Анна и Штольман. Дело №7. Кровавая жатва

Штольман нажал кнопку дверного звонка и подумал, что, наверное, стоило позвонить, предупредить о своем визите. Полицейский огляделся. Он знал, что завтра это большое хозяйство заполнится людьми и суетой. Но сегодня был последний день новогодних каникул, и вокруг было тихо и пусто. В этот момент дверь распахнулась. Ему открыла сама хозяйка. - Яков Платонович, здравствуйте. Рада вас видеть. - Здравствуйте, Дарья Павловна. Извините, что я без предупреждения. Как вы себя чувствуете? - Да все в порядке, - махнула рукой Молостова. – Проходите. Мы как раз чай садимся пить. Штольман, войдя в гостиную, обнаружил, что под «мы» хозяйка усадьбы имела в виду не племянницу, а Анну Викторовну Миронову. Увидев его, девушка произнесла дежурное приветствие. Полицейский старался этого не показывать, но жадно всматривался в ее лицо. Они не виделись три дня – с той ночи, как они с Коробейниковым спасли их с Дарьей Павловной. Анна выглядела спокойной, грустной и отстраненной. - Анна Викторовна, а как ваше здоровье? - поинтересовался Штольман, которого обеспокоила бледность девушки. - Все хорошо, спасибо, Яков Платонович, - с все той же мягкой дистанцией ответила девушка. - Присаживайтесь, Яков Платонович. Я вам сейчас чаю налью, - хлопотала хозяйка возле самовара, а потом горько усмехнулась: - Не волнуйтесь. На этот раз чай полностью безопасен. Некоторое время все трое пили чай в тишине, которую нарушало только негромкое звяканье чашек о блюдца. Наконец, Молостова не выдержала. - Яков Платонович, вам удалось выяснить, почему... за что… - тут голос женщины сорвался, и она торопливо сделала глоток из чашки. - Удалось, Дарья Павловна, - кивнул Штольман. Он обнаружил, что на него ожидающе смотрят две пары женских глаз и приступил к рассказу. - Все началось три месяца назад, когда Фролов был в поездке в Германии… - Да, он тогда на сельскохозяйственную выставку ездил, - подтвердила Дарья Павловна. - Там он совершенно случайно встретился с баронессой фон Ромфель, пригласил ее в ресторан посидеть, вспомнить молодость. В общем, в какой-то момент они разоткровенничались и рассказали друг другу о своих проблемах. У вашей сестры были серьезнейшие финансовые трудности. Ее муж незадолго до смерти сделал несколько крайне неудачных вложений и умер, оставив вдову с дочерью у разбитого корыта. А навыков и привычки самостоятельно зарабатывать на жизнь у Екатерины Павловны не было. А у Сергея Фролова была проблема с партнером по бизнесу, которая была, по его мнению, слишком осторожной и консервативной, мешая развитию их бизнеса. Причем разорвать не устраивающее его партнерство Фролов не мог. - Земля, - уверенно сказала Молостова. – Земля нашего тепличного хозяйства находится в моей личной собственности. - Совершенно верно. Плюс еще какие-то моменты. В общем, вам принадлежат слишком значимые активы, потеря которых нанесла бы чересчур серьезный ущерб его делу, если ваше партнерство было бы разорвано. - И они решили убрать Дарья Павловну, поскольку это решало проблемы обоих, - с пониманием протянула Анна. - Совершенно верно, - подтвердил Штольман. – Баронессе само хозяйство даром не сдалось, но от его продажи она выручила бы круглую сумму. Фролов предложил ей миллион евро за него. - Жлоб, - презрительно фыркнула Молостова. – Оно минимум в два раза дороже стоит. - Как бы то ни было, ваша сестра и ваш партнер нашли общий язык и приняли решение о вашем убийстве. Фролов вернулся в Россию, ни словом не обмолвившись о встрече с баронессой. И они начали готовиться к преступлению. - Катя вышла со мной на связь, якобы желая восстановить отношения после многолетней ссоры, - вспоминая недавние события, сказала Дарья Павловна. – Причем сделала это так, что я пригласила ее с дочерью на Новый год к себе. - А Фролов в это время здесь, в Затонске, готовил необходимый антураж. - Яков Платонович, но я не понимаю, зачем так сложно… и так чудовищно. Причем тут Дуня Кокошина? – растерянно произнесла Молостова. - Дуня вообще тут не причем. Она была просто маскировкой для вашего убийства, - выдохнула с озарением Анна. - Совершенно верно, Анна Викторовна, - с уважением взглянул на девушку Штольман. – Дарья Павловна, если бы вас просто убили, даже инсценировав несчастный случай, полиция начала бы задавать вопросы. Причем первый же вопрос был бы о том, кому выгодна ваша смерть. А оттуда бы напрямую потянулась ниточка к убийцам. Соответственно они придумали изощренный план: сначала совершить жестокое и бессмысленное преступление, наведя подозрения на вас, а затем убить вас, окончательно выставив безумной убийцей. Они воспользовались вашим интересом к детективам и эзотерике, умело создав впечатление у следствия, что вы возможно сошли с ума на этой почве. - Но я, правда, просто люблю читать на эту тему, - беспомощно развела руками Молостова. – С ранней юности люблю такое чтиво. - И ваша сестра об этом знала, - акцентировал полицейский. - То есть на месте Дуни могла оказаться любая женщина, - задумчиво произнесла Анна. - Да, - подтвердил Штольман. – Девушке просто не повезло. Баронесса накануне убийства услышала, как конюх Михаил договаривается по телефону о свидании, и решила этим воспользоваться. Первоначально она хотела заманить девушку в баню. Именно там по ее замыслу должно было произойти убийство. Но убийцам повезло. Семенов ушел из конюшни, оставив там девушку, и ваша сестра воспользовалась этим. Она зашла в конюшню и ударила Кокошину по голове. В этот момент туда же подошел Фролов, который был заранее предупрежден. Он-то как раз и убил девушку. При этом сцена преступления была организована так, чтобы бросить подозрение на вас – жестокое ритуальное убийство, совершенное вашим ножом. Убийцам не повезло в другом… - Баронесса не знала, что у Дуни были отношения и с Фроловым тоже, - уверенно сказала Анна. - Совершенно верно, - улыбнулся девушке полицейский. – А потом было уже поздно что-то менять. В результате из-за их связи мы обратили на Фролова дополнительное внимание. - А меня они хотели убить, чтобы окончательно уверить следствие, что именно Дарья Павловна убийца? – уточнила девушка. - Не только. После спиритического сеанса, который затевался как просто светское развлечение, баронесса поверила в ваш дар и испугалась, что вы можете их разоблачить. Ваше убийство решало еще и эту проблему. Кстати, Дарья Павловна, - довольно резко обратился Штольман к хозяйке дома, - за ваше препятствие следствию у вас могли бы быть очень большие неприятности. Благодарите вашего адвоката, который смог урегулировать этот вопрос с минимальными проблемами для вас в следственном комитете и прокуратуре. - Простите, Яков Платонович, - сокрушенно сказала Молостова. – Тогда был уже почти вечер . До приезда гостей оставался какой-то час. Я заглянула в конюшню, хотела дать Михаилу поручение на следующий день. И там увидела ее. С одной стороны, пришла в ужас и хотела позвать на помощь. А с другой, не могла не видеть, что это жуткое убийство прямо бросает подозрение на меня. У меня как будто разум помутился. Забрала нож, ведро с кровью Дуни и отнесла все в баню. - Даже не представляю, что вы почувствовали, когда Анна Викторовна во время сеанса закричала «На тебе моя кровь», - покачал головой Штольман. Молостова просто тяжело вздохнула. - А через два дня Фролов с баронессой решили, что пришло время для главного, - вернула разговор в основное русло Анна. - Да, - кивнул Штольман. – Баронесса попросила дочь, чтобы та пригласила вас снова сюда. Каролине ваше общество очень нравилось, и она без проблем это сделала. А тут уже сама Екатерина Павловна попросила вас остаться на ночь. Кстати, Дарья Павловна, почему вы в тот вечер не оставили ночевать Петра Ивановича, который явно напрашивался на ночлег? - Сама не знаю, - пожала плечами Молостова. – Я его ни в чем не подозревала. Но он слишком уж старался остаться, и это меня насторожило. И я отправила его восвояси. - И тем самым невольно помогли убийцам, - с грустной улыбкой сказал Штольман. – А потом им снова повезло. Баронесса планировала всех в доме усыпить. С этой целью она хотела попросить вас заварить ваш фирменный успокаивающий чай. Но тут вы проявили инициативу и сами предложили это. Потом на кухне она отвлекла вас и влила в чайник с травами большую дозу сильного снотворного, которое гарантировало, что все крепко заснут. - Но я свою порцию не выпила, - задумчиво сказала Анна. - Да, и тем самым спасли жизнь и себе, и Дарье Павловне. - Нас бы это не спасло, если бы вас там не было, - ответила девушка, взглянув прямо в глаза полицейскому. Они мгновение смотрели друг на друга, а затем полицейский отвел взгляд. - В целом, все было хорошо продумано, - продолжил Штольман. – Со стороны выглядело бы так, что Дарья Павловна опоила всех в доме и ночью выволокла спящую Анну Викторовну в баню, намереваясь ее убить. Но там то ли вместе с убийством совершила самоубийство по причине помешательства, то ли произошел несчастный случай, в результате которого она сама и погибла. Деревянная баня выгорела бы дотла. С большой вероятностью там бы от тел ничего не осталось, и восстановить картину преступления было бы невозможно. А баронесса после убийства приняла бы большую дозу снотворного, и когда приехали бы пожарные, спала бы крепким сном. Никто бы не смог доказать, что она заснула уже после убийства. - В результате баронесса унаследовала бы состояние своей сестры, продала ее активы и вернулась с деньгами в Европу, - задумчиво сказала Анна. - Да, - подтвердил полицейский. – А Фролов стал бы единоличным собственником успешного предприятия. В комнате повисла тишина. Присутствующие обдумывали все произошедшее. - Как дела у Каролины? – поинтересовался Штольман. - Не очень хорошо, - призналась Молостова. – Она потрясена и потеряна. Вся ее жизнь рухнула. Практически не выходит из комнаты. Но думаю, что все будет хорошо. Вот Аннушка ее сегодня навестила. Потихоньку придет в себя девочка. - Вы будете оформлять над ней опекунство? – уточнил Штольман. - Я ей это предложила, - ответила Дарья Павловна. – Она пока еще думает. Но у нее больше никого из близких родственников нет, так что думаю, так оно и будет в итоге. Все потихоньку наладится. Спустя еще двадцать минут Штольман с Анной вышли из дома Молостовой. Какое-то время они просто стояли, вдыхая свежий морозный воздух. - Вас подвезти, Анна Викторовна? – предложил полицейский. В ответ девушка немного помолчала, а потом сказала, глядя ему в глаза. - Просто поговорите со мной, Яков Платонович. Пожалуйста.