Из принципа

Выходной (на этой неделе — единственный, потому что субботу Марк и Тэён под непрекращающиеся возгласы вроде «дайте мне умереть, просто дайте мне умереть» проводят на рабочих местах) Марк решает провести в лучшем месте во вселенной — в собственной кровати. Он набирает еды, включает фильм, который давно хотел посмотреть, и жизнь, в принципе, уже не кажется таким редкостным дерьмом, каким казалась последние несколько дней. Пока Тэён не кидает ему ссылку на чью-то страничку в соцсети. У Марка вариантов того, чьей она может быть, не так уж и много — всего один, если начистоту. Но он всё равно щёлкает по ссылке, пусть и знает заранее, чьё лицо увидит. Это самое лицо улыбается с фотографии точно также, как улыбалось ему при личной встрече совсем недавно, — насмешливо, почти издевательски, так, что по нему снова хочется с силой ударить кулаком. Но пока между ними экран ноутбука, который портить не хотелось бы, поэтому все свои направленные на неминуемое разрушение желания приходится игнорировать. Марк терпеть не может Ли Донхёка. Но почему-то спустя пару минут обнаруживает себя рассматривающим его фотографии. Чисто с эстетической точки зрения Донхёк безумно красив. Если бы Марк увидел его фотографии ещё до всей этой ситуации, тогда, когда имя на запястье радовало глаз своей чернотой, то он бы подумал, что это джекпот. Яркого цвета волосы и причудливые переплетения линий на руках не отталкивали, наоборот, будто созданы были для Донхёка и делали его ещё красивее, хотя и без этого всего, Марк уверен, он мог притягивать взгляд. Он просматривает стену, и уже первая запись привлекает внимание. Короткая подпись «новая», под ней фотография донхёковского запястья, где точно на том месте, где, по идее, должно быть выведено «Марк Ли», красуется теперь свежее «Fate sucks». Марк смотрит на эти буквы, что, кажется, насмехаются над ним, несколько секунд стеклянным взглядом, затем резко захлопывает крышку ноутбука. Если он не перестанет так остро реагировать на всё, что напоминает ему о том, насколько сильно судьба может ошибаться, то попросту сойдёт с ума. Марк тянется за телефоном. Пара гудков, и: — Хён, у меня тут проблемы с соулмейтом и всё такое, я хочу порыдать на твоём плече, потом посмотреть дорам, поесть мороженого и уснуть с тобой в обнимку в розовенькой пижамке. — Я захвачу пива. — Ты лучший, хён. Марк ни капельки не врёт.

***

Тэён в качестве отвлекающей терапии предлагает поиграть в приставку, запивая горе пивом, и на следующие пару часов Марк действительно отвлекается, потому что в другой реальности на кону его жизнь, что, конечно же, гораздо важнее, чем какие-то там Ли Донхёки. Но потом на экране мелькают капли крови, и цветом они точь-в-точь как волосы Донхёка. Внезапная ассоциация бьёт под дых и на пару секунд лишает возможности думать. Как раз на те пару секунд, за которые его героя успевают прикончить. Реальный Марк почти идентично заваливается вперёд, приземляясь лицом на разбросанные по полу подушки. Тэён рядом матерится, клацанье пальцев становится громче, но вскоре он тоже оказывается повержен. — Ты нормальный вообще? — он сдувает чёлку с лица и тянется за чипсами. — Кто так играет? — Я так его ненавижу. — Оу, понятно, снова твоя несчастная любовь. — Это не любовь, — вскидывается Марк. — Это зависимость. Я хочу касаться его, обнимать, целовать… — …жить вместе, завести пуделя и встретить с ним старость? — заканчивает Тэён с грустной улыбкой. — Лабрадора, но не суть. Это пройдёт когда-нибудь? — Научишься контролировать со временем. Первое время тянуть будет жёстко, это почти на уровне инстинктов. Но у тебя и метка не совсем обычная, поэтому может и по-другому будет, не знаю. — У тебя же чёрная, да? — внезапно спрашивает Марк. Он почти уверен, что Тэён переведёт тему, но он просто кивает, потирая запястье, скрытое на этот раз кожаным ремешком часов. — Но это не потому, что меня ждут и любят, просто… Ситуация немного другая. Там сложно всё, я сам не думал, что такое бывает вообще, но, поверь, приятного мало. — Нам обоим не повезло, короче, — вздыхает Марк, решив не продолжать расспрос. По лицу Тэёна и так видно, что тема ему крайне неприятна. — Крупно, — Тэён отпивает пива, затем ещё и ещё, будто пытается утопить плохое настроение в слабоалкогольном. — Не думал просто взять и прекратить всю эту ерунду с Донхёком, раз не нужен ему? — Нет, я… — настоящая причина в том, что Марк попросту не может снять свои розовые очки и всё ещё надеется. Глупо, безосновательно, но надеется. — Ты же тоже не отказался, хён. И я почти уверен, что причины схожи. — Надо за что-то цепляться, — кивает Тэён. — Если так дальше пойдёт, то рыдать на плече буду уже я. Мы с тобой как стереотипные девочки-подростки, серьёзно. — Мы такие невезучие, — Марк вздыхает ещё раз, теперь даже тяжелее. — Онни. Тэён, не сдержавшись, фыркает. Факт того, что он не один такой лузер, греет Марку сердце.

***

В понедельник утром Марк твёрдо решает максимально игнорировать Донхёка и по возможности его избегать. Если не выходить из кабинета, то план кажется вполне осуществимым, но, спасибо Марковой врождённой везучести, всё накрывается, как только он входит в здание. Потому что одновременно с ним входит и Донхёк. Ну, как входит. Влетает в Марка с разбега, только чудом не выливая кофе ему на рубашку и сталкиваясь лбом с чужой макушкой. Когда Марк поворачивается, то оказывается, что Донхёк ещё в чёртовых шортах. Не то чтобы мужские ноги в шортах когда-либо отличались для Марка особой привлекательностью, но. Но это Донхёк, который своим появлением разрушил всё, что было раньше. — О, солнышко, — он улыбается, и Марк хочет приложить его лицом об дверь. — Живой? — К сожалению, учитывая, что теперь приходится общаться с тобой. — Тебя никто не заставлял, — всё с той же улыбкой, — и не просил. Донхёк обходит его и направляется к лифту. И нет, Марк не пялится на его ноги так, что для полноты картины не хватает только капающей из уголка рта слюны. — Классная татуировка! — кричит он вслед прежде, чем успевает как следует подумать. — Спасибо, малыш, я старался, — Донхёк, услышав, оборачивается и скалится. — Для тебя. Как, думает Марк, трогательно и романтично. Но почему-то не может не усмехнуться. Донхёк, конечно, та ещё заноза в заднице, но, оказывается, иногда их чувство юмора совпадает, и кажется, что судьба действительно старалась, создавая их, как твердит вся информация, которую можно найти, забив в поисковик «соулмейт», друг для друга. Это просто Донхёк дурак, раз не увидел очевидного. Отказался, не познакомившись даже, хотя мог бы дождаться своего, как лично Марку кажется, счастья. Он ещё пожалеет. Очень сильно пожалеет.