Ну и что, что примитивная?

Джейс (Джонатан Кристофер) Моргенштерн Я был так зол, что искры из глаз летели. Как он мог вообще?! С примитивной! Мало того, что с примитивной, так ещё и с той самой, недооборотнем! В прошлый раз он успел схватить ее до того, как она ударила меня, сегодня у него не вышло. Я, признаюсь, не ожидал, что эта сумасшедшая кинется на меня, да ещё и врезать успеет. Глаз ныл, как проклятый. Вот чисто из принципа не буду Иратце наносить, пусть посмотрит, к чему привела его беспечность. Меня предали. Променяли на какую-то простую девчонку. В Институте Изабель накинулась на меня с вопросами, где Алек и откуда синяк. Но я проворчал, что потом расскажу, и скрылся с ее глаз. Я целый день провёл в комнате Алека. Ждал его. Давненько меня тут не было. Рядом с кроватью парабатая появилась стопка книг. Не думал, что он читает в свободное время. Пролистав парочку, я искренне не понял, откуда у Сумеречного такие книги. Романы, приключения, фэнтези. Джек Лондон, Жюль Верн, Джон Толкиен. Я улёгся на кровать, чтобы прочитать аннотации, но что-то пошло не так. К полуночи я прочитал почти половину «Белого клыка» Лондона. Когда я в десятый раз менял позу, дверь комнаты открылась, впустив ее хозяина. Улыбка пропала с лица Лайтвуда, как только он увидел меня. — Привет, — произнес он, стягивая куртку. — Ты чего тут? — Здравствуй, — ответил я, захлопнув книгу. — Поговорить пришел. Ещё в обед. — Эм, — замялся парабатай, — прости, так вышло. — Да уж. Ну, рассказывай. Как ты с ней снюхался опять? На кой-черт она тебе сдалась? — Не таким тоном, — предостерегающе произнес Алек, сверкнув глазами. — Она мой друг. Мы встретились после той миссии в клубе у Магнуса. Это ее чуть не укусил вампир. — Везучая у тебя подружка, однако, — хмыкнул я. То оборотень, то вампир. Алек пропустил мою реплику мимо ушей. Он ходил по комнате, жестикулируя и рассказывая. — Я хотел проверить, как она, не показываясь ей. Но когда подошёл поближе и узнал, не мог не снять защиту. — Как ты ее узнал? Два года прошло, — задумчиво протянул я. — Шрамы, — парабатай провел рукой по шее, показывая. — От оборотня. Я даже не заметил. Честно говоря, я особо её и не рассматривал. Но узнал сразу. По выражению глаз, с которого тут же взбесился. — Значит, мир, дружба, жвачка? — спросил я, свесив голову с кровати. — Вроде того. Она хорошая, Джейс, — заглянул мне в глаза Алек. Я перевернулся на спину. — Ага, — протянул я, дотрагиваясь до синяка на глазу, — очень. — Да ты послушай, — парабатай сел на пол рядом с кроватью. Его темные волосы стояли торчком, и он редко задумывался о том, чтобы привести их в порядок. Алек сидел, прислонившись спиной к кровати, на которой лежал я. Голова парабатая была прямо передо мной, я прекрасно видел, как он изменился в лице, стоило ему только подумать о примитивной. Заулыбался, поднял глаза к окну, сквозь которое луна уже приветливо подмигивала нам. Я внимательно уставился на него. — Слушаю. — Она помогала мне, когда никто не мог. Когда вам всем было некогда, я мог прийти к ней и знал, что мне там рады. Она смешная и добрая, любит пиццу и фильмы про супергероев. Она открыла мне свой, примитивный, мир. Я понял, что можно жить, не высматривая в толпе демонов, не бегая в патруле по улицам. Мы ходили в кафе, в парк, всю ночь смотрели фильмы и просто были вместе. Я привязался, не скрою, может, даже слишком. Но она того стоит. Она стоит того, чтобы сбегать отсюда по ночам, чтобы хоть чуть-чуть приоткрыть ей дверь в наш, Сумеречный, мир. Она нужна мне, Джейс. Я уже не смогу без неё. Под конец своего монолога Алек сошёл на шепот. Я, честно, был озадачен. Кроме меня и Иззи у него никогда никого не было. Я бы хотел, да, хотел, чтобы у него был друг или подруга, раз уж на то пошло, но не примитивная же! — Это все, конечно, трогательно, — начал я, — но она ведь не наша, Алек. Не нефилим. Парабатай даже головы не повернул, только чуть прищурился. — И что теперь? Ты вообще меня слушал? Ну и что, что примитивная? Я знаю, что ты их не любишь, но это не значит, что я такой же. Они — как мы, только чуть слабее. Я поднял указательный палец. — Вот! Слабее, — раздельно проговорил я. — Поэтому и не нравятся мне. — Джейс, мы нужны им. Мы их защищаем. И её тоже. Я спасаю её, а она меня. — От чего она тебя спасает? — с иронией спросил я. — Да от одиночества, — парабатай сорвался на крик и выругался. Этого за ним точно не водилось. — Я устал, Джейс, — произнес он, опуская голову на грудь. — Устал от того, что постоянно один, от ваших счастливых лиц, от того, что мне элементарно некого обнять. А она… — он рассеянно улыбнулся. — Она такая маленькая. Бегает там, на уровне моей груди, ещё нотации читает. А бывает, подбежит, обнимет, и сердце заколотится, и так тепло-тепло внутри просто от того, что я нужен. Повисло молчание. Я разрывался между «наорать и угрожать Конклавом» и «понять и смириться». Доводы для первого были аргументными, а для второго — слишком чувственными. — Что сказала Иззи? Мама? — вдруг нарушил тишину Алек. — Отец уже знает? — Я никому не сказал, — вполголоса ответил я. Не имел права. Это его тайна, пусть как хочет, так и распоряжается. Я знаю, и мне от этого паршиво. Он думал, что я расскажу, что подставлю его под удар. Но я этого никогда не сделаю. — Не рассказал? — он повернулся ко мне с широко раскрытыми глазами. — Но… Почему? Ты мог прекратить это все. — Я никогда не предам тебя, Алек, что бы ты ни натворил, — мягко улыбнулся я. — Мы давали клятву, и я дорожу тем, что у меня есть. Я дорожу тобой. Но иногда я решительно не понимаю твоих действий. Я не рассказал никому, даже от Изабель отмахнулся. Либо расскажешь сам, либо нужно что-то придумать, чтобы объяснять твоё, иногда не своевременное, отсутствие. Алек все ещё недоверчиво смотрел на меня. — То есть ты не против, чтобы я общался с ней? — Против, конечно, но разве вас двоих это волнует? Она готова меня глаза лишить за тебя и, даю сотню, с радостью повторит свою попытку, если я попробую помешать вам. Я буду прикрывать тебя, как и сколько смогу, но когда придет время, ты все равно должен будешь открыться семье. Алек кивнул и задумался. — Но что сказать родителям и сестре? Я задумался. Шестерёнки крутились и у Алека. — Может, сказать, что у тебя появилась девушка? Лайтвуд даже повернулся ко мне, чтобы я увидел его удивленную физиономию. — А что? — усмехнулся я. — Проще будет, если ты реально предложишь ей встречаться. Алек нахмурился. — Я не думал об этом. — Подумай. И вам будет проще, и нам. — Проблема в том, что она примитивная. И моя семья, как и ты, скорее всего, не примут ее. И вот что делать? — Ну, лучше уж примитивная, чем вампирша или оборотень, — пожал я плечами. — Думаешь? — поднял глаза Алек. — Ну, если рассуждать здраво, то с примитивной у тебя хотя бы может быть семья, дети, раз уж на то пошло. С вампиром, например, такого будущего нет. С оборотнем ещё может быть, но я не знаю точно, не интересовался. Так что, может быть, примитивная — это не так уж и плохо. Но я всё равно их не люблю, — предостерегающе поднял руку я. — Да, я знаю. Все равно, спасибо за совет, — улыбнулся парабатай. — Да не за что. Только давай договоримся, — приподнял одну бровь я. — Больше ничего от меня не скрывай, идёт? — Идёт, — кивнул Алек. Мы ещё несколько часов провели у него в комнате, просто разговаривая обо всем. Я впервые за много времени почувствовал, что парабатай открылся мне и ему легко со мной. Да, я не его примитивная, но я парень, и со мной проще. Ну, я так считаю. Кстати, я так и не узнал, как зовут его подругу. Может, оно и к лучшему? А то опять в глаз получу. Александр Гидеон Лайтвуд — Так что там за серьезный вопрос, который нельзя обсудить по телефону? — улыбаясь, села передо мной на кровать Стефани. И вот как ей сказать, что я пришел предложить ей встречаться? После всего того, что она обо мне знает? — Если ты помнишь, недавно у меня с Джейсом должен был состояться не очень приятный разговор, — начал я издалека. — Он состоялся, и состоялся лучше, чем мы предполагали. Я рассказал ему в общих чертах о нашем общении. Он, конечно, против самого того факта, что я общаюсь с тобой, но, как он сказал, нам это не помешает. В общем, он смирился. — А твоя семья? — обеспокоенно спросила Ромеро. — Они не знают. Джейс им ничего не сказал. — А как ты будешь оправдываться? — Об этом я и пришел поговорить, — нахмурились, ответил я. — Джейс предложил решение данной проблемы. Я два дня обдумывал его идею. С одной стороны, это будет даже выгодно. Во-первых, я смогу открыто общаться с тобой. Во-вторых, семья будет спокойна относительно моих исчезновений. В-третьих, я смогу скрыть от них свои нестандартные вкусы. Стефани подвинулась ближе. — Александр, прекрати ходить вокруг да около. Что он предложил? — глядя мне в глаза, спросила она. — Мы должны начать встречаться. — Вы с Джейсом? — удивлённо приподняла брови Ромеро. — Мы с тобой. На лице девушки отразилась вся буря эмоций, начиная с удивления и заканчивая непониманием. А я в этот момент, казалось, не дышал. — Погоди-погоди. То есть мы с тобой должны стать парой? Ты и я? — допытывалась Стефани. — Да. Она нахмурилась и отвела взгляд. Так и знал. Провалено. Мало того, что провалено, она меня теперь и видеть не захочет. — Прости. Я сразу сказал ему, что идея отстой, но он начал доказывать, что так будет лучше всем. Да и вообще, так я мог бы не бояться того, что семья узнает о моей ориентации. Ну конечно, я опять думал только о себе! — схватившись за голову, застонал я. — Прости, Стефани, прости. Это были бы ненастоящие отношения, а так, показуха, ни к чему тебя не обязывающая. Встречайся, с кем хочешь, я буду молчать в тряпочку, ведь я так и буду твоим другом, не парнем. Ты, наверное, не захочешь меня видеть после этого, но… Девушка вдруг резко села ко мне на колени и просто обняла. Крепко, успокаивающе. — Александр, прекрати, — произнесла она мне на ухо. — Я согласна. Ты не прав, говоря, что думаешь только о себе. Это ведь может помочь нам обоим. Я смогу видеться с тобой, не боясь, что однажды ты просто не придёшь, потому что о нас узнали. Я буду спокойна, зная, что твоя тайна остаётся тайной для твоей семьи. Ты сможешь общаться с другими, я буду прикрывать тебя. И, может быть, если ты решишь познакомить свою девушку с родителями, я все-таки смогу начистить твоему другу морду. Гора с плеч упала, когда Стефани сказала, что согласна. Я обнял ее в ответ. — Спасибо. Спасибо за все, что ты для меня делаешь. — Ещё хоть раз ты скажешь мне «спасибо», я тебя ударю, — пробурчала она куда-то мне в шею. Я рассмеялся. Стефани Джастис Ромеро Признаться, я охренела. Если раньше даже в мыслях я не употребляла подобных слов, то теперь кричать готова. Встречаться? Но все это отступило на второй план, когда Александр начал извиняться и говорить что-то про «думал только о себе». Мне захотелось его обнять, что я и сделала. Он же мой. Я привыкла к нему и уже по-своему люблю. Почему он должен страдать, в то время, как я могу помочь? Да, это будет странно, да, неискренне, придется обманывать многих людей, но ради парня, который дважды спасал мне жизнь, я готова и не на такое. Если это фикция, тогда о чем беспокоиться? Не думаю, что между нами что-то изменится от того, что я побуду его якобы девушкой. Но тут возникла еще одна проблема, которой я решила поделиться с охотником. — Поцелуи? — приподнял черные брови парень, оторвавшись от кружки с кофе. — Угу, — ответила я, отпивая живительный напиток. — Мы ведь встречаемся. А твоей семье по-любому будут нужны доказательства. Ну, знаешь, милости всякие. Вот как ты сделал, когда нужно было уходить от Теоны. — А, вот ты про что, — задумчиво протянул он. О таком интимном моменте с Александром я и думать не думала. Нам обоим это не нравилось, но так мы смогли бы заполучить шанс появляться вместе в поле зрения его окружения. Все равно рано или поздно это закончится, ведь не будем же мы вечно так встречаться. — И когда наш бенефис? — с усмешкой спросила я, разбавляя обстановку. — Не знаю пока, сегодня переговорю со своими, явлюсь с повинной, так сказать, — усмехнулся он в ответ. — Ты ведь понимаешь, что на нас будут смотреть, обсуждать? Я кивнула. — Я знаю, на что согласилась. И я не отступлю. Так что не уговаривай. И вообще, — улыбнулась я, вставая с дивана и протягивая парню руку, — нам нужно прогуляться. — На ночь глядя? Не боишься? — поднимаясь и беря меня за руку, спросил Александр. — Я с Сумеречным охотником, — подмигнула я ему, — мне нечего бояться. Александр Гидеон Лайтвуд — Мам, мне нужно поговорить с тобой. Я стоял на пороге кабинета Маризы Лайтвуд. Мама удивленно обернулась. Она сидела перед камином, задумчиво попивая вино из полупустого бокала. — Проходи. Мои родители редко разговаривали с нами, детьми, по душам. Не было такого, чтобы мы все вместе собрались в одной комнате и просто поговорили, посмеялись. Они оба вечно в работе, папа теперь вообще Инквизитор, а мы, вроде как, выросли. Но я решил, что в этот раз нам просто необходимо собраться всем вместе. — Мариза, что происхо… Ага. Вот так вот. Папа замер на пороге, где несколько секунд назад стоял я. Роберт Лайтвуд, огромный, как скала, и такой же мрачный. Ничто не смогло бы выдернуть его из Идриса. Ничто, кроме нас, его детей. — Папа? Изабель впечаталась в спину отца. Сестра, очевидно, летела по коридору, поскольку ее волосы растрепаны, а сама она слегка запыхалась. — Иззи? Так, — упер руки в бока отец, — кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — Позвольте мне, — сделал я шаг вперед. — Садитесь. Отец и сестра, переглянувшись, сели на кожаный диван. Я вышел на середину комнаты, и только Джейс, стоящий в этот момент за дверями этого кабинета, на себе чувствовал, как трепещет моя душа. — Алек, что происходит? Что ты натворил? — нахмурившись, спросила мама. — Ну почему сразу «натворил»? — пробурчал я. — У меня к вам личный разговор. Иззи откинулась на спинку дивана. — Я, кажется, знаю, в чем дело, — удовлетворенно кивнула она. — Ты собираешься объяснить нам, куда уже в течение нескольких месяцев пропадаешь чуть ли не каждый день? Родители недоуменно переглянулись. — Алек? — вопросительно приподнял брови отец. — Да, — собрался я с духом. — Именно поэтому. — И это стоило того, чтобы выдергивать меня из Идриса? — начал сердиться глава нашего семейства. — Стоило. Слушай. Все затаили дыхание. Джейс, как мог, подбадривал себя, тем самым поддерживая и меня. — Как сказала Изабель, в последние месяцы я исчезал из Института без вашего на то разрешения и ведома. Сразу хочу извиниться за те неудобства, что причинил, но так было нужно. — Кому? — просила мама. Я поднял на нее взгляд. — Мне. Так было нужно мне. В моей жизни появился тот, кто стал дорог мне. Пусть и за короткий срок, но мы нереально сблизились, и недавно стали больше, чем просто друзьями. Я замолчал, ожидая хоть какой-нибудь реакции, но мои родственники просто молча смотрели на меня. — В общем, семья, у меня есть девушка. Лицо Изабель на глазах посветлело. Она мягко улыбнулась. — Девушка? Сестра знала. Знала о моей ориентации, и для нее стало сюрпризом мое заявление. Я, честно, не подумал, что делать в такой ситуации. Заставить ее убедиться в обратном? В том, что я сам ошибался по поводу себя? Как же сложно… — Да. Но, я бы не стал звать вас, если бы это была просто девушка. Точнее, если бы она была одной из нас. Нефилимом. Отец нахмурился. — С кем ты встречаешься, сын? — С примитивной, — выдохнул я. Лайтвуд-старший перевел взгляд на маму. Та пожала плечами. — Алек, думаю, тебе лучше выйти. Мы поговорим. Я молча развернулся и вышел. Джейс тут же оказался рядом. — Ну что? — Разговаривают. Чувствую себя так, словно мне там приговор выносят, а не мнение по поводу моей девушки, — фыркнул я. На самом деле, я боялся. Боялся, что они не поймут, что запретят, что не позволят. — Ты так и не рассказал, как поговорил с примитивной, — напомнил о себе Джейс. — Да как, — пожал плечами я, — просто поговорил. Да-да, нет-нет, тут все просто. Что я вообще несу? Стефани, ты бы слышала, по полу бы каталась уже. — Я рад, что она сказала «да», — улыбнулся парабатай. — Правда, рад. Тебе так будет лучше. А если лучше тебе, лучше и мне. Иди сюда, — произнес он, обнимая меня. — Не переживай. Я уверен, они поймут. Я обнял Джейса и понял, что он действительно переживает за меня и будет рад, если все получится. Но как паршиво я себя чувствую от того, что вру ему… Ему, моему второму «я». — Алек! — раздался из-за двери голос отца. — Зайди. Я глубоко вдохнул и, похлопав Джейса по плечу в благодарность за поддержку, зашел в кабинет мамы. — Что с твоим лицом? — спросил отец. — Все хорошо, не переживай. Мы не изверги. И не такого уж мы плохого мнения о примитивных, как ты думаешь. Я от удивления даже глаза раскрыл шире, чем положено. — Алек, если она тебе нужна, будь с ней. Мы не против, — улыбнулась мама. Зрелище ее улыбки вообще повергло меня в глубокий шок. Мама никогда не улыбалась. — А у меня есть предложение, — вдруг подала голос Иззи. Она встала с дивана и подошла ко мне, с вызовом глядя в глаза. — Давайте завтра Алек познакомит нас с ней. Может, устроим ужин? Я сжал губы, чтобы не вырвалось то слово, которым я хотел назвать сестренку. — Я только рад, — мило улыбнулся я. — Родители? — Извините, но я не смогу. Много работы. Доверяю твоей маме и сестре, — похлопал меня по плечу отец. — Ничего страшного. Еще успеете познакомиться. У нас надолго, — выразительно глядя на сестру, ответил я. — Отлично. Завтра, к семи часам вечера, в малом зале. Джейса и Клэри позовем, да, братишка? — откровенно язвила Иззи. — Конечно, сестренка, о чем разговор, — отвечал ей тем же я. — Так, молодежь, — мама встала между нами, — идите-ка отсюда. Завтра за ужином увидимся. Алек, спасибо, что посоветовался с нами. — Я не мог иначе, — пожал плечами я. Изабель буквально за рукав вытащила меня из кабинета мамы, на буксире протащила мимо удивленного Джейса и отпустила только у себя в комнате. — Так. Что это за представление? — если бы она могла метать молнии, то уже начала бы. — Где? — я с размаху сел на ее кровать и схватил первое, что попалось в руки — декоративную подушку. — Не было никакого представления. — Кому ты врешь, Алек? — повысила тон Изабель. — Я знаю тебя и знаю твой секрет. У тебя не может быть девушки! Признавайся, это показательное выступление, чтобы отвести глаза? Решил одним ударом двух зайцев убить? И ориентацию скрыть, и избежать наказания за отлучки? Она даже не представляет, насколько права. Только вот ей это знать не нужно. — Может, я просто никогда не влюблялся по-настоящему? — А как же Джейс? — Иззи, все в прошлом. Теперь я с ней, и я счастлив. К чему эти допросы? Сестра подошла вплотную. — Потому что я ни на грамм тебе не верю, Алек. — Надеюсь, завтра ты изменишь свое мнение, — произнес я, поднимаясь с ее кровати. — Доброй ночи, — попрощался я, уже у порога швырнув в сестру подушку. — Пошел к чёрту! Стефани Джастис Ромеро — В который раз я пропускаю из-за тебя учебу, напомни? — прищурившись, смотрела я на Александра через отражение в зеркале. — Понятия не имею, но безмерно благодарен, — улыбнулся он в ответ. Лайтвуд пришел ко мне на рассвете, и вот уже битый час готовил меня к встрече со своей семьей. За окнами начинает темнеть, я кручусь перед зеркалом, а он, лентяй такой, даже переодеться не удосужился. — Ты так и пойдешь, в джинсах и дырявой футболке? — приводя в порядок волосы, поинтересовалась я. — Это не дырки, а дизайн, — показал мне язык парень, но все же поднялся. — Я погладила, там, на плечиках, — махнула я рукой в сторону шкафа с одеждой. Александр принес с собой одежду и собрался было идти в ней, но, едва он показал мне свой костюм, у меня пропал дар речи. Я тут же закинула его в стиральную машинку и, благо было утро, одежда уже успела высохнуть и уже поглаженная висит на плечиках. Сама я долго думала над тем, в чем идти на это цирковое представление под названием «Знакомство с семьей парня». Пришлось доставать из закромов скромное бардовое платье до колен, в котором я в свое время выпускалась из школы. Рукав на три четверти, минимальной глубины декольте. — Самое главное — не ссорься с Изабель, — входя в комнату, вещал Александр. — Она и так мне не верит, а если ты еще и зубы ей вставишь пару раз, она испортит нам всю операцию. Помоги уже мне, я не могу, — простонал он, и я обернулась. Парень стоял в дверях, пытаясь застегнуть пуговки на манжетах темно-синей рубашки. Черные брюки только удлиняли его и без того длинные ноги, а черная жилетка поверх рубашки выгодно оттеняли его светлую кожу и черные волосы. — Дорогой мой друг, — начала я, подходя к нему, — вы непозволительно шикарны. — Иди в пень, Ромеро, — усмехнулся Александр. — Застегни. Я принялась застегивать пуговки на манжетах. — Как думаешь, у нас получится? — мельком подняв на него взгляд, спросила я. — Мне вообще нехорошо от всего этого, — сморщился парень. — Чтобы обвести вокруг пальца Джейса, надо будет постараться. Но чтобы обмануть Иззи, надо быть едва ли не Гудини. Александр взял меня за руку. — Нужно, чтобы получилось. По-другому нельзя. Если нас раскусят, крах всему. И нам с тобой тоже. Увидев, как я изменилась в лице, Лайтвуд щелкнул меня по носу и улыбнулся. — Не кисни. У такого тандема, как ты и я, все получится. Я улыбнулась. — В таком случае, пора выходить. Парень кивнул. — Жду на улице. Джейс (Джонатан Кристофер) Моргенштерн Изабель бегала по малому залу, вместе с другими девушками готовя стол и саму комнату к ужину. Я стоял, прислонившись плечом к стене, и наблюдал за ними. Званый ужин, значит. Пришлось даже доставать костюм по такому поводу. Не думаю, что кто-то заморочился бы по вопросу внешнего вида, если бы на ужине не должна была присутствовать Мариза. Будь моя воля, я бы заявился в домашних трениках и футболке, но, увы и ах. Алек пропал еще утром. Более, чем уверен, что убежал готовить свою примитивную к нашему обществу. Только на следующее утро после нашего с ним разговора я осознал, что под фразой «хоть чуть-чуть приоткрыть ей дверь в наш, Сумеречный, мир» он имел ввиду открыть ей глаза на нашу реальность. Интересно, как много он уже рассказал ей? Мои размышления прервало появление Клэри. От одного ее вида перехватило дыхание. Девушка была в легком бежевом платье с лямкой на одном плече. Мы встретились взглядами, но тут же отвели глаза. Еще тяжело. Слишком многое и нежное было между нами, чтобы вот так просто с этим расстаться. — Здравствуй, — подходя ко мне, поздоровалась сестра. — Привет, — игнорируя спазм в горле, ответил я. — Иззи как-то смутно объяснила, по какому поводу ужин. Просветишь? — вместе со мной наблюдая за девушками, спросила Клэри. — Алек, наконец, внятно объяснил причину своих отлучек, — начал я. — У него появилась девушка, и сегодня он хочет нас с ней познакомить. Она примитивная, поэтому все сложно, и вместе с нами тут будет Мариза. — О, боги, — закатила глаза сестра. — У вас тут примитивных не особо жалуют. — Ты бы помолчала, — с улыбкой ответил я, вспоминая наше знакомство. Клэри, очевидно думала о том же, потому что ее зеленые глаза приняли выражение какой-то мечтательности. — Так, вы чего тут стоите, как два истукана? — подбежала к нам Иззи. На удивление, ее шпильки никогда не мешали ей бегать. Сколько бы мы с Алеком по этому поводу ни возмущались, она ни разу не сменила каблуки на ботинки. — А что? — задал логичный вопрос я. — Мэри сказала, что видела Алека в общем зале. Видимо, они уже здесь. Я за мамой, а вы быстро приняли торжественные позы и морды кирпичом, чтобы ей жизнь тут малиной не казалась. И чего Изабель так озлоблена на эту примитивную? Глаз она ей не выбивала, волосы не выдирала. Странно это все. Тем не менее, мы с Клэри подошли к уже накрытому столу и встали около своих мест, через стул друг от друга. Так рассадила Иззи, и, судя по записке на столе, сама она сядет между нами. Видимо, пытается как-то облегчить боль. Я благодарен ей, но не уверен, что это даст какой-то результат. Стефани Джастис Ромеро На улице моросил дождь, поэтому Александр, как истинный джентльмен, всю дорогу до Института держал зонт у меня над головой. Вообще весь путь был похож на прогулку, а не на пролог к неизвестности, которая нас ждет после того, как я переступлю порог дома Лайтвуда. Как его семья примет меня? Я так волнуюсь, как будто я реально его девушка. Так, отставить. Я помогаю ему, и когда-нибудь точно стребую с него что-нибудь за эти нервы. Наконец, мы остановились около какой-то заброшенной церкви. На фоне грозового неба она выглядела устрашающе. — Пардоньте меня, но ты уверен, что нам сюда? — подергала я за рукав Александра. — В прошлый мой визит ваше обиталище выглядело более приветливо. — Ой, я ведь забыл, — спохватился парень и полез в карман брюк. Он выудил на свет стило и, задрав рукав, принялся рисовать чуть выше запястья какой-то непонятный символ. — Я еще не рассказывал тебе про руны, но скоро расскажу, — попутно говорил Лайтвуд. — Два года назад, перед тем как принести тебя сюда, я позаботился о том, чтобы вокруг ты видела не гнилую церковь, а то, что есть на самом деле — Институт. Существует руна, дарующая примитивному возможность видеть истину. Я не мог использовать руну на полную мощность в прошлый раз из-за твоего ранения, поэтому ты видела только обстановку, без охотников. Но теперь… Александр закончил урок рисования и резко схватил меня за руку. Ладонь обожгло, но все вокруг начало меняться на глазах. Гнилые доски церкви словно растворялись, освобождая место каменным блокам и арочным сводам. Через несколько минут передо мной уже стоял настоящий собор, дворец, не знаю, как описать. — Чертовы волшебники, — вырвалось у меня, — чтоб вас всех… — Пойдем уже, — рассмеялся Александр. Он пропустил меня вперед, предусмотрительно открыв дверь. Я вошла внутрь и почувствовала облегчение от того, что увидела. Тот самый общий зал, та площадка, около которой я поцапалась с Джейсом, огромные экраны наблюдения. Только теперь по всему помещению сновали охотники. Много охотников. Молодые, взрослые и уже возрасте, все они были погружены в работу, в разговоры. — Идем за мной, — произнес Александр у меня над ухом и протянул руку. Я, глубоко вздохнув, взяла его за руку и переплела наши пальцы. — Мы пара, не забывай, — ответила я на его взгляд. Парень усмехнулся и, переведя дыхание, шагнул вперед, увлекая меня за собой. Джейс (Джонатан Кристофер) Моргеншерн Вскоре вернулась Изабель, за которой шла Мариза, одергивая, видимо, неудобную юбку. Вообще, эта женщина редко переодевалась во что-то праздничное или торжественное, обычный ее облик — серые костюмы или белое траурное одеяние, в зависимости от ситуации. Но, видимо, ради старшего сына она пошла на уступки, и теперь стояла неподалеку от меня в темно-зеленой юбке и такого же цвета рубашке. Только мы заняли свои места, как раздались шаги, и в малый зал вошел Алек. Парабатай тоже сознательно подошел к выбору одежды: брюки, рубашка и жилетка. Всем Лайтвудам шел официальный стиль, но Алеку — больше всех. — Всем привет, — улыбнулся он. Мы дружно кивнули. Изабель едва глазами не пожирала старшего брата. Алек, кажется, понял её намек. Протянул руку в дверной проем, ему подали руку в ответ. Парабатай ввел в зал примитивную. — Добрый вечер, — скромно склонив голову, поприветствовала всех она. Глядите, сама невинность! Я не смог сдержать усмешку при виде примитивной. Надо же, в наши прежние встречи я не замечал, что она действительно такая маленькая, особенно рядом с Алеком. Бардовое платье примитивной только зрительно уменьшало ее на фоне моего парабатая. Он высился за ее спиной на добрых две головы. — Семья, прошу любить и жаловать, — взял дело в свои руки Алек, — Стефани Ромеро, моя девушка. Стефани, значит. Щеки примитивной вспыхнули, как только парабатай назвал ее его девушкой. Алек тут же взял её за руку, чтобы успокоить. Я первым отмер и подошел к девушке. — Здравствуй, Стефани, — улыбнулся я. — Джейс. Рад знакомству. — И я, — доброжелательно ответила та, словно это не она пару дней назад зарядила мне в глаз. За мной подошла Клэри. — Добро пожаловать. Я Клэри, — приветливо наклонила голову сестра и протянула примитивной руку. Так и хотелось шепнуть: «Убери, откусит». — О, Александр мне рассказывал. Приятно познакомиться, — улыбнулась Стефани, легко пожимая протянутую руку. — И мне, — кивнула Клэри и отошла. Следующей была Изабель. — Изабель, — просто представилась она, не протягивая руки. Я заметил взгляд Алека, брошенный на сестру, но та даже не моргнула. — Сестра Александра, — понимающе кивнула примитивная. — Вы и правда похожи, — сказала она, полуобернувшись к парабатаю, стоявшему за её спиной. — А ты говорил, что нет. — Сколько людей, столько мнений, — осадила её Иззи. — Извини, — склонила голову Стефани. — Иззи, что с тобой? — шепнул я названой сестре на ухо. — Она же ничего не сделала еще. — Не верю я, Джейс, — бросила Изабель, не сводя прищуренных глаз со Стефани, к которой в это время подошла Мариза. — Здравствуй, — миссис Лайтвуд была более дружелюбна, чем дочь, — я мама Алека, Мариза. — Очень приятно, — улыбнулась Стефани. Пока они обменивались любезностями, я рассматривал примитивную. Маленькая, крепкая. Большие голубые глаза, вздернутый нос, маленький рот и пухлые губы бантиком. Само очарование. Я бросил взгляд на ее прическу и удивился. Русые, почти блондинистые волосы Стефани были выбриты по вискам, оставшиеся, достаточно длинные, она распустила по плечам, поэтому я не смог увидеть тех шрамов, о которых говорил Алек. Но сам факт такой смелой прически, тем более у девушки, удивил меня. За ужином повисло неловкое молчание. Стефани сидела рядом с Алеком, по диагонали от меня, парабатай же — напротив. — Ты где-то учишься, Стефани? — решила нарушить тишину Клэри. Казалось, каждый был благодарен ей за такой шаг, ибо все разом выдохнули. — Да, в юридическом колледже, — охотно ответила примитивная. — На адвоката. Поэтому так ринулась защищать Алека, все понятно. Естественно, я молчал. Никто, кроме нас троих, не знал, что мы знакомы и что произошло между нами. — Расскажи о своей семье, — подала голос Мариза. Стефани бросила взгляд на Алека, тот ободряюще улыбнулся, и девушка, подняв глаза на миссис Лайтвуд, заговорила. — Мои родители погибли в автомобильной аварии восемь лет назад. Росла в детском доме. Я знаю, что у меня есть старший брат, но он не появлялся уже давно. — Извини, я не знала, — сочувственно произнесла Мариза. Даже мне стало жалко девушку. Хоть не самый лучший, но родитель у меня был. А потом появились Лайтвуды, и я никогда не чувствовал себя одиноким. А тут… — Ничего. Это было давно. Спрашивайте, мы ведь здесь, чтобы познакомиться, — улыбнулась Стефани, и я даже немного зауважал ее. Хорошо держится, несмотря на то, что девушки — довольно ранимые существа. — Как ты познакомилась с Алеком? — вдруг спросила Изабель. Я перевел взгляд на парабатая. — Тут, наверное, лучше мне рассказать, — начал он. — На Стефани напал оборотень, цапнул, а мы с ребятами немножко не успели. Оборотень ушел, а она истекала кровью, я не мог ее там оставить. Доставил сюда, здесь вместе с ней дождался полнолуния. Стефани повезло, она не обратилась, но пожелала забыть о том, что случилось. — Извини, что перебиваю, — положила ладонь примитивная на руку Алека, — но теперь моя очередь. Я ушла, и два года жила в тишине и покое. Несколько месяцев назад в клубе, где выступал мой танцевальный коллектив, на меня напал вампир. Джейс, ты должен помнить этот вечер. Все посмотрели на меня, и я кивнул. — Да, я помню. Я отправился с вампиром сюда, а Алек остался убедиться, что с тобой все в порядке. — Он остался, мы сначала поругались, потом договорились. Александр проводил меня домой, а потом как-то само собой все закрутилось. Они переглянулись, и я не смог сдержать улыбку. Похоже, у них и правда все хорошо. Ужин шел своим ходом, постепенно завязались разговоры, и Стефани принимала участие. Изабель по-прежнему смотрела на неё волком, а Клэри и Маризе, похоже, девушка понравилась. Наступил час прощания. Алек попросил вызвать Стефани такси. Все вышли на крыльцо. Из нас только Алек оставался видимым для примитивных. — Спасибо всем за ужин, — учтиво наклонила голову Стефани, — была рада познакомиться. — Взаимно, — улыбнулась Мариза. — Теперь, когда ты знаешь о нас, думаю, никто не будет против, если ты будешь приходить к нам, — вдруг выдала Клэри. Я удивленно обернулся на нее, не смогла удержаться и Иззи. Даже Алек приподнял брови. — Ты мне нравишься, и я хотела бы больше общаться с тобой. А что, нельзя? — повернулась сестра к Маризе. — Конечно можно, почему нет, — пожала плечами миссис Лайтвуд. — Думаю, ребята не будут против. Иззи едва зубами не скрипела. — Я не против, — подал голос я. — Ты интересная. Стефани улыбнулась. — Спасибо за приглашение. Если Александр не против, буду заходить в гости. — Издеваешься? — улыбаясь, спросил у нее парабатай. Его девушка скромно пожала плечами. — До свидания, — помахала она нам и, сопровождаемая Алеком, вышла за территорию Института. Но, на удивление, все остались стоять на крыльце, наблюдая за парой. Я, нахмурившись, посмотрел на Изабель. — Проверить надо, — не отрывая взгляд от Алека и Стефани, проворчала она. Я перевел взгляд на Маризу. Женщина тоже смотрела на старшего сына и его девушку. — Вы серьезно? — возмутился я. Но мне никто не ответил. Я, бурча себе под нос, собрался было уйти внутрь, но что-то заставило меня обернуться. Алек и Стефани стояли в шаге друг от друга, о чем-то разговаривая. Девушка улыбалась, как и парабатай. Он сделал шаг навстречу, обнял Стефани за талию, привлекая ее к себе, и, наклонившись, поцеловал. Честно говоря, первый раз в жизни я наблюдал за таким сокровенным моментом в жизни Алека. Хотя, если судить по публике, столпившейся на крыльце, этот момент переставал быть сокровенным. Ромеро робко отстранилась от Алека и, скромно опустив голову, повернулась и пошла прочь, к машине такси, стоявшей у соседнего дома (странно было вызывать такси к заброшенной церкви). Парабатай стоял на том же месте до тех пор, пока машина не скрылась за углом улицы, и только тогда обернулся. Все, как будто не при делах, тут же ринулись в Институт. Я, еле сдерживая смех, остался ждать Алека. — Ну как ты? — приобняв его за плечо, спросил я. — Нормально. Понервничал, конечно, но ничего, — пожал плечами он. — Как думаешь, как все прошло? — По мне, хорошо. Она никому не врезала и никого не послала, а это успех. — Иди ты, — улыбнулся Алек. — Это заразно, как я посмотрю, — усмехнулся я. — Нормально все. Мариза и Клэри в восторге. Изабель почему-то скрипит зубами, но я не понимаю, почему. И какого черта они вообще столпились на крыльце? Прости, я пытался их увести, но Иззи со своим «проверить надо»… — Да брось. Я знал, что так будет. Стефани это столпотворение смущало, но… — он пожал плечами. — Не попляшешь. Мы зашли в здание. — В любом случае, я рад, что все прошло так, как прошло, — подмигнул я ему. — Спасибо тебе, — уже направляясь к лестнице, произнес Алек. — За что? — За то, что не сцепился с ней, — обернулся он с усмешкой. — Еле сдержался, — кивнул я. Парабатай скрылся, а я пошел к себе. Несмотря на общее плачевное положение дел, все идет к лучшему. Одна проблема — Алек — уже решена. Теперь надо как-то разобраться с родственными связями…