Тот, кто держит мою плеть

*** На следующий день дредноут «Господство» совершил серию гиперпрыжков до Дабракса. Ренов «Ипсилон» и ещё несколько малых кораблей, взятых с «Финализатора», доставили экипаж в порт. Транспортники сгрузили раненых, в том числе Фазму. Она пришла в себя и сразу потребовала отчёта о произошедшем, Хакс сделал это лично. Она пожелала ему удачи в грядущей миссии, а также посоветовала надеть и ни в коем случае не снимать офицерские доспехи. Что и говорить, их роль в спасении её жизни была очень велика. Хакс клевал себя мыслью, что не догадался сразу спросить Рена об её местонахождении. Но он и предположить не мог, что она влипнет в историю с тем неблагополучным штурмовиком… — Ух, гравитация! — довольно воскликнул рядом Митака, растопырив руки, словно мог её обнять. Хакс увернулся от его конечностей, пострелял глазами по толпе в холле отеля, но зловещего капюшона ситха не обнаружил. Работник у стойки вручил ему ключ-карту от люкса, расположенного на уровне для офицеров, командования и, наверное, имперских чиновников. Поднимаясь на турболифте, он уже прокручивал на планшете планы отведённых для обитания этажей и придирчиво изучал их комплектацию. Нашёл несколько комнат, предназначенных для боевых полётных симуляций, и выдохнул с облегчением. Залы для физических тренировок тоже были, даже с голо-оборудованием, и тир. Рен будет точно рад. Рад разнести всё и здесь тоже. А ещё к каждому люксу был приставлен прогулочный двухместный аэроспидер, размещённый на площадке за балконом. Припомнив биографию Рена и его выверты на «Ипсилоне», Хакс применил дедукцию и догадался, куда рыцарь пропал. Где-нибудь над волнами с ветерком проверяет мощность и прочность казённого имущества. И способно ли оно на фигуры высшего пилотажа. Он вообще не предполагал, что увидит сегодня Кайло. Свободное время до обеда Хакс посвятил изучению программ симуляторов и уточнению списочного состава «Ультиматума». После распределил программы повышения квалификации между членами экипажа. Решил их не нервировать до обеда, а как следует озадачить после. На небе не было и намёка на тучи, но солнце не грозило прожечь во всём живущем дыру, поэтому Хакс смело занял столик на террасе. Столики тут были круглые и белые, и вряд ли за ними могло поместиться более трёх человек. В самом отеле об оплате думать не надо было, и Хакс заказал что-то мясное, наугад тыкнув в экран меню. За соседними столиками начали появляться другие отдыхающие офицеры, по большей части ему незнакомые. Хакс во второй раз прокручивал в голове характеристики, зоны покрытия и расположение турелей на врученном ему крейсере, когда у арки, ведущей на террасу, возник Рен. Кайло соизволил переодеться в военно-гражданское. Если бы не накидка с длинными рукавами и капюшоном — длинные рукава, мать твою! — он был бы похож на какого-то техника из местного салона по прокату спидеров. Штаны из грубой ткани, обтягивающая майка, сапоги с протекторами. Естественно, всё чёрное. Включив рассудочную часть мозга, Хакс сообразил, что накидка в первую очередь нужна, чтобы скрыть снаряжение на поясе, рукоятку светового меча и что там ещё он носит. Никому и в голову не придёт искать в этом какой-то дополнительный смысл, вроде сокрытия следов от верёвок на запястьях. Или следов от плети в верхней части шеи. Хакс попытался слиться с окружением, но не было и шанса, что ситх его не выцелит. Собственно, тот искал его взглядом ровно две секунды. Влево. Вправо. Нашёл. Что ж, по табели о рангах рыцарь Рен имел полное право разделить с ним стол. Снова это лицемерное, холодно-вежливое приветствие: — Генерал. — Магистр. Рен фыркнул и едва удержался, чтобы не засмеяться. Развалился в мягком кресле напротив. Хакс совладал с лицевыми мышцами успешнее, но губы всё равно дёрнулись в полуулыбке. Приветствия прозвучали ужасно глупо. По крайней мере, здесь, на залитой солнцем террасе. И Хакс совершенно не знал, о чём говорить. Не о работе же? От этой паузы ему было неловко. — Ты уже сделал заказ? — спросил Кайло. Он кивнул. — Хорошо, — и принялся копаться в меню. Невероятным образом обращение на «ты» тоже показалось Хаксу неправильным. Что тогда? Третьего не дано. Принесли его заказ, и Хакс быстро спрятался за стаканом, едой и столовыми приборами. Рен смотрел в основном на него, очень редко поворачивая голову на город, простирающийся внизу. Но генерала не так-то просто было заставить нервничать. Праздного наблюдения для этого было явно недостаточно. Последний раз Хакс видел Кайло, когда засыпал рядом с ним в ту ночь, политый его слезами. Утром Рена уже не было, как и мешка с технической рухлядью. Утащил на «Ипсилон», а сам смылся. Хакс был слишком занят, чтобы его искать. Сам он спустился на другом транспортнике. Образы в голове не состыковывались. Конфликтовали. Грозили порезать друг друга на куски. И в придачу к этому он совершенно не знал, что думает по этому поводу Рен. Наконец, дроид притащил и второй заказ, и Кайло перестал испытывать его выдержку своими гляделками. Взгляд Хакса против воли упал на чужой обед. — Ты это всё сожр… эээ… съешь? — Ты мои тренировки хоть раз видел? — мрачно отозвался Рен, отправляя кусок в рот. — Нет. — А вот посмотри, и все вопросы отпадут. И, черт возьми, Хакс, это настоящее мясо. Я тебе клянусь, оно ещё вчера бегало. — Не сомневаюсь. Рен вдруг перестал жевать, проглотил, прищурился. — Или ты… — совершенно невежливо указал он на него вилкой и вдруг понизил голос. — Нет, ты правда опасаешься, что у тебя встанет прямо в зале, и ты будешь вынужден меня трахнуть. Поэтому никогда не смотришь. — Мечтай, — хладнокровно отмахнулся от вилки тот. Рен ухмыльнулся. — Что будешь делать после? — осведомился Хакс. — Уж точно не работать. — Для тебя инструкции я тоже приготовил. — Кто бы мог подумать! Я их даже просмотрю. — Поганец, — Хакс спрятал улыбку в кулак, когда понял, что тот опять просто провоцирует его. *** Хакс отловил всех избранных им на «Ультиматум», раздал указания по назначению и обучению, сделал внушение не расслабляться, а провести время с толком. А в конце пригрозил, что в предпоследний день устроит общий стресс-экзамен, и кто его не пройдёт… В общем, они вняли угрозам. В одного Хакс провёл первую настроечную сессию на симуляторе, купил сигареты в холле и вернулся в номер. С трудом вспомнил, когда курил в последний раз. На кораблях это запрещено. Хакс щёлкнул переключателем, активировав поле вокруг балкона. Теперь его никто увидеть не может, а для него всё осталось, как было. На изрезанном городом горизонте полыхал фиолетово-розовый закат, обрамлённый бледнеющим бирюзовым небом. Он поставил пепельницу на широкие каменные перила и закурил. «Рен», — подумал он. Если это не сказано вслух, то ему нечего стесняться и не за что отчитываться, верно? Это всего лишь мысли, а они могут быть любыми. Это не поступки. «Рен», — позвал он. Вот бы он был здесь… Правда, зачем? Хакс подошёл к двери и снял блокировку: войти может любой, даже без ключ-карты. Вернулся на балкон. Он не имел понятия, в какой номер заселили ситха, и не собирался этого выяснять. Первая сигарета закончилась. Он поджёг вторую. Дверь открылась абсолютно без шума, но он почувствовал это. Ковёр погасил тихие шаги, но он их всё равно узнал. Не обернулся. Рен подошёл вплотную к нему, но не прикоснулся. Хаксу навязчиво казалось, что спиной, через одежду и слой воздуха толщиной с волос, он ощущает тепло чужого тела. Волосы на затылке поднялись дыбом от дыхания Кайло. Самую малость более шумного и глубокого, чем оно должно бы быть. Рену нужно было разрешение. Он не мог дотронуться до него, даже если очень сильно хотел. Даже если Хакс хотел того же. Дым медленно уплывал в нагретый последними лучами вечерний воздух. Сигарета дотлела. — Да, — обронил Хакс. Кайло резко выдохнул, словно до этого вообще не дышал. Руки ситха хлопнулись на перила по обеим сторонам от Хакса, точно запечатывая в клетку, а бёдра с силой вжались в его задницу. У него во всю стояло. Он зарылся носом в его волосы на затылке, медленно тёрся им, спускаясь на загривок, заходя на шею, щекоча дыханием уши. Будто жадно обнюхивая его всего. Будто ему нравился его запах. Член Хакса мучительно упёрся в ширинку. От тесно прижавшегося к нему Рена шёл жар. Лопаткой он отчётливо ощущал бешеное сердцебиение в его груди. Хакс не помнил, когда в последний раз его кто-то так хотел. Не умения или то, что он может предложить в постели, а именно, определённо, однозначно — его. И он понятия не имел, что сейчас с этим возбуждением делать. — Рен… — Я тебя хочу. Слова, низко провибрировавшие в горле, отозвались во всём теле. Но разум Хакса всё ещё принадлежал ему. — Это не самая лучшая идея. — Почему? Хакс закрыл глаза. Почти севшее солнце всё равно пробивалось через веки. — Ты боишься, — сам ответил Рен, возможно, прозондировав его неоформленные мысли. По крайней мере, лёгкий оттенок удивления указывал именно на это. — Это естественно. «Все, кто находится рядом с тобой, умирают. Как мне не думать об этом? Поразительно, что мне хватило храбрости зайти так далеко… Ты не можешь пообещать — я не поверю». Рен пытался заставить себя отстраниться. Напряжение в его мышцах и стук сердца, внезапно сбившегося с такта, невозможно было не заметить. — Я всё ещё здесь, — напомнил Хакс. — Ты устанавливаешь границу, — обвиняющим тоном произнёс Кайло. — Но при этом позвал меня. Это очень жестоко. — Разве ты не хотел жестокости? — Физической. — Всё ещё?.. Он забыл, чем это обернулось? Для него это был кошмар наяву. Хакс слегка толкнул Рена, чтобы освободиться и зажечь новую сигарету. Тот прекратил прижиматься, встал рядом и прислонился поясницей к остывающему камню перил. — Тогда… ты использовал на мне какую-то разновидность гипноза, — произнёс Кайло, в должной мере справившись с собой через несколько минут. Да, было бы странно, если бы он в итоге не понял этого. Хакс всего лишь человек и с Силой играться не умеет. — Ты позволил мне. — Хакс неглубоко затянулся и выдохнул дым. — А я всё вытащил наружу. Так частенько бывает. В смысле… внезапно вываливается то, что не должно видеть свет. Скрытое. Таков гипноз. — Он был медицинский. Хакс даже не попытался извиниться. — Да. Применяется в экстренных ситуациях. Солдаты должны слушаться. Я же говорил тебе, что имел дело с пограничными расстройствами личности в стрессовых ситуациях. В то время это было обычное дело. Обучили наравне с оказанием простейшей медицинской помощи и базовой хирургии. — Твой «опыт в наземных боях», указанный в личном деле, гораздо обширнее, чем описано. Что это послышалось такое? Уважение? — Мы застряли там почти на год, — объяснил Хакс. — Мало кому до нас было дело. Однажды мне приходилось принимать решение об ампутации конечности, поражённой обычной гангреной. Потому что не было медикаментов и медицинского оборудования. Я не боюсь своих решений и не боюсь иметь дел с последствиями. Я вынужден взять даже ответственность за тебя. И что же я получаю взамен? — Послушание? — До тех пор, пока дело касается постели. — Справедливо. И чего же ты хочешь от меня? Хочет выяснить «его условия». — Ничего. Ты такой, какой есть. Это никому не удавалось изменить до сих пор и вряд ли удастся. — Вместо слова «исправить» ты употребил «изменить». — Да, — просто согласился Хакс, туша окурок о пепельницу на перилах. — Я обязан держать дистанцию. Для себя. И для тебя тоже. Чтобы всё то не повторилось. — Но сегодня я сплю здесь, — произнёс Рен полувопросительно, до сих пор внимательно прислушиваясь к его состоянию через Силу. Больше ему опираться было не на что. — Если тебя не раздражает запах сигарет. — Большее беспокойство вызывает опасение, что у меня так и будет стоять весь вечер. И всю ночь. Хакс, наконец, оторвался от бесцельного созерцания заката и встретился с Реном глазами. — И у тебя тоже, — добавил Кайло. — Я не собираюсь тебя мучить сегодня. С тебя хватит. — А нанести новый слой мази? Прошлый смылся. Сам понимаешь, я не могу с этим прийти в мед.отсек. Хакс облизал нижнюю губу, задумчиво поглядел на него. — Действительно. Сядь на кровати и сними верх. И свои ужасные сапоги. Хакс покопался в ещё нераспакованных вещах и достал принадлежности. Кайло точно был в курсе, что он взял их с собой. На огромной отельной кровати могло поместиться, наверное, не меньше троих человек. Рен сидел к нему спиной. Хакс поглядел на раны и вздохнул. С другой стороны, с более лёгкими повреждениями мазь справилась в рекордные сроки: синяка на лице у Рена больше не было, а то так и пришлось бы в шлеме ходить или замазывать чем-нибудь. Перетяжки от верёвок тоже были едва заметны. Над остальным же придётся поработать. — Больно? — поинтересовался он, нанося бесцветную жидкость. — Не особо. У мази пролонгированный обезболивающий эффект, как я понял. Как назло, спина всё равно была слишком сексуальной. Особенно будучи расчерченной такими яркими следами от плети. В прошлый раз он кончил прямо на неё. Хакс сделал всё необходимое, поставил контейнер на прикроватный столик и смирился с тем, что возбуждение никуда не делось. Даже усилилось. Тело было сложно обмануть. Оно знало: в его постели полуголый Рен. Не только член, даже соски упрямо стояли, проступая сквозь майку. Будь оно всё проклято! Это невыносимо. — Рен. Повернись ко мне. Вряд ли надо было что-то объяснять. Даже не обладай Кайло Силой, он сразу бы понял по его лицу. И сам смотрел на него так, будто готов проглотить. Хакс единым движением оседлал его колени, дёрнул застёжку на брюках, а она расползлась сама, как и на его собственных. Уже не следя за сбившимся дыханием, подрагивающими руками он вытащил горячий член Рена и свой, тесно прижал их друг к другу. Ладонь Рена легла на его руку и задвигалась вместе с ней. Мир расцвёл и сузился до лихорадочных подвижек, вызывающих острейшее, так долго откладываемое удовольствие. — О, криффский крифф! Да… ох, чёрт, ооо… Хакс просто физически не мог заткнуть поток возгласов и ругательств, непрерывно сыпавшихся из его рта. Рен громко постанывал, кусал губы и пробовал толкаться вперёд, грозя их обоих уронить на пол, но каким-то чудом не роняя. — Ммм… Ах, чёрт … Я конч… — Хакс не успел договорить. Оргазм настиг его внезапно, ударил по нервам и выбил воздух из лёгких. Движения, выдаивающие последние капли спермы, он произвёл на полном автопилоте. На них-то и кончил Рен, протяжно застонав. Они оба были так возбуждены, что о какой-то длительной дрочке речи не шло. Им хотелось побыстрее избавиться от этого дикого напряжения, только и всего. С минуту Хакс сидел, всё ещё обхватывая оба члена и пытаясь не рефлексировать относительно вот просто ничего в этом мире. — Это вообще нормально? — устало спросил он в пустоту. — Я бы так не сказал, — отозвался Рен. — Гораздо лучше, чем «нормально». Восхитительно. На этот раз Хакс увидел, как он это делает. Он чуть дёрнул пальцами свободной руки. На кровать плюхнулась пачка салфеток из ванной. Кажется, сотрудники отеля догадывались, что на постелях люди не только спят, но и занимаются сексом. — Ты снова собираешься спать всю ночь со мной? — осведомился Хакс, блаженно растянувшись на прохладном покрывале. За окном солнце село совсем, и длинные хребты высоток зажгли неровные мерцающие огни. — Да. Я посеял свой плеер и наушники. В космосе около Крэйта летают, — Рен обернулся к нему, но ложиться рядом не спешил. — Новые ещё не купил. — Ииии? — Чтобы не снились кошмары и не донимали призраки, проникающие в сон. У Дарта Вейдера была та же проблема, но у него был другой способ справляться с этим. — А. Точно. Я же видел в ту первую ночь в общей каюте… Однако потом это не повторялось. — Верно. Поэтому я сплю здесь. — Там хотя бы были разные постели! — возмутился Хакс. — Я не буду лезть. Ты можешь лезть. С другой стороны, прижаться утренним стояком к чему-то мягкому и горячему было не такой уж плохой идеей. Сзади — бёдрами к голым сочным ягодицам, и скользнуть рукой по гладкой мощной груди… Возможно даже легонько прикусить за загривок, откинув носом мешающие чёрные пряди. — Это чёрт знает что, — эмоционально высказался Хакс, чтобы отвлечься от того, как у него снова начало вставать. — Я не пользователь Силы и не умею отгонять ваших призраков! Наоборот, их возле меня должно быть несколько сот миллионов, обиженных и мстительных. — Ну вот только не надо брать на себя ответственность за всю политическую систему целой империи, всего Первого Ордена. Хакс приподнялся, подозрительно прищурился и склонил голову к плечу. Ответил твёрдо, с нажимом: — Нет, я это сделаю, Рен. Она и так уже на мне. И я не собираюсь плакаться, что просто жертва системы и пропаганды с самого детства, как большинство остальных граждан. — Ты бы повторил? — после паузы тихо обронил Кайло, уставившись на ночной город. — Нет, конечно, — отмахнулся Хакс. По лицу скользнула усмешка. — Я бы попросил тебя разделаться со Сноуком чуть пораньше и узурпировал власть. — Нет слов, — признался Рен и поймал его взгляд. — Так я могу остаться? — Конечно. *** Хакс проснулся от какого-то незначительного шума. Небо в окне было зеленовато-жёлтое, дымчатое. Рен натягивал штаны, стоя посреди комнаты. — Прости, я тебя разбудил. — Ничего страшного, — Хакс сел в постели. — Уже утро? Сколько сейчас времени? — Шесть по местному. Восход. Хакс не поверил. Прислушался к собственным ощущениям. Он выспался. Обратно на подушку не тянуло от слова совсем, точно он проспал часов девять. Рен заметил его замешательство. — Что такое? — Ты всегда во столько встаёшь? — проигнорировал вопрос Хакс. — Примерно. — Тренировка? Рен кивнул, продолжая одеваться. — Я с тобой, — уведомил Хакс, вставая и подходя к шкафу. — Смею предположить, ты используешь те же снаряды, просто другие веса. Рен хмыкнул. — Я не буду тренировать мышцы при тебе, а тем более с тобой. А то ещё закомплексуешь. Или решишь, что я в тебе разочаровался. Психология самца. Нас тут таких оба, надо быть аккуратнее. Хакс сперва покраснел от вспыхнувшего гнева и глубокого внутреннего протеста, а затем заставил себя проанализировать ситуацию. Рен прав: соревновательский дух из Хакса не выбить. Он обязательно начнёт сравнивать и в итоге испортит себе настроение. Умом он отлично понимал, что у всех свои таланты и это нормально, а вот его бессознательное и инстинкты — не понимали ничерта. Зависть к Рену в тех областях, где они могли пересечься, никуда не испарилась, пусть и существенно поубавилась. — Я покажу тебе тренировку со световым мечом, — предложил Кайло, зашнуровывая ботинки и будто не замечая, как Хакс прожигает его взглядом. — Тебе будет интересно. Я даже выставлю ботов на максимум и завяжу глаза. — О, крифф, Рен! — только и нашёлся что сказать Хакс. — Завязать глаза?! Ты самоубийца? Мне доводилось видеть последствия несчастных случаев после игры с режимами излучателей! Кайло ещё не надел майку. Хакс не удержался и скользнул взглядом по длинному шраму от лица до груди и тому рваному страшному следу, чуть выше тазовой косточки. Это не осталось незамеченным. — Ты думаешь о ранении на «Старкиллере», — произнёс Рен, и в ровном тоне вдруг послышалась такая нешуточная угроза, что Хакс напрягся и отступил на пару шагов. Отступил — потому что тело решило, что прикроватный столик можно использовать в качестве оружия. Остальное в комнате было решительно непригодно для обороны. — Думаю, тогда я был не очень в себе для того, чтобы отследить, что в меня что-то летит, — с нажимом продолжил рычать Рен, глядя на него так, будто хотел распотрошить. Он вслепую, но очень точно зашнуровал ботинки и выпрямился. — Я, знаешь ли, был тогда дохрена занят. А что касается «после» — я был дохрена ранен, и полагаю, тебе это отлично известно по медицинским рапортам! — Я понял, я понял, — тихо проговорил Хакс, кончиками пальцев касаясь пластиковой столешницы. Не поможет она, если ситх решит напасть, но так он хотя бы предпримет попытку. Гибель в бою, пусть даже неравном — всё равно хорошая смерть для военного. Рен замер, словно услышал что-то подозрительное на периферии слуха. Убийственное выражение лица сменилось на настороженное, оценивающее. Легче Хаксу от этого не стало. Он лишь порадовался, что успел по-быстрому накинуть на себя одежду. Если что-то случится, его мёртвое тело будет выглядеть благопристойно. Кайло на мгновение крепко зажмурился и встряхнул головой, как будто она у него неожиданно разболелась. Между выходом и Хаксом была лишь эта дурацкая широченная кровать, но он бы точно не успел перепрыгнуть через неё и удрать. Против горлового захвата в принципе мало что можно противопоставить. Адреналин лишь продлит ему жизнь на пару лишних секунд. Всё в порядке. Он не на середине миссии. Значит, этим никого не подведёт. У него в запасе целых тридцать, а то и сорок минут на реанимацию, если это будет удушение. Но если шею сломают, то это будет, скорее всего, мгновенно и безнадёжно. — Ха-а-акс? — с сомнением позвал Рен. Откуда осторожность и неуверенность? Будто его что-то испугало. Ему было очевидно трудно произнести начатую фразу до конца. — Ты что, готовишься… к смерти? Кайло отступил назад, к балкону. Это было странно. Хакс снова глянул на его лицо, пробуя прочитать намерения. Растерянность. Шок. В широко раскрытых глазах плескалась паника. — Почему ты… по-настоящему готовишься к смерти? — его голос ещё не дрожал, но в нём был ужас и полное непонимание. — Как почему? — Хакс медленно пошёл в обход кровати, не прекращая внимательно за ним следить, как за опасным диким хищником. Он совершенно не чувствовал себя в безопасности. И ответил, как само собой разумеющееся: — Потому что ты собрался убить меня. Рен пытался вникнуть в то, что он говорит, но у него не получилось. Он отошёл к самой стене, стукнулся об неё лопатками. Возможно, для дополнительной опоры. — Но я же… вовсе не собираюсь, — пробормотал Кайло, постоянно сбиваясь. — Хакс. Из-за чего мне? Это воздействие Силы. Она… она, наверное, надавила на тебя. Сильнее, чем должна бы, и вызвала… защитную реакцию. — Так ты надавил, — заключил Хакс. Он не прекратил продвигаться к выходу. — Я не хотел… — он вовсе не надеялся, что этого признания будет достаточно. — Это случайно. Хакс. Прости. Ведь не может же быть, чтобы ты до такой степени не доверял мне? Что ты считаешь контакт со мной на самом деле постоянной смертельной опасностью? — А разве у меня нет оснований? — Я же… мы же вчера… Твою мать… — Рен выдохнул, закрыл лицо ладонями и согнулся пополам, сползая по стене вниз. У него не было ни единого аргумента. Ни единой гарантии. И он это осознавал. Хоть один пример выжившего рядом с ним? Их нет. — Хакс. Хакс… Не уходи, пожалуйста, — простонал Кайло. — Я тут сдохну. — И что, запрёшь дверь? — рука его уже лежала на старомодной дверной ручке. — Нет, — всё так же не отрывая ладоней и скорчившись на полу, тихо обронил он. — Я дам тебе уйти. — Отлично. Хакс нажал на рычаг и чуть приоткрыл дверь. Уставился в узкий сектор пустого коридора. Красное ворсистое покрытие лежало под ногами, как огромный язык доисторического животного. Стало немного легче. Тиски, сжавшие виски и лёгкие, постепенно отпускали. Сердце чуть замедлило ход, приблизившись к нормальной частоте ударов. Он позволяет ему уйти. Можно беспрепятственно сделать шаг. Он выйдет отсюда невредимым. — Правильно, что мой бывший учитель пытался убить меня. Я чудовище, верно? Хакс застыл у выхода. Он не мог сказать ни «да», ни «нет». Он вообще не был способен определить, что сейчас чувствует его нервная система, только что как следует проверенная на устойчивость. Суженное сознание, пригодное для боя, постепенно расширяло границы до привычных. — Хакс… Хакс… Пожалуйста, поверь мне. Я ни за что не причинил бы тебе вреда. — Прекрати звать меня. Я тебе не нянька. — А кто же? — Никто. — Хакс… Ты же обещал взять на себя ответственность? В мозгу, до этого тормозящему всю интеллектуальную деятельность, будто что-то громко перещёлкнуло. С позиции «выживание» на позицию «думать». Хакс закрыл дверь и обернулся к свернувшемуся, как улитка, ситху. — Погоди. Ты только что сказал, что твой учитель-джедай пытался тебя убить? — Сейчас уже всё равно… Крэйт. Он погиб. — О, — взметнул брови Хакс. — Да. Чёрт, дядя. Я должен был сообразить. Ну, у тебя есть новое оправдание, эм… что это у вас семейное. Рен издал какой-то неопределённый звук — то ли всхлип, то ли смешок, то ли нечто среднее между ними двумя. При здравой оценке, сейчас он совсем не походил на того, кто собирается кого-нибудь убить. Но манипулировать он оказался способен. «Ответственность». Просто прекрасно. Больная мозоль. Почему он сам со всем не разберётся, как нормальный взрослый человек? Почему он постоянно ведёт себя, как подросток? Говорил, между ними разница пять лет. А такое ощущение, что все пятнадцать. Хакс отошёл от двери. — Так, — он по привычке сжал кожу на переносице. — Иди в ванную и приведи себя в порядок. Я схожу после. А потом мы вместе отправимся в зал для боевых симуляций, как и планировали. И ты выставишь ту сложность, которую стопроцентно потянешь в текущем взбаламученном состоянии. Понятно? Рен глянул на него из-под упавших на лоб волос. Не нужно было быть адептом Силы, чтобы понять — его терзал какой-то вопрос. «Глупый, безбожно глупый», — был уверен Хакс. — На каком… расстоянии мне от тебя держаться? — уточнил Кайло. Как по заказу. Хотя его можно понять… Видимо, очень не хочет снова напугать его. Даёт пространство, чтобы он не начал нервничать.  — На таком, на каком держатся друг от друга генерал и магистр, — ответил Хакс и тяжело опустился на кровать, закинув ногу на ногу. Захотелось курить. — Как ты собрался управлять людьми, если даже с собой управиться не можешь? — Ха, — слегка улыбнулся тот и всё-таки поднялся с пола. — С людьми гораздо проще. *** Хакс сто раз спросил Рена, точно ли он уверен в выставляемых характеристиках. Тот не бесился, а так же сто раз подряд кивал с апатичным видом, что абсолютно уверен. Но Хакс всё равно смотрел на них с беспокойством. Уровень угрозы значился противным насыщенно-оранжевым цветом. Рен потянулся до хруста и вошёл в зал. Хакс остался за прозрачной тугоплавкой перегородкой. Дроиды, стреляющие световыми импульсами, были не только стационарные, но и летающие. На первых зажглись индикаторы, как глаза нексу в лесной чащобе, а вторые угрожающе выплыли в пространство, окружив расслабленную фигуру человека, точно стая хищных рептилий. От каких-либо «зелёных» зон и укрытий Рен отказался. Хакс не слышал, но знал, как мелодичный голос внутри предупреждает о начале сессии и начинает обратный отсчёт. Рен активировал световой меч. В позе его до сих пор не было ни капли напряжения. Дроиды ожили. Комната взорвалась светом и движением. В первую же минуту все летающие железяки оказались на полу, и плотность огня уменьшилась вполовину. В какой-то момент Рен задержался на месте на долю секунды дольше, отклонившись от выстрела на опережение, и Хакс убедился, что глаза у него всё-таки закрыты. — Пиздец, — с чувством прокомментировал генерал. Рука зазудела шарахнуть по большой красной кнопке прекращения симуляции. Установки в стенах выдохлись тоже довольно быстро. Их защитные экраны выдерживали два выстрела и отключали устройство. Оставалось верить, что Рен в шутку не понаотражал в какое-либо из них с десяток лучей, тем самым совершенно выведя пушку из строя. Выстрелы прекратились. Рен открыл глаза, выключил меч и двинул на выход. ИИ тем временем просчитывал и анализировал бой, чтобы выдать совокупные статы на экран. — Ну что? — осведомился Рен, складывая руки на груди. Почему-то особо запыхавшимся он не выглядел. — Внезапно вспомнил, что у Сноука была охрана из восьми лучших бойцов-людей. — Мне помогли. — Тем не менее. — Тебе сложно сказать прямо? — Зачем тебе моё одобрение? — В ящичек сложу. Любоваться буду. Это ж охренеть какая редкая вещь. — Ладно, — сдался Хакс. — Это было впечатляюще. Кайло усмехнулся уголком рта. Истошно запиликал коммлинк на запястье, Хакс глянул на выскочившую напоминалку. — Мне нужно идти. — Обучение экипажа? — сразу догадался рыцарь. — И себя. Нужно всё подготовить. — Уже летал на чём-то подобном? — Давно. Это не считается, между линейками крейсеров разных годов выпуска всегда существенные различия. Тем более, я слишком привык к «Финализатору». Бой на малых судах и управление ими кропотливее и имеет ряд тонкостей, о которых стоит помнить. — Да-а, а мне не довелось управлять ничем, больше «Тысячел…» — начал Кайло и тут же раздосадовано осёкся. — Твою мать… — Я ничего не слышал! — немедленно ушёл в отказ Хакс, разворачиваясь и припуская по коридору в сторону лифтов. — В общем, ты знаешь, где меня найти. Через несколько метров до него долетел писк панели симулятора, с которым Рен запустил новую сессию. Хакс надеялся, что не «красную».