Между нигде и никогда

— Профессор! Просыпайтесь скорее! Там парус!!! — Что? Грейнджер, прекратите меня трясти. Мы не в раю, я не дерево, яблок не ждите. — Да вставайте же вы! Там парус! — Какой парус? Где? — Не знаю, какой. Пока я ловила рыбу, на горизонте появилась точка, её и сейчас видно. Что это, как не корабль? — Мерлин! Выйдите вон из пещеры, не путайтесь под ногами, — маг подтянул колени к животу, пытаясь скрыть свою утреннюю проблему. Тролли бы подрали всех безголовых девчонок, которые умудряются уснуть на солнцепёке, а ты потом возись с ними всю ночь не только наяву, но и во сне. Хорошо, что ручей с ледяной водой течёт прямо по пещере — ему сейчас не стоит появляться перед этой пигалицей. Уже вдвоём они поспешили к западной оконечности острова, и Снейп попытался вглядеться в бликующую от солнца океанскую гладь. Проклятая близорукость! Не могла остаться там же, где и дыра в шее! Пришлось поверить на слово глазастой егозе. Впрочем, она сказала, что точка почти не сдвинулась с места, так что еще час-полтора времени у них есть, прежде чем окончательно что-то определится в этом утреннем светопреставлении. Волшебники успели позавтракать печёной рыбой, а потом вновь вышли на берег. Действительно, в нежной синеве неба образовался белый разрыв чёткой угловатой формы. Небольшая лодка под парусом направлялась к их острову. Исходя из того, что и он, и мелкая выскочка из львиного дома, появились здесь без дополнительных средств доставки, на лодке должны быть аборигены здешнего мира. Интересно, какие они, и как воспримут двух чужаков? Профессор ещё долго сидел на берегу, ожидая, пока лодка причалит. Когда она отклонилась к северу, маг позвал свою спутницу, и они вдвоём побежали к тому месту, где северный ручеёк падал в расселину. Снейп пожалел, что у него не хватило времени, да и любознательности, проверить дальнейший путь его «туалета». А путь оказался занятный. Под прикрытием падающей воды вилась тропинка, уходящая в небольшой залив, который, в свою очередь, переходил в обширную пещеру, по сравнению с которой их жилище в склоне холма не только являлось, но и выглядело собачьей будкой. Таинственная лодка со спущенным парусом уже скрывалась за поворотом циклопических стен. Не доносилось ни разговоров, ни переклички, плеск вёсел был едва различим. Похоже, в лодке был только один гребец, если глаза и в этот раз Снейпа не обманули, впрочем, на дне посудины вполне мог поместиться ещё не один человек, следует соблюдать предельную осторожность… — Перестаньте визжать! Вы своими воплями уже оповестили весь остров о нашем местонахождении! И распугали весь птичий базар на противоположной его части! — Я чуть не упала! Здесь скользко, а скалы острые! — Можете падать, но молча — мы не знаем, кто в лодке и как он воспримет наше появление, — Снейп шипел, как рассерженная гадюка. Правда, возмущался он зря, его злая тирада потонула в шуме близкого водопада, как и весь их предыдущий разговор. С трудом, оскальзываясь на камнях и обдираясь об острые скалы, профессор и его бывшая ученица, проникли, наконец, под гигантские своды. Их взорам открылась картина, сравнимая со сказками «Тысячи и одной ночи». Той из них, где рассказывается о пещере Али-Бабы. Золото. Его были горы. Ну, не горы, но вполне себе приличные холмы. Даже, скорее, курганы из монет, кубков и слитков разного размера. Из вершин этого великолепия торчали, словно пики, острые навершия венцов, а кое-где прозаически, будто крышкой от кастрюльки, накрывали сокровища подносы. Посредине, на выступающем из пола пещеры плоском камне, стоял сундук с весёленькой резьбой в виде черепов. Профессор машинально сосредоточился — стиль резьбы нисколько не отдавал постмодерновой стилизацией, так что от ящичка вполне можно было ожидать всяческих неприятных сюрпризов. Вчерашние семикурсники, будь они хоть трижды всезнайками, конечно, не смогли бы ощутить разлитую в окружающем мире магию, а вот люди опытные чуют опасность, исходящую от зачарованного предмета, какими бы чарами она ни была сокрыта. Снейп считал себя, увы, весьма опытным. Сундук фонил злым колдовством, но старым, почти выветрившимся, и вообще, не очень опасным. А ещё непонятные сигналы исходили с противоположного края пещеры. Ничего тёмного, но если чутьё профессора не подводит, то там определённо стоит пошарить на досуге. Только как раз в той стороне нагружал золотыми монетами мешок высокий стройный молодой мужчина, почти юноша. Пленники острова замерли за большим камнем, наблюдая сверху. Снейп покосился на свою спутницу. Грейнджер внимательно наблюдала за действиями незнакомца, хмурилась, явно недоумевая, и на лице её всё больше и больше проступало выражение сосредоточенного недовольства. Объективно ничего странного не происходило. Движения юноши были естественными, внешность обычной, даже смазливой. Впору было ожидать телячьих восторгов в стиле мисс Браун… Снейп наклонился к её скрытому тонкими прядями ушку и еле слышно спросил: — Что вас так удивило, мисс Грейнджер? — Посмотрите на его одежду, сэр, — так же тихо, почти одними губами, прошептала девушка. Снейп присмотрелся, и, кажется, начал понимать, что так озадачило его спутницу. Мужчина был одет в просторную шёлковую рубаху тёмно-голубого, почти синего, цвета, слишком яркого для мужского гардероба. Рукава выглядели излишне пышными, но, похоже, парень привык к этому неудобству. Штаны из тонкой замши уходили в сапоги с широкими отворотами. Необычный костюм заканчивал широкий кушак, за который был заткнут довольно устрашающего вида кинжал. Действительно, в конце двадцатого века так не одевались ни маги, ни, тем более, магглы. Тем временем, разбойник (да, такие сокровища честным путём не наживешь) закончил набивать мешок, деловито и неспешно затянул горловину верёвкой, набросил добычу на плечо и направился к лодке, слегка пошатываясь под тяжестью поклажи. Снейп решил, что другого шанса ждать не стоит, так как торчать дальше на этом острове хоть и с сокровищами, но без мыла и выпивки, ему уже остотроллело. Поэтому он просто вышел из укрытия и уже намеревался обраться к парню с речью в лучших традициях английской дипломатии, но в ту секунду, когда их глаза встретились, разбойник одним широким и мощным движением скинул с плеча мешок, и тот, будто пущенный из пращи снаряд, врезался в мага. Снейп и рта раскрыть не успел, как очутился на спине, в куче осыпающихся монет, придавленный к земле коленом, обтянутым замшей. И с ножом у горла. «Вот и поговорили…» Откуда сверху раздался вопль, многократно отражённый стенами пещеры: — Отпусти профессора! Ты, павлин разодетый! Спустя мгновение тонкая девичья фигурка нарисовалась за спиной маггла. Маленькая сильная пятерня вцепилась в длинные кудри шоколадного цвета и потянула голову нападающего назад. От неожиданности мужчина отпрянул, приземлившись пятой точкой на выступающий камень, ойкнул и, убрав от горла Снейпа кинжал, обернулся, чтобы оценить опасность. А перепачканная воспитанница кошачьего дома, уперев кулачки в бока, продолжала вопить в лучших традициях Молли Уизли: — Нет, вы посмотрите на этого героя, нацепил мамину блузку, сестрёнкин шарф, да ещё и кинжалом размахивает. Тут двое цивилизованных людей застряли среди вашей бутафории, по-настоящему! А вам бы всё на публику работать! Парень покраснел, как рак, и полузадушенно пробормотал: — Мисс, вы бы оделись… — Я одета! А вот что за тряпки на вас? Художник по костюмам в вашем шоу — полный кретин. — Кто? Снейп вовсю потешался над разыгравшейся сценой, при этом продолжая лежать на спине, чтобы не нервировать без того смущенного парня. А учитываю просто звериные рефлексы последнего, потешаться надо исключительно молча. — Почему вы так странно одеты? И почему вы кидаетесь на людей с ножом? — продолжала разоряться девушка, тыча в сторону юноши указательным пальцем. — Мисс Грейнджер, успокойтесь! Здесь кругом всамделишные кучи золота. Молодой человек решил, что мы с вами грабители, — Снейп, наконец, подал голос. — Нужно мне его золото! Лучше бы вывез нас отсюда! — взъерошенное тощее недоразумение сбавило тон, но продолжало наседать на аборигена. Правда, для настоящего устрашения ей не хватало габаритов Молли. Но, похоже, бедняге хватило и того, что имелось в наличии. Он всё пытался отвернуться от наседавшей на него девушки. — Мисс, там, у южной стены, несколько сундуков с дамским платьем. Если вы соблаговолите выбрать… — Да зачем мне ваши дурацкие платья?! — Вы предпочитаете мужскую одежду? Там есть и на этот случай. Только оденьтесь, Бога ради! — парень отчаянно краснел и ёрзал, рискуя порвать штаны на острых камнях. Он всё не оставлял попыток отодвинуться от разъярённой полураздетой пигалицы, которая с каждой гневной тирадой сокращала расстояние между ними. Профессору стало жаль парнишку, который спокойно мог справиться с сильным взрослым мужчиной, но пасовал перед хрупкой девушкой. — Мисс Грейнджер, я думаю, вам стоит прислушаться к словам местного жителя. И, сэр, если вы так добры, может, для меня тоже найдется там платье? Парень, наконец, пришел в себя и, оценив застиранную рубаху и обкорнанные подштанники Снейпа, улыбнулся. — Конечно, сэр. Там найдется платье для самого взыскательного джентльмена. Снейп легко поднялся и прошествовал к дальней стене пещеры. Грейнджер, сердито нахмурив брови, поплелась за ним. Прошло довольно много времени, прежде чем профессор был, наконец, удовлетворен выбранным нарядом. Камзол, который он надел, пришелся в пору и соответствовал привычным ему сюртукам темно-коричневым цветом и минимумом золотого шитья. Со штанами, бельём и рубашкой проблем не возникло — маг выбрал то, на чём меньше всего кружев. А вот сапоги не подошли ни одни — все были малы. — Мисс Грейнджер, хватит копаться! Не можете определиться в таком количестве тряпья? Глаза разбежались? — Если бы! Я ничего из этого надевать не буду! — Почему же? Мало кружев и драгоценностей? Или не соответствует последним веяниям моды? — Все эти дурацкие платья с убийственно длинными юбками и корсетами со шнуровкой на спине! И как я, по-вашему, должна сама себе её затягивать? — Тогда примите совет нашего гостя — наденьте штаны. — А вы отвернитесь! Сэ-эр! Снейп не просто отвернулся. Он пошел в том направлении, куда звало его магическое чутье. Там, у самой каменной стены стоял небольшой деревянный сундучок, окованный медными полосами. Крышка откинулась, стоило магу коснуться замка, и верхний ярус, плотно заставленный склянками с жидкостями и мазями, поднялся и выдвинулся, открывая мешочки и баночки, аккуратно уложенные на дне. К крышке зажимами были прикреплены блестящие стальные хирургические инструменты. Пальцы зельевара нежно касались зелий, по цвету и консистенции определяя, чем заполнен сундучок. — Профессор, вы уснули? — звонкий голос отразился от близкой стены и утонул в плеске воды. — Как вы думаете, мисс Грейнджер, что это такое? — маг даже не оглянулся, сидя на корточках над раскрытым сундучком и во все глаза уставившись на что-то, лежащее у него на ладони. Девушка поглядела на маленькую склянку в руке Снейпа. Сосуд явно выточен из горного хрусталя. Содержимое, насколько можно судить в мерцающем свете факелов, абсолютно прозрачно и по текучести похоже на пресную воду. — Не знаю, сэр. По внешнему виду — простая вода. Но простую воду не стали бы наливать во флакон из, — она взвесила на ладони пузырёк, — горного хрусталя. —Это универсальный антидот ко всем существующим ядам, и даже к тем, которые ещё не изобретены. — Такого антидота нет, вы же сами нас учили… — А еще, мисс Грейнджер, это заживляющее зелье для всех, даже смертельных ран. — Как? Но… — Это слёзы феникса. Слёзы феникса! Как знать, если бы капризная птичка Дамблдора пролила хоть пару слезинок на его руку, может, и не пришлось бы идти на то, что случилось летом девяносто седьмого. Они бы вывернулись так, что и Малфой-младший не пострадал, и директор был бы жив и с упоением продолжал плести свои интриги. И не поселилась бы в груди эта тяжесть, которая не даёт вздохнуть. Но Фоукс перестал даже приближаться к Дамблдору после того, как проклятое кольцо оказалось у того на пальце. Он больше не пел, а когда директор проходил рядом, отлетал подальше. Как будто ему было неприятно находиться близко к этому увечью. Хотя, скорее всего, дело было в проклятье, которое поселилось в теле старика и постепенно пожирало его. — Сэр, вы нашли себе платье по вкусу? — чуть охрипший тенор молодого мужчины оторвал Снейпа от горьких воспоминаний. — Да, спасибо. Прошу нас извинить, мы повели себя в высшей степени невежливо. Появились здесь незваными, воспользовались вашими вещами, тратим ваше время, и даже не представились, — профессор опустил флакон с драгоценной жидкостью в сундучок, аккуратно закрыл крышку и поднялся. — Я профессор Северус Снейп, химик и врач. А это моя ученица и подопечная, мисс Гермиона Грейнджер. Лохматое недоразумение даже не попыталась скрыть собственный шок, и лишь после тычка между лопаток вспомнила про хорошие манеры, соответствующие месту и времени. Книксен в её исполнении этим манерам не польстил. — Разрешите представиться, Уилл Тёрнер. — Вы актёр? — вякнула настырная девчонка. — Нет, кузнец, — почему-то смутился юноша. — Сэр, зачем нам кузнец? — в совершенной растерянности спросила ученица. И тут до Снейпа, наконец, стало доходить… Магглорождённая студентка решила, что они попали на съёмки так называемого реалити-шоу, и сейчас зыркает по углам в поисках скрытых камер. Нет, девочка, ты ошиблась. — Кузнец нам не нужен, но если я не ошибаюсь, сейчас у молодого человека другой род занятий. — Да, я помощник капитана. Временно без корабля, — на этих словах Снейп понимающе хмыкнул, — поэтому и здесь. Мистер Снейп, поймите меня правильно, времена нынче суровые, оставить вас здесь, после того, как вы проникли в тайну Исла-дэ-Муэрте , я всё равно не смогу, но и отпустить на все четыре стороны…, — парень немного замялся, но продолжил таким же ровным тоном. — Вы сказали, что вы врач. Как вы смотрите на то, что я вас найму судовым врачом на мой будущий корабль? Удача! Мало того, что не прирезали, так еще и работу предлагают, кормёжку и крышу над головой! — Положительно, мистер Тёрнер. Только с одним условием: моя подопечная будет на корабле со мной. Если же ваши правила запрещают появляться женщинам на борту, то, увы, я не смогу быть вам полезен. — О, никаких проблем! У нас очень часто женщины занимают разные должности в судовом расписании. Есть даже капитан и пара боцманов, но не в нашей команде. Если верить маггловской истории, женщины имели такой вес только на пиратских кораблях. Действительно, была там и Кровавая Мэри, и прочие одиозные личности. Да и это золото и тряпки явно обильно политы кровью, фигурально выражаясь. Только бы гриффиндорская выскочка не догадалась, что хозяин её штанов, скорее всего, закончил жизнь, упав за борт с перерезанным горлом. А то ведь начнёт очередную компанию в защиту домовых эльфов, то бишь несчастных жертв пиратов. А им сейчас с пиратами лучше дружить. Да и не очень-то похож этот юноша с манерами «золотого века» на прожжённого убийцу. Настоящий, не кинематографический пират прирезал бы его, не раздумывая, а с девчонкой, скорее всего, сначала позабавился, а потом свернул бы пигалице шею. — Мистер Тёрнер, я согласен. Только мы с моей подопечной оказались здесь в результате кораблекрушения, все наши вещи, в том числе и мои инструменты и лекарства, сгинули в морской пучине… — Ничего страшного, доктор! Здесь достаточно золота, чтобы на Тортуге вы могли купить себе все необходимое. — Я снова рискую показаться невежливым, но нельзя ли в счёт первого жалования мне забрать вот этот лекарский сундук. — Конечно, сэр. И всё же, я настаиваю, чтобы к нему вы взяли еще золота и одежды. Мой капитан не обеднеет, если поможет хорошему человеку и прелестной девушке, — этот, на редкость галантный пират-оружейник поклонился Грейнджер с таким изяществом, что у той явно дух захватило. На том и порешили. Профессор втайне от упрямой девчонки сложил в мешок и пару платьев, которые счел не слишком вызывающими и дорогими, а также несколько длинных батистовых сорочек. Их ткань так ласкала пальцы, что удержаться было невозможно. Особенно, когда в воображении мелькнула картинка, на которой хрупкая девушка с пышными рассыпавшимися по плечам волосами идёт к нему, а мягкая ткань колышется, обрисовывая стройное тело. Стоп! Это опять неправильные мысли. Но сорочки, всё же, Снейп в мешок засунул.