Плодитесь и размножайтесь

      Адам и Мария обвенчались перед самым её отбытием, перед прощанием. Адам настоял, чтобы отец Йозеф взял её в свою группу в предполагаемый тыл, на безопасное расстояние от зоны будущих боевых действий, откуда отец Йозеф должен был руководить вторым этапом освобождения.       Отправлялись заблаговременно, чтобы иметь сколько-то месяцев на обустройство. Сколько именно у них времени не мог знать никто. Вой Фенрира, сигнал к синхронной атаке, мог прозвучать только после того, как все волчата окажутся на позициях. Где они в данный момент — никак не отслеживалось, кто они — не знали даже они сами. Молодожёны попрощались поутру у порога — провожать Марию Адаму запретили. Ни о какой связи также не могло идти речи.       В первый день, когда завыл Фенрир, вокруг восставших территорий оперативно ввели военное положение и карантин, без каких-либо объяснений.       На второй день местные власти объявили, что в ближайшем к ним городе террористы начали эпидемию нового синтетического вируса. После новостной феерии первого дня мало кто воспринял заявление всерьёз, но комендатура объявила о проведении массовой вакцинации. Процедура была стандартной, велась слаженно: её явно не раз репетировали. Отец Йозеф решил, что кто-то просто дал отмашку и пустил ряженых с плацебо, чтобы блеф об эпидемии выглядел правдоподобно. Тем не менее, штаб повстанцев отправил добровольца на вакцинацию, после чего у него взяли анализы и стали наблюдать.       Сообщения о первых заболевших неизвестным вирусом попросту потонули в информационном водовороте.       На третий день Мария подготовила и запустила ролик, в котором повстанцы призывали игнорировать вакцину, так как она, судя по всему, представляет из себя седатив. Подробный разбор прилагался. Конечно, начитку пропустили через синтезатор речи и распространяли ролик со всеми перестраховками, но всё же их вычислили. Утром четвёртого дня на официальной новостной площадке комендатуры началась непрерывная живая трансляция из камеры медизолятора: пятеро человек и все точно больны. Бегущей строкой шла сводка об их актуальном состоянии и хроника наблюдений за симптоматикой. Канал назывался «Они отказались от вакцины», и в пресс-релизе сообщалось, что данная мера необходима для того, чтобы предупредить население о реальности биологической угрозы.       У повстанцев не было никакого биологического оружия. Зато оно оказалось у кого-то из кланов гемофагов, разработанное как раз на случай возможного гражданского неповиновения. Бессмертные слишком долго жили бок о бок с людьми, чтобы не ожидать таких попыток, и слишком хорошо знали человеческую историю, чтобы воспользоваться опытом реакционных движений. Так что ложь об угрозе эпидемии перестала быть ложью за три часа до её озвучивания.       Трансляция шла почти трое суток. Трое суток, пока Адам бегал в аду, Мария жалась по углам, покрывалась нарывами и падала в коротких судорожных припадках на глазах у всей планеты.       Адам увидел это только на исходе шестого дня восстания — это был третий день трансляции из изолятора. Из бегущей строки Адам узнал, что Мария была беременна.       Он ничего не мог сделать, только наблюдать за последними часами её мучений.       Ночью, с шестые на седьмые сутки с момента начала восстания, за двенадцать часов до того, как откроется небо и солнце осветит мятежные города, пятерых заражённых вывели на площадь и милостиво прекратили их мучения, казнив через повешение. Кто-то из стариков вспомнил практики устрашения времён своей молодости. Казнь также пустили в прямой эфир — и всем стало ясно, что война объявлена. Гемофаги больше не собирались играть в человечность.       Под чёрным от туч небом, в неоновых всполохах рекламных щитов главной площади висели тела. Мария была второй слева на эшафоте, с большой табличкой «Антипрививочница» на груди. Такой она врезалась в память Адаму: мёртвая мадонна, чей младенец не успел родиться.       Через репродукторы было объявлено, что снимать тела никто не будет и настоятельно рекомендовалось не избегать вакцинации. Толпа горожан осталась один на один с висельниками и какое-то время пыталась осознать, что происходит.       Затем кто-то первый бросил камень.