Основной инстинкт

      Бетти с нескрываемым восторгом врывается в помещение на втором этаже "Белого змея". Она буквально впечатывается в массивную дубовую дверь, вход в которую разрешен далеко не всем. Именно за ней все происходит. Все змеиные сделки, все решения, споры — все, что связано с жизнью змеев, происходит здесь. Когда Бетти видит кожаное кресло у стола, она с нескрываемым восторгом бежит и с разбегу сигает на него, визжа, как маленький ребенок, и раскручивается, заливаясь хохотом. Следом за ней заходит хмурый Джагхед, прикрывая за собой дверь. Он измученно смотрит на Бетти и закатывает глаза.       "Уже вижу, как нам будет весело"       Уж точно не так новоиспеченный змеиный король представлял себе свою змеиную королеву. И пусть они с Бетти толком не познакомились, он уже сделал некоторые выводы о ней: наглая, заносчивая, несдержанная, громкая. Она была комплексом всех тех качеств, которые просто-напросто выводили сосредоточенного и сдержанного Джагхеда из себя. Он нахмурил брови.       — Слезь со стула. Он предназначен не для того, чтобы ты на нем вертелась.       — А для чего же? — с игривой улыбкой протянула Бетти, но встретила его недовольный взгляд. — Какой же ты нуууудный. Прямо как мой папочка. Расслабься.       Джагхед нахмурил брови и зло глянул на нее. Тогда Бетти демонстративно закатила глаза, но все-таки встала со стула и пошла осматривать кабинет. Джагхед занял место за столом и принялся рассматривать бумаги, которые находились в выдвижном ящике. И как бы сильно он не старался сосредоточиться на изучении, погрузиться в это целиком ему не удавалось. Она раздражала его своим присутствием, мельчайшим своим движением. Она не говорила с ним сейчас, даже не смотрела в его сторону, но Джагхед успокоиться не мог, то и дело поглядывал на нее с недоверием.       Кто она?       Нет, он прекрасно знал, кто она такая. Вернее, думал, что знал. В его памяти всплыл образ той девчушки в милом розовом платьице. Эта была единственная девочка, которая когда-либо ему нравилась. Он был просто без ума от нее, когда ему было около десяти лет. Потом постепенно его "чувства" начали угасать. Наверное, это было связано с тем, что он стал реже ее видеть на переменах. Ну конечно, активистка, староста потока, чирлидерша, редактор школьной газеты... Когда же они еще смогут видеться, если он не в школьном совете, не играет в футбол и не пишет для "Вlue and Gold"? Кстати, Джагхед пытался попасть в редакцию, но директор сказал, что людей в газете достаточно, но в футбольной команде не хватает запасных игроков. Джагхед тогда покивал головой, но на пробы все равно не пришел.       Девочка в розовом платьице... Как же сильно она изменилась. Она стала действительно секси. Настолько секси, что даже самые бывалые змеи, которые, казалось, могут проявлять интерес только к алкоголю, засматриваются на нее. Но лучше бы она всегда оставалась такой, какой была раньше. Этот ее новый образ спорил с той личностью, которая жила в памяти Джагхеда. Он предполагал, что она изменилась, но не настолько сильно.       Странно, но Джагхед не почувствовал к Бетти никакого тепла. Совершенно. Они ведь даже не общались. Ему даже показалось, что тогда она его имени точно и не запомнила. Так что сейчас она была таким себе отголоском прошлого, которое совсем не хотелось вспоминать.       Бетти медленно ходила по комнате и с детским любопытством осматривала каждую мелочь. Ей определенно нравилась эта комната. Она была неким контрастом по сравнению с тем, что было на первом этаже, в самом баре. Здесь не царил дух бунтарства, тут не было граффити с нецензурной лексикой, нарисованных пьяными змеями, и на полках не стояло дешевое пойло. Этот кабинет был образцом шика и роскоши. Диванчик в углу быт обит натуральной кожей, стол был из красного дерева, за стеклом на ключике находился самый дорогой виски, который можно было найти в Ривердейле. Бетти была так потрясена всем этим, что боялась даже подумать, откуда у змей есть деньги на все это. Она только ходила по комнате и открывала рот от удивления. Пусть только кто больше скажет, что змеи — отбросы Ривердейла. Кто еще тут отброс!       — О Боже мой! — закричала Бетти и кинулась к аквариуму, стоящему на тумбе рядом с диванчиком. — Какой же он прекрасный! — она буквально прилипла к стеклу, рассматривая великолепную коричневую змею с пятнами. — Его будут звать Фредди!       Джагхед лениво поднял глаза на Бетти. Она довольно комично выглядела в позе, в которой находилась сейчас. больше его настораживало ее чрезвычайно повышенное внимание к его королевскому питону, которого ему подарил отец на прошлый день рождения. Это точно оказался намек на его будущее. Джагхед посчитал, что будет правильно и символично, если его любимец будет жить в "Белом змее".       — Моего питона никогда не будут звать Фредди, — Бетти раздраженно взглянула на Джагхеда, — особенно, если это девочка. И кстати, у нее уже год как есть имя, — она уже хотела что-то сказать, но он ее остановил. — Ее имя Кира, и другие варианты не принимаются, — Бетти надула губы и еще раз взглянула на Киру. Джагхед опять погрузился в изучение бумаг.       Вот они, самые важные бумаги для змеев — договор с шерифом Келлером и сделка с упырями. Совсем недавно полиция Ривердейла стала особо внимательно следить за змеями и выписывать штрафы даже за самые мелкие проколы. Даже не стоит говорить о том, что одного члена банды пытались посадить за решетку. Тогда змеям пришлось пойти на уступки и договориться с шерифом. Отныне змеи перестают торговать травкой, а полиция и шериф оставляют их в покое. На тексте договора стоит подпись Келлера и ЭфПи. Одна из копий хранится у змеев.       Еще одно важное соглашение было заключено между змеями и упырями почти два года назад. Тогда они договорились не заходить на территорию друг друга и не враждовать. Они очень долго шли к этому договору. Были разгромлены бары, похищались члены банд. И в один день все это стало каким-то неважным, они просто устали от этой вражды. Так что когда ЭфПи пришел договариваться с упырями, те приняли его буквально с распростертыми объятиями. Никто не верил, что упыри могли так быстро согласиться на те условия, которые не приносили им пользы, но тем ни менее с тех пор они не нарушают договор.       Бетти достала из кармана юбки пачку сигарет и зажгла одну. Она расслаблено затянулась, прикрыв глаза. Ей очень нравилось курить. Ей не так нравился никотин, который она получала, и даже ощущение горячего дыма в легких, как осознание того, что что все это она делает вопреки воспитанию отца. Да, у него точно не получилось воспитать ее хорошей девочкой. Видимо, гены матери решили дать о себе знать. Она сделала еще одну затяжку, а затем и еще одну, наслаждаясь облачком никотинового дыма, образовавшемся вокруг нее.       — Хочешь сигарету? — предложила она Джагхеду. Бетти надеялась заполучить расположение Джагхеда и начать решила с мелочей. Может быть, он поймет, что она ему не враг. Пока что от него веяло таким холодом, что волей-неволей хотелось поежиться.       — Я не курю, — не отрываясь от изучения деталей договоров ответил он и был крайне раздражен. У него только начало получаться абстрагироваться от нее, как ее угораздило открыть рот.       — Врешь.       — Да, вру, — ответил он, шумно выдыхая и сминая уголок бумаги.       — Ты не хочешь взять ее, потому что она от меня? — спросила Бетти, но ответа не последовало. — Не игнорируй меня, Джагхед! — он посмотрел на нее с удивлением. Почему-то было ему очень странно слышать свое имя из ее уст. Наверное, это тоже связано с прошлым. Он не был уверен, что она правильно запомнила его имя. Он вновь решил промолчать, чтобы не наговорить ей много ласковых. Его раздражало ее присутствие. Джагхеду нужно было лишь привыкнуть к ней, а потом он сможет спокойно делать вид, что ее не существует.       — По тебе же видно, как ты меня ненавидишь! Почему ты меня ненавидишь, Джагхед?! Что я тебе сделала?! — пыталась разговорить его Бетти. Ей хотелось дожать его, вывести из себя, только бы он сказал что-нибудь. Он не реагировал ни на что, от этого ей тупо хотелось кричать. Терпение уже давно перестало быть ей присуще. Своей болтовней Бетти уже порядком разозлила Джагхеда. А уж про крики вообще нечего сказать. Он резко сорвался с места и направился к ней.       — Да потому что ты все испортила. Я должен был быть один. Понимаешь? Один. А ты взяла и свалилась мне на голову без предупреждения. Как думаешь, я счастлив? — процедил он сквозь зубы.       — Я даже ничего тебе не сделала! Как ты можешь вообще делать какие-нибудь выводы до того, как узнаешь меня?!       — Да потому что ты меня бесишь! Знаешь?! Выводишь из себя! Одним своим присутствием! Просто заткнись и не трогай меня! Дай мне к тебе привыкнуть.       — Я думала, мы теперь одна команда... — виновато затараторила она. Он резко схватил ее за плечи и встряхул.       — Ни смей даже на секунду думать, что мы — одна команда, — процедил он. Джагхед отпустил ее и отошел. Что он натворил? Она точно не заслуживает такого отношения. Всего лишь попала под горячую руку.       "Ну и ладно, плевать. Она должна привыкать к этому. Слабым девочкам тут не место".       Джагхед нервно пошарил по карманам в поисках сигареты. Он даже начинал немного жалеть, что не принял ее от Бетти, когда она предлагала. Напряжение было на пределе, нужно было срочно покурить. Срочно. Какого было его разочарование, когда он не нашел ни одной штуки в карманах. Закончились. Он чертыхнулся, что не ушло от глаз Бетти.       — А всего бы этого не произошло, если бы ты не отказался от сигареты, — задумчиво сказала она, показательно рассматривая пачку в своей ладони. Его минутная слабость будто придала ей сил и уверенности в себе.       Как бы Джагхед не хотел ее прибить, курить ему хотелось больше. Он, матерясь у себя в мыслях, вырвал из ее руки пачку, достал оттуда сигарету и остаток кинул на диван, нетерпеливо прикуривая. Джагхед затянулся, расслаблено откинув голову назад и продумывая план мести. Бетти самодовольно улыбнулась.       — Ты же собираешься выделить мне ящик в столе? — спросила она, заранее зная ответ.       — Нет, — ответ был предсказуем, Бетти даже не удивилась.       Когда Джагхед докурил сигарету, он опять уселся за изучение бумаг.       "Сколько можно этим заниматься?", — подумала Бетти. Поняв, что кроме этого ничего происходить не будет, она спустилась на первый этаж, забрала достаточно пьяную мать, и они поехали домой.       "Скоро будет ручным", — подумала она.       "Скоро будет как шелковая", — подумал он.

***

      — Я хочу праздника! Требую продолжения банкета! — кричала Элис, пока Бетти пыталась дотащить ее до дома. Ей уже не было стыдно перед соседями: те давно привыкли к ее матери.       — Конечно-конечно, только до дома дойдем, а там все будет, — эти слова значительно успокоили Элис.       Они с шумом ввалились в парадную дверь. В гостиной сидел Хэл и смотрел какой-то спортивный канал. Он бы и не обратил внимания, если бы Элис завалилась пьяная, ведь это случалось довольно часто. Но сейчас ему стало жалко Бетти, которая взвалила этот "груз" на себя.       — И чем в этот раз?       — Не знаю. Начинала с текилы, — Бетти выдохнула с облегчением, когда отец взял Элис на себя и уложил на диван.       — Хэл, дорогой мой, я так тебя люблю! — начала она разглагольствовать. Хэл подкатил глаза и понял: это надолго.       Бросив ей в ответ что-то вроде "А я тебя вообще обожаю", он поплелся на кухню.       — Бетти, золотце, какая же ты у меня взрослая стала! Подойди ко мне, дорогая, — всхлипывая, позвала Элис. Бетти не осталось ничего кроме как подчиниться неадекватной матери. — Я точно сделала правильный выбор, — всплакнула она еще раз.       С кухни вернулся Хэл и насилу запихнул в Элис таблетку. Через 5 минут она спала как ребенок. Бетти улыбнулась милой картине, как ее мать, серьезная и зрела женщина, спит, подложив ладони под щеку и открыв рот.       — Что ты ей дал?       — Немного снотворного, — Бетти шокировано уставилась на отца.       — Она же пьяная в стельку! Она же может не проснуться, ты вообще подумал? — она в панике глянула на Элис. То, как она спала, больше не умиляло ее.       — Твою мать ничего не возьмет, знаешь? Я спать, — Хэл развернулся и пошел по лестнице в спальню, даже не пожелав Бетти спокойной ночи.       Когда он был почти на середине лестницы, Бетти услышала тихое "Спокойной ночи, Чик".       "Даже ему ты пожелал спокойной ночи", — подумала она. После того, как Бетти, заявила, что хочет присоединиться к змеям, семья окончательно раскололась пополам, и теперь Хэл будто заполнял "утрату" любимой дочери Чиком.       Бетти знала, что Чик сейчас спуститься в гостиную, чтобы лично удостовериться, что все в порядке. Это было что-то типа его паранойи — держать все под контролем. Этим он мало отличался от Хэла, хотя и не был его сыном.       — Бетти, ты как? — спросил он, спускаясь.       — Вроде нормально, — безразлично ответила она, сверля взглядом мать.       — Как твое принятие в змеи? Все прошло хорошо? — задал он еще один вопрос, улыбаясь.       — Ну почти, — у Бетти были очень хорошие отношения с братом. Он всегда был ее самым лучшим другом и единственным хранителем ее тайн. В отличие от всей семьи (не считая Элис), он один отреагировал на решение Бетти с огромным энтузиазмом. Именно он помогал ей морально настроиться перед этим вечером и подбадривал. Так что сейчас он просто сгорал от любопытства и хотел знать все подробности.       — И что же у тебя вдруг могло пойти не так?       — Джагхед Джонс, — с сарказмом ответила Бетти.       — Что за тип?       — Еще одна шишка. Мы типа теперь вместе всем этим крутим, прикинь.       — Не кисло, не кисло... Думаю, ты с ним справишься на раз-два, — воодушевленно ответил Чик.       — Не сомневайся, — с хитрой улыбкой сказала она.