Ты ничего не сможешь изменить

      Новый учебный день совершенно ничем не отличался от остальных, все больше скатываясь в яму скуки и банальности. Серьезно, даже такой предмет как «Геройская история» не смог заинтересовать учеников, которые, мучаясь уже без малого полчаса, начали заводить незатейливые разговоры с одноклассниками, а некоторые и вовсе стали общаться с помощью записок, не желая попасться на глаза учителю. Минутная стрелка медленно перевалилась за отметку шесть, оповещая о целой половине пройденного урока, но время тянулось так медленно, что каждая минутка сходила за целых десять, особенно, если внимательно следить за всем этим процессом, не отводя взгляда от настенных часов. Асако, которая побывала во всех возможных позах — от ленивого лежания на парте, до интенсивного качания на стуле, страдальчески откинула голову назад, уже не в силах сидеть на одном месте, желая наконец размять затекшие конечности. Даже солнце, которое нещадно светило в окно, попадая на лицо, ужасно раздражало девушку, что никак не могла найти себе занятие поинтереснее нудного учебника без картинок, что заставлял не только открыто зевать, но и биться головой об парту за неимением другого способа снять напряжение.       Араи, которая десять раз туда обратно перелистала книгу, два раза уронила карандаш и один раз чуть не упала со стула, лениво оглядела класс, решив понаблюдать за остальными студентами, что «трудились в поте лица». Эйджиро открыто спал, уткнувшись носом в парту и почти не проявляя признаков жизни, Мидория что-то активно записывал в своей тетради под энным номером, тихо бормоча себе под нос только ему понятные фразы, прилежная и внимательная Урарака сейчас что-то рисовала на полях в тетради, чуть высунув язык из-за упорных стараний, Шото же делал вид, что слушает монотонную речь учителя, хотя, кто знает, возможно, он и вправду увлекся предметом — по выражению лица этого парня сложно что-то определить наверняка. И похоже, что только один Тенья усердно записывал лекцию, стараясь не пропустить ни одного слова.       Взгляд внезапно упал на одну-единственную пустующую парту, которая, к сожалению или же к счастью, принадлежала Кацуки. Асако удивил тот факт, что блондин сейчас не присутствовал на занятиях, ведь еще вчера он выглядел вполне себе здоровым. Девушка тут же вспомнила вчерашний инцидент и еще более глубоко задумалась, пытаясь выяснить, как же она все-таки относится к Бакуго. Неприязнь, с которой она буквально вчера смотрела на него, будто бы испарилась, оставив после себя смешанные чувства. Стать с ним закадычными друзьями — этот вариант улетел так же быстро, как и пришел в голову. Сделать вид, что ничего не случилось — можно, но правильно ли? Девушка не могла вспомнить ни одного момента, когда кто-либо заступался за нее. Такое теперь общество — каждый пройдет мимо, даже не обратив внимания на то, как пьяный мужчина может грубо схватить девчушку за руку и волочить за собой. Не повезло с отцом — вот о чем они подумают, даже не удосужившись спросить все ли в порядке. Это удивительно, но Кацуки первый в жизни человек, кто дал отпор ее обидчику. Она могла представить на этом месте кого угодно — Мидорию там или еще кого из ее одноклассников, но… Бакуго?       Асако долго об этом размышляла, но все-таки пришла к выводу, что ей стоит поблагодарить Каччана. Конечно, она не будет рассыпаться перед ним в благодарностях, падать ниц и тому подобное, но сказать сухое «спасибо», как минимум честно. Долгожданный звон колокола оглушил всю округу, мгновенно подорвав уставших учеников с насиженных мест. Большая перемена наконец-то сулила каждому из них долгожданный отдых от скучных уроков и плотный обед, который некоторые в красивых коробочках принесли с собой, а некоторые уже побежали занимать очередь в столовой, чтобы отхватить лакомый кусок. Мидория в компании Очако возложили на себе миссию устроить Асако небольшую экскурсию в обеденном помещении, в котором девушка ни разу еще не была и запросто могла потеряться. Араи глупо было отказываться от такого предложения, поэтому она и еще двое ее верных, но слишком уж докучающих, соратников отправились покорять школьные просторы, намереваясь наесться до отвала и хорошенько набраться сил для последующего обучения.       Просторное помещение с мягкими постельными оттенками стен поражало своей красотой и элегантностью. Множество столов, окруженных ароматными и освежающими, придающими некую изюминку дизайну зелеными клумбами, вмещали около десяти человек, позволяя собраться большой компанией. Еда становится намного вкуснее, когда есть люди, с которыми ты можешь ее разделить — видимо, это главный принцип всех существующих в мире столовых. Нет, конечно, многим нравится принимать пищу, одновременно слушая последние новости, но вот Асако была из людей, которым хотелось всего лишь спокойно наслаждаться трапезой, не отвлекаясь на лишнее разговоры. Похоже, не в этот раз. Очако, дружелюбно схватив за руку слегка опешившею Араи, которая не ожидала такой инициативы от девчонки, потащила ее в самую гущу толпы, к столу раздачи. Глаза разбегались от такого количества блюд, которое имела в ассортименте геройская столовая, чтобы удовлетворить вкусовые желания каждого. Разнообразные супы, гарниры, салаты, мясные изделия, а также ароматная выпечка манили всего лишь одним своим видом, заставляя слюнки непроизвольно течь по подбородку. — Ну, что будешь брать? — с улыбкой поинтересовалась Урарака, уже положив глаз на один ну очень вкусный супчик. — Я сейчас на мели, — поджав губы, ответила девушка.       В карманах было абсолютно пусто. Дядя не сильно заботился о том, чтобы давать ей деньги хотя бы на банальные расходы, не говоря уже о чем-то другом. С его «халтурками» много не заработаешь, поэтому приходилось выживать, покупая только низкосортные продукты, чтобы хоть как-то уложиться в определенную сумму. Иногда девушка сама устраивалась на послеобеденную подработку, чтобы сводить концы с концами, а полуголодный образ жизни стал уже привычной частью. — Не волнуйся, — Мидория, все это время стоящий позади, дотронулся до плеча Асако, — можешь брать, что нравится, я заплачу.       Девушке не нужно было повторять дважды. С загоревшимися глазами она, припадая то к одной витрине, то к другой, составила себе целый список, загибая пальцы на руках, чтобы ничего не забыть. — Мне, пожалуй, — обратилась она к женщине, которая была на раздаче, — сладкий рис, блинчики в сладком сиропе, булочку с джемом, маковую булочку, клубничное желе, сахарное пирожное, ванильный пудинг и зеленый чай.       Мидория, который проверил содержимое своего кошелька, мгновенно погрустнел, понимая, что последующие несколько дней ему придется питаться намного скромнее, чем он привык обычно. Урарака же, немного вытянувшись в лице, оценочным взглядом прошлась по фигуре девушки, не понимая, как можно оставаться такой стройной, при этом совсем не ограничивая себя в сладком. Одна лишь Асако не загружала себя лишними мыслями, с блаженной улыбкой складывая содержимое своего обеда на железный поднос. — Похоже, ты очень любишь сладкое, — констатировал факт Изуку, когда они уже уместились за столом, наблюдая за тем, как Араи жадно надгрызает ароматную булочку, а после пробует другое лакомство, сравнивая их на вкус.       Асако лишь кивнула, не в силах ответить ему с полным ртом. Сейчас, когда она наслаждалась божественным вкусом сладкого, жизнь действительно казалась прекрасной штукой. И если бы кто-то в данный момент стал жаловаться на суровую судьбу, Араи бы послала его куда подальше, не понимая, как можно ходить с таким недовольным лицом, когда вокруг столько восхитительных вкусняшек, которые могут снять любое напряжение и даже заглушить душевную боль. Но тот факт, что кусочком булочки можно подавиться — никто не отменял. И девушка в полной мере испытала это на себе, когда ее синие очи внезапно наткнулись на знакомую фигуру, что сидела за соседним столом и медленно орудовала ложкой, явно пребывая в глубокой задумчивости. — Бакуго? — удивленно спросила она сама себя, вспоминая, что не наблюдала блондина на уроках.       Мидория, что до этого сидел к нему спиной, проследил за взглядом Асако и тоже уставился на Кацуки, который все еще ничего и никого вокруг себя не замечал. Изуку, конечно же, не мог просто так проигнорировать тот факт, что Бакуго прогулял пол учебного дня, поэтому, позвав его по имени, активно замахал рукой, чтобы привлечь к себе внимание парня. Каччан, что немедленно потерял нить своих мыслей, обратил внимание на впереди стоящий столик, за которым и находилась блаженная троица. Его злой, но в то же время слегка растерянный взгляд встретился с удивленным взглядом Асако, что все еще продолжала жевать злосчастную булочку, не переставая при этом учащенно хлопать ресницами. Глаза пробежались по слегка спутанным черным волосам, по чуть порозовевшим щечкам, по открытым ключицам, опускаясь ниже — он словно обследовал ее, пытаясь запечатлеть образ. Асако приподняла бровь, оглядывая свой внешний вид на наличие каких-либо дефектов, что могли так заинтересовать Бакуго — не спроста же он так пялится на нее, буквально пожирая взглядом? И это заметили все, кто учувствовал в этих безмолвных переглядках. Кацуки же, поняв, как глупо сейчас выглядит со стороны, резко подорвался с места, оставив после себя полупустую тарелку, и быстрыми шагами направился к выходу из столовой, нервно сжимая пальцы в кулаки. Такое странное поведение удивило троицу, что смерила друг друга недоуменными взглядами, одновременно пожимая плечами. — Что это с ним? — задумчиво приложив палец к губам, спросила Урарака, не припоминая подобного за Кацуки раньше. — Мне вот тоже интересно, — сказала Асако и тоже поднялась из-за стола, намереваясь пойти следом за Бакуго.       Как только от девушки и след простыл, ничего не понимающая Очако устремила растерянный взгляд на Мидорию, пытаясь найти ответ в его глазах. — Да что это с ними? — девчонка расплеснула руками, уже в который раз убеждаясь в том, что эта парочка жуть как похожа друг на друга.       Асако шла длинными коридорами, стараясь следовать за впередиидущим Кацуки, что постоянно менял темп ходьбы, то увеличивая, то сокращая размах шагов. Зачем? Она сама не понимала, какой черт ее дернул за ногу броситься навстречу блондину, который навряд ли встретит ее с распростертыми объятиями. Но она определенно понимала, что хочет с ним поговорить, но с чего начать разговор — представлялось смутно. Банальное «привет, как дела?» — совсем не то, что можно сказать в такой ситуации, но другие варианты попросту не поступали в голову, будто облетая стороной. Оставалось просто подойти, спокойно поблагодарить за случившееся и молча удалиться, чтобы не вступать в словесную перепалку, ведь судя по Каччану — денек у него явно не задался. По коже пробежался табун мурашек, как только она мысленно представила злые красные глаза, что смотрят с отвращением. — Проще простого! — внутренне улыбнулась Араи, стараясь не потерять парня из виду.       Но похоже, что все оказалось не так то просто: как только Кацуки вышел за пределы здания, остановившись у одного из ветвистых деревьев, приложившись спиной к широкому стволу и прикрыв уставшие глаза, Асако тут же спряталась за ближайшей стеной, не смея показаться из-за своего укрытия. Парень же явно нервничал, потому что правая нога продолжала находиться в движении, неровно постукивая носком ботинка по земле. Кажется, он не понимал собственных действий, надеясь на то, что свежий воздух поможет разобрать спутанные мысли. Араи, украдкой наблюдая за неподвижным блондином, чувствовала сейчас себя каким-то сталкером, что самозабвенно смотрел на свою жертву. Какого черта она сейчас прячется здесь, когда могла спокойно подойти и с чистой совестью уйти восвояси? Тело будто не слушалось, а ноги приросли к земле. Все, что Асако смогла сделать в данной ситуации — присесть на корточки и продолжать следить за интересующим ее по какой-то причине объектом. Какая несусветная глупость. — И за кем ты шпионишь? — раздался низкий голос над ухом, заставив девушку в страхе схватиться за сердце.       Нервно повернув голову, она увидела перед собой Тодороки, что точно также сидел на корточках, чуть наклонив голову набок. Парень с гетерохромией проявил излишний для его характера интерес, чем смог удивить Асако, которая уже отошла от такого внезапного появления одноклассника, нормализовав учащенный ритм сердца. — Не твое дело, — грубо ответила она и снова отвернулась в сторону Бакуго, что продолжал стоять на месте, подставив лицо солнечным лучам.       Шото нисколько не смутился такому резкому ответу, продолжая сидеть возле девушки, которая чувствовала себе крайне неуютно в его компании, постоянно озираясь себе за спину. Она все думала: накричать на парня, не самым дружелюбным образом попросив его уйти, или же покинуть место слежки самой, потому что со стороны это смотрелось ну крайне глупо. — Караулишь его, чтобы потом где-нибудь незаметно прихлопнуть? — предположил он один из самых очевидных вариантов, что мог касаться конкретно Кацуки. — Неплохая идея вообще-то, но нет, — ухмыльнувшись этой мысли, ответила брюнетка. — Тогда зачем? — продолжал он приставать с расспросами к уже начавшей раздражаться Араи. — Слушай, парень, свали уже отсюда, — Асако, развернувшись на девяносто градусов, встретилась глазами с Тодороки, зло прожигая в нем дырку.       Шото будто бы ничего не слышал, продолжая спокойно рассматривать черты лица девушки, примечая красоту ее синих глаз. Араи же дошла до точки кипения, еле как сдержав себя, чтобы не заорать на невозмутимого парня, рассекретив себя перед Кацуки. Она подскочила на ноги, зло стиснула зубы, сжала кулаки и печатающими шагами направилась прочь от этого места, где все равно не желала находиться, просто занимаясь какой-то ерундой. Но, видимо, судьба не хотела, чтобы девушка покидала это загадочное местечко, поэтому, споткнувшись о неизвестно как оказавшийся под ногами камешек, Асако плашмя полетела вниз, не успев даже выставить руки перед собой, чтобы смягчить падение. Зажмурившись, она уже успела просмотреть всю ленту пролетевшей перед глазами не такой уж и долгой жизни, прежде чем… удара не произошло. Приоткрыв один глаз, спустя несколько секунд, Араи поняла, что сейчас ее держат крепкие руки Шото, а ее лицо неприятно близко к бетону. Она повернула голову и вопросительно уставилась на Тодороки. Неизвестно, как он умудрился так быстро переместиться, чтобы поймать эту недотепу, но факт оставался фактом — он продолжал удерживать внезапно покрасневшую девушку цепкой хваткой, кажется, даже не собираясь разжимать пальцы. Асако следовало бы уже давно вырваться из этих объятий, но она почему-то рассеяно глядела на Шото, необычное лицо которого действительно приковывало к себе. — Как мило, аж тошнит, — послышался раздраженный голос в метре от разлегшейся на полу парочки.       Девушка, округлив глаза, мгновенно подорвалась на месте, оставив Шото сидеть на полу, и подняла чуть испуганный взгляд на Кацуки, который застал их в таком неловком положении. Кажется, это именно та ситуация, где все объяснения будут выглядеть неумолимо глупо, как не старайся их преподнести. Асако молчала, не зная, что сказать, будто позабыв родной язык, а Бакуго смерил ее презрительным взглядом, с раздражением остановившись на Шото, вид которого был невозмутим. Его так бесила вся эта ситуация, что он просто мечтал сейчас что-нибудь или кого-нибудь взорвать, разорвать на маленькие кусочки. Но все, что он сделал — тяжелым шагом прошел мимо неподвижной девушки, нарочито задев ее плечом. Он устремился вперед, желая поскорее забыть увиденную неприятную картину, а она осталась позади, отрешенно смотря себе под ноги. Сейчас к Каччану лучше не приближаться — его злило абсолютно все. — Бакуго, подожди! — выкрикнула Асако, чуть ускоренным шагом пойдя вслед за ним.       Но блондин лишь ускорял шаг, намереваясь покинуть этот чертов коридор, чтобы наконец остаться наедине со своими бушующими мыслями, что не могли никак сложиться в единую картинку. — Да подожди ты, придурок! — наконец догнав, она резко дернула его за плечо, чтобы Бакуго смог посмотреть в ее уже злые глаза. — Убери от меня руки, — рыкнул Кацуки, раздражительно отмахнувшись от девушки.       Она вновь увидела перед собой чуть сгорбившуюся спину. Каччан был слишком горд для того, чтобы сейчас развернуться и спокойно выслушать девушку, поэтому его силуэт становился меньше с каждым шагом. И Асако сейчас действительно хотела сказать пару добрых слов этому кретину?! Да он этого даже не заслужил! Какому вообще постороннему человеку она хоть раз позволяла так обращаться с собой? В ее душе сейчас бушевал пожар, который подпитывали ярость и злость. От прежних мыслей не осталось и следа. Кацуки Бакуго не изменится — он просто пустоголовый болван. — Ну и вали, — пнув не существующий камешек, зло бросила она ему в спину.       Все-таки быть нелюдимой и ко всем равнодушной намного проще — не надо унижаться в поклонах и благодарностях перед тем, кто этого не заслужил, не надо натягивать фальшивую улыбку. Жизнь становится намного проще без этого притворства. Зачем же тогда себя мучить? Асако продолжала злиться и крутила в голове мысль о том, что им с Бакуго просто не суждено поладить, поэтому раз уж они встретились врагами, то таковыми и останутся.       За спиной послышались тихие шаги, которые резко прекратились буквально в паре метров. Девушка свела брови к переносице и раздраженно вздохнула, закатив глаза. Она неохотно развернулась и встретилась глазами со спокойным взглядом Шото, на лице которого не дрогнул ни мускул. — Что тебе еще надо? — наигранно мило, но с явной издевкой спросила брюнетка, не забыв язвительно улыбнуться. — Ничего, просто иду в класс, — спокойно ответил парень.       Либо он не понял, что это была ирония, либо не придал этому значения, впрочем, неважно. Тодороки и так доставил ей немало хлопот, рассекретив перед Каччаном, а стоять с ним в коридоре и мило ворковать — явно не входило в планы девушки. И сейчас абсолютно не имеет значение, что по большей части она сама виновата в произошедшем.       Больше ничего не сказав, Араи развернулась на сто восемьдесят градусов и с недовольным лицом покинула коридор, теперь сокрушаясь на обоих парней.