Признак несовпадения пределов

Вообще это было довольно стандартное обследование у врача, но по дороге домой Мэл был подозрительно задумчивым. Настолько задумчивым, что даже Дик выпал из своей привычной прострации и поинтересовался: – Что-то случилось? – А, – Мэл отвлекся от созерцания впереди стоящей машины и немного проехал вперед. Движение было очень медленным. – Я спрашиваю – что-то случилось? – Да. Я вот подумал, – начал Мэл как-то нерешительно. – Как бы я альфа… Мэл замолчал, будто бы что-то прикидывая. – Для тебя это вдруг стало открытием? – хихикнул Дик. – Нет же, просто смотри – а вдруг ты прав и родится девочка? А я не знаю как нужно обращаться с девочками – в смысле я не знаю, что они любят, с какого возраста им нужно дарить косметику и духи. Как определить, нравится ли ей цвет ее спальни или нет, пока она еще младенец. Ведь сказать она не сможет первые месяцы, а для девочек важны цвета. – Логично. – Нет, Дик признавал логику. Но логика была какой-то уж совсем странной. – И что ты предлагаешь? Вместо того чтобы озвучить предложение, Мэл включил поворотник и свернул во дворы, выехав снова на трассу, ведущую к центру. – Мы едем выяснять все про девочек, – наконец провозгласил Мэл, когда они заехали на стоянку большого книжного магазина. И пока Мэл мучил женщину-консультанта бесконечными вопросами о различных авторах, чтобы выяснить, можно ли им вообще доверить писать книги про детей, Дик отправился на поиски чего-то поинтереснее. Весь второй этаж был посвящен популярной психологии, и Дик, бездумно глядя на полки, дошел и до бизнес-отдела. Мэл сказал, что потихоньку вникает дела, и теперь, видя различные бизнес-стратегии, учебники по бухгалтерскому учету и иже с ними, омега начал понимать, что «вникать» – это чуточку сложнее, чем можно судить со слов мужа. Собственно, поэтому Дик взял «Малый бизнес для чайников» и направился искать Мэла, в руках которого уже было с десяток книг, и он как раз объяснял, почему не может доверять книге, которая была голубого цвета. – А если будет девочка? – Ну, так там и про девочек, – попробовала протестовать консультант, на что получила очередную логичную мысль от Мэла: – Раз она голубая, то про девочек, видимо, меньше. – Может, нам хватит? – Дик мило улыбнулся женщине, которую Мэл, видимо, уже успел здорово замучить своими вопросами. – Ну да, пожалуй, – Мэл все же взял из рук консультанта ту голубую книгу. – На всякий случай. Они стояли у кассы и ждали, пока их книги пробьют. – А зачем тебе это? – Мэл задумчиво рассматривал единственную книгу, которую взял Дик. – Просто интересно, – омега пожал плечами. Мэл расспрашивать не стал. – Ты реально все это будешь читать? – спросил Дик, когда они отъехали от магазина. – А что мне еще остается – ты-то это будешь понимать интуитивно. – Да? – Разумеется – вы вон сейчас одно целое с ребенком. Вы уже друг друга отличненько понимаете. – С чего ты взял? – Ну, ты же знаешь, как рожать, умеешь и все такое. Это у тебя в крови. – Мэл, – Дик сказал шепотом, – хочешь, открою тебе тайну? – Ну? – Мэл наклонился поближе. За окном уже было довольно темно, и хоть вокруг светили фонари, а в салоне горел свет, атмосфера была довольно таинственная. – Я совсем, – Дик покачал головой, – совсем не умею рожать детей. – А вам что, не дают каких-то сверхзнаний при рождении? – Не-а. Мэл наклонился к животу Дика: – Не дрейфь, малыш. Мы тебя как-нибудь родим. Положись на меня! Дик рассмеялся, и они поехали домой. *** Бизнес – вещь сложная. Невероятно. Теперь Дик понял, почему все бизнесмены богаты – если они действительно учитывают все эти риски и просчитывают все так хорошо, то они заслуживают всех своих денег. Впрочем, это единственное, что он понял из тех двадцати страниц книги, что прочел. Это было невероятно скучно, нудно и неинтересно. И все же он продолжал ознакомление, чтобы не быть уж совсем идиотом рядом с Мэлом, который в этом, видимо, неплохо разбирается. Так вот, шла двадцать первая страница книги, когда в спальню зашел Мэл с пакетами. – Ты так рано, – удивленно сказал Дик. – Не время работать, когда тут такое. И он сгрузил пакеты на постель Дика. Внутри были ползунки, всевозможные ботиночки – и все, судя по различным оттенкам розового, для девочек. Нашлось даже несколько заколочек и резиночек. – Любой оттенок. Пускай сама выбирает. – А если ей не будет нравиться розовый? – Дик рассматривал милый костюмчик с рюшечками. – Так, стоп, – Мэл прищурился, – давай кое-что проясним – всем девочкам нравится розовый цвет. Иначе одежду для младенцев не делали бы розовой. Это устоявшейся закон. Не будем его нарушать. – Хорошо, – поспешил согласиться Дик. А потом очень осторожно спросил: – А если все-таки мальчик? – Поверь, – Мэл пытался открыть заколку для волос, но получалось как-то не очень. – Если мальчик – у меня вообще проблем не будет. Но я хочу быть подготовленным. Дик протянул руку и нажал на заколку так, что она открылась, при этом случайно коснувшись пальцами ладони Мэла. – Почему у тебя руки холодные? – замер Мэл. – Не знаю – иногда они холодные. Мэл тяжело вздохнул, встал и вышел из комнаты, ничего не объясняя. Дик отложил в сторону платьице и грустно посмотрел на дверь. Вот почему всегда между ними какое-то недопонимание – все же хорошо шло? Но через минуту дверь открылась, и Мэл зашел с серой кофтой в руках. – Держи – это мне мама однажды связала. Самая теплая вещь, которая вообще существует. Дик взял кофту, надел, и хоть она была ему довольно велика, все же согреться удалось почти мгновенно. – Спасибо, – сказал Дик, опуская глаза. – Ладно, я снова на работу. А ты пока выбери, что тебе нравится. Проконсультируйся с малышом. – Обязательно, – Дик грустно улыбнулся.