменными балюстрадами. На верхней Майкрофт остановился — то ли перевести дух, то ли полюбоваться видом. — Здесь все совсем не так… — Как в книгах или фильмах? — улыбнулся Грег. — Да, здесь территория намного больше. Ну что, последний рывок? «Рывок? Пожалуй», — подумал Майкрофт, снимая с головы капюшон. Некоторое время он еще мог разглядывать замок, как будто созданный сумасшедшим архитектором, но вскоре его стены и башни совершенно нависли над ними. Они подошли к школе не с главного входа. Грег отворил дверь у подножия одной из башен, и, пройдя по узкому коридору, они все же очутились в холле. Майкрофт запрокинул голову и посмотрел на каменные своды, потом огляделся вокруг. — Это двери в Большой зал, мы туда еще попадем попозже, — пояснял Грег. — Справа дверь в подземелья. — А нам куда? — Сейчас, подожди. В дальнем конце холла скрипнула створка, и к ним вышел маг в вызывающе малиновой мантии. — Доброе утро, джентльмены, — поздоровался он. — Доброе утро. Это мистер Стэндхем, завхоз, — пояснил Грег. — Мистер Майкрофт Холмс. — Здравствуйте, — Майкрофт решил не уточнять, куда они дели Филча. — Очень приятно, сэр. Господин директор вас ждет. Позвольте ваши уличные мантии. Завхоз взмахнул палочкой, мантии как-то сами собой расстегнулись, сползли с плеч и пропали — наверное, где-то находилась обычная гардеробная. — Вот теперь идем, — улыбнулся Грег. Они поднялись по лестнице, прошли под одной из арок и оказались в пространстве, достойном карандаша Эшера. Майкрофт был бы рад, окажись движущиеся лестницы фантазией Роулинг, но увы… Пока с лестниц приходилось перебираться в боковые коридоры с дверями классов, было еще терпимо, но на пятом этаже пролеты соприкоснулись прямо в воздухе над чудовищным провалом внизу. К тому же голова немного кружилась от постоянного мельтешения обитателей многочисленных портретов на стенах. Грег мягко взял Майкрофта под руку, и они стали подниматься на шестой этаж, а потом подошли к огромной горгулье, которая, «опознав» Грега, отодвинулась со скрежетом, открыв вход на маленькую винтовую лестницу, ведующую к аппартаментам директора. — Проходите, мои дорогие, проходите! Ступив на «твердую почву», Майкрофт слегка пришел в себя. — С Рождеством, профессор Дамблдор. И спасибо за приглашение. Это... лучший подарок. — Ну что вы! — улыбнулся директор. Он стоял посреди кабинета, облаченный в скромную сероватую мантию, зато длинный жилет его украшали вышитые грифоны. В кабинете пахло книгами и… цитрусовыми. Майкрофт вспомнил о лимонных дольках и улыбнулся. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не начать смотреть по сторонам. — Не замерзли? — спросил Дамблдор, после того как обменялся рукопожатиями с обоими. — Да вы не стесняйтесь, осматривайтесь. Хотите чего-нибудь согревающего? Может, горячего вина с пряностями? — На ваше усмотрение, спасибо, — слегка невпопад бормотал Майкрофт. — Не надеялся, что когда-нибудь попаду сюда. Это большая честь, сэр. И все-таки я рад, что она написала эти книги. Ощущения... сказочные. На столике у ярко горящего камина появились самые настоящие серебряные кубки и кувшин, от которого поднимался пар, распространявший просто божественный аромат. — Прошу, — Дамблдор жестом указал на мягкие кресла. Майкрофт невольно подумал, что пресловутые мантии, хочешь ты этого или нет, добавляют элегантности и изящества жестам. Он уже успел заметить, что маги никуда не спешат, не суетятся, двигаются плавно. Вот хотя бы взять Грега. Стоило ему облачиться в мантию, как он сразу расправлял плечи, голову держал прямо и даже казался от этого немного выше. Кувшин разливал вино сам. Вероятно, тут не обходилось без эльфийской магии. Майкрофт уже убедился, что домовики не являются угнетаемым народом, и начинал подозревать, что между ними и волшебниками существует своеобразный симбиоз. Они выпили за встречу и еще раз поздравили друг друга с Рождеством. Со своего места Майкрофт мог видеть высокие книжные шкафы, снабженные лестницами, стол с какими-то странными приборами и насест… Пустой. — А где ваш феникс? — спросил он. — Летает, — ответил Дамблдор. — Он ведь не обязан все время сидеть тут. Конечно, зимой ему не так вольготно, но сегодня ветра нет. Вы еще успеете познакомиться. — А замок можно будет посмотреть? — Конечно. Думаю, Грегори устроит вам экскурсию. Сейчас каникулы, почти все ученики разъехались, осталось всего восемь, но мы им скажем, что вы инспектор из Министерства, — улыбнулся Дамблдор. — Видите ли, мадам Роулинг права — во время каникул мы едим за общим столом. — А почему дети остаются тут в праздники? Сироты? — В том числе, но не только. Иногда причины совершенно невинные. Вот, например, в этом году остался мальчик с Гриффиндора — оба его родителя изучают драконов и сейчас в командировке на Балканах. Есть двое маглорожденных из неблагополучных семей. Всякое случается. — Интересно, маглорожденные ученики сильнее скучают по дому, чем дети из семей волшебников? Дамблдор с интересом посмотрел на Майкрофта поверх очков. — Думаю, все зависит от семей. — Не все родители принимают информацию о вашем мире одинаково? Как вы вообще объясняете им, чтобы они поверили? Нельзя же просто прийти и заявить: ваш ребенок — маг? — Вы меня сейчас ставите в очень сложное положение, мистер Холмс. — Это секрет? — спросил Майкрофт. — Видимо, вы подключаете... магическое внушение? Все-все, секрет так секрет. — Поговорим лучше о приятном, — заметил Дамблдор. — Обед у нас по старинным традициям в три часа дня. Сегодня он праздничный. Надеюсь, вы к нам присоединитесь. — Почту за честь, благодарю вас. А лягушки будут? Те, шоколадные? — Обязательно! Да, Грегори, из ваших на каникулах не осталось никого, так что помещения пусты. — Понял, сэр, — улыбнулся Грег. — Ну что, молодые люди, — улыбнулся директор, — идите нагуливать аппетит. — Давно меня не называли молодым человеком, — сказал Майкрофт, как только двери кабинета за ними закрылись. — Приятно. — Он мог бы сказать и «дети мои», — хмыкнул Грег. — Это более соответствовало бы действительности. С чего начнем? Что ты хочешь посмотреть в первую очередь? — А что ты хочешь в первую очередь показать? Ты привез меня в сказку, вот и показывай. — Раз уж мы забрались так высоко, так с верхних этажей и начнем, и будем постепенно спускаться. На седьмом этаже у нас вход в башню Гриффиндора, но туда мы не попадем, потому что не знаем пароль. Мы можем подняться на Астрономическую башню, если хочешь. — Конечно. А классы? Кабинет Снейпа увидеть можно? Или он заперт, а хозяин празднует где-то у теплых морей? — Вот уж не знаю. Он не любитель жариться на солнце — сразу обгорает. Скорее всего, шеф сегодня тут, и комнаты декана Слизерина заперты по другой причине, — усмехнулся Грег, увлекая Майкрофта на очередную лестницу, а потом в коридор, ведущий к башне. Они долго поднимались по, казалось, бесконечной винтовой лестнице, а когда вышли на площадку, Майкрофт порадовался, что тут высокая ограда, правда не сплошная, а с жуткими прогалами у колонн. Грег что-то сделал с мантиями, и они сами грели, что оказалось весьма кстати — на площадке гулял ветер. — Ну вот, — обняв Майкрофта за талию, Грег подвел его к чугунным ограждениям. Смотреть прямо вниз совершенно не хотелось, но и так зрелище открывалось величественное. Майкрофт был удивлен, что здесь так много снега, и, видимо, недавно выпавшего — он покрывал весь Запретный лес, который тянулся почти до самого горизонта или до некой туманной линии, его заменяющей. Справа виднелось озеро, замерзшее только у берегов. — А кальмар существует? — спросил Майкрофт. — Нет, конечно. Но подводные жители в озере есть, — ответил Грег. — А вон тот домик у леса? Там живет Хагрид? — Просто школьный лесник. Прости, дорогой, должен тебя разочаровать, но полувеликанов нет в природе. Вот профессор Флитвик — правда наполовину гоблин. — Я чувствовал, что с полувеликанами что-то не так, — засмеялся Майкрофт, — думал даже: неужели у магов так давно в ходу искусственное оплодотворение? Но вообще-то Гарри Поттера нет, Хагрида нет, книги не кусаются... Шерлок на моем месте был бы разочарован! Но не я. Однако, надеюсь, привидения у вас есть? — Этого добра хватает. Но, возможно, ты увидишь их немного не в том облике, чем мы. Более расплывчатом и газообразном. Они посмотрели на территорию школы с разных точек, понаблюдали в подзорную трубу за стаей грифонов, которые выслеживали оленя («А кентавры сейчас здесь?» — «Нет, они откочевали на зиму в Грецию через портал»), а когда согревающее заклинание стало ослабевать, спустились вниз, но только ради того, чтобы по лестничным пролетам перейти на восьмой этаж и заглянуть в кабинет Заклинаний. Майкрофт ради эксперимента «заказал» Выручай-комнате квартиру брата на Бейкер-стрит — она желание выполнила, но слишком уж все получилось приглаженным и аккуратным. — Хорошо, у Гриффиндора пароль, у Слизерина что? Тоже пароль? — спросил Майкрофт, когда убедился, что классы в Хогвартсе, за исключением всяких магических штучек, выглядят слегка напоминающими старинные помещения в Оксфорде. — Пароль, — кивнул Грег. — У Равенкло надо суметь отгадать загадку или решить задачу — когда как. Ну а у нас — иметь чувство ритма. — Ты учился на Хаффлпаффе? — догадался Майкрофт. — Да, и горжусь этим. — Нормально — гордиться своим колледжем. Я тоже горжусь Баллиолем, разумеется. А какую загадку надо отгадать на Равенкло? Магическую? Интересно, я бы смог? — Логическую. Магическую и с другого факультета могут разгадать. — О, а попробовать можно? — загорелся Майкрофт. — Даже не заходить, если это не принято, только получить разрешение. — Попробуй, — улыбнулся Грег. Вход на Равенкло находился на пятом этаже. На массивной двери красовался бронзовый ворон, держащий в когтях кольцо. Грег постучал в дверь три раза. — Так-так, — прокаркал ворон, — сегодня Рождество, посему загадка полегче. Имеются десять мешков, набитых монетами. Количество их в каждом из мешков одинаковое. В девяти все монеты золотые, и каждая весит пять граммов, а в одном — все фальшивые, и они легче — по четыре грамма. Нужно определить этот мешок, но взвешивание производить можно всего раз. Майкрофт на пару секунд нахмурил брови, потом улыбнулся. — Я бы из первого мешка взял одну монетку, из второго две, из третьего три и так далее. Таким образом набралось бы пятьдесят пять монет из всех десяти мешков. Потом нужно взвесить эти монеты. Если бы они все были золотые, то суммарный вес их составил бы двести семьдесят пять граммов. Но у нас есть фальшивые, стало быть — вес окажется меньше. И если не хватает одного грамма, то фальшивые монеты находятся в первом мешке, если двух — то во втором, — Майкрофт посмотрел на Грега, который пытался угнаться за логикой его ответа, и пояснил уже ему, — потому что из него на весы положили две монетки, каждая из которых на один грамм легче остальных. Понимаешь? Ну и так далее. Сколько граммов недостает, в таком по очереди мешке и фальшивки. — Пр-р-роходите! Дверь открылась. — Ни разу тут не был, — шепнул Грег, заглядывая внутрь. Они осторожно вошли в гостиную, опасаясь, что придется объяснять детям, кто они и зачем явились. Но гостиная пустовала. Большое помещение со сводчатым потолком в мерцающих звездах, огромная статуя волшебницы… — Хорошо устроились, — сказал Грег, щупая банкетку. — Интересно, родись я магом — учился бы тут? — Майкрофт задрал голову, разглядывая потолок. — Может быть. Ты интеллектуал. — Ну, загадка-то детская. Но я, в принципе, не столько интеллектуал даже, сколько аналитик, — вздохнул Майкрофт. Не говорить же, что сам выбрал бы другой факультет. — Ничего себе детская. Я бы час просидел, пока хоть что-то понял. В спальни мы не сунемся, идем в Подземелья. Оказавшись в холле, после долгих переходов по лестницам, они толкнули дверь напротив входа в Большой зал и по выщербленным ступеням спустились в Подземелья. — Тут класс зельеварения, — говорил Грег, указывая на дубовые створки по сторонам длинного коридора, — тут комнаты Снейпа, кладовая, лаборатория, вход в комнаты Слизерина. — Здесь же стена. — Это маскировка… Они повернули и попали в более светлый коридор с готическими сводами, упиравшийся в пышный натюрморт на стене. Поодаль в хаотичном порядке были свалены бочки. — Вход на кухню; не будем тревожить эльфов, они обед готовят, — Грег потянул Майкрофта за рукав в сторону бочек. Он простучал по одной ритм, напоминавший джигу. Внезапно вся груда отодвинулась в сторону, открыв круглую дверь. — Добро пожаловать в Хаффлпафф! — важно провозгласил Грег, толкая дверь и пропуская Майкрофта вперед. «Что-то это подозрительно напоминает нору хоббита, — подумал Майкрофт, оглядывая круглую гостиную с окошками под потолком. — Интересно, Профессор встречался с магами?» Повсюду в горшках стояли странные растения — иногда красивые, но чаще жутковатые, и все они шевелились и помахивали листьями. — А вообще уютно, если не обращать внимания на ваш дендрарий. А где была твоя спальня? — Хочешь посмотреть? Грег открыл одну из дверей — оказалось, там еще один коридор, длинный, освещенный факелами, которые вспыхнули сами собой. — Вот здесь. Спальня, вторая в левом ряду, предназначалась для пятерых: кровати с резными спинками, шкафчики, печка с изразцами и кресла с полосатой обивкой. — Я спал тут, — Грег ностальгически вздохнул и указал на одну из кроватей под лоскутным одеялом. — С первого по последний курс. — А рядом кто? С кем ты дружил? Майкрофт хотел спросить, где обитал тот приятель, с которым... но постеснялся. Интересно, на каком факультете тот учился? — Джайлс Критчер, — улыбнулся Грег, — у него теперь своя плантация в Сассексе. Выращивает растения для зельеваров. Был любимчиком у профессора Спраут. — А чьим любимчиком был ты? — Наверное, ничьим, — рассмеялся Грег, — или я просто об этом не знал. — А ты сам кого из преподавателей выделял? Или хотя бы какой предмет? Они вернулись в гостиную и сели на диванчик под подозрительно шевелящимися ампельными растениями. Один побег вдруг погладил Грега по щеке, тот улыбнулся и осторожно провел по листьям. — Не шали. — Вытянув ноги, он потянулся. — По гербологии и зельям я получил на экзаменах «выше ожидаемого», в коллекцию Слизнорта не попал, у Спраут в отличниках не ходил. Но знаний по зельям мне хватило, чтобы поступить в академию аврората. Вот по трансфигурации я заработал «превосходно», и Минерва Макгонагалл меня помнила все эти годы. Флитвик меня хвалил, профессор по Защите Геронтиус — тоже. — Да тебя вон даже растения помнят. А дома у тебя тоже горшки стоят? Ты меня никогда не звал в гости... — Помнит? Ну что ты — ему лет пять всего. Он просто ко всем ластится. Это Рaracletus Rosales — хорошее растение от депрессии. Дома у меня нет цветов. — Грег внимательно посмотрел на Майкрофта. — Ты правда хочешь побывать у меня на квартире? Зачем? Даже я не чувствую себя там дома. — Это я намекаю на то, что теперь ты можешь решить съехать с этой квартиры в любой момент, и я ее так и не увижу. — На что там смотреть? — пожал плечами Грег и вдруг помрачнел. — Что такое? — Ничего. — Грег притянул Майкрофта к себе и поцеловал. — Все в порядке. Это я о своем. В сущности, я испортил жизнь вполне неплохой женщине. — Испортил? Чем, интересно? — желчно переспросил Майкрофт. — Любая женщина чувствовала бы себя на вершине счастья с таким возлюбленным, как ты. А она оказалась недостойна даже того, чтобы ты доверил ей правду о себе... Я уж не говорю об остальном. — Ты неправ. Я никогда не был для нее возлюбленным. И у нее до сих пор нет детей из-за меня. И ты правда полагаешь, что в постели с ней я вытворял то же, что и с тобой? — Ты же не на первой попавшейся женщине женился? Наверное, она тебе как минимум нравилась? Кстати, твой шеф считает, что у тебя вполне могут... могли быть дети. Но ты сам тщательно следил, чтобы они не родились. Он неправ? — Шеф всегда прав, — усмехнулся Грег. — Я никогда не влюблялся в женщин, но подозреваю, что от любимой хотеть детей — нормально. Так же, как ей от любимого мужчины. Твоя жена предпринимала усилия, чтобы родить? — Она считает, что у меня не может быть детей, так что следит, чтобы не залететь от кого-то из любовников. — Просто разведись, — не выдержал Майкрофт. — Оставь ей квартиру и разведись. Самому же станет легче. Если надо где-то... я хочу сказать — мой дом к твоим услугам. Грег нервно поерзал на диване, а потом вдруг положил голову Майкрофту на колени. Рaracletus как-то подозрительно зашуршал на полке. — Это очень соблазнительное предложение, — сказал Грег. — Я, конечно, разведусь, но первое время поживу один, хотя буду приходить к тебе так часто, как только ты сможешь меня выдержать. Майкрофт погладил его по волосам. — Делай так, как лучше для тебя. Я никогда не жил с кем-то вместе после того, как в семнадцать лет уехал от родителей. И очень сильно подозреваю, что не смог бы ужиться под одной крышей ни с кем, кроме тебя. Так что приходи так часто, как ТЫ сможешь выдержать меня. Грег не ответил, он поспешно сел и удивленно посмотрел на дверь. За ней раздалось постукивание и скрежет отъезжающих в сторону бочек. — Вот вы где! — на пороге стоял Реддл. — А мне сказали, что вы по школе бродите. Он вошел в гостиную. — Как вы открыли дверь, сэр? — удивился Грег, а еще больше — тому, что шеф без галстука. — Да не родились еще такие бочки… — Реддл рассмеялся. То ли он был навеселе, во что с трудом верилось, то ли и правда очень приятно провел последние несколько часов в комнатах Снейпа. — Согласитесь, коллега, — заметил Майкрофт, — бочки куда демократичнее паролей, тем более меняющихся каждый день. К вам на факультет мы бы не попали. — Северус сейчас добрый. — Реддл улыбнулся. — Возможно, покажет. Как вам понравилась школа, Холмс? Грег чуть приподнял брови, посмотрел на них обоих, но ничего не сказал. — Очень понравилась. Здесь все такое настоящее... Я даже не ожидал. И хоть и не должен чувствовать ничего такого, но в вашей школе даже закоренелый магл ощущает, поверьте, особую ауру, как атеист в очень старом и намоленном храме. В Хогвартсе живут счастливые люди, им хорошо. Завидую, Реддл, тем, кто учится или учился тут, и вовсе не потому, что знаю, чему их учили, но и тому — как. И да, буду счастлив засвидетельствовать свое почтение декану Снейпу. — Тронут, коллега, — Реддл подошел к Майкрофту, они обменялись рукопожатием. — Искренне тронут. Я сто раз готов побыть Вольдемортом, но вот в каком искаженном виде в книгах изображен учебный процесс, меня неимоверно бесит. Однако идемте к Северусу — до праздничного обеда осталось часа полтора.

***

Снейп, вопреки обыкновению, был в зеленой мантии — видимо, в честь праздника. И даже при галстуке — с серебряной булавкой по центру мягкого узла. Реддл пробормотал что-то вроде «ай-ай-ай», вышел в соседнюю комнату и через пару секунд вернулся тоже при полном параде. Майкрофт представил себе, как галстук, будто живой, сам завязывался в узел, и нервно повел шеей. — Северус, можно попросить тебя об одолжении? — мягко произнес Реддл. — Показать мистеру Холмсу Слизерин? — черные глаза Снейпа лениво скользнули по лицу Майкрофта. Тот не воспринял этот взгляд как пренебрежительный. В голосе Снейпа звучали едва уловимые нотки довольства. — Извольте. Лестрейндж, вы с нами? — Сэр, — обратился Грег к шефу, — можно поговорить с вами тет-а-тет? — Конечно, Грегори. Майкрофт вслед за деканом Слизерина вышел в коридор. — Вы хотите спросить, где же слизни и тараканы в банках? Они здесь, в кладовых, — Снейп указал на дверь рядом с классом зельеварения. — А наш малыш Лестрейндж, вероятно, вскоре избавится от своей магловской жены? Чудесно. Мои поздравления. — Мне вот интересно, он разрешения спрашивает сейчас или благословения? — пробормотал Майкрофт и добавил невпопад: — Никогда не видел таракана. Угол рта Снейпа дернулся. — Благословения он уже просил, если рассказал вам о магах. Видимо, обговаривают тактику развода. — Тактику? Забавно. Я бы на его месте сказал супруге, что полюбил другую женщину, извинился перед ней и ушел. А вы, профессор? — Понятия не имею, мистер Холмс, у меня никогда не было жены, — ответил Снейп и вдруг прошел сквозь стену. Майкрофт опешил, но стена будто растворилась, а за ней открылась арка, поддерживаемая колоннами в виде переплетенных змей. — Прошу, сэр, — Снейп стоял в дверях. «Что это он вдруг?» — подумал Майкрофт, но, войдя в гостиную, понял, в чем дело: выстроившись в ряд трое слизеринцев лет тринадцати, два мальчика и девочка, пожирали глазами декана. — Поздоровайтесь с инспектором, господа студенты. — Добрый день, сэр! — выпалили слизеринцы единым духом. — Добро пожаловать и счастливого Рождества! — Счастливого Рождества, господа. Хорошо проводите День Подарков? — спросил Майкрофт, испытывая острое желание придушить Снейпа. Предупреждать же надо! — Да, сэр! — опять дружный хор. Майкрофт быстро осмотрелся — из всех увиденных им сегодня факультетских гостиных эта была наиболее обширной и даже роскошной. В огромном камине, украшенном драконами, горели целые поленья. — Господин декан, а Маргарет опять получила подарок от Санты, — сказал вдруг один мальчик. — И что на этот раз, мисс Коллинз? — спокойно поинтересовался Снейп. Невзрачная девочка с тяжелыми бровями и слишком серьезным взглядом вдруг улыбнулась: — Новая книга мистера Скамандера. Представляете, сэр, с автографом! — Очень рад за вас, Маргарет. Но мы с господином инспектором не будем вам мешать. Отдыхайте и не опаздывайте на обед. — Она из магловской семьи, — сказал задумчиво Майкрофт, когда они вышли в коридор и заглянули в класс зельеварения. — У нее только один родитель, скорее всего отец, и он всегда работает в Рождество. Кто дарит таким детям подарки, вы, сэр? — Санты не существует, — хмуро произнес Снейп. — А подарок от нас с Томом. Он позавчера навещал Скамандера в Дорсете. Вы не совсем правы, мистер Холмс. Ее отец не работает в Рождество. Он сейчас, скорее всего, под кайфом, заработать уже успел. — Дайте мне его координаты. Я не связан условностями и законами о невмешательстве, и я прочищу ему мозги так, как не сможет ни один волшебник. Снейп кивнул: — Мы это обсудим. Благодарю, мистер Холмс. А насчет подарков не переживайте: вы же наверняка заглянете с Лестрейнджем в Хогсмид — купите чего-нибудь в «Сладком королевстве» и пришлете в школу. — Да, я уже подумал об этом, спасибо. Мне сказали, что на каникулы тут осталось восемь детей. А у вас класс такой... прямо царство алхимика, в хорошем смысле, конечно. Вот где моему брату понравилось бы. А я, увы, мало смыслю в химии. Меня в школе выручала только хорошая память. Снейп впервые улыбнулся: — Хотел бы я знать, в каком еще смысле, кроме хорошего, может существовать царство алхимика? — Невежественные маглы, — улыбнулся и Майкрофт, — считают алхимию лженаукой. А можно посмотреть на те ужасные банки, которых так боялся Поттер и его компания в книгах? — Извольте. Они вышли в коридор, и Снейп отпер заклинанием дверь одной из кладовых. Это оказалось обширное помещение, уставленное по периметру полками, на которых и стояли пресловутые банки с заспиртованными существами — порой самыми обычными вроде лягушек разных видов и змей, а порой совершенно непонятных. — Господи, что это? — спросил Майкрофт, глядя на большую банку, где парило в жидкости что-то уродливое, голое и напоминавшее то ли ящерицу, то ли горгулью. — Это зародыш дракона, — небрежно ответил Снейп. — Среди драконих тоже встречаются нерадивые мамаши, которые бросают кладки. Не всегда яйца удается спасти. А вот это пресловутые тараканы. Банки с ними занимали значительный участок на одной из полок. Самые разные тараканы, всех этапов развития — от только что прошедших первую линьку до взрослых экземпляров. Рыжие, черные, тропические почти в дюйм длиной… — Надо же... Совсем не страшные, — задумчиво протянул Майкрофт, разглядывая рыжего. — За стеклом-то, конечно, не страшные, — усмехнулся Снейп. — Но вот Gromphadorhina portentosa, к примеру, издает шипение. Говорят, маглы стали заводить их в качестве домашних питомцев. — Велю своей помощнице найти такого на время, поставлю аквариум на столе перед совещанием в следующую среду, — мечтательно протянул Майкрофт. — Но, в общем, я думал, тараканы реально страшнее, а это просто насекомые... наверное. Они же не волшебные? Просто шипят? — Самые обыкновенные, — с легкой издевкой ответил Снейп. — Рыжие, знаете ли, с возрастом начинают пользоваться крыльями. Они не летают, конечно, но могут спланировать на человека, если сочтут его подходящим объектом для передислокации. — А нету живого? Я бы... подержал на ладони. Интересно, смогу или нет. С юности не испытывал себя на прочность... — Увы, живых тараканов в Хогвартсе не найти. Неужели вам в жизни мало беспокойства и стрессов, что вы хотите пощекотать себе нервы, Холмс? — Не то что пощекотать... Знаете, мне всегда было любопытно, на что я, собственно, способен. Смогу ли взять в руки пугающую меня тварь так, чтобы окружающие не заметили моей паники. Смогу ли, например, справиться с боггартом, как в книге описано... У вас же правда есть боггарты? — По одному на этаж, — съязвил Снейп, но тут же пояснил: — Профессор Геронтиус каждый год отлавливает экземпляр для третьего курса. Как вы понимаете, боггарт — не мой учебный инвентарь, но… Снейп с сомнением посмотрел на Майкрофта, а потом поманил его за собой. В конце коридора подвел к огромному камину в рост человека, велел встать на присыпанную золой чугунную решетку. — Спокойно. Я брошу порох, а вы скажите «Кабинет Защиты от темных искусств». Профессор взял из ведерка, висящего рядом с камином, горсть какого-то порошка. Одновременно с тем, как Майкрофт называл конечный пункт перемещения, бросил ему порошок под ноги. Полыхнуло зеленое пламя, Майкрофта будто протащило вверх по тоннелю и «выкинуло» на облицованный мрамором пятачок возле камина в классе ЗОТИ. Те недолгие секунды, пока не появился Снейп, Майкрофт тихо чертыхался себе под нос, пытаясь стряхнуть с мантии сажу. — Погодите. — Снейп провел палочкой, словно металлоискателем, вдоль его тела, и сажа исчезла. Он также привел в порядок и себя. — Извините, пришлось бы опять взбираться по всем этим лестницам, а до обеда осталось не так уж много времени — вдруг коллега Геронтиус по дороге на первый этаж вздумает сюда заглянуть. Знаете, мне очень любопытно, как вы, будучи маглом, воспримете контакт с боггартом. Если вы готовы рискнуть, мы устроим эксперимент. Глаза Снейпа горели азартом. Чем-то он напомнил Майкрофту Шерлока, когда тот увлечен очередным безумным опытом. — Не просто готов, а сгораю от нетерпения. Только вы его, если что, не убирайте сразу, дайте мне попробовать... попробовать, короче. Пожалуйста! Я должен... я хочу справиться! — Если я пойму, что вам стало плохо, я уберу боггарта — не геройствуйте понапрасну, — сказал Снейп, подводя Майкрофта к большому шкафу в углу кабинета. Точно так же, как в книге, шкаф по мере их приближения затрясся, словно нечто, запертое в нем, рвалось наружу. — Встаньте вот сюда, дайте ему простор. — Снейп поднял палочку. — Вы не можете применить заклинание — следовательно, чувство юмора вам тут не поможет. Но попробуйте не бороться со страхом, а принять его. Алохомора! Двери шкафа распахнулись, и оттуда повалил черный дым, пополз по полу, окутывая ноги Майкрофта. Он вдруг увидел себя со стороны. Сначала проявилась вовсе не страшная, такая знакомая детская в их старом доме, в которой вырос он сам и где до самого пожара спал Шерлок. Самая современная на тот момент яркая детская мебель (мамуля не жалела денег) совершенно не вписывалась в старинную комнату с высоким потолком. Шерлок обычно спал на втором ярусе кровати, а внизу сваливал игрушки. Не успел Майкрофт удивиться мирному боггарту, как в комнате вспыхнул огонь. Он охватил игрушки, ковер, занялась кровать, комната наполнилась едким дымом... Дверь распахнулась, и вот тут Майкрофт увидел себя — неловкого, полноватого подростка, задыхающегося в дыму, прижимающего к носу и рту какую-то тряпку... «Футболку, — вспомнил он. — Она валялась на стуле, я учуял дым и схватил ее». Тут Майкрофт осознал, что прижимает старую футболку к лицу на самом деле. Он кинулся от кровати к окну, потом обратно, принялся звать Шерлока. С каждым криком, с каждым вдохом он задыхался все больше, но не мог найти брата. Кровать вдруг вспыхнула, вся охваченная пламенем, а потом рухнула вниз вместе с прогоревшим перекрытием. В последний момент Майкрофт успел разглядеть на верхнем ярусе маленькую фигурку брата — и не смог издать от ужаса ни звука. Он был готов провалиться следом в пекло, но вдруг ощутил, что под ногами твердый пол, на мгновение увидел класс и Снейпа с палочкой наготове. — Нет! — Майкрофт махнул рукой в его сторону. — Мне нужна вторая попытка! Во время четвертой попытки Майкрофт понял — паника мешает, он слишком вовлекается в происходящее, теряет контроль. Он вспомнил совет профессора и решил, что паниковать будет потом. Его двойник наконец пробился через огонь к кровати, схватил на руки потерявшего сознание брата. Почему-то огонь ослаб, и перед юным Майкрофтом засветилась призрачная дверь в коридор. Он повернулся к себе взрослому, толкнул дверь и вышел. — Убирайте, — выдохнул Майкрофт. Он не заметил, какой именно облик принимал боггарт, оказавшись лицом к лицу со Снейпом, и во что тот превратил свой страх — было совершенно все равно. Майкрофт добрался до ближайшей парты и сел на скамью. Сердце колотилось, внутри все тряслось. — Выпейте, — послышался голос Снейпа, и в нос ударил запах горячего шоколада. — Обязательно? — Майкрофт проглотил слюну. — Обязательно. Станет легче. Майкрофт осторожно выпил, стараясь не вдыхать запах — от него мутило, хотя шоколад был потрясающим на вкус. Понемногу напряжение отпускало. — Интересный опыт, — заметил Снейп. — Впечатлен вашей выдержкой. Сам я видел просто картинки, образы: двух детей в горящей комнате. Вряд ли вы совершали бы новые попытки, окажись ваши видения столь примитивны? — Это не просто дети, а мой брат и я сам. Теперь вы знаете, каким я был толстым в подростковом возрасте, — нашел в себе силы пошутить Майкрофт. — У нас в доме много лет тому назад случился пожар. Но в реальности Шерлок проснулся сам и успел выбежать из комнаты, когда почувствовал запах дыма. Мне не пришлось его спасать, наоборот, он сам поднял крик и разбудил всех остальных. Но меня потом долго преследовал сон, что я ищу его в горящей комнате и ничего не в силах сделать. Снейп прошелся по классу, проверяя шкаф и поводя в воздухе палочкой, убирая одному ему видимые следы их пребывания. — Я начинаю думать, что когда маглов посещают галлюцинации — это не всегда следствие болезни. Мы никогда не исследовали напрямую воздействие темных существ на обычных людей. Было время, когда нас пугало одно и то же, потом ваш рационализм стал брать верх над реальностью. — Если нужен доброволец для изучения феномена — я к вашим услугам. Наверное, можно где-то... — Майкрофт задумался. — Я понимаю, что не каждый день меня будут допускать в школу. Но результаты такого исследования интересны всем. Жаль, что сегодня так мало времени. Что там наши? Снейп достал из кармана мантии что-то напоминающее часы, отщелкнул крышку и посмотрел на диск. — Сидят в кабинете, разговаривают. — Снейп показал Майкрофту прибор с единственной стрелкой, которая указывала на «двенадцать часов». — Так она встает, когда Том у меня. Майкрофт успел заметить мелкие надписи «дорога» и «опасность». — О... это... настроено на конкретного... на партнера? Или на кого угодно так можно? — Можно на кого угодно. — Великолепная вещь. Вот когда пожалеешь, что не маг и не можешь пользоваться такими приборами, — вздохнул Майкрофт. — Мой братец не погиб в пожаре, вырос и вечно влипает в неприятности... Да вы в курсе, я думаю. — Теоретически вы могли бы так приглядывать за братом, — заметил Снейп, — но прибор настраивается при личном присутствии. Ваше предложение стать «подопытным» звучит соблазнительно, вы уверены, что сможете выкроить время? — Уверен. Я не жалею времени на необходимое, а уж когда оно еще и интересное... Что же касается брата, то он скорее прыгнет в огонь, чем позволит мне настроить на него такой прибор. Увы. — Спускаемся вниз, — внезапно сказал Снейп. — Стрелка дернулась. Когда они выбрались из камина в Подземельях, то столкнулись лицом к лицу с Грегом и Реддлом, который держал в руках такой же прибор, как и Снейп. Грег очистил мантию Майкрофта. — А мы уже собирались идти за вами. Пора выдвигаться в Большой зал. В который раз уже Майкрофт убедился, что даже правдивые куски романов о волшебниках не передают подлинной красоты этого места. Две огромные ели встречали входящих в Большой зал. Стены, колонны, балки наверху мерцали, словно покрытые инеем. Потолок являл собой слабо отсвечивающее небо, с которого падали пушистые хлопья снега, исчезавшие футах в пяти над столами. После встречи с боггартом предстать перед очами всего педагогического состава школы казалось для Майкрофта парой пустяков. Он вежливо раскланивался со всеми, пожимал руки — в том числе и дамам, замечая про себя, что никто не выражает особого удивления по поводу присутствия в школе магла. Это наводило на определенные размышления, но портить себе настроение и гадать, что стоит за таким радушным приемом, не хотелось. Майкрофт с удивлением обнаружил, что половину учителей Роулинг выдумала, и вообще все не так страшно, как в книгах, а уж тем более — в фильмах: преподаватели не выглядели как фрики или престарелые хиппи. Они надели элегантные праздничные мантии, прически дам украшали причудливые гребни. У профессора Флитвика — аккуратного маленького старичка — о гоблинской крови напоминал только крючковатый нос. Профессор Спраут, полная веселая дама с ямочками на щеках, сердечно приветствовавшая Грега, красовалась в светло-зеленой мантии цвета молодой листвы. Профессор Слизнорт чем-то напомнил Майкрофту одного викторианского писателя — пышными усами и внушительным ростом *. Словом, общество подобралось самое приятное. Правда, Майкрофт едва не забыл о приличиях и не вытаращил от удивления глаза, когда раздалось цоканье копыт и в зале появился самый настоящий кентавр белой масти, с белыми волосами и одной черной прядью, и такими ярко-голубыми глазами, будто он был персонажем «Дюны». Майкрофт почтительно пожал профессору Флоренцу руку, ожидая, что вот прямо сейчас последует какое-нибудь предсказание, но кентавр внимательно посмотрел на него и ограничился пожеланиями счастья на праздники. Детей усадили по правую руку от директора, остальные расселись кто как пожелал. — С праздником, друзья! — возгласил Дамблдор. — Счастливого Рождества! Все вдруг разом запели хором «Бог хранит вас, веселые господа», даже кентавр подхватил басом. Майкрофт поначалу опешил, но вскоре присоединился, мурлыкая себе под нос. Преподавательский хор не отличался стройностью, зато все пели искренне и от души. — Приятного всем аппетита. Директор махнул рукой в сторону стола, на котором вдруг появились такие яства, что Майкрофт решил, что эдак он рискует скончаться на беговой дорожке от перенапряжения.

***

— Ты же сказал, что все кентавры в Греции, — заметил Майкрофт, когда они с Грегом сидели в «Трех метлах», пили горячий шоколад — это после банкета-то — и ели сладости. Они уже побывали в «Сладком королевстве», накупили подарков детям и отправили в школу, а теперь утоляли вновь проснувшийся от ароматов легендарной лавки аппетит. Рядом с Майкрофтом лежал большой пакет, из него раздавалось слабое шуршание лягушек в коробочках. — Так Флоренц работает в школе круглый год, — ответил Грег. — Он не может покинуть свой пост. Майкрофт вдруг подумал, что совершенно не представляет, как спят кентавры. Ну не стоя же? — А кентавры... чисто теоретически могут жениться на женщинах? Грег кашлянул. — Только в очень безумной теории. — Эх... Тогда ему должно быть очень одиноко тут зимой? Бедняга. Что? Что такое? Грег чуть под стол не сполз от смеха. — На тебя сладкое плохо действует, — сказал он, вытирая слезы. — У кентавров весной начинается гон — Флоренц берет отгулы и отрывается. Кентавры воспитывают молодняк табуном, коллективно, так что им все равно, кто чей ребенок. — Ты всерьез? Господи, как может быть все равно, где чей ребенок? Ты шутишь? Они же по разуму — люди, а не животные. Грег с удивлением посмотрел на Майкрофта. — Я заметил, ты принимаешь близко к сердцу все, что касается детей. При чем тут разум кентавров? Разум — это одно, а уклад жизни — другое. К слову, у некоторых человеческих племен, живущих родовым строем, тоже в ходу коллективное воспитание потомства. — Да родовым строем-то... так-то у Плутарха, например, и про кентавренка есть упоминание, правда там самец... э... мужчина прижил его от кобылы. Но это же когда было-то. На слова про детей Майкрофт не нашел ответа и счел разумным промолчать. Сам он за собой такого не замечал, но, возможно, Грег прав; вопрос только, хорошо это или плохо с точки зрения самого инспектора. — В тебе умер учитель начальных классов, — заметил Грег. — Ну что, дорогой, отправляемся домой? — Скажи это Шерлоку, потом расскажешь, как он отреагировал. Давай... домой. Надеюсь, ко мне? У меня там тоже подарки... — Конечно, к тебе. Ты ведь не ринешься завтра с утра пораньше на службу? Я-то сам себе хозяин еще два дня. Они расплатились и вышли на улицу. Смеркалось, дома украсились разноцветными огнями, жизнь кипела кругом. От окраины деревни доносились радостные крики детей и взрослых, катающихся с горы кто на чем — кто на санях, кто на самых настоящих ледянках, кто на ковриках. И жаль было покидать Хогсмид, но Майкрофт чувствовал, что впечатлений на день более чем достаточно. Грег взял его за руку и аппарировал. — Вот интересно, а эльфам ты бы позволил украсить свой дом? — спросил Грег, снимая уличную мантию и вешая ее на плечики. — Почему нет? — Майкрофт повесил рядом свою. — Кстати, ты можешь позвать их? На пару минут? Я хотел поздравить их с Рождеством. — Они будут рады. Только няне пусть подарок передадут — ей бы лучше оставаться дома, хорошо? — Конечно. Грег позвал Каблучка и Локси, и те тут же появились в холле, одетые по-праздничному, правда настолько разноцветно, что слегка рябило в глазах. — Мистер Майкрофт! С Рождеством! —Каблучок широко улыбался, Локси немного стеснялась и пряталась за мужа. — И вас с Рождеством. Простите, что оторвали вас, мы на минуту. Вот, я хотел... — Майкрофт быстро достал из ящика пакет. — Я, конечно, не специалист — люди вообще готовят куда хуже эльфов, а я еще и куда хуже большинства людей. Но я старался. Это самодельное... Вы так часто меня угощали, что я захотел... В общем — специально для вас троих, друзья. Услышав такое обращение, эльфы гордо задрали длинные носы, но потом любопытство взяло верх, и носы разом очутились внутри пакета. — Печеньки! — наконец подала голос Локси. — И пироженки! И вы это приготовили для нас? Сами? Она захлопала в ладоши, вытянула одну печенюшку, разломила ее пополам, одну половинку дала Каблучку и откусила кусочек, смешно шевеля ушами. А потом радостно закивала. — Вкусно! А вам понравились мои пирожные? Мистер Грег угостил вас? — тут она с таким подозрением посмотрела на хозяина, будто тот мог все слопать сам. — Конечно, — уверил Майкрофт. — Наверняка никто в королевстве не готовит пирожные лучше вас. А вчерашние я вообще запомню на всю жизнь, они принесли мне счастье. — Да-а-а? — протянула Локси и лукаво посмотрела на него и Грега. — Ну… мы тогда домой, угощать Вилси. Вы ей о-о-очень нравитесь. А мы не будем вам мешать. Грег то немного смущенно поглядывал на Майкрофта, то принимался изучать свои ботинки. — Каблучок, — сказал он, — я тебя попрошу об одном одолжении. Если мистер Холмс тебя позовет, приходи к нему так же, как и ко мне. — С радостью! — поклонился эльф, взял за руку Локси и исчез. Майкрофт поймал взгляд Грега и вдруг подумал: глаза у того всегда были такие ласковые, а он просто не замечал, или этот взгляд принадлежит только ему? — Счастье? — тихо спросил Грег, подходя вплотную. — Правда? — Ты же знаешь, что правда, — ответил Майкрофт, искренне веря в то, что говорит. Он поцеловал Грега первым, машинально схватился за пуговицу мантии, потом вспомнил, что они стоят в холле. — Ладно, в честь Рождества, — шепнул он. — Перенеси нас в спальню, а то начну прямо на лестнице.

***

Когда Грег уснул, Майкрофт осторожно взял телефон с тумбочки, перевел его в беззвучный режим и послал Шерлоку СМС: «Как думаешь, кентавры могут спать с человеческими женщинами?» Ответ пришел минуты через две, когда Майкрофт уже начал беспокоиться. «Ты опять тусил с Лестрейдом? Общение с моим инспектором дурно влияет на твой мозг, братец. Зачем, позволь спросить, Несс похищал Деяниру? Ш.Х.» Майкрофт усмехнулся, отложил телефон и закрыл глаза.