Начни сначала. Владыка

                    Очередной лист неслышно сорвался с ветки и закружился, плавно опускаясь под ноги. Трандуил остановился и глубоко вздохнул, впуская в лёгкие прозрачный, кристально-чистый воздух. Небо только начало светлеть, одна за другой погасли звёзды, но в лесу по-прежнему было тихо — почти все птицы, встречавшие песней рассвет, уже покинули Эрин Гален. За спиной раздался шорох, и Трандуил обернулся, с улыбкой наблюдая за Тинвен. К голенищам её высоких сапог прилипли мелкие листочки и сухая трава, они потемнели от влаги, став почти чёрными.       — А я тебе говорил, что дойду первым. — Трандуил демонстративно покосился на сапоги Тинвен.       — Зато я набрала клюквы. — В открытой ладони глянцево блестели тёмно-красные ягоды. Трандуил потянулся было к ним, но ладошка захлопнулась, беря в плен его палец. Тинвен хитро улыбнулась, глядя снизу вверх, и поднесла ягоду, которую держала в другой руке, к его губам. Не сводя глаз с жены, Трандуил медленно взял её губами, позволив лопнуть внутри и обжечь язык горьковато-кислым вкусом. Оставив на протянутых опустевших пальцах невесомый поцелуй, он наклонился, чтобы коснуться мягких губ, чувствуя тот же вкус, но нежнее, слабее, мягче. Глаза закрылись; волна нежности захлестнула, увлекая в чувственный, долгий поцелуй. Когда он прервался, небо успело окончательно посветлеть, став серо-голубым.       — Я знаю эти места лучше, — шепнул Трандуил, напоминая о споре и о том, кто его проиграл. Тинвен шутливо ткнула его в бок:       — Зачем тогда решил поспорить?       — Это была твоя идея — идти через болото.       — Мог бы остановить.       — Может, просто хотел попробовать клюквы? — Трандуил выразительно посмотрел на губы Тинвен, отчего она неосознанно их облизнула, смывая вкус поцелуя.       — Пойдём, — она кивнула вперёд, на едва заметную тропу, — ты обещал показать пещеры.       Их руки сплелись, и дальше эльфы шли вместе, а лес расступался перед ними, с тихим шелестом осыпая листву под ноги. Время, которое король мог позволить себе провести вдали от дворца и дел, подходило к концу. Наполненное тишиной и нежностью, оно заново открыло их друг другу, позволило вдали от шума и забот привыкнуть к тихому светящемуся счастью. Постепенно укрепило в мысли, что теперь они вместе, и никто не отберёт их друг у друга, не заставит расстаться.       Тинвен уже бывала здесь, у северных границ Эрин Гален, но тогда пещеры, прячущиеся за бурной рекой, были пустыми и холодными. Долгие годы Трандуил посылал сюда эльфов: архитекторов, камнетёсов, плотников, — и теперь разветвлённая сеть пещер была пригодна для жизни. Конечно, до полноценного, удобного жилища было ещё очень далеко. Да и не было сейчас острой необходимости отсылать всех мастеров обустраивать пещеры в другом конце Эрин Гален. Но мечта, увлекшая короля, когда он впервые увидел их, не покидала. И сегодня Трандуил хотел показать свою мечту Тинвен.       Лес редел, густая лиственная чаща постепенно сменилась соснами и елями, изредка стали попадаться кедры. Древние гиганты раскинули свои кроны, закрывая небо, и внизу царил сумрак. Прозрачный золотой свет уступил место вечнозелёному сумраку. Пахло хвоей и смолой, под ногами лежали прошлогодние шишки. Шум воды стал слышен задолго до того, как показалась река, стиснутая между высоких скалистых берегов. Влажный, прохладный воздух защекотал ноздри.       — Давно он здесь появился? — спросила Тинвен, останавливаясь у обрывистого склона и разглядывая широкий каменный мост, перекинутый через реку.       — Пятнадцать лет назад. — Трандуил любовался мостом, не скрывая своей гордости. Амон Ланк строился хоть и под его наблюдением, но отцом. Орофер сам просиживал над чертежами, обсуждая их с архитекторами, но редко с ними соглашаясь. Башни, переходы, покои, балконы — во всём чувствовалась рука короля. А здесь… Это был первый раз, когда Трандуил занимался всем сам. Ни с кем не советуясь, не прислушиваясь ни к чьим пожеланиям. Да, они никогда не будут жить здесь, но дворец, что когда-нибудь появится в этом северном уголке, станет его летней резиденцией. Местом, где можно будет отдохнуть от летнего зноя, перевезти двор, проводить охоты и исследовать земли, что лежат за пределами леса. Отчего-то здесь, вдалеке от Лоринанда, от Мглистых гор и призрачной угрозы Мордора, Трандуил чувствовал себя особенно защищённым.       Они медленно шли к мосту, который с каждым шагом становился всё больше и массивнее. Толстые, в два обхвата колонны подпирали каменные арки. Перила в половину роста уже начал обвивать плющ, затянув зеленым кружевом несколько ярдов переправы. Сквозь гладкие, ровные, плотно пригнанные друг к другу камни не пробивалась ни одна травинка. За мостом явно следили. Внизу шумела река, перекатываясь на камнях, кружась водоворотами, но брызги сюда не долетали — только свежесть и прохлада. Вход в пещеры зиял огромным чёрным провалом, в котором уже угадывались контуры для будущих врат.       — Пойдём? — Трандуил взял Тинвен за руку, а она внезапно оробела, чувствуя, как сильно заколотилось сердце. Ещё одна деталь огромной мозаики под названием Трандуил, той, что она будет собирать столетия, но так и не соберёт до конца, появилась сейчас, заставляя посмотреть на него по-новому. Интересно, узнает ли она его когда-нибудь? Поймёт, чем он живёт и о чём мечтает? Сколько ещё секретов прячется у него в душе?..       Высокие, грубо обработанные своды сомкнулись над эльфами, но внутри оказалось на удивление светло — прорубленные в скале шахты пропускали достаточно света, а на стенах в кольцах стояли незажжённые факелы. Откуда-то из глубины доносился шум. Просторный внутренний двор — вот чем должна была стать первая пещера. Тинвен смотрела на коридоры, ветвившиеся по сторонам, неосознанно сжимая ладонь Трандуила крепче.       — Это же… так похоже…       — Заметно? — обеспокоенно спросил Трандуил, поворачиваясь. Тинвен кивнула. В её глазах стояли слёзы. Притянув жену, Трандуил коснулся её лба лёгким поцелуем и прижал к себе. — Я мечтаю сделать что-то, отдалённо похожее. Хотя бы чуть-чуть.       — Мне тоже не хватает Менегрота, — тихо проговорила Тинвен. — Я часто вижу его во сне. И то, что здесь, — она обвела взглядом пещеру, — это… Это прекрасно. Правда.       — Я хочу, чтобы ты помогла мне. — Трандуил улыбнулся, снова беря Тинвен за руку и ведя к одному из коридоров. — Здесь, по стенам, будет резьба. Конечно, мастеров, что сумеют хоть немного повторить то, что было в Менегроте, уже не осталось. Но есть наша память. Ты сможешь нарисовать?       — Кедровые ветви и птиц, что сидят в них, — глаза Тинвен загорелись, она медленно пошла вперёд, выпустив руку Трандуила и касаясь шершавого, слабо мерцающего камня, — и звери, что выглядывают из чащи. И фонтаны. Много фонтанов. Это можно сделать?       Трандуил невольно залюбовался ей. Вспыхнувшими в предвкушении глазами, воодушевлением, которым загорелось её лицо. Тинвен шла вперёд, вслух рассуждая, где лучше перекинуть мостик, а где — поставить ещё одну колонну. Каким камнем облицевать дороги, а какими — площади. И чувствовал, как стихает тревога — он боялся, что Тинвен не оценит. Что скажет, что у неё нет на это времени и сил. Что не поддержит. Пустые страхи. Разве могла она не загореться идеей создать свой собственный Дориат в маленьком кусочке Эрин Гален?       Из одного из боковых коридоров вышел Снат. Узнав Владык, он коротко склонил голову и поспешил навстречу.       — Я ждал, что вы прибудете позже, — извиняясь, произнёс он, вытирая руки о тряпку, заткнутую за пояс. — Я как раз закончил подготовку верхних покоев. Посмотрите?       — Шутишь? — воскликнула Тинвен, но тут же одёрнула себя, глуша любопытство, и мягко улыбнулась. — Показывай.       Галереи, переходы, мосты — черновые, но устойчивые — они поднимались всё выше и выше, миновав два больших водопада, с грохотом срывавшихся в темноту. И наконец вышли на широкую площадку. Внизу, под ногами, лежали пещеры. Слабо освещённые, они терялись в полумраке, вгрызаясь в гору, ветвясь и теряясь в темноте.       — Это та площадка, о которой ты писал? — заинтересованно уточнил Трандуил, подходя к краю и заглядывая вниз.       — Да, — кивнул Снат. — Здесь будут мраморные перила, а здесь, — он показал на стену за их спиной, — поместим светильники и…       — Лучше кованые, — оборвала его Тинвен. — Площадка кажется воздушной, не стоит загромождать её камнем. А пол облицевать белым мрамором с зелёными прожилками. И эти ниши, — Тинвен подошла к стене, показывая на естественные углубления, — украсим статуями.       — Твоими, — улыбнулся Трандуил, окидывая её красноречивым взглядом. Тинвен покраснела и грозно нахмурилась, покачав головой. Но промолчала.       — Пойдёмте, я покажу вам покои, — отвлёк их от молчаливой перепалки Снат, проводя чету по коридору к двери — первой из увиденных здесь. Дверь легко распахнулась, и эльфы невольно зажмурились от яркого утреннего света. Просторная комната словно выныривала из горы, выступая широким языком наружу. Справа журчал, стекая по камням, прозрачный водопад, падая в небольшой бассейн, из которого, переливаясь, вода по рукотворному желобку вытекала наружу, срываясь вниз и рассеиваясь до того, как достигнет земли.       — Здесь раньше всюду была вода, — начал рассказывать Снат, но ни Трандуил, ни Тинвен его не слышали. Они медленно вышли на природный балкон и замерли, глядя на раскинувшийся внизу лес. У подножия тёмно-зелёный, он постепенно светлел, окрашиваясь в жёлтый и красный. А дальше, за стеной деревьев, открывалась пустошь, сейчас бурая, но летом наверняка пестрящая луговыми цветами. Вдалеке блестела вода — скорее всего, большое озеро. А ещё дальше стояла высокая гора, вонзаясь в яркое, почти синее осеннее небо. В воздухе плыли тонкие паутинки, и птицы то и дело вспархивали с верхушек деревьев, ловя их.       — Это потрясающе, — прошептала Тинвен, и Трандуил молча кивнул, не в силах отвести взгляд от леса. Он слепо нашёл её руку, сплетая пальцы. Снат за их спинами смущённо переминался с ноги на ногу, не зная, оставить их или остаться, чтобы показать всё остальное.       — А вот здесь как раз надо делать мраморные перила, — разрешила его сомнения Тинвен, оборачиваясь. Снат кивнул и облегчённо выдохнул про себя — становиться невольным свидетелем того, что не предназначалось чужим глазам, он не хотел. Наконец и Трандуил отвернулся, с интересом разглядывая комнаты, выходящие из зала с водопадом. Там уже стояла резная кровать, небольшой стол, два стула, а в углу, в наспех собранном шкафу, висели вещи. Рядом стояли два пустых сундука. Вещи прибыли ещё вчера вечером, а Трандуил и Тинвен предпочли ночевать в лесу, отправив небольшую свиту вперёд. Здесь не было окон. Только столб света падал сбоку, освещая пол перед кроватью.       — Да, здесь только спать, — пробормотала Тинвен, оглядывая мрачную после залитого светом зала, комнату.       — Для всего остального у тебя есть гостиная, — кивнул Трандуил за спину. Тинвен хитро посмотрела на него, потом перевела взгляд на кровать, подходя ближе и проводя рукой по столбику, увитому деревянным плющом.       — Да, ночь на земле всё же не самое лучшее времяпрепровождение, — угадав её мысли, проговорил Трандуил.       — Я пришлю к вам слугу, чтобы вы распорядились о завтраке, — поспешно пробормотал Снат.       — Пусть приходит к обеду, — бросил, не оборачиваясь, Трандуил, не двигаясь с места. И только когда дверь за Снатом закрылась, он подошёл к Тинвен, привлекая её к себе и склоняясь, чтобы поцеловать.       Солнечный луч скользнул по лицу, заставляя Трандуила зажмуриться. Открыв глаза, он недовольно уставился на свет и подвинулся, лениво размышляя, сколько же времени уже успело пройти. Тинвен спала, лёжа на боку спиной к нему. С сожалением Трандуил подумал, что пришло время вставать, ведь их ждали те, кто трудился здесь годами. Наверняка они готовились к визиту Владык, желали показать, что успели сделать, и услышать, как и куда двигаться дальше. Убрав волосы с плеча Тинвен, Трандуил осторожно поцеловал её. Скользнул по плечу к локтю и ниже, нежно сплетаясь с ней пальцами. Тинвен сонно что-то пробормотала и повернулась, ложась на спину и открывая глаза.       — Пора вставать?       — Думаю, давно пора.       Трандуил улыбнулся, глядя в недовольное заспанное лицо. Тинвен нахмурилась было, но тут же хитро улыбнулась в ответ и положила ладонь на его щёку.       — Какой смысл в отдыхе, если мы всё равно не можем быть вместе столько, сколько нам хочется?       Прикрыв глаза, Трандуил потёрся щекой о раскрытую ладонь, поймал губами запястье и легонько его прикусил. Действительно, куда спешить? Чувство вины перед ожидавшими появления Владык подданными быстро таяло, пока его губы спускались от запястья ниже, находя её губы и вовлекая в долгий, томительный поцелуй. Ноги Тинвен обвили его, притягивая к себе и заставляя забыть обо всём, что было за пределами спальни.       — Теперь уже точно пора вставать, — с сожалением сказала Тинвен, когда луч света поднялся выше, остановившись на противоположной стене.       — Один день — один праздник, а после — только ты и я, — пообещал Трандуил, нехотя поднимаясь и глядя на развешанную в шкафу одежду.       — Если бы это было возможно, — уныло протянула Тинвен, вспоминая последние три недели, которые должны были стать путешествием для двоих, а обернулись объездом всех поселений, встречавшихся на их пути. Представление новой королевы, её знакомство с подданными, бесконечная череда поздравлений и заверений в вечной преданности — всё это было необходимо и в целом интересно, но всё же утомительно. Тинвен понимала, что в следующий раз покинуть Амон Ланк удастся нескоро, и сама заставляла Трандуила свернуть в ту или иную деревню, но время шло, истекал срок, который они сами себе отвели на поездку, а побыть по-настоящему вдвоём так и не получалось.       — Это возможно. — Голос Трандуила звучал приглушённо — он одевался и как раз нырнул в рубаху. — И завтра так и будет. Обещаю.       Его голова показалась в вырезе, пальцы принялись за шнурки у горла. Тинвен вздохнула, решив не спорить — может, здесь, когда не надо никуда ехать, они и впрямь будут предоставлены сами себе до конца Нарбелет. А после, когда вернутся во дворец и установятся холода, дел и так станет меньше. И вечера у камина в кабинете Трандуила будут принадлежать только им двоим…       Тинвен до сих пор не привыкла к тому, что теперь его покои стали и её тоже. Комнаты в королевском крыле, ощущение близости к нему, возможность просто слышать его голос, когда он разговаривает с кем-то в кабинете. После свадьбы они провели во дворце несколько дней, и сейчас, в отсутствие Тинвен, одну из комнат переделывали в музыкальную — до торжества она пустовала, ведь Трандуил так и не смог решить, что захочет там устроить жена. Может, завесит всё лечебными травами и заставит стеллажами со свитками? Но Тинвен не хотелось приносить то, что было её обязанностью на протяжении столетий, в новую жизнь. Она по-прежнему оставалась целителем, учила и лечила, но теперь хотелось чего-то нового. Музыки, рисования — а может, вышивки? Будто открылось второе дыхание и жизнь заиграла новыми, доселе неведомыми красками.       Праздник устроили в огромной пещере, в центре которой возвышалась плоская ровная площадка, а по кругу текла подземная река. На площадку вели десятки мостиков, большие естественные колонны, пока никак не обработанные, подпирали свод, терявшийся в вышине.       — А здесь получится неплохой тронный зал, — заметил, входя в пещеру, Трандуил.       — Только надо расставить стражу по кругу, чтобы перебравшие вина не падали в воду, — прошептала Тинвен, заставив Трандуила фыркнуть.       Столы, уже накрытые, ломились от угощений, факелы на стенах ярко пылали. В пещере было прохладно, хотя до первых морозов было ещё далеко. Каминов здесь не было, и Трандуил накинул на плечи Тинвен атласную накидку с широкими рукавами до пола, подбитую мягким белым мехом. Собравшиеся эльфы — около сорока рабочих и десятеро из свиты — поднялись, приветствуя своих Владык. Трандуил опустился в кресло с высокой спинкой, Тинвен села рядом в такое же, и праздник начался.       Звучали пожелания, слышанные не раз за время поездки, поздравления, искренние, но слегка надоевшие; любопытные взгляды скользили по лицу новой королевы, но Тинвен уже настолько привыкла к ним, что давно перестала обращать внимание. Она понимала интерес к ней, как и понимала, что скоро он угаснет. И тогда начнётся настоящая жизнь. Жизнь рядом с Трандуилом.       Обернувшись к нему, она залюбовалась его профилем, не уставая благодарить Варду, что может смотреть вот так, не скрываясь, в любое время, когда только пожелает. Может смотреть на простую корону — тонкие золотые прутья и капли холодных топазов в них. Ласкать взглядом падающие на плечи серебряные волны волос, нежно касаясь кончиков ушей, выглядывающих из-под них. Она могла смотреть на него вечно, всё ещё не веря, что теперь он весь принадлежит ей.       И ночью, достаточно холодной за стенами дворца, в их спальне было жарко. Не от натопленной походной печи, а от рук, что сжимали в объятиях. От обжигающих губ. И от слов, что проникали в сердце, согревая нежностью и любовью.