Тёмный час перед рассветом. Глава 61
16 апреля 2020 г., 18:51
Минас Тирит полыхал, окружённый кольцом врагов, Теоден мчался через леса Друэдайн, ведя рохиррим в последний бой, флот умбарских пиратов вышел из Пеларгира, неслышно скользя по тёмным водам Андуина. А маленький полурослик, надежда всего свободного Средиземья, сжимался от ужаса на ледяном полу крепости Кирит Унгол. Но все эти новости были неизвестны Трандуилу и его войску, растянувшемуся вдоль северо-восточных границ Лихолесья.
— Чего они ждут? — в очередной раз спросил Синголло, расхаживая по деревянному настилу помоста. Вознёсшийся на высоту нескольких десятков ярдов, он открывал обзор на Бурые Земли, начинавшиеся за кромкой леса. Сухая прошлогодняя трава, припорошенная пылью, слабо трепетала на ветру, изредка из сухостоя выглядывали заячьи уши, но больше — никого.
— Не знаю, — процедил Трандуил. Эта тишина выводила из себя — схожая с затишьем перед бурей, она изматывала, держала в постоянном напряжении. Они прибыли сюда две луны назад, и всё это время просто ждали. Даже лютни Даэрона и Маглора стихли: поначалу менестрели частенько развлекали воинов и развлекались сами, устраивая шуточные дуэли. Но теперь над лагерем повисла тишина, гнетущая и тяжёлая.
— Ваше величество! — По подвесному мосту, протянутому между деревьев, почти не касаясь верёвочных перил, бежал воин. Трандуил и Синголло обернулись, впиваясь глазами в эльфа, переглянулись, обменявшись напряжёнными взглядами.
— Вести из Лориэна! — запыхавшийся воин давился воздухом, стремясь скорее передать новость. — Четыре дня назад на них напали. Весь восток Золотого леса кишит орками! Из Дол Гулдура выдвинулись войска!
— Куда они направляются? — холодея от страшного предчувствия, спросил Трандуил.
— На дворец, ваше величество.
— Началось, — прошептал Синголло, кивком головы отпуская воина.
— До дворца они доберутся через четыре дня, не раньше. — Трандуил уже взял себя в руки и теперь повторял путь друга, расхаживая по помосту. — Мы — за два. Но разве за тем собралась армия, чтобы позволить загнать себя в угол?
— Встретим врага в дороге и примем бой, — кивнул Синголло. Его глаза вспыхнули зловещим блеском, губы растянулись в хищной улыбке.
— Не дадим им пройти дальше. Командуй выступление! — Трандуил поспешил по мосту к верёвочной лестнице, и Синголло двинулся следом, непроизвольно сжимая и разжимая пальцы на рукояти меча.
Вторые сутки непрерывного наступления подходили к концу. Войско рассыпалось по лесу, дрогнуло, останавливаясь и готовясь к ночлегу. По растянутому над головой Трандуила навесу шуршали еловые ветки, лампа, подвешенная под пологом, непрерывно раскачивалась, и круг тёплого оранжевого света выхватывал то часть походной кровати, то стол с разложенной на нём картой.
— Вокруг густые леса, — палец Трандуила очертил северо-восточную часть Лихолесья. — Орки идут плотно, мы встретим их уже завтра к полудню. Лучники выступят до рассвета, займут позиции и ударят первыми. Синголло, ты возглавишь их. К тому времени, как подойдут основные силы, войско Врага остановится. Маглор и Нарэлен выйдут после этого совета, зайдут с востока и запада и будут ждать сигнала.
— Нам по-прежнему неизвестна численность войска, — вздохнул Маглор, глядя на карту. — Разделиться необходимо, чтобы взять орков в тиски, но не получится ли так, что нас просто сомнут, окружив со всех сторон и раздробив на мелкие отряды?
— Случиться может всё, — веско произнёс Трандуил. — Может оказаться и так, что мы остались последней свободной землёй в Средиземье. Кто знает, может, надежды уже нет, может, Саурон бросил свои войска на нас, потому что остальные уже побеждены. Но разве это повод для того, чтобы отступить?
— Никто не говорит об отступлении, — Маглор нахмурился. — Я лишь говорю о том, что мы знаем слишком мало о действиях врага.
— Поэтому приходится довольствоваться тем, что есть. Они не смогут застать нас врасплох, и это уже немало. Если пришло наше время предстать перед Мандосом, так тому и быть.
— Я лично к нему не тороплюсь, — заметил Синголло, пожав плечами.
— Никто не торопится, — Трандуил поймал взгляд Нарэлен и коротко улыбнулся. — Но и не боится.
— Было бы чего бояться, — фыркнул Синголло. — Что мы, орков не видели?
— Большинство наших воинов не видело.
— Вот и познакомятся, — Истимаэль подошла к мужу, взяла его за руку. — Всё-таки нам придётся расстаться, а я так хотела увидеть тебя в бою.
— Посмотришь ещё, — Синголло вздохнул. — Эта битва не последняя, как бы нам этого ни хотелось.
Эльфы шли по лесу бесшумно, растворялись между стволов, растекались по морю резных папоротников, которые только начали распускать свои стрелы, сжатые в ярко-зелёные кулаки. Анор прятался за тяжёлыми серыми тучами, заполнившими небо от края до края, и резкие порывы весеннего ветра, наполненного запахами земли и новой жизни, расправляли многочисленные зелёные стяги. Лошадей оставили — верхом сражаться в лесу слишком тяжело и неудобно. Приближение большого войска они услышали задолго до того, как смогли разглядеть. Громкие выкрики, звон стали, удушливая вонь сотен тел — звуки битвы долетели с ветром, и шедшие впереди эльфы, не сговариваясь, со зловещим шелестом извлекли мечи из ножен, ожидая сигнала к атаке. И он не замедлил себя ждать — чистый глубокий голос рога зазвенел, разлетелся над лесом. Его подхватили, оповещая: врагов — о своём приближении, а лучников, засевших высоко в ветвях — что подмога уже подошла.
Передовой отряд сорвался с места, и следом серо-зелёной волной хлынули остальные воины, продолжая хранить молчание. Они мелькали быстрыми тенями, сокращая расстояние с армией врага, и вскоре впереди показалась чёрная масса, состоящая из рук, сжимавших кривые, остро заточенные ятаганы, оскаленных лиц и ног, обутых в подбитые железом сапоги, безжалостно топтавшие нежные весенние побеги. Стрелы обрушились на них с неба, вызвав недолгую панику и внеся смятение в ряды, но сейчас орки собрались, поднимая щиты над головами, многие уже лезли наверх, цепляясь за могучие ветки, но теперь они повернулись навстречу новому врагу, спешно перестраиваясь.
Ветер налетел внезапно, загудел в кронах, пригибая верхушки деревьев, и сидевшие наверху лучники крепче вцепились в ветки. Потемнело. Внизу, насколько хватало взгляда, всё почернело от орков. Вспыхивали искры, высекаемые сталью, звон, грохот, крики — лес наполнился звуками смерти. Птицы стихли, разлетелись или затаились, хлынуло в стороны зверьё, не успевшее спрятаться до начала битвы.
Меч Трандуила пел, ликовал, наконец покинув ножны, впиваясь в чужую плоть, вспарывая доспехи, кожу, переламывая кости. Серебряным вихрем король ворвался в гущу сражения, и тело привычно откликнулось, подхватывая забытый ритм боя. Широкая дуга над головой, короткий взмах руки, и сразу трое орков, обезглавленные, повалились на землю. Совсем рядом, в нескольких шагах, мелькали рыжие косы Тауриэль, юркой, как белка. Она то припадала на колено, всаживая острие меча в чужой живот, то, легко отталкиваясь от ближайшего ствола, падала сверху, находя незащищённую доспехами шею. Даэрон сражался поблизости, и его даги сверкали хищными стрелами, отражая удары тяжёлых ятаганов. Вот, не выдержав очередного удара, перекрещённые лезвия застыли в крепкой руке, замедляя врага, заставляя остановиться. Но в следующую секунду Даэрон, оттолкнувшись всем телом от земли, отбросил орка и незаметным стремительным ударом перерезал ему горло.
Металлический запах смерти, оседающий на губах красно-чёрными каплями, витал в воздухе. Свистели стрелы, которые продолжали выпускать лучники, но многие уже спустились вниз, вливаясь в битву. Трандуил забылся на время, отдался горячке боя, не глядя по сторонам, не думая о друзьях и близких. Только взмах руки, веер чёрных брызг, оседающий на доспехах, влажная земля, по которой скользят ноги, и бурлящий внутри азарт, разносящийся по венам стремительно колотящимся сердцем. До сего момента он и представить не мог, как на самом деле соскучился по этому: по полной свободе, по пустой голове, по бешеной пульсации в висках и мимолётным вспышкам радости, когда затухает огонь разума в жёлтых глазах напротив. Сейчас всё было правильным, настоящим — никаких сомнений, тревог и предположений. Никакой тяжести от принятых решений и ставшего привычным отчаяния. Враг, реальный, из плоти и крови, враг, которого можно убить по-настоящему, зная, что он не поднимется, не возродится.
За шумом битвы и оглушительным стуком сердца никто сразу не заметил, что стало совсем темно — словно ночь пришла раньше, становясь на сторону врага. Но вот ослепительная вспышка озарила мертвенным светом лица сражавшихся, и в следующую секунду оглушительный грохот заложил уши. Первая весенняя гроза обрушилась сразу, хлынула непроницаемым пологом с неба, просачиваясь сквозь густые ветви, смывая кровь с лица. Неподалёку от Трандуила мелькнул Синголло — оскалившись, он отразил удар, развернулся, чтобы оттолкнуть ногой заходящего со спины орка, и, не оборачиваясь, сделал выпад, вонзив меч в сердце другого. Поймал взглядом Трандуила, коротко улыбнулся, но в следующий миг скрылся в гуще битвы.
Дождь осмелел, пробился сквозь лесной заслон и теперь хлестал со всей силы, замедляя движения и затрудняя зрение. Маглор и Нарэлен ждали приказа, затаившись где-то неподалёку, но орки вдруг дрогнули и начали отступать. Сумей они оценить численность противника, можно было атаковать и выбить их из леса, но… Сражайся они в поле — было бы проще. Здесь же, в густом лесу, составить точный план наступления и броситься во тьму — могло оказаться фатальной ошибкой.
— Играй отступление! — рявкнул Трандуил ближайшему воину, на поясе которого висел рог. Три коротких сигнала быстро подхватили, и эльфы принялись отступать, оставляя орков, не спешивших их преследовать. Под ногами пружинила опавшая хвоя, скрипела, скользила под сапогами, напитываясь кровью. Тяжело дыша, вокруг короля собирались командиры, неустанно бросая взгляды назад, на орков, которые уже скрылись за стеной дождя.
— Почему мы остановились? — выкрикнул Синголло, приближаясь и с громким звоном загоняя меч в ножны. — Мы могли их победить.
— А ты уверен, что это все силы, которые на нас бросили? — прохладно спросил Трандуил, взглядом давая понять, что время для публичных споров выбрано не самое лучшее.
— Не уверен, — буркнул Синголло, моментально стихая. — Что теперь?
— Оценим потери, похороним погибших, отправим раненых в безопасное место. И вновь выступим.
— А что с Маглором и Нарэлен? — спросил Даэрон, тщательно натирая дагу мягкой замшевой тканью.
— Они продолжат путь с нами, но на расстоянии. Будем надеяться, что Врагу о них неизвестно.
Под раскидистой елью, в сени которой собрался импровизированный совет, было влажно и сухо. Дождь стихал, и в просветах стремительно несущихся по небу облаков уже выглядывало бледно-голубое небо — день подходил к концу. Трандуил сидел на выступающей из земли коряге и наблюдал, как переносят раненых. Первая атака была отбита с пугающей лёгкостью, неизбежные потери оказались невелики, в то время, как орки, словно обезумев, сами бросались под меч.
— Здесь что-то не так, — тихо проговорил Трандуил, глядя на черневшие на земле тела. — Слишком просто. Словно это были не основные силы, а отвлекающий отряд. Небольшой — и точно не самый ценный.
— Небольшой? — Синголло нахмурился. — Если у врага есть возможность запросто жертвовать парой тысяч воинов, что ждёт впереди?
— Вот и я хотел бы это знать.
К ночи небо снова затянуло: ни проблеска звёзд, ни света Итиль. Тьма накрыла Лихолесье, воздух словно сгустился, не позволяя разглядеть ничего дальше нескольких ярдов. Эльфы выступили, оставив позади сложенные в горы тела орков. Своих павших отправили с раненными — в паре лиг от места сражения остались кони и телеги, часть из которых отправится во дворец. Остальные обозы следовали за войском, на безопасном расстоянии. Похолодало, с губ слетали белёсые облачка пара, мокрая одежда липла к телу, а восточный ветер, дувший теперь непрерывно, лишал последних крох тепла.
— Никогда бы не подумала, что скажу это, но работать в кузнице гораздо проще, чем просто идти с молотом наперевес, — тихо сказала Истимаэль, поводя плечами, пытаясь расправить складки плаща, чтобы он просох под ветром.
— Тебе повезло, что не пришлось участвовать в Войне Гнева, — так же тихо ответил Синголло. — Сорок лет в походе — то ещё удовольствие.
— Надеюсь, эта война не растянется на сорок лет, — вздохнула Истимаэль.
— И на сорок дней, боюсь, не растянется, — озабоченно пробормотал Синголло, отыскивая взглядом Трандуила, шедшего впереди и тихо переговаривавшегося с Даэроном. Они одержали небольшую, но всё же победу, однако радоваться не получалось. Ещё и тьма эта, превратившая знакомый лес в злобное существо, пристально наблюдающее из мрака за каждым шагом…
— Орки бегут быстро, — заметил Даэрон, показывая на широкую вытоптанную просеку. Казалось, что орки ломились сквозь кусты, не разбирая дороги, ломая молодые деревья и не обращая внимания на низкие колючие ветки. — Хотелось бы верить, что от нас, но думаю, что это не так.
— Они ведут нас к Дол Гулдуру, — спокойно ответил Трандуил. — Основная битва ждёт там.
— Не понимаю я их метаний по лесу. Зачем было выступать на север, если проще было пройти через лес ко дворцу?
— Тогда мы остались бы у них в тылу, а так сами идём навстречу смерти. Они выманили нас, а теперь ведут, как на привязи, за собой.
— И мы покорно идём.
— А что остаётся делать? Окружить дворец кольцом, позволить взять его в осаду? Нет, пока у нас есть хотя бы малейший шанс на победу, используем его.
Рассвета никто не увидел — Тьма с Востока добралась до Лихолесья и Лориэна на пятый день после того, как накрыла Гондор, а после и Рохан. На Пеленнорском поле уже разгорался рассвет, и Теоден скакал навстречу своей смерти, а здесь… В пепельном свете разгорающегося утра войско вышло к первому поселению, оставленному жителями ещё две луны назад, и сейчас полностью разрушенном. Обгорелые деревья ещё дымились — дождь остановил пожар, но прежде тот успел уничтожить почти всё селение.
— Они выслали отряд заранее, сжечь, пока отступают, не успели бы, — заметил Синголло, подходя к Трандуилу.
— Боюсь, что впереди будет только хуже, — вздохнул он, невольно подумав — сколько времени и сил понадобится на восстановление? Эти мысли ещё не раз крутились в голове, пока они продвигались вперёд, снова и снова встречая уничтоженные селения. Даже во времена последней войны с Сауроном, когда их не было дома десять лет, ущерб не был столь огромным. Да, тогда заросли поля и прохудились крыши, но хотя бы дома и скарб остались целыми! А теперь — всё восстанавливать с нуля, если останется тот, кто сможет это восстановить. Судя по всему, орки рассчитывали на безоговорочную победу и не хотели оставлять ни одного упоминания об эльфах в этих лесах.
Чем дальше продвигалась армия, тем тише становилось, и даже самых бывалых воинов охватило смятение и неясная тоска. Словно чья-то злая воля подтачивала изнутри, внушая одни и те же мысли: всё бесполезно. Очередной опустевший дом, очередное почерневшее от пожара дерево. Они словно шли через время и видели будущее, то, что станет с Лихолесьем, если они проиграют. Когда они проиграют… Шаг за шагом в сером сумраке, среди тишины и шороха шагов, ступающих по пеплу. Каждый шелест над головой заставлял поднять глаза, всматриваясь вверх — Трандуил бы не удивился, увидев назгула, летящего прямо на них. Воспоминания о встрече с Кольценосцами на поле боя вспыхнуло яркой чёрной искрой. Но внезапная встреча ждала не в небе, а сидела за поворотом, покуривая трубку.
— Айвендил! — Трандуил, не скрывая радости и облегчения, улыбнулся. — Приятная неожиданность! Как ты нас нашёл?
— От твоей армии смердит моргульской серостью на несколько лиг, — усмехнулся маг, выпуская густую струю дыма прямо в королевское лицо. — Вы точно с таким настроем надеетесь победить?
— Значит, я был прав, и это один из назгулов? Не только руководит орками, но и раскинул свою тьму?
— Нет, назгулам такое не по плечу. — Айвендил вздохнул и посмотрел в лица воинов, которые, воспользовавшись неожиданным привалом, опускались на землю. — Тьма накрыла всё Средиземье по эту сторону Хитаэглира. Что происходит сейчас на востоке — неведомо никому. А назгул из Дол Гулдура… — Майа хитро сверкнул глазами. — Он возвращался ненадолго, а сейчас опять улетел. На рассвете. Я лично видел это — и сразу поспешил к вам навстречу.
— Как близко ты смог подойти к Дол Гулдуру?
— Не ближе, чем обычно. В крепости неспокойно, там собрались большие силы, часть из них выступила к Лориэну.
— Маглор и Нарэлен с частью нашего войска окружат Дол Гулдур. У нас есть возможность выбить орков из крепости. Если Саурон не вспомнит о нас и не бросит объединенные силы Кольценосцев. Против такой мощи нам не выстоять.
— Давай для начала поднимем дух твоих воинов, не нравится мне эта обречённость в их глазах.
Трандуил кивнул и отдал приказ собрать всех, а сам, осмотревшись, подошёл к толстому вязу, оттолкнулся от земли и с лёгкостью уцепился за нижнюю ветку, располагавшуюся высоко над головой. Доспехи затрудняли движения, но и король не собирался взбираться на вершину — лишь оказаться выше, посмотреть на эльфов, сгрудившихся внизу.
— Я не могу обещать, что эта битва станет последней. И уж точно не обещаю, что она будет простой. Но сейчас орки остались без командования, назгул улетел и, — Трандуил хищно улыбнулся, — кто знает, может, война на востоке приближается к концу. Не будем его оттягивать! Все вы знаете: нам некуда отступать, за спиной только дворец, в котором остались те, кто не сможет продержаться долго, если мы падём. А значит, путь только один — вперёд! На Дол Гулдур!
— На Дол Гулдур! — подхватило войско, вскидывая вверх руки, сжимавшие мечи и луки. Эльфы оживились — при одном взгляде на уверенного в своих силах Владыку страх отступал, а сердца наполнялись решимостью.
— Я люблю твои речи, — усмехнулся Синголло. — Всегда коротко и по делу.
Трандуил одарил его скептичным взглядом, но промолчал. Он сам верил в то, о чём говорит. Верил всегда, и теперь в груди разливалось острое, яркое чувство, воспламеняя кровь. Показалось на миг, что даже воздух стал светлее, чище, но стоило выдвинуться к крепости, как надежда, вспыхнувшая в сердце, утихла, а чёрная дымка перед глазами стала гуще. Лишь несколько шагов спустя стало понятно — это не дымка, а дым. Горький, удушливый дым большого пожара. Тревожно переглядываясь, эльфы спешили вперёд, когда навстречу бросились косули, олени и зайцы. Звери мчались, не разбирая дороги, а следом полетели птицы, и лес наполнился встревоженным отчаянным гомоном. Первые отблески огня мелькнули впереди и слева, и вскоре можно было рассмотреть далёкие языки пламени, лизавшие стволы вековых деревьев. Не иначе как пожар был вызван колдовством, другого объяснения тому, что промокшие за ночь ветки вспыхивали, словно солома, не было.
Ряды пошатнулись, сбились, войско ускорилось, пытаясь обогнать пожар, когда справа затрещала и рухнула сосна, поднимая в небо чёрный столб дыма. Ветер задул сильнее, гоня стену пламени на эльфов. Пламя загудело, ещё далёкое, но уже обжигающее.
— Вперёд! — крикнул Трандуил и первым бросился к широкому пока ещё просвету. С неба сыпался пепел, чёрными хлопьями оседая на лице, одежда, до этого времени причинявшая неудобство, теперь стремительно высыхала и пропитывалась потом. Гул, треск, грохот падающих деревьев — огонь наступал, заставляя жаться друг к другу.
— Они гонят нас на Дол Гулдур! — стараясь перекричать рёв пламени, воскликнул Даэрон, отыскивая глазами Тауриэль.
— Значит, не будем их разочаровывать! — крикнул Трандуил, отмахиваясь от отчаянной мысли: если огонь окружил их, как Маглор и Нарэлен смогут пробиться? И живы ли они вообще?
Кольцо сужалось, огонь плясал в широко расширенных зрачках, перекрывая давние жуткие воспоминания. Небо над головой почернело, глаза непрерывно слезились, и хотелось только одного — глотнуть свежий воздух разодранными усталыми лёгкими. Где-то за спиной раздавались крики — кто-то из эльфов попал в обжигающий плен и теперь горел заживо, распространяя тошнотворный запах поджаренной плоти. Казалось, что они задохнутся здесь все, бесславно сгорят, словно прошлогодняя листва, осыпавшись под ноги хрустким пеплом, но когда полыхнул последний дуб, Айвендил выбросил вперёд руку с посохом, и ярко-зелёное пламя сорвалось с его конца, образуя широкую арку. Не дожидаясь приказа, эльфы рванули вперёд, один за другим выскакивая на пологую выжженную опушку.
Дол Гулдур взмывал в небо обломанными зубами башен, а за ним, далеко на востоке, полыхало оранжевым закатное небо.
