Попробуй изменить мою жизнь

Квартира Ривая, особенно по меркам Эрена, оказалась шикарной. Омега бы даже сказал невероятно красивой, теперь-то с его опытом и стажем ему есть с чем сравнивать. Впервые, когда зеленоглазый омега оказался в квартире бывшего клиента, не самой лучшей на самом деле, то ему сложно было поверить, что так жить вообще возможно. Эрен как будто попал в совершенно другой мир, с которым встречался только в потрепанных старых книжках, покрытых огромным слоем пыли, неаккуратными стопками лежащих на еле державшихся полках в коридоре. К сожалению, реальная сказка Эрена кардинально отличалась от прочитанных книг с пожелтевшими страницами и выцветшими буквами. В мире Эрена омег не носят на руках, не говорят им слова любви и не дарят ярких цветов, а альфы оказываются не принцами на белых конях, обладающими прекрасными манерами, а грубыми, пьяными мужчинами, которых интересует только одно — секс. Эрен в раннем возрасте перестал читать сказки, наслаждаясь шелестом страниц под тонкими пальцами, рано перестал верить в чудеса, перестал мечтать перед сном и видеть цветные картинки ночью. Он слишком рано стал взрослым. Находясь в таких квартирах, со вкусом обставленных изысканной мебелью, светлых и просторных, с красивыми обоями и с множеством семейных фотографий в ажурных рамках на стенах и полочках, на которых красовались неискренние, насквозь пропитанные ложным счастьем улыбки, Эрен чувствовал себя очень неуютно. Ощущал самой дешёвой вещью, случайным образом и волей случая оказавшейся в мире, где ему быть не следует. Иногда ему хотелось сказать самому себе, что среди груды фальши он единственный настоящий и правдивый — он живой. Но Эрен не мог. Его жизнь, словно песок, с каждым днем всё быстрее и быстрее утекает сквозь тонкие пальцы, и Эрен не может удержать её, как бы ни старался. А он и не старается. Эрен обвёл усталым взглядом помещение. Дорогая подводка и тени неподъёмным грузом давили на веки, раздражая своей тяжестью. Ресницы, покрытые чёрной густой тушью, мерзко слипались, не давая по нормальному открыть глаза. В клубе Эрен этого даже не замечал, но сейчас, без адреналина в крови, без громкой музыки и прожигающих взглядов, в оглушающей и давящей на плечи тишине это казалось огромной проблемой. Тело, возвышающееся над полом на больших шпильках уже устало держать собственный вес. Эрену больше не хотелось трахаться, хотелось спать. На крайний случай хотя бы упасть. В своей голове Эрен красочно расписал эту картину. Он представил, как в один момент его ступня случайно подворачивается, и тонкое тело, лишившись опоры, незамедлительно летит вниз. Эрен бы не стал выставлять руки вперёд, дабы предотвратить столкновение, он бы просто падал, наслаждаясь мнимой свободой. Эрен словно наяву видит, как он ударяется носом о твёрдый пол, как отвратительно ломаются хрупкие хрящики и как яркая, невероятно яркая кровь маленькими красными каплями падает на ламинат, пачкая густыми пятнами все вокруг. Эрен будто по-настоящему чувствует боль от сломанного носа. Как будто всё, что было в его голове, произошло на самом деле и он сломанной куклой лежит на твёрдом полу, переломанными пальцами сгребая кровь себе под ногти. Эрен нервно моргнул несколько раз, отгоняя навязчивую фантазию. Он вновь принялся шальным взглядом осматривать чужую квартиру, раз выдалась такая возможность. Обычно у Эрена только один, до боли выученный, будто вырезанный на внутренней стороне век маршрут — до кровати очередного клиента. Светлые тона стен сменялись тёмными, плавными и нежными переходами. А затем, словно лёгким движением чайной ложки, смешивались в различные тёплые, напоминающие кофейную пену оттенки. Как только Эрен оказался в этой квартире, в нос сразу ударили пряные нотки чая. Просто невероятный запах. Замёрзшему омеге невероятно сильно захотелось взять в трясущиеся руки с ледяными ладонями кружку с горячим напитком. И, делая маленькие глотки обжигающей жидкости, насладиться приятным ароматом, будоражащим обонятельные рецепторы, и согревающим теплом. Но его желаниями никто не интересуется, да и вряд ли клиент захочет вести светскую беседу за чашкой чая в компании шлюхи. Эрен настолько сильно любил чай, насколько сильно ненавидел кофе, считая его слишком обманчивым напитком, который только в начале дарит сладкие ощущения, а в конце оседает на языке неприятной горечью. Похожая горечь насквозь пропитала всю жизнь Эрена, казалось, что она застряла в его лёгких, мешая нормально дышать. Квартира была большой, даже слишком большой для одного человека. Невооружённым взглядом было видно, что альфа живёт один. Очень долго. Широкие стены с простым узором пустуют. Нет ни единой фотографии, ни малейшего намёка на семью или какие-либо отношения. Эрену это нравится. В этом доме нет лжи, наигранного, фальшивого счастья, и впервые омега не чувствует себя причастным к разрушению «настоящей семьи». В квартире идеально чисто, по крайней мере там, где Эрен может увидеть. От стен, от всего в этом помещении веет одиночеством и пустотой, практически не чувствуется даже приятного запаха альфы. Вещей минимум и складывается ощущение, что в квартиру только-только переехали. Но каким-то шестым чувством Эрен знает, что это не так. На полках почти ничего нет, кроме массивных стопок книг, и небрежно лежащей записной книжки, которая своей неопрятностью выделялась на фоне всеобщей идеальности. Этаж квартиры оказался тринадцатым, что не мало удивило Эрена. — Никто не захотел брать эту квартиру из-за предрассудков, мне же плевать. Не числа приносят в жизнь людей неудачи и боль, только они сами. Ответил Ривай на немой вопрос. Омега тогда неловко кивнул головой в ответ, стараясь в лифте стоять как можно дальше от клиента, невольно думая о том, что фраза, брошенная альфой останется в памяти на долгое время. Эрену очень нравится, как это звучит. Эрену вообще нравится, когда люди умеют выражать свои мысли. Вот он не умеет. Ривай прожигал взглядом спину омеги с чётко выделяющимися лопатками, что напоминали обрезанные крылья, довольно долго ожидая, пока Эрен сдвинется с места. Но парень как будто врос в пол своими огромными шпильками. Ривай думает, что «крылья» Эрена могли бы быть прекрасны, если бы кто-то со всей жестокостью не отрезал их них, навсегда лишая возможности «летать». Альфа тихо хмыкнул на свои мысли. Он привычно повесил пиджак на вешалку затем не спеша направляясь в комнату. Эрен вздрогнул, когда Ривай оказался прямо перед ним. Взгляд омеги снова приобрёл былую ясность, а в лёгкие вновь закрался приятный запах, пробуждая исчезнувшее желание заняться сексом. Кровь забурлила в венах морской водой, обжигая изнутри. Эрен ухмыльнулся, вглядываясь зелёными омутами в чужие беспристрастные глаза. Радовало то, что отвращение из них исчезло. Эрен не знает почему, но ему хочется, чтобы альфа не испытывал к нему неприязни. Ривай настороженно присел на кровать позади себя, небрежным движением руки ослабляя галстук. Серые глаза оказались на уровне шикарных бёдер Эрена, прикрытых короткой юбочкой. Внизу живота у омеги была набита чёрная татуировка с необычным узором. Леви недоумевает, как раньше её не заметил, и непроизвольно, совершенно не контролируя свои действия вытягивает руку вперёд, проводя пальцем по рисунку, точно повторяя каждый его изгиб. Хороший вид. Кожа Эрена покрывается странными мурашками, и словно пытаясь избежать лёгкого прикосновения, омега резко опускается на колени, скорее всего, напрочь сбивая с них кожу. Ривай удивлённо одёргивает руку и смотрит сверху вниз, не ожидая такой прыти. Эрен ухмыляется. Для него настолько привычно находиться в таком положении, насколько людям привычно дышать. Эрен разводит ноги Леви в стороны, устраиваясь между ними и вызывающе наклоняет голову к паху. Эрен проводит шершавым языком по ширинке Леви, оставляя на строгих тёмных штанах блестящую мокрую дорожку. Зубами ловко расстегивает молнию на чужих брюках, заставляя Ривая тихо выдохнуть сквозь плотно сжатые губы, сгребая красивыми длинными пальцами шелковистые волосы зеленоглазого парня, отодвигая его от своего паха. Аккерман самостоятельно избавился от одежды, небрежным движением кидая костюм на пол. Сейчас не до аккуратности. Ривай несколько раз провёл сложенной в кулак ладонью по члену, приводя его в полностью возбуждённое состояние. Эрен, внимательно следив за его движениями, высунул длинный язык, слизывая каплю блестящей белой смазки с головки. Не почувствовав былого сопротивления омега медленно опустился ртом на член, обхватывая пухлыми губами ствол, стараясь не прикасаться к чувствительной тонкой кожице острыми зубами. Эрен не знает, как Ривай отреагирует на ощущение остроты и лёгкой боли, поэтому решает не испытывать судьбу. В мыслях рандомно всплывает фраза одного из клиентов, когда Эрен, ещё не такой профессионал как сейчас, случайно задел зубами его член во время минета. Альфа взбесился, огромной ладонью хватая мягкие пряди волос, парочка которых точно осталась между пальцев мужчины, и, смотря в слезящееся глаза омеги, процедил: «ещё одна такая херня и я выбью тебе передние зубы, блядь. Работать тебе будет только проще». В тот момент трусливый холодок пробежал по спине Эрена, он видел, что клиент явно не шутит, и остановить разбушевавшегося альфу смогло лишь то, что за серьёзные повреждения тела шлюхи ему придётся платить в два раза больше. Эрен вбирал член Леви в рот до тех пор, пока не уткнулся носом в лобок, а головка не уперлась в заднюю стенку горла, мешая процессу дыхания. Рвотного рефлекса у Эрена практически не было — ему довольно рано пришлось от него избавиться — поэтому научиться нехитрому делу омега смог практически сразу. Возможно, судьба Эрена и правда быть шлюхой. Эрен будто испытал дежавю, когда рука Ривая вновь отстранила его голову от себя. Член с пошлым чпоком выскользнул из мокрого рта, ударяясь об твёрдые мышцы пресса альфы. Слюни вперемешку со смазкой образовали тонкую блестящую цепочку, и Ривай как завороженный прожигал взглядом распухшие губы, вокруг которых по-блядски размазалась ярко-алая помада. Смесь медленно заструилась из приоткрытого рта Эрена, стекая по точёному подбородку и выделяясь своей белизной на смуглой коже. Омега, вызывающе смотря прямо в глаза Леви, медленно провел языком по губам, размазывая смазку как новый слой модной помады. Как бы Риваю не хотелось это признавать, но Эрену чертовки шло стоять на коленях перед кем-то. Наверное, многие так думают. Ривай потянул Эрена за руку, призывая того забраться к нему на колени. Оказавшись сидящим на бедрах Леви, омега невольно начал наслаждаться теплом чужого тела, особенно после нахождения на холодном полу. Сильные руки Леви опустились на сочную задницу Эрена, крепко сжимая два полушария. Леви пару раз легонько шлепнул ягодицы Эрена, заставляя того едва слышно застонать от удивления. Леви медленно провел шершавым языком по выпирающей ключице, как будто нежностью и лизанием подготавливая место для последующего укуса. На теле Эрена были всё ещё видны чужие засосы, но явно достаточно старые, уже успевшие практически полностью исчезнуть, оставшись на смуглой коже отвратительными желто-фиолетовыми пятнами. Внутри что-то всколыхнулось, неприятно обжигая кислотой изнутри. Ривай не привык делить своих партнёров ещё с кем-то. Ах да, Эрен не его партнёр.. — За отметины цена растёт, — болезненно простонал омега, когда Ривай со злости прокусил нежную кожу на ключице. — Я знаю, — процедил тот, рассматривая застывшие кристаллы слёз в термоядерных глазах Эрена, которые от солёной воды стали ещё ярче. Такой чувствительный. Странно, но после этого Леви больше не хотелось причинять Эрену даже лёгкую боль, хотелось делать приятно. Буквально заласкать его до смерти, чтобы слезы на огромных глазах выступили только от невероятного наслаждения, которое ошеломляющей волной накрыло бы омегу. Леви нежно слизал размазавшуюся струйку крови, будто извиняясь за свои действия. Жаль, что Леви не знал, что Эрену плевать — он привык. Руки альфы оттянули в сторону кружевное белье на ягодицах Эрена. — Сними топик, — приказал Леви, и Эрен, ёрзая вертлявой задницей по чужому возбужденному члену, который белесой смазкой пачкал его нижнее белье, дрожащими руками снял ненужную вещь. Тонкая полоска ткани упала на пол, и Ривай сразу же вобрал в горячий рот розовую бусинку соска, заставляя Эрена дернуться от нахлынувших ощущений и застонать. Леви резко подбросил бедра вверх, втираясь в задницу Эрена и показывая ему всё свое возбуждение. Между ног Эрена постепенно становилось мокро. Его тело как воск млело под достаточно аккуратными ласками, и Леви без труда протолкнул один палец в горячую сокращающуюся дырочку. Эрен тихо проскулил. Его можно и не растягивать, но, на самом деле, эта процедура никогда не повредит. Когда секс происходил в борделе омега на скорую руку сам себя растягивал, заранее пытаясь уберечь себя от неминуемой боли. Сейчас же ему было некогда, и Эрен был искренне благодарен Леви за подготовку. Несмотря на то, что Эрен занимается проституцией и даже иногда может получить от этого занятия некоторое физические удовольствие, Эрен не любит секс. Эрен ненавидит внимание, прикосновения, жаркие взгляды, полные похоти брошенные в его сторону. Вне работы — в так называемой «реальной жизни» Эрена — он старается избегать любого телесного контакта, но так по злобному иронично, что всё его существование построено на сексе. В Эрена проталкивается второй палец и от переизбытка ощущений омега забывает все свои мысли и впивается ногтями в плечи Ривая, оставляя на бледной коже розовые полосы. Неожиданно губы Леви нежно, словно на пробу, прикасаются к губам Эрена, постепенно, совершенно ненавязчиво втягивая его в глубокий страстный поцелуй. Это кажется даже приятным. Эрен не имеет ничего против. У него нет предрассудков в виде «никаких поцелуев с клиентами», как у многих его коллег, с которыми Эрен старается общаться, да и вообще пересекаться как можно реже. Значит сосать им он может, а целовать нет? Глупо. Тем более первый поцелуй Эрена всё равно уже давно забран не тем человеком. Терять-то уже нечего. Эрен страстно отвечает, переплетаясь мокрым языком с Леви. В сексе альфа оказался не таким холодным, как в жизни, и это невероятно радовало. Эрен смог расслабиться, почувствовать себя желаннее, напряжённость ушла, и, к огромному сожалению Эрена, Ривай вызывал в глубине его души странную симпатию. Эрену становится страшно, что он начинает действительно получать удовольствие. Но всё можно свалить на болезнь, ведь так? Между ног Эрена слишком мокро и горячо, сладко пахнущая смазка вытекает из дырочки, впитываясь в белье, чтобы продолжить свой путь вниз по покрытым синяками бедрам. Дырка пошло хлюпает уже на трёх пальцах Леви, и фаланги так приятно давят на простату, что Эрен, не сдерживаясь, протяжно стонет, начиная насаживаться самостоятельно. Омега прикусил губу, готовясь к тому, чтобы кончить, но пальцы резко выскользнули из него, а кружевное белье, насквозь пропитанное смазкой, отвратительно прилипло к разгоряченной коже. Эрен неудовлетворенно хныкнул, тут же оказываясь лежащим на спине, чувствуя под собой прохладные простыни. Ривай чертовки сильный, раз смог так легко перевернуть их. Леви закинул стройные ноги себе на плечи, благо, прекрасная растяжка Эрена позволяла такие действия, и одним пальцем отодвинул трусики в сторону, открывая себе вид на растянутую блестящую дырочку. Его, Ривая, заслуга. Леви приставил болезненно стоящий член к сокращающейся дырке, готовый наконец оказаться в горячей тесноте чужого тела. — Стойте! Презерватив, чёрт, пожалуйста, возьмите презерватив. Голос Эрена был хриплым и тихим, будто его связки были атрофированы достаточно продолжительное время. — Я доплачу тебе. Ривай сдерживается из последних сил. Сладкий карамельный запах Эрена заполнил всё помещение, будоража обонятельные рецепторы. Когда перед тобой лежит распластанное готовое принять тебя тело, а возбуждение бьёт в виски, невероятно тяжело держать себя в руках. — Это правила заведения. Пожалуйста, я не хочу случайно забеременеть. Сомневаюсь, что вам нужен ребёнок от шлюхи. Эрен пьёт противозачаточные, с его то работой, но рисковать всё равно не хочется. Это высказывание заставило шестерёнки в голове Леви медленно, но верно заработать. Цыкнув, Ривай скинул с себя ноги Эрена, неудовлетворённо признавая, что омега прав. Достав из-под подушки пачку контрацептивов, благо, детей у него нет, и в ближайшем будущем заводить их он не собирается, и такие вещи он может хранить где его душе угодно. Оторвав один квадратик, Леви быстро раскатал по стоящему члену презерватив. Хотя из-за скользких рук сделать это было довольно проблематично. Эрен облегченно выдохнул. Бывали в его практике случаи, когда клиенты не слушали его, трахая без защиты. Это не серьёзное нарушение правил борделя и практически никакой ответственности за это клиенты не несли — только действительно платили больше. Возможно, Эрен совсем немного соврал для собственного блага — желательно использовать контрацептивы, но если клиент не хочет, то имеет полное право заниматься сексом без них. Это их собственная безопасность. И несмотря на то, что в борделе работники каждый месяц сдают анализы, никогда не знаешь, в какой раз не повезёт. Эрен просто ненавидит, когда его трахают без презерватива. До тошноты противно ощущать тёплую сперму в себе, а потом в душе, пальцами вычищать её из себя. Эрен был искренне благодарен Леви за то, что тот его послушал. Эрен выдохнул и развёл ноги в стороны, вновь демонстрируя впечатляющую растяжку и небольшой аккуратный член, который испачкал белёсой смазкой живот. Ривай довольно хмыкнул, проталкивая головку внутрь Эрена, чувствуя, как привыкшие к такому мышцы без проблем пропускают его дальше. Эрен смял тонкими пальцами белые простыни, сгребая их под себя, и громко застонал. Приятное распирающее изнутри чувство накрыло с головой. Леви, немного подождав, резким толчком вошел до конца, пока налитые яйца не шлепнулись об испачканные естественной смазкой бедра омеги. Кружевные трусики Эрена тёрлись об член Леви при каждом его поступательном движении, добавляя контрастных острых ощущений. Омегу выгнуло на кровати и он, схватив Леви за шею, притянул того к себе, впиваясь в его губы мокрым поцелуем. Риваю льстило, что Эрен настолько отзывчив и открыт, что льнёт к нему, как маленький замёрзший котёнок, ищущий тепла. Хотя мерзкая навязчивая мысль заботливо напомнила, что это работа Эрена и его обязанность получать удовольствие от всего, что с ним делают. «Ты не особенный, Ривай», — сказало ему собственное подсознание. Эрен больно укусил Леви за губу, тем самым отвлекая альфу от нелицеприятных мыслей, откидываясь на мягкие подушки. Член альфы невыносимо приятно задевал простату и, содрогаясь мелкой дрожью, Эрен кончил. Без рук. Невероятно. Так хорошо ему давно не было. Как же прекрасно трахаться, находясь в состоянии подъёма. Энергия бурлит внутри, грозясь разорвать на части тонкое тело, и зелёноглазый, не найдя выхода лучше, начинает подмахивать задницей, несмотря на болезненные ощущения, делая темп ещё более жёстким. Эрену кажется, что он может трахаться целую вечность. От наслаждения внутри взрываются фейерверки, раскаленная кровь бурлит в венах, а перед веками расплываются цветные круги. Эрену действительно хорошо. Член омеги снова стоит, как будто сногсшибательный оргазм только что не накрыл его с головой. Ривай смотрит на красивое лицо Эрена, которое плывёт перед взором от того, как его носитель сжимается вокруг члена. Делая ещё несколько резких толчков, Леви подходит к краю. Эрен же готов кончить во второй раз. Анальные мышцы Эрена постоянно сокращаются и это заставляет Леви с гортанным стоном излиться в презерватив. Громко вскрикнув от ощущения тепла внутри себя, омега снова спускает себе на живот, но на этот раз с помощью руки. Побыв ещё пару минут в горячей тесноте чужого тела, Леви без удовольствия вышел из Эрена до образования узла. Презервативы не рассчитаны на это. Стянув с себя латекс, альфа завязывает его в узел и кидает в мусорку рядом со столом. Леви не знает, попал он или нет, и ему как-то плевать. Он оставит эту проблему на завтра. Леви перекатывается на вторую часть кровати, ложась практически вплотную рядом с Эреном. Ривай чувствует невыносимый жар и приятный запах, исходящие от Эрена, и пугающая мысль бьётся где-то на подкорке сознания: «жаль, что он шлюха». Тело альфы желает сцепиться с готовым омегой, но разум не даёт совершить такой опрометчивый поступок. Эрен же чувствует состояние Ривая, прекрасно понимая, что если они начнут трахаться во второй раз, альфа может не сдержаться, да и презерватив не самая надёжная вещь, которая совсем не рассчитана на сцепку. — Я могу отсосать. Эрен предлагает, совершенно не зная откуда у него есть на это силы. Или зная, но это не важно. Ривай хмыкает, и проводит ладонью по влажным чёрным волосам. Всё же какая-никакая замена полноценного секса. — Валяй. Эрен сосёт долго и усердно, по профессиональному делая то, что умеет лучше всего. Но после оргазма во второй раз у альфы кончить быстро точно не получится. Леви думает о том, что со дня на день у него начнётся гон, и это совершенно не радует, и желательно, чтобы Эрена рядом не было. Трахаться в гоне лучше только состоявшимся парам, которые осознают всю степень ответственности, которое это действие может за собой повлечь. Гон у альф случается гораздо реже, чем течки омег, но проходят они гораздо тяжелее, будто скопленное за всё время неудовлетворенное желание выплескивается в эти несколько дней. Сдержать зверя, который хочет трахать всё, что движется, не является возможным. Тело Ривая уже требует полноценного секса, с меткой, с узлом, со сцепкой именно с этим шлюховатым омегой. Плохой выбор, Леви, плохой. И единственное, что его сдерживает — это проблемы, которые непременно будут. А они ему не нужны. После тридцати минут отсоса Леви все же кончает в горячую глотку. Оргазм сухой и неудовлетворительный. Губы Эрена очень сильно распухли, а рот онемел, как после долгой анестезии. — Обычно мои клиенты так долго не держатся, — еле выдавил Эрен, и разобрать, что он сказал, было довольно проблематично. Но Ривай смог. — Это комплимент? — усмехается альфа, продолжая лежать в той же позе. Не эрегированный член все ещё выглядит впечатляюще, и при взгляде на него челюсть Эрена болезненно заныла, как бывает, когда приходят фантомные боли. — Не знаю. Можно мне принять душ? Эрен немного боится, что ему откажут, и готов отсосать снова не взирая на боль, лишь бы альфа дал положительный ответ. — Да. Парень облегченно выдыхает, надеясь, что этого не было слышно. Эрен, собрав силы в кулак сползает с кровати, тяжко наклоняясь, чтобы подобрать топик с пола. Поясница чертовски болит. Ривай довольно крепко сжимал её своими сильными руками, периодически касаясь пальцами его татуировки. И признаться честно, Эрена это очень смущало. Пока Эрен шел до ванной, его собственная смазка мерзко стекала по бедрам и ногам, и он искренне надеялся, что она не капает на пол. Трусы, юбка и сетчатые чулки были полностью перепачканы в естественных секретах организма двух людей, и Эрен чувствовал себя отвратительно, когда кружевная ткань мерзко терлась об кожу. Но такова прихоть клиента, который конечно же не думал о том, что ему ещё возвращаться обратно. Ничего не поделаешь, всем плевать на твои проблемы, Эрен. Омега смотрит в сторону, замечая настенные часы. У него есть ещё двадцать минут до приезда такси. Каждый раз, когда клиент заказывает эскорт-работника на дом, после этого за ним едет такси. Самое стандартное время — через два часа. Если по окончанию клиент не позвонил, чтобы продлить время, то машина приедет, как изначально и должна была. Это удобная практика, чтобы контролировать возвращение работников обратно в бордель, и всё же некоторую их безопасность. Эрен достаточно быстро находит ванную, которая поражает своими размерами. Парень поворачивает голову в сторону, встречаясь взглядом с собственным отражением. Из большого зеркала, которое растянулось практически на всю стену, на него смотрит невероятно уставший парень. Красивый макияж размазался, и под глазами залегли глубокие тени, губы горят красным пламенем, а на теле ни одного живого места, лишь яркие кровавые метки и внушительные синяки. Настоящая шлюха, такая, какой она должна быть. Из зеркала на него смотрит его мать. «Прости», — шепчет Эрен, вглядываясь слезящимися глазами в отражающую поверхность. Как только Ривай услышал звук льющейся воды, он встал с развороченной в пух и прах кровати, и, доковыляв до коридора, по пути врезаясь плечом в косяк двери, взял с тумбочки кошелёк. Отсчитав сумму, которую решил оставить Эрену, Леви небрежно кинул цветные бумажки на деревянную поверхность. Тело чувствовало приятную тянущую истому и лёгкую усталость, но где-то внутри так отвратительно свербило, будто в его желудке поселился огромный рой чёртовых насекомых, и это перекрывало все положительные эмоции от секса. В окно заглянула луна. Такая яркая и большая, напоминающая разгорающийся костёр, и это немного сбило Леви с толку. Она смотрела на него своим единственным глазом, и в темноте комнаты скудное воображение Ривая дорисовывало огромному шару насмехающуюся мерзкую улыбку. Альфа потряс головой, будто пытаясь выбросить из неё бредовые мысли. Быстро поменяв постельные принадлежности, от которых все ещё исходил сладкий запах омеги, Ривай с явным удовольствием упал на мягкий матрас, и отвернулся от окна. Эрен достаточно быстро вышел из ванной. За ним клубился необъятной стеной пар. Как же приятно было смыть с себя всю грязь сегодняшнего дня. Он даже немного, насколько это было возможно в нынешней ситуации, постирал свои вещи от спермы и смазки, чтобы чувствовать себя не таким отвратительным. Влажная ткань неприятно липла к телу, но это всё равно было лучше, чем первоначальный вариант. Эрен тихо вздохнул, понимая, что не стоит задерживаться в чужой квартире, в которой ему точно не место. Пройдя в комнату, тихо-тихо ступая по полу, Эрен забрал свои туфли, лишь мельком посмотрев на альфу лежащего на широкой кровати. Если честно, Эрену очень хотелось остаться здесь, но он никогда не признается в этом. В коридоре на тумбе валялись деньги. Леви не должен был ему платить, в борделе за него уже рассчитался его друг. Но Эрен всё равно взял «чаевые», сжимая в одной ладони эти ненавистные бумажки, а второй до боли впиваясь ногтями в деревянную поверхность. Эрен со всей дури прокусил губу, сдерживая рвущиеся наружу всхлипы, чувствуя как на глаза неумолимо наворачиваются горячие слёзы. Эрен не мог сказать даже себе почему плачет, почему ощущает себя настолько ужасно, почему в очередной раз не хочет жить. Услышав щелчок двери, который разбил вдребезги тишину, Ривай перевернулся на спину, не обращая внимания на настойчивую луну, полностью загородившую его окно. Леви хорошо было слышно всё. Наверное, он может с точностью до секунды сказать в какой момент первая слезинка Эрена достигла твёрдого пола. Ривай не знал, что ему нужно было сделать, и вот Эрен ушёл, и если честно, альфе кажется, будто шлюховатый парень забрал с собой нечто очень важное. И это вовсе не деньги. Квартира вновь стала пустой и одинокой, единственной гостьей которой была яркая луна. И только в больном подсознании Ривая все ещё чувствовался сладкий запах омеги. Эрен стоял у входной двери на улице, ощущая как морозный ветер обжигает его кожу до мурашек и колотящей тело дрожи — уже осень, а он одет слишком неподобающе, слишком открыто. Мокроватая ткань за секунду становится ледяной, словно корочка льда, и это заставляет Эрена переминаться с ноги на ногу, цокая шпильками по асфальту. Кажется, ещё немного и пальцы начнут атрофироваться — настолько ему холодно. По лицу текут горячие слезы, которые из-за потоков ветра сползают по щекам кривыми хрустальными дорожками, в конечном итоге срываясь с подбородка, находя свое последнее пристанище на дороге. Дрожащие, замершие руки сминают деньги, впиваясь ногтями в мягкие ладони. Свет фар осветил тонкий силуэт Эрена, направляющегося к подъехавшей жёлтой машине. Таксист ухмыляется, пошло рассматривая его практически полностью обнажённое тело, но Эрену было плевать, он открыл дверь и молча сел на задние сиденья. Эрен непроизвольно начал наслаждаться теплотой в салоне машины, чувствуя, как всё его тело пробивает дикая дрожь. Омега смотрит в окно, прямо на сгущающуюся тьму, думая о том, что возьмёт несколько недельный перерыв на работе. Он устал.