Sic fata voluerunt

      С последней встречи уже прошла неделя, а казалось, будто целая вечность. И за это время в Сеуле стало немного холоднее, так что приходилось кутаться в шарф, чтобы не замёрзнуть. Ветер порой пронизывает так сильно, что невольно вздрагиваешь и чувствуешь, как кожа покрывается мурашками. Так что сейчас люди старались ещё чаще забегать в кофейни, чтобы согреться хотя бы ненадолго.       София и Чондэ так часто переписывались и обсуждали такую уйму тем, что уже было впечатление, словно общаются они всю свою жизнь. Оба радостно улыбались, едва слышали оповещение на телефоне, и брали в руки телефон, чтобы скорее прочесть сообщение и ответить. Девушка уже начала читать книгу и рассказывала мужчине всё интересное, что оттуда узнала и говорила, что кое-что она узнала из прочитанного и о нём, благодаря каким-то жестам и мимике. Ким даже не старался это отрицать и верил ей на слово, но говорил, что и без книги уже знает, какой она человек.       Сейчас всё свободное время мужчина старался проводить с дочерью, потому что думал, что уделяет ей недостаточно времени, но ещё и потому, что очень скучал по ней, когда был в клубе. Малышка была счастлива, потому что могла часто видеть папу, постоянно ему что-то рассказывала, рисовала, показывая, что изображено на рисунке и спрашивая, красиво ли у неё получилось. Чондэ искренне улыбался и отвечал, что Чжису рисует самые красивые картины и папа обязательно повесит их на холодильник, когда шедевр будет закончен.       Чжису любила вешаться на шею и обнимать крепко-крепко. Ей хотелось показать, как сильно она любит папу и проводить время с ним. А Ким всегда нежно целовал её в лобик и пухлые щёчки, обнимая в ответ свою кроху. Любовь Чондэ к дочери невозможно было измерить простым разведением рук в стороны, когда он показывал малышке, как сильно папа её любит, однако ей этого было достаточно, потому что она сразу звонко смеялась и кидалась на руки с объятиями.       Но как бы там ни было, расставаться, хоть и ненадолго, всё равно приходилось из-за работы, так что Чондэ снова оставил малышку на попечение своих родителей и отправился в клуб. Вечер и ночь обещали быть веселыми и подвижными, сколь и музыка, которую сегодня планировали исполнять. Мужчина надел белую рубашку, ярко-синего цвета пиджак и брюки, накинув поверх пальто, а волосы как обычно уложил назад, открывая лоб.       Он радостно улыбнулся, открыв в телефоне сообщение, в котором София говорила, что сегодня снова придет в клуб. Эту неделю они оба были слишком заняты, но вот наконец они смогут вновь встретиться, и эта мысль грела его. Самой же девушке уже не терпелось поскорее увидеть мужчину, который всё это время занимал её мысли. Она вспоминала его образ и пыталась по памяти даже нарисовать его, но выходило не слишком хорошо, потому что ей нужно было видеть его чаще. И вот, день новой встречи настал.       София надела красную кофту с длинным рукавом, облегающие черные джинсы, ботинки на каблуке, а сверху — кожаную куртку. Сегодня всё-таки было не так холодно, что удивительно. Девушка решила соответствовать названию клуба и накрасила губы красной помадой. Оглядев себя в зеркале, она пришла к выводу, что выглядит замечательно и покинула квартиру, направляясь в "Red lips".       Как только Ким добрался до клуба, ему позвонила его мать.       — Да, мам? — спокойно ответил он.       — Чондэ, как только ты ушёл, у Чжису резко поднялась температура, мы вызвали скорую, ждём их. Скорее всего, это лишь простуда, но она такая горячая сейчас.       — Чжису? Боже, — мужчина уперся рукой о стену и опустил голову. — Ты уверена, что ничего серьёзного? Я даже не помню, чтобы ей сегодня было плохо, и я одевал её на улицу очень тепло, как же так?       — Милый, сейчас многие болеют, возможно, подхватила от кого-то из детей, пока была на площадке. С ней всё будет в порядке, тем более, что врач скоро будет здесь, — пыталась успокоить его мать.       — Я сейчас должен быть с ней, а не здесь, — вздохнул Ким. — Держи меня в курсе. Если нужно — я приеду. Прямо сейчас.       — Чондэ, не беспокойся так сильно, оставайся на работе. Мы с папой о ней позаботимся.       — Ладно.       Умом, может, мужчина и понимал, что простуда — это не так серьёзно, но он всё равно начал очень сильно переживать за дочь и злился, что сейчас не может находиться рядом. Ким учащенно дышал, и сердце забилось так быстро, что, казалось, ещё немного — и оно выскочит из груди. Чондэ стоял спиной к стене, откинув голову назад, пытаясь немного успокоиться, но ничего не получалось. Голова начала кружиться и болеть так, что мужчина еле стоял на ногах и думал, что точно сейчас упадет в обморок. Дышать становилось всё труднее, воздуха постоянно не хватало. Ким медленно опустился на пол, потому что стоять он был уже не в состоянии.       В гримёрку зашёл Чонгук, который искал Чондэ, и, увидев такую картину, сам начал волноваться не на шутку. Он уже видел Кима в таком состоянии когда-то давно, но всё равно беспокоился за него и не знал, что могло вызвать паническую атаку снова.       — Хён! Хён, посмотри на меня, — старался как можно спокойнее говорить парень. — Постарайся дышать ровно, успокойся, сосредоточься на моём голосе, ладно? Тише, всё хорошо, я с тобой.       Через пару минут появились музыканты, которые повсюду искали своего вокалиста. Они сказали бармену, что позаботятся о Чондэ, и Чонгук, ещё немного посидев с хёном, всё же ушёл к стойке, потому что как никак работа не ждёт. Он всё ещё беспокоился и думал, всё ли в порядке с Кимом. Он обслужил посетителей и снова задумался, как вдруг его одиночество нарушила появившаяся из ниоткуда София.       — Чонгук-щи, давно не виделись! — радостно сказала она, но тут же сменила тон, увидев задумчивое и грустное выражение лица у бармена. — Что-то случилось?       — О, ну как сказать...       — Что случилось, Чонгук? — повторила девушка.       — Ладно, идём, — внезапно сказал парень.       — Куда? — удивилась София.       — К Чондэ-хёну.       Девушка не знала, что произошло, но уже чувствовала, как страх подкрался к ней, заставляя сердце забиться чаще. По пути в гримёрку Чонгук всё же вкратце рассказал девушке, из-за чего она сама начала волноваться ещё сильнее, испугавшись за Чондэ. Когда они наконец пришли, она увидела Кима, сидящего на полу и окруженного музыкантами, которые пытались успокоить его.       — Ребята, зачем вы так столпились? — возмутился Чонгук. — Ему и так воздуха не хватает! Разойдитесь, быстро!       — Я останусь с ним, а вы лучше идите, вам ведь нужно работать, — сказала девушка.       Все молча согласились и начали расходиться, оставляя Софию и Чондэ одних. Она обеспокоенно смотрела в глаза Киму и гладила его по щеке, повторяя:       — Чондэ, всё хорошо.       Он потихоньку начал приходить в себя; дыхание более менее нормализовалось, а сердце больше не билось с бешеной скоростью. Чондэ накрыл руку Софии своей и закрыл глаза, стараясь при этом дышать ровно, чтобы успокоиться. Ощущения тревоги больше не было, и голова больше не кружилась. Ким взглянул на девушку и кивнул, давая понять, что всё в порядке.       — Всё прошло? Тебе лучше? — стараясь подавить беспокойство в голосе, спросила София.       — Так мы уже перешли на "ты"? — улыбнулся Ким.       — Для тебя это сейчас имеет большее значение? Что ж, да, видимо, с этого момента.       — Эх, я хотел первый обратиться к тебе так. Да, всё нормально. Спасибо, что была со мной. Хотя не хотел я, чтобы ты видела меня в таком состоянии.       — Из-за чего вдруг? Что-то случилось?       — Чжису так резко заболела, что я разволновался, и вот результат, — ответил Ким, тут же понимая свою ошибку.       — А, твоя племянница? — подхватила София, и Чондэ мысленно возблагодарил Небеса за то, что он хотя бы не сказал "дочке".       — Да, у неё очень быстро поднялась температура, и, когда я узнал об этом, начал сильно беспокоиться за неё, хотя сестра убеждала, что всё в порядке. Наверное, это я слишком впечатлительный и напридумал уже всего самого плохого, что может случиться.       — Ты просто её очень любишь, поэтому переживаешь. Ты хороший дядя, Чондэ, — улыбнулась девушка.       Она поднялась и протянула мужчине руку, помогая ему тоже приобрести вертикальное положение. Он оказался совсем рядом, и у девушки от этого даже перехватило дыхание. Слишком близко.       Внезапно дверь в гримёрку открылась, и в дверном проёме показался Чон.       — Хён! Тебе уже лучше?       — Да, я в норме, — едва Чондэ успел ответить, как парень обнял его. — А если я Тэхёну расскажу?       — Ты мне как брат и не в моём вкусе, так что не сработает.       Мужчина лишь посмеялся и обнял в ответ младшего, заверяя того, что ему действительно сейчас намного лучше.       — Сможешь выступать?       — Что? Ты заставляешь его сейчас идти на сцену? Чон Чонгук!       — Юная леди, как Вы со мной разговариваете? — наигранно возмутился парень.       — Успокойся, Гук, вы с ней одного возраста, было странно, что вы обращались друг к другу так уважительно. Хотя ты немного старше.       — Лучше бы ты ему сказал, что я нуна, — легонько толкнув в плечо, сказала девушка.       После короткой дискуссии было решено, что Ким всё-таки поднимется на сцену и будет петь. Однако София пообещала, что будет пристально наблюдать и, если что-то ей не понравится, он сразу же пойдет отдыхать. Спорить было бесполезно, так что Чондэ и Чонгук сразу согласились и сказали, что всё будет замечательно.       Мужчина направился к музыкантам, а Чонгук и София — к барной стойке. Бармен сразу попросил её не повторять прошлое пребывание здесь, напиваясь, на что девушка наигранно цокнула. Пить она сегодня правда не собиралась, так что бояться было нечего. Она повернулась к сцене, где уже начали готовиться к выступлению музыканты и Чондэ. Он резко посмотрел в её сторону и по-кошачьи улыбнулся, заставив девушку покраснеть. София лишь скромно помахала ему рукой, после чего показала большой палец, как бы желая удачного выступления.       Как только заиграла музыка, Чондэ преобразился: у него заблестели глаза, а на лице появилась хитрая ухмылка; он начал пританцовывать в такт, и выглядел при этом слишком соблазнительно. Его голос слаще мёда во сто крат, и это факт, который даже не обсуждается. Он буквально заигрывал с публикой, и та в восторгом отвечала ему аплодисментами и криками. София снова пристально глядела на него, не в силах оторвать глаз от мужчины. Какой же он был притягательный.       — Чонгук, я передумала, налей мне чего-нибудь, пожалуйста.       — У кого-то сердечко чаще забилось? — подначивал бармен.       — А то ты сам не знаешь, — ответила девушка. — Мне сейчас очень нужно.       Без лишних слов Чон налил ей немного виски и придвинул стакан. София сразу же опустошила его в один глоток. Она снова пила натощак, ну ещё бы. Иначе ведь быть не могло. Она попросила парня повторить, и он, покачав головой, всё же налил новую порцию, которую девушка выпила, не задумываясь. И каким же всё-таки невероятным был Чондэ. Вот так смотришь на него и не понимаешь, как такой человек в принципе может быть реальным.       После выпитого алкоголя девушка почувствовала легкость и умиротворение, продолжая так же смотреть на мужчину мечтательным взглядом. Он иногда тоже смотрел в её сторону и уже понял, что она снова выпила. Ким едва заметно покачал головой, улыбаясь и думая, что придется теперь ему везти её домой. Но он не был этим огорчен.       После выступления Чондэ снова проверил свой телефон и увидел сообщение от своей матери, в котором она сообщала, что после приезда скорой Чжису почувствовала себя намного лучше, и температура уже начала падать, а малышка спала в это время крепким сном. Мужчина облегченно вздохнул, радуясь, что всё обошлось и дочке уже намного лучше.       Он подошел к барной стойке, где ему двумя руками махала София, радостно улыбаясь во все тридцать два зуба. Чондэ не мог отделаться от мысли, что даже пьяная она слишком милая.       — Чондэ, это было просто восхитительно! Лучшее выступление в моей жизни, — рассыпалась комплиментами девушка, при этом активно жестикулируя.       — Спасибо большое, — ответил мужчина. — София, зачем ты снова выпила? Ты ведь больше не горюешь, надеюсь?       — Что ты! Конечно, нет. Это всё из-за тебя, — легонько ткнув пальцем в грудь Кима, ответила София.       — Обвиняешь меня? Я тебя не заставлял пить, — смеялся мужчина.       — Сам того не зная, заставил. Ты слишком... Ты просто слишком, Чондэ, — девушка с трудом подбирала слова, хотя не была такой пьяной, как в первый свой визит в клуб. — Ты, наверно, не понимаешь, о чем я тут толкую. Постараюсь объяснить. Просто ты... как сказать... ты такой невероятный.       — И из-за этого ты пьёшь? — вскинув брови, спросил Ким. — Странная причина. Но за то, что считаешь меня невероятным, спасибо. От тебя я сегодня слышу слишком много комплиментов, хотя не могу отрицать, что мне очень приятно.       — Ха, ну ещё бы, — засмеялась девушка. Она пальцем поманила Чондэ, чтобы тот придвинулся поближе, и продолжила полушёпотом: — Понимаешь, дело в том, что ты мне нравишься.       Мужчина удивленно взглянул на девушку, не веря своим ушам. Она была слишком откровенной сегодня. Хотя, учитывая то, что она сказала в первое их знакомство, это откровение не было таким шокирующим. Но, несмотря на это, Чондэ даже немного впал в ступор.       — София, ты просто пьяная, — как будто отговаривал её мужчина.       — Поэтому я честна как никогда, — подмигнула София. — Это чистая правда, только не говори никому, ладно? — она поднесла к губам палец, после чего снова засмеялась. — Чонгуку особенно не говори, не то он будет подшучивать надо мной, я его знаю.       — Ни одной живой душе не скажу.       — Про это тоже не говори.       София быстро наклонилась ближе к Чондэ и оставила невесомый поцелуй на его губах, отстраняясь и довольно глядя на него, будто наконец сделала то, о чем так мечтала. Сообразив, что она сделала, девушка закрыла лицо руками, смущаясь и отворачиваясь от мужчины, который сейчас просто не верил в происходящее. Настолько не верилось, что хотелось повторить, чтобы поверить в то, что это всё происходит на самом деле. Он взял руки девушки в свои и осторожно приблизился к её губам, и на этот раз поцелуй длился дольше, потому что Ким хотел точно знать, что это реально, хотел, чтобы и она это прочувствовала и запомнила. София ответила на поцелуй, притягивая мужчину за шею. Чондэ пристроил руки на её талии и ещё долго пробовал её губы на вкус, не желая отрываться.       — Я настолько пьяная или мне это всё не кажется? — снова полушепотом произнесла девушка.       — Тебе не кажется, — ответил Ким, проводя рукой по её волосам.       В этот момент он почувствовал себя таким счастливым, что даже не понимал, как такое возможно. Так мало знать человека, но успеть так сильно привязаться и... полюбить? Казалось, будто это всё слишком прекрасный, но правдоподобный сон, и стоит открыть глаза — всё исчезнет, потому что так не бывает, и таких, как она, тоже не бывает. Но вот Чондэ смотрит на неё, сидящую прямо напротив, и понимает, что всё происходящее — не плод его воображения.       — Ты мне тоже нравишься. Очень. Сильнее, чем я мог представить.       Девушка улыбается и утыкается ему носом в шею, обвивая руками его плечи. Ким обнимает её в ответ, прижимая ближе к себе. Проходящий мимо Чонгук ехидно улыбается, словно знал, чем всё сегодня закончится, и идет в другую сторону стойки, чтобы не мешать. Чондэ немного отстраняется и почти на ухо говорит:       — Давай я отвезу тебя домой.       Не хочется это всё заканчивать, но София понимает, что совсем скоро у неё точно сомкнутся глаза и она уснёт прямо за барной стойкой, так что не возражает и соглашается, позволяя Чондэ придерживать её и вести к машине.       Прохладный ветер слегка отрезвил девушку, она вдыхала воздух полной грудью, закрывая глаза. До этого Чондэ дал ей бутылку воды, чтобы София немного прочистила разум. Ему правда не хотелось, чтобы она наутро забыла обо всём, что произошло сегодня.       Когда они уже подъехали к её дому, девушка казалась даже трезвой и уверенно шагала, не шатаясь из стороны в сторону. София обернулась лицом к Чондэ и просто смотрела на него, желая запомнить, как он выглядел в этот день, как улыбался и глядел на неё. И она точно знает, что утром она будет помнить абсолютно всё.       — Ну что, Ким Чондэ, — теперь уже девушка говорила бодрее, словно вовсе не пила, — теперь мы встречаемся?       — С этого дня, — ответил мужчина, светясь от счастья.       Он снова приблизился и нежно поцеловал девушку. Расставаться сейчас было так тяжело, хоть и ненадолго, но этого так не хотелось, что они с трудом попрощались и разошлись. Чондэ уехал, как только услышал, что захлопнулась дверь в её квартиру, и по пути домой снова и снова прокручивал в голове события этого дня, без конца улыбаясь. Казалось, что с этого момента теперь всё будет не просто хорошо, а идеально.