Selection

Разбудила меня скрипнувшая дверь. Ударил такой яркий свет, что пришлось прикрыть глаза ладонью. — Ваше высочество? — раздался чей-то голос. — Боже правый! Я нашел его! Он жив! Наше маленькое убежище внезапно заполнилось гвардейцами и слугами, и вокруг нас поднялась суматоха. — Ваше высочество, вы не успели спуститься в подвал? — спросил один из гвардейцев. — Нет. Офицер, который проводил нас сюда, должен был сообщить моим родителям, что я в безопасности. Я приказал отправляться прямиком к ним, — объяснил Чимин, пытаясь пригладить волосы. Если бы я не знала, что ему больно шевелиться, то никогда не догадалась бы об этом по его лицу. Тэхен. Только бы он был жив. Всю прошлую ночь я была так поглощена собственными переживаниями, что мне и в голову не пришло беспокоиться за него. Мы двинулись на выход. Чимин шел первым. — Все уже вышли. Мы пропустили несколько мелких убежищ и обходили все по второму кругу в надежде найти вас и леди Дженни. Чимин провел языком по губам, с трудом держа себя в руках. Вот и все. Настал прощальный момент. — Ты навсегда меня изменила. И я никогда тебя не забуду. Свободной рукой я погладила его по груди, поправляя пиджак. — Не тяни себя за ухо с кем-то другим. Это лишь мое. — Мне удалось выдавить улыбку. — И не только это. — Мне нужно идти. — Я сглотнула. Он кивнул. Потом поцеловал меня, всего один раз, в губы, и побежал по коридору. Я провожала его взглядом, пока он не скрылся из виду, и только потом направилась к себе в комнату. Каждый шаг по парадной лестнице превращался в пытку, как из-за того, что я оставила позади, так и из-за того, что ждало меня там, на втором этаже. А вдруг я позвоню в колокольчик, а Люси не придет? Или Мэри? Или Энн? А вдруг я больше никогда не увижу Тэхена? На втором этаже царил разгром. Оно по-прежнему было узнаваемо, самое прекрасное место на свете, даже в руинах. Но я не представляла себе, сколько нужно времени и денег, чтобы вернуть всему этому первозданный вид. Усилием воли взяла себя в руки, решительно завернула за угол и вошла в комнату. Заплаканные Мэри и Энн подметали с пола осколки разбитой балконной двери. Мэри остановилась и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. В углу Люси безутешно рыдала у Тэхена на груди. — Ш-ш-ш, — успокаивал он ее. — Ее отыщут, я уверен. Меня охватило такое облегчение, что я залилась слезами: — Вы целы. Вы все целы. Из Тэхена словно разом выпустили воздух, так резко обмякли его напряженные плечи. Тэхен кашлянул: — Девушки, с вашего позволения, мне надо переговорить с леди Дженни. Если она сегодня уезжает, необходимо принять некоторые меры безопасности. Не для того она выкарабкалась из этой передряги, чтобы теперь кто-то причинил ей зло. Энн, не могла бы ты раздобыть чистые полотенца и все прочее для ванны? Не подобает леди возвращаться домой в таком виде. Мэри, сообрази ей что-нибудь поесть. — Обе, как по команде, кивнули. — А тебе, Люси, наверное, не мешало бы отдохнуть. — Нет! — воскликнула та, распрямляясь. — Я в состоянии работать. — Вот и славно, — улыбнулся Тэ. — Люси, ступай в мастерскую и закончи с платьем. Мы тоже скоро придем. Леди Дженни, мне плевать, кто и что будет говорить. Вы поедете домой с шиком, — сказала Энн, под конец обращаясь уже ко мне. — Есть, мэм, — отозвалась я. Служанки вышли, закрыв за собой дверь. Тэ подошел ко мне, и я поднялась ему навстречу. — Я думал, ты погибла. — Не дождешься, — слабо улыбнулась я. Теперь, когда появилась возможность своими глазами увидеть, насколько серьезно положение, только и оставалось, что шутить, чтобы сохранить присутствие духа. Он преодолел разделявшее нас расстояние и погладил меня по волосам. — Значит, Чимин тебя исключил? — Не совсем. Это король отправляет меня домой. Даже если бы принц прямо сейчас сделал мне предложение, это ничего бы не изменило. Король против, так что я ухожу. — А-а, — произнес он. — Без тебя тут будет странно. — Знаю, — вздохнула я в ответ. — Я буду писать, — пообещал он быстро. — И могу посылать тебе деньги, если хочешь. У меня много. Мы можем пожениться сразу же, как вернусь. Я понимаю, до этого еще долго… — Тэхен! — Я не знала, как объяснить ему, что мое сердце разбито. — После отъезда я хочу, чтобы меня оставили в покое, понимаешь? Мне нужно отойти от всего этого. Он отступил, уязвленный: — Так что, мне не писать и не звонить? — Может, не сразу, — сказала я, пытаясь говорить небрежным тоном. — Просто мне хочется какое-то время побыть с родными и прийти в себя. После всего того, что я здесь пережила, я не могу… — Погоди, — сказал он, вскинув руку, и немного помолчал, испытующе вглядываясь в мое лицо. — Он до сих пор тебе нужен, — обвинительным тоном произнес он. — Я не держу зла на Чимина. И знаю, что все кончено, но сейчас чувствую себя примерно так же, как когда ты порвал со мной. — (Он обиженно засопел, запрокинув голову, как будто не верил собственным ушам.) — Серьезно. Когда ты тогда сказал, что между нами все кончено, я стала искать спасение в Отборе, потому что это давало мне какое-то время, чтобы справиться с чувствами к тебе. А потом ты появился тут, и все переменилось. Это ты изменил нашу жизнь, когда бросил меня в нашем домике на дереве, а теперь считаешь, что, если надавить на меня как следует, все опять будет как прежде. Так не бывает. Дай мне шанс выбрать тебя. Едва эти слова сорвались с моих губ, как я поняла, что в этом и есть корень проблемы. Я любила Тэхена так долго, что мы многие вещи принимали просто как данность. Но теперь все было по-иному. — А кого же еще ты можешь выбрать, если не меня? Разве не я твой единственный выбор? — спросил он с болью в голосе. — Вот именно! Неужели это тебя не волнует? Я не хочу, чтобы мы были вместе исключительно потому, что я не смогла быть с тем единственным, кроме тебя, кто был мне нужен, а ты больше ни на кого не смотрел? Ты действительно хочешь получить меня вот так, из-за безвыходности? — Мне все равно, каким именно образом я тебя получу, — ответил Тэхен горячо. Внезапно он бросился ко мне и, обхватив мое лицо ладонями, принялся исступленно целовать, пытаясь заставить меня вспомнить, чем был для меня когда-то. Я не смогла ответить на его поцелуи. Наконец он сдался и приподнял мой подбородок, пытаясь заглянуть мне в глаза. — Дженни, что происходит? — У меня сердце рвется на куски, вот что! Мой мир рушится, ты единственное, что у меня осталось, но ты любишь меня не настолько сильно, чтобы дать мне дышать. Я расплакалась, и Тэхен наконец овладел собой. — Прости, — прошептал он. — Но я раз за разом думаю, что потерял тебя, а моя инстинктивная реакция — бороться за тебя. Понятия не имею, что еще делать. Я уткнулась взглядом в пол, пытаясь взять себя в руки. — Не волнуйся, я могу ждать, — пообещал он. — Когда будешь готова, напиши. Я достаточно сильно люблю тебя, чтобы дать тебе дышать. Мы обнялись, но на этот раз все было по-иному. Долгое время я была совершенно уверена, что Тэхен будет в моей жизни всегда, и впервые задумалась о том, что это может быть не так. — Спасибо, — прошептала я. — Береги себя. Не геройствуй без нужды. Он отступил назад и кивнул в ответ, но не произнес ни слова. Потом все так же молча поцеловал меня в лоб и вышел. Я долго стояла, не понимая, куда себя деть, пока не пришли служанки, чтобы в последний раз привести меня в порядок.

***

Я расправила платье. — Не слишком ли оно роскошное для такого случая? — Вовсе нет! — возразила Мэри. День был в самом разгаре, а они нарядили меня в вечернее платье — пурпурное и очень торжественное. Через руку я перебросила пелерину с капюшоном, чтобы не замерзнуть после приземления. Высокий воротник был призван защитить шею от ветра, а волосы служанки уложили в такую элегантную прическу, что я была совершенно уверена: никогда еще за все время моего пребывания во дворце я не выглядела так великолепно. — Нет смысла затягивать. Долгие проводы — лишние слезы. Я просто хочу, чтобы вы знали, как сильно я благодарна вам за все, что вы для меня делали. Не только за то, что заботились о моем внешнем виде, но и за то, что проводили со мной время и болели за меня душой. Я никогда вас не забуду. — Мы тоже всегда будем помнить вас, мисс, — пообещала Энн. Я кивнула и принялась обмахивать ладонью лицо. — Все, все, для одного дня слез уже и так было достаточно. Не могли бы вы сказать водителю, что я уже скоро? Я буду через минуту. — Конечно, мисс. — Если мы обнимемся на прощание, это все равно будет нарушение этикета? — нерешительно спросила Мэри, переводя взгляд с меня на Энн. — Кому какая разница? — отозвалась та, и все трое в последний раз сгрудились вокруг меня. — Берегите себя. — И вы тоже, мисс, — сказала Мэри. — Вы всегда были настоящей леди, — добавила Энн. Они отступили, но Люси продолжала меня обнимать. — Спасибо вам, — выдохнула она, и я увидела, что девушка плачет. — Я буду очень скучать. — И я тоже. Она отпустила меня. Девушки подошли к двери и остановились. Потом сделали прощальный книксен, а я помахала им. Сколько раз в последнее время мне хотелось уехать? Теперь, когда до отъезда оставались считанные секунды, он страшил меня. Я вышла на балкон и остановилась у перил, глядя вниз, на сад. Я нашла скамейку, ту самую, на которой мы познакомились с Чимином. Не знаю почему, но я безотчетно ожидала увидеть его там. Но принца там не было. Видимо, у него нашлись дела поважнее, чем рассиживаться и думать обо мне. Я коснулась браслета на запястье. Впрочем, он все-таки будет обо мне вспоминать время от времени. Эта мысль меня утешила. Ведь все это было наяву. Я вернулась в комнату, заперла балкон и вышла в коридор. Шла медленно, пытаясь запечатлеть в памяти красоту дворца, пусть даже ее немного портили разбитые зеркала и расколотые рамы. Мне вспомнилось, как я спускалась по этой лестнице в самый первый день, растерянная и восхищенная одновременно. Тогда нас здесь было так много. Очутившись перед дверями, чуть помедлила. Я настолько привыкла находиться под защитой этих массивных деревянных створок, что покинуть их казалось чем-то неправильным. Я сделала глубокий вдох и собралась открыть дверь. — Дженни! Я обернулась. В дальнем конце коридора стоял Чимин. — Привет, — произнесла я беспомощно. Я не ожидала увидеть его снова. Он быстро подошел ко мне: — Ты выглядишь сногсшибательно! — Спасибо. Я погладила ткань платья. Мы молча стояли, глядя друг на друга. Наверное, он просто решил воспользоваться последней возможностью меня увидеть. Чимин вдруг кашлянул, вспомнив о своей цели: — Я поговорил с отцом. — Да? — Да. Он был рад, что я жив. Как ты можешь догадаться, продолжить королевский род для него очень важно. Я объяснил, что едва не погиб из-за его несдержанности, и сказал, что отыскал убежище только благодаря тебе. — Но я не… — В курсе. А вот его об этом информировать не обязательно. — (Я улыбнулась.) — Потом сообщил ему, что серьезно поговорил с тобой о твоем поведении. Опять- таки ему необязательно знать, что это неправда, но ты могла бы сделать вид, как будто это так, если бы захотела. Я не очень понимала, зачем мне делать вид, как будто что-то такое произошло, если я буду находиться на другом конце страны, но кивнула. — С учетом того, что я, как он думает, обязан тебе жизнью, он согласился, что мое желание оставить тебя во дворце не лишено оснований, при условии что ты будешь вести себя идеально и научишься не высовываться. Я смотрела на него во все глаза, не в силах поверить, что не ослышалась. Чимин взял меня за руку: — Ты останешься здесь и продолжишь участие в состязании, но теперь все изменится. Отец, скорее всего, будет суров с тобой и пойдет на все, чтобы заставить тебя отступиться. Думаю, с ним можно бороться, но на это уйдет какое-то время. Теперь ты знаешь, насколько он может оказаться безжалостным. Ты должна быть к этому готова. — Думаю, это мне по силам, — кивнула я. — Это еще не все. — Чимин принялся разглядывать ковер, пытаясь привести в порядок мысли. — Дженни, мое сердце принадлежало тебе с самого начала. Ты уже должна была это понять. Когда он посмотрел на меня, я увидела это в каждом его движении и почувствовала каждой своей клеточкой. — Понимаю. — А вот мое доверие — это совсем другой вопрос. — Что? — Я была ошеломлена. — Я открыл тебе столько своих секретов, защищал тебя всеми доступными мне способами. Но стоит мне только чем-то вызвать твое неудовольствие, как ты начинаешь рубить сплеча. Ты отгораживаешься, обвиняешь меня во всех смертных грехах, а то и бросаешься менять все государственное устройство. Ох. Это был чувствительный удар. — Я должен быть уверен, что могу положиться на тебя. Уверен, что ты сможешь хранить мои тайны, доверять моему суждению и ничего от меня не утаивать. Мне нужно, чтобы ты была абсолютно со мной честна и прекратила подвергать сомнению каждое решение, которое я принимаю. Мне нужно, чтобы ты верила в меня. Его слова причиняли боль, но это была правда. Что я сделала такого, чтобы он мне больше доверял? Все вокруг пытались добиться от него если не одного, так другого. Почему я просто не могла быть с ним рядом? — Я верю в тебя. — Пальцы нервно сплетались, пока я подбирала подходящие слова. — И надеюсь, что ты видишь, как сильно я хочу быть с тобой. Но ты тоже мог бы быть со мной более честным. — Наверное, — кивнул он. — И я хотел бы много о чем тебе рассказать, но я знаю такие вещи, о которых не стоит рассказывать, если существует хотя бы ничтожная вероятность, что ты не сможешь сохранить их в тайне. Я должен быть уверен, что тебе это под силу. И мне необходимо, чтобы ты была совершенно откровенна со мной. Я хотела уже ответить, но не успела. — Чимин, вот ты где! — воскликнула показавшаяся из-за угла Сон. — Я забыла тебя спросить, наша договоренность насчет сегодняшнего ужина остается в силе? — Разумеется, — ответил Чимин, по-прежнему глядя мне в глаза. — Мы поужинаем у тебя в комнате. — Чудесно! Это меня задело. — Дженни? Ты что, в самом деле уезжаешь? — спросила она, подходя к нам. В ее глазах затеплилась искорка надежды. Я взглянула на Чимина; выражение его лица, казалось, говорило: «Вот видишь, именно об этом мы с тобой и рассуждали. Ты должна принять последствия своих действий и дать мне возможность сделать мой собственный выбор». — Нет, Сон. Не сегодня. — Хорошо. — Она со вздохом обняла меня. Интересно, какая часть этого объятия была призвана произвести впечатление на Чимина? Впрочем, это не имело значения. Сон — моя главная соперница, но в то же время и самая близкая подруга среди оставшихся девушек. — Я очень беспокоилась за тебя. Рада, что ты жива и здорова. — Спасибо. На мое счастье… — Я чуть было не ляпнула, что, на мое счастье, пережидала нападение в убежище не одна, а в компании Чимина, но хвастовство вполне могло разрушить то хрупкое доверие, которое мне удалось возродить за последний десяток секунд. Я кашлянула. — На мое счастье, гвардейцы подоспели вовремя. — Слава богу. Ладно, еще увидимся. — Она обернулась к Чимину. — До вечера. Сон вприпрыжку побежала по коридору. Никогда еще я не видела ее в таком легкомысленном настроении. Наверное, если бы парень, которого я любила, поставил меня выше своей бывшей фаворитки, я бы тоже прыгала до потолка. — Знаю, что тебе это не нравится, но она мне нужна. Если ты меня подведешь, Сон — моя единственная надежда. — Это неважно, — пожала плечами я. — Я тебя не подведу. Потом чмокнула его в щеку и, не оглядываясь, побежала по лестнице. Еще несколько часов назад я считала, что потеряла Чимина навсегда. Теперь же, когда стало очевидно, насколько он мне дорог, я намерена была бороться за него до конца. Остальные девушки понятия не имели, что их ждет. Я летела по ступеням парадной лестницы, чувствуя себя окрыленной. Наверное, мне следовало бы тревожиться о предстоящем испытании, но я могла думать лишь о том, как я в итоге его преодолею.