Сон длинною в жизнь (2.0)

– Эй, девушка, это машинное отделение! Посторонним вход запрещён. Каюты для Слизней на палубу выше! – меня окликнул недовольный мужской голос. Пришлось обернуться, чтобы увидеть, кто так ласково величает мой факультет. Это оказался юноша в белой униформе команды корабля. – Простите, я здесь не так давно. – всё же решила не портить отношения с персоналом, чтобы случайно не вывалиться за борт где-нибудь в районе кормёжки гриндилоу. – Я ищу каюту отсека D.       Загорелый парень окинул меня снисходительным взглядом и более вежливо улыбнулся, но в не очень освещённом узком коридорчике его миловидные черты лица приобрели более опасный оттенок: – Как я говорил ранее, Змейкам на палубу выше. – как-то резко я за секунду от «слизня» эволюционировала в «змейку», – Какая у тебя каюта? Я провожу. – Двадцать один. – всё же ответила я после недолгой паузы и последовала за ним.       По пути больше времени говорил он, вдаваясь в подробности расположения мест на теплоходе под названием «Околдованный Странник», я не сильно вдавалась в детали беседы, изредка отмечая нужные факты по типу что в чётных комнатах живут мальчики, а в нечётных девочки и лучше их не путать, но моего провожающего это не смущало. Когда мы довольно быстро вышли в светлый коридор с множеством дверей друг напротив друга, где единственным декором служил видавший жизнь длинный алый палас, он остановился рядом с нужной каютой. – Тебе сюда. – моряк указал рукой на дверь. При хорошем освещении мне удалось разглядеть его открытые коричнево-зелёные глаза, обрамлённые пышными и густыми чёрными ресницами. Парням противопоказано обладать такими ресницами, ведь в противном случаи, большинство наших модниц из иллюминаторов повыпрыгивают от зависти. Но в противовес этой мелочи, он выглядит довольно взросло и мужественно, даже не благодаря форме моряка, а из-за склада черт лица. Мне всегда как-то неудобно рядом с симпатичными людьми, и я попыталась закончить наше общение. – Чтож спасибо, что не дал пропасть меж промасленных запчастей. – натянутая попытка изобразить дружелюбие. – Это моя работа. Кстати, я – Майк, матрос. Противоположная дверь как-то слишком громко хлопнула, но мне было не до неё. – Джульетта из орды Слизней. – ядовито улыбнулась. Держать сарказм при себе не удалось, если у него симпатичная мордашка — это не значит, что к нему будет какое-то особое отношение, если правило работает применимо к Малфою, то и ко всем остальным тоже. – Не обижайся. Я не со зла, просто были инциденты, когда некоторые нарочно хотели испортить работу судна! – он улыбнулся, и я почти поверила в его искренность. Почти. – Всякое бывает. Удачи тебе с этим. – поспешно юркнула в каюту.       В комнате было не так много места, как в спальнях зелёного дома. Две простенькие двухъярусные кровати, между ними, у круглого окошка, пластмассовый столик прикрученный к стене, который уже захламили баночками-тюбиками-бутылочками и прочей мелочёвкой. У противоположной стены, рядом с выходом впихнули небольшой шкаф-купе, предвещая события, он тож захламлён дружной женской армией, хотя мы с Моник уложились в один небольшой походный рюкзак даже без искривления пространства. Мери скакала по небольшому свободному пространству, громко чихая и ругаясь: – Как ж она меня одолела! Тупая ответка на потерянную туфлю! – Ваше перемирие длилось недолго. – усмехнулась я, залезая на единственную свободную верхнюю кровать. Не сразу заметила Моник, расположившуюся, на другой верхней койке. Загорелое лицо приобрело оттенок муки, а глаза смотрели как-то безжизненно в район мутного плафона потолочной лампы. Я решила обождать с расспросами, пока внизу буянит соседка по комнате. – Как эт стерва только узнала про аллергию на перья?! – А можно с самого начала? Для непосвящённых. – ворвалась в её монолог своей репликой. – Да всё проще простого! Мы с тобой профукали её туфлю новую, а она на мне отыгрывается! Ты тож опасайся, знать тебе она месть креативнее придумала, раз медлит. А для меня разбросала птичьи перья по всей каюте, – девушка кинула мне целый пакет белых и светло-зелёных диковинных перьев. С первого взгляда обычные, только некоторые длинной с мою волшебную палочку. – Это какие-то декоративные перья. Представь каких размеров птица должна быть. Я вытащила самое большое перо и свою палочку. Частица облачения пернатого создания не слишком короче. – Убери! Да, плевать каких она размеров! Пэнси — курица оч больших масштабов! – голос соседки повысился на октаву. – Здесь проветрить-то нельзя. Главное, как вовремя смылась! Прикрылась свиданкой и свалила! – Свиданкой? В половину пятого вечера? – скептически уточнила я, ведь скоро ужин, а потом танцы, нашей самопровозглашённой разве готовиться не надо? – Да, мажорика своего выгуливает. – голос её пришёл в обычное состояние. Это не являлось причиной её гнева, да и ей было всё равно на чужую личную жизнь, даже если это касалось таких хороших поводов для сплетен, как Малфой. – Ничего! Вот попадётся мне, всю душу вытрясу! Я лишь сочувственно глянула на Моник, которую, судя по всему, укачивает даже при несильных волнах. – Сходи, умойся, тебе будет полегче, можешь прогуляться до каюты первой помощи и попросить какую-нибудь микстурку, главное Змеяркинсон пока не линчуй. Даже стало интересно, что она подготовила для меня.       Свон глубоко вдохнула, звонко чихнула, чертыхнулась и резво вскочила из каюты. Убедившись, что нас никто не слышит, обратилась к Айрес, или её безжизненному останку: – Укачивает? – Не совсем, но скоро должно пройти. – как мантру повторила рыжая, обращая на меня внимание и слабо улыбаясь. – Волнуешься на счёт ОМГ? – Конечно, посмотри ещё раз не предвзятым взглядом. – она довольно резко села, стукнулась головой о низкий потолок. – Чёрт! – затем вытащила из нашего рюкзака тубус.       На листе формата А3 был портрет учительницы ЗОТИ, это, конечно, не полное сходство, но довольно завидное мастерство работы с масляными красками, изображение молодой женщины, в руках она держит увесистый букет оранжевых цветов чем-то напоминающий слияние ромашки и подсолнуха, очень легкомысленных на мой взгляд, но они хорошо гармонируют с задником из размытых очертаний кромки солнечного парка и не отвлекают от приятного лица, хотя здесь мисс Грин более добрая и улыбчивая, с другой стороны кто знает какая она вне учебного процесса. – Мне нравиться, правда, но сами цветы странные, как я уже говорила. – Это её любимые герберы. Я подумала, что с настоящими цветами будет перебор, да и где бы я их в замке нашла? – Мудрая мысль. Но соц.опрос ты устроила ей знатный: любимое кино, книга, еда, цветы… А она спрашивала что-нибудь о тебе? – любопытство взяло верх. Я не верю в любовь с первого взгляда, но Моник удалось разглядеть родственную душу, а может нашла способ переключить свои мысли от семейных проблем, даже если и так, мне оставалось только удивляться, как быстро они нашли общий язык. – Конечно! Это не был допрос с пристрастием, как ты подумала! – скривилась подруга, – А простая беседа на дружеских началах. – Мне кажется, что она оценит и твой талант, и твоё старание, так что всё будет в лучшем виде. – Ты правда так считаешь? – спросила она, убирая работу в тайник. – Я в это верю.       Девушка смущённо улыбнулась, кажется на минуту мне удалось рассеять её тревоги, я почти не кривила душой, но точной реакции предсказать не могла, даже имея «Превосходно» по Прорицанию. – Знаешь, что больше меня напрягает? – Рыжий гад? – Нет! Хотя этот кусок навоза тоже диверсию готовит! – подруга резко обозлилась. – Что случилось? – Мне удалось заглянуть краем глаза в его каморку, и там растут самые редкие неоновые герберы! Целая кадка! Что это если не диверсия? Я помню, он припёрся в аудиторию, когда мы про цветы говорили! Подслушал мерзавец! – Да-а это серьёзно! – усмехнулась я. – Но больше меня интересует, почему ты одна из немногих, кто знает о моём хобби и не просила меня нарисовать твой портрет. Думаешь, я бы не справилась? – Глупости! Думаю, при желании ты бы нарисовала меня не хуже оригинала уж точно, просто… – я пыталась найти причину почему не попросила, но даже на несколько секунд растерялась, так и не найдя ответа – не знаю. В голову не пришло. Я в зеркало-то на себя редко смотрю.       Реплику Моник прервала Змеяркинсон, по-хозяйски вошедшая в каюту и расположившаяся на кровати прямо под моей. Подруга укуталась в серое покрывало и странным клубочком отвернулась к стенке. В следующую минуту ворвалась Мери, начиная обрушивая претензии на самую нелюбимую соседку: – Ты – собака сутулая!..       И понеслась череда взаимных оскорблений. Что странно, Пэнси ни в какую не хотела сознаваться, делая уклон в оскорблениях на умственные способности оппонентки, а не на изъян в здоровье. Вмешиваться в спор воинствующих волшебниц дело гиблое, я незаметно переоделась в менее жаркий лазурный сарафан, сбрасывая серую футболку и чёрные штаны, спрыгнула со своей лежанки и вышла.       Верхняя палуба готовилась к вечеринке, кто-то настраивал подсветку, кто-то переносил ящики с помощью магии, никому до меня особого дела не было, я решила прогуляться до носа корабля. Волны чуть подбрасывали судно, ветер постепенно крепчал. Облокотившись о борт, прикрыла глаза наслаждаясь дикой природой. Ненавязчивые звуки уносили неприятную тяжесть ссоры соседок по комнате, кажется я уже перенеслась в около медитационное состояние покоя, как кто-то похлопал меня по плечу. Сразу же открыв глаза, резко отскочила в сторону. – Это всего лишь я — Майк, помнишь? – Кажется, – проворчала себе под нос. – Прости, напугал, подумал, что тебе одиноко, а у меня как раз перерыв. – он растеряно улыбнулся, Майк выглядел вымотанным. – Это моё перманентное состояние. – я вздохнула, настраиваясь на дальнейший диалог. – Тяжёлый рабочий день? – Я привык уже, около года здесь работаю. Что-то проверить, что-то отремонтировать. Так по мелочи, помогал звуковику. – на его лицо залегла тень зародившейся мысли, – Ты же в курсе про сегодняшний вечер? Конечно, в курсе уже принарядилась. Тебе идёт, кстати. – Спасибо, но это не принарядилась! – я задумчиво нахмурилась, пытаясь не принимать его вежливость за что-то большее и одновременно вспоминая, достаточно ли высокие кеды, чтобы закрыть шрам, – обычная одежда. – пожала плечами, – На сегодня планы эксклюзивные — почитать в тишине. Соседки по каюте разбушевались и не дали мне такой возможности днём. – Понимаю, – усмехнулся парень, – у меня три младшие сестры. Но, я б на твоём месте не стал пропускать подобное мероприятие. Я смены так подобрал, чтобы вечером отдохнуть. Может, всё же свидимся на вечеринке? – Всё возможно. – не стала давать точного ответа на его вопрос. С другой стороны, на почитать вся ночь впереди, может, мне удастся посмотреть на взаимодействия Моник и ОМГ, либо ещё какой информации о ком-нибудь почерпнуть. Компромат сам не копится. – Ужин скоро начнётся, стоит идти в обеденную. – Да, без проблем. – мы шли молча, однако мне пришлось сосредоточиться на юбке, которая предательски чересчур лихо развевалась на ветру.

*****

      Мне не сразу удалось удрать от Мери и двух её подруг Кэрол и Анастейши, которые вызвались сделать, то есть "нанести", мне макияж в женском туалете. Я отделалась немалой кровью: тушь, тени, коралловая помада и прочая лабуда, но у южных женщин язык подвешен и ловкие руки. Теперь мы шли по коридору в меру нарядные, я была рада, что на причёску времени не осталось и мой внешний вид с горем по полам, если очень сильно захотеть, можно назвать непринуждённым. Моих спутниц прельщало ни сколько мужское внимание на вечеринке, а сам факт весёлого времяпрепровождения в компании боевых подруг под музыку, видимо меня это подкупило.       Перед самым выходом на палубу встретили Моник, её тоже Купидон завербовал в свои ряды обольстительниц. Волосы стильно уложены, на лице вечерний вариант боевой раскраски, подчёркивающий достоинства и скрывающий недостатки. Одета в новые летние штаны цвета хаки и белую лёгкую блузку. – О, Свон, ты всё-таки вылепила из неё лебедя, как и собиралась! – весело засмеялась Айрес, поправляя тубус на плече.       Я смерила её скептическим взглядом, но прокомментировать её каламбур не успела, девушки втолкнули меня на украшенную палубу. Пол изредка опасливо подрагивал от качки, а свет от фонариков плавно переливался, народ уже собрался, разглядывая друг друга и начиная двигаться в такт громкой музыке. Одни осыпали всех комплиментами, другие ехидными подколами, либо завистливыми взглядами. Типичное сборище, точно такое же, как и в Портленде. Я подняла взгляд на небо, но ни одной звезды не обнаружила, то ли из-за приглушённого света, то ли из-за малых скоплений облаков.       Потихоньку улучив момент, я отделилась от женской группки и снова прилипла к бортику, нахлынувшие воспоминания о доме застали меня врасплох. К тому же, при такой качке у меня был отличный предлог не демонстрировать окружающим своё абсолютное профанство в танцах. Даже под современную музыку, где не нужно было выкручивать сложные па, я чувствовала себя полной неуклюжицей, а портить налаживающуюся репутацию не хотелось.       Так же как и я, к борту прилипли уже знакомые личности - Ник и тот чувак из Когтеврана. Я поймала их взгляды и помахала рукой, они дружно двинулись ко мне. – Привет, мальчишки! – вежливо поздоровалась я, рассматривая каждого.       Эрик облачился в нелепую красную рубаху на выпуск и выглядел нарядно, но неопрятно, как молодой воробушек, что хочет отрастить взрослое оперение и застрявший на пол пути. Парень коротко кивнул, не издавая слов, и вечно оглядываясь. Странно, но сегодня он меня не раздражал, видимо, потому что молчал.       Ник был более нарядный, даже надел синюю бабочку, становясь похожим на шпиона под прикрытием, очевидно, что ему неуютно в шумной толпе танцующих, справившись с волнением, тот начал беседу: – Привет, Джульетта. Ты прекрасно выглядишь. – интересно, это так лампочки над нашими головами мерцают, или он действительно смутился до краски на лице? – Спасибо... – я попыталась проглотить свою неловкость, но она застряла комом в горле. – Ты тоже сегодня хорош собой. Повисла осязаемая пауза, я отвела взгляд в сторону так как на меня тоже не смотрели. – Ладно, народ, не скучайте, я пошёл! – Эрик вместо попыток разрядить обстановку, высмотрел несколько девушек, в их число входила Мери с подружками. – Надеюсь, сегодня завести пару новых знакомств! - он подмигнул незнакомке, которая обратила на него внимание, и быстрым шагом направился к ним. – Зря времени не теряет! – усмехнулась я, поражаясь его коммуникабельности и одновременно проклиная. – Да, он общительный. – неловко подтвердил Ник.       Прошло не так много времени с нашего знакомства, но мне удалось незаметно понаблюдать за ними со стороны. Эрик - непосредственный, несерьёзный и экстраверт до мозга костей, а Ник полная его противоположность. Не знаю предысторию их дружбы, но ни смотря на все различия они умудряются как-то ладить. Николас может урезонить разбуянившегося приятеля, а Эрик внести некоторых красок в повседневность товарища. – Как его только на Когтевран занесло? – поразилась я. – Он на самом деле во многом разбирается, но не благодаря упорным занятиям и зубрению, это заслуга фотографической памяти и чрезмерному любопытству. Геология у него на первом месте, хотя и в Ботанике мог бы преуспеть, если бы пытался быть аккуратным. – А я хочу отказаться от курса Травологии. – Да? В чём причина? – парень наконец поднял на меня глаза, но стоять рядом с ним было неловко, словно я съела жабу и ожидаю, когда она начнёт трепыхаться внутри, перевариваясь в желудочном соке. – Банальная скука. Копаться в земле явно не моё. – Тогда садись со мной на Травологии, будет всяко интересно, а то соревнования с Долгопупсом приелись да и, кажется, что в желании стать лучшим, иногда забывается то, что было и остаётся важно изначально — умение любить и уважать свой труд и увлечение... хотя в этом и нет ни капли амбициозности. – он, словно извиняясь посмотрел в мои глаза, впервые со дня знакомства. Кажется, я уловила ход его мысли и это заставило задуматься. – Я тебя понимаю, – прочистила горло. Почему-то, когда он перестал из себя по капле слова вытаскивать, разговор пошёл легче. – Спасибо, за предложение, – теперь я улыбалась искренне, – значит на следующий урок подсаживаюсь к тебе.       Парень тоже подхватил мою улыбку, пока на горизонте не объявился Майк в пляжных шортах в пальму и лёгкой сиреневой рубахе и решил без приглашения быстро к нам присоединиться. На фоне Калверта матрос казался ещё старше, сколько ему лет? Явно за восемнадцать. Теперь они меня окружили. – Ещё раз привет, Джульетта. Кто твой спутник? – он впечатал свой скептический взгляд в Ника, который попытался изобразить серьёзность, но вышло неубедительно. – Это — Ник, у нас есть общие занятия в Хогвартсе. А это — Майк, матрос на этом корабле. Я представила парней друг другу. – Смотрю, ты всё же выбрала компанию людей, а не пылесборников. – Майк решил игнорировать присутствие Ника. – Да, планы на книжку переносятся. – я поджала губы, кожей ощущая возникшее напряжение. – Что за книжка? – поинтересовался Ник. – Хотела добить первую книгу про Геральта. – Кто автор? – Что за жанр? Донеслось с двух сторон почти одновременно. Ой, всё это не к добру.

*****

– Я думаю, что мы найдём общий язык, новая соседка по парте. – Хорошо, что ты ко мне прислушалась и пришла на вечеринку.       Мне становилось странно находиться меж двух огней, этот очаг конфликта разгорался из ничего. И почему все мальчишки такие азартные, даже если речь заходит о девчонках, которые им не могут нравиться по объективным причинам? Единственный вариант затушить огонь — был резко урезонить их, но они оба обидятся, да и не поступают так с людьми, которые ничего плохого, кроме выноса моего мозга, пока не натворили, а дожидаться этого ой как не хочется. Тем временем качка усиливалась. План побега нужно продумывать тщательнее, что бы не сконфузиться. Затем последовала другая подстава, диджей прервал музыку: – А сейчас, дамы, наберите храбрости в изящные кулачки, потому что это — белый танец. Заиграла лёгкая мелодия и я узнала эту песню. Она идёт дольше четырёх минут! Аккуратно осматривая местность, я увидела примерно одинаковую выжидающую реакцию с обеих сторон.       Я НЕ ХОЧУ НИ С КЕМ ТАНЦЕВАТЬ! Да твою мышь! Катитесь к дьяволу.       Перевела взгляд на вошкающуюся толпу, делая вид, что пропустила мимо ушей ясную реплику ведущего. Хочу слиться с пейзажем, исчезнуть в ночи, точь в точь Мэйвис. И как вишенка на торте из подстав, встретилась глазами с Малфоем, который не удосужился принарядиться, либо считал, что выглядит неотразимо на постоянной основе и не захотел утруждаться лишними хлопотами.       Парень смотрел на меня, как баран на новые ворота, если бы у него в придачу карикатурно отвалилась челюсть, я бы приделала ему её обратно, а потом сломала снова, но посредством кулака. Видимо, правильно оценив ситуацию, он в два шага добрался до нашей троицы и с лёгкостью заявил: – Я помню, что этот танец ты обещала мне, как и все последующие. – окинул презрительным взглядом оставшихся, крепко сжал моё запястье и утянул в гущу танцующих.       Мне даже было нечего возразить, потому что никак не могла прийти в себя, и одновременно не хотела спровоцировать конфликт. Мы слишком быстро очутились на другой стороне танцплощадки, где не так много людей. – Ладно, спасибо, что сориентировался. – я попыталась высвободить руку, но не получилось. – Ты обещала мне танец. – самоуверенно повторил он, переплетая наши пальцы. – Это когда? – моё остроумие резко пересохло, а связь с рукой куда-то пропала. – Когда я вытащил тебя из когтей этих дилетантов! – он излучал самодовольство хлеще, чем горит любая лампочка в 100 Вт. – И теперь я в твоих "профессиональных" когтях. – закатила глаза. Он попытался изобразить танцевальную стойку, но я честно призналась, чтобы отстал: – Я не умею танцевать. – Так даже проще. – его это не смутило, староста закинул мои руки на свои плечи, а сам крепко прижал меня к себе за талию. Мы начали медленно переступать с ноги на ногу, постепенно кружась. – Видимо, ты тоже не ахти какой танцор, я слышала, как хрустнуло моё ребро. – съязвила, когда возобновила дыхание.       Он лишь криво улыбнулся. Поскольку взгляд я не решалась поднять выше его губ, изучала взглядом их. Тонкие, чуть розовые и слишком довольные. Я вся напряглась и выпрямилась как струна. Было трудно соображать внятно, кажется гирлянда над головой замигала активнее, взгляд на толпе было сфокусировать сложно, даже не знаю пялятся на нас или нет, но одну пару глаз я уловила чётко, у стены, рядом со входом в обеденную, примостился мистер Эндергорд, он странно глядел на нас пару секунд, пока кто-то не отвлёк его. – Ты лучше держись крепче, если волна пойдёт...       Не успел он закончить фразу, как палуба резко качнулась, благо я увернулась от столкновения с чужим лицом и случайно провела носом по его шее, чувствуя чужое секундное замешательство, действительно пришлось крепче держаться и наш танец совсем перестал подходить для школьной вечеринки, но поделать что-то с этим невозможно. Парень хорошо пахнет, одеколон вперемешку с человеческим запахом. Танцевать было даже приятно и довольно просто, не то что схватка со смущением, я хотела перестать напрягаться хоть на минутку. В какой-то момент мне казалось, что мы затерялись в ночи. Только вдвоём. Почувствовала его губы чуть ниже моего уха. Меня как молнией шибануло, резко упёрлась в его плечи максимально отодвигаясь и глядя ему в лицо: – Что на тебя нашло? – Ничего. – кажется, Малфой не понимает, что происходит. Он стал каким-то другим, не могу идентифицировать, но другим. – Ты только сегодня днём гулял с Пэнси. – жёстко напомнила я. – Что за бред? – он медлил, придумывая враньё, – Я весь день спал, как убитый! – как-то совсем неубедительно, ожидала большего. – Она моя соседка по комнате, я всё знаю. – теперь мне хотелось разоблачения. Ему не удастся играть мной. – Говорю же спал! – упрямился парень, – Причём тут вообще Пэнс? Я просто хотел тебе помочь, вот и всё. – теперь я сама запуталась, где он хочет схитрить, кажется, он поверил в собственную ложь. – Это не похоже на "помощь"! – кажется, разучилась говорить от возмущения. – Против тех 2-х кретинов, что к тебе весь день клинья подбивают, ты ничего не имела. Один до каюты провожает, – Откуда ты?... – он сжимает мои плечи до боли, которую трудно терпеть. – Другой весь день стратегии дурацкие придумывает на пару с каким-то извращенцем. – лицо Малфоя ожесточилось, я смотрела, как бледный оттенок льда его глаз постепенно становиться мутным, затем чёрным, сливаясь с расширенными зрачками, – Я самый хреновый вариант, да Сильвертон?! – кажется, что не заметил, как повысил голос. Огляделась в поисках поддержки, может учитель вмешается, но на нас глазели лишь заинтересованные зрители. Резко дёрнулась сбегая из тисков: – Что с тобой? Ты не в себе! – перед глазами всё мелькало от ярких лампочек, голова кружилась, на языке появился привкус железа, посыпанного искорками. Так ощущается магия, – Что с глазами?... – Всё со мной в порядке! Это ты невесть что творишь. Я думал, ты другая.       Парень резко развернулся, в ответ лишь могла смотреть, как стремительно он уделяется. Я же, теряясь среди недоумевающих взглядов, скрылась за первым же поворотом. Несколько минут тупила в чёрную водную гладь, постепенно, как спадал накал волн, приходила в себя, пока перед глазами проигрывались недавние события. Плечи болели, проведя бесхитростный осмотр, выявила округлые красноватые пятна — отпечатки его лап, постепенно приобретающие очертания классических синяков. Ну и хватка у него! Не могло же его выбесить чересчур активное внимание посторонних ко мне? «Я думал, ты другая». Чертовщина какая-то! Может он пьян? У всего этого должно быть логическое объяснение. Сбилась со счёту сколько времени так простояла, кажется, начала даже замерзать, однако в какой-то момент меня окликнули: – Так и знал, что ты придёшь сюда. – этот человек уже находил меня здесь в порыве душевного смятения, видимо, я повторяюсь.       Говорить не хотелось, так устала. Хотелось спать или съесть ведро мороженого дабы заглушить горечь обиды. Я такая глупая! Поддалась на дешёвую уловку и чуть не стала очередной галочкой в списке этого негодяя. Я тут тупею. Потребность в самосохранении исчезла. А что случилось с его глазами? Это ненормально! – Чего молчишь? – Жизнь — кал, люди — остальные анализы. И прочая депрессивная чушь, над которой я всегда потешалась. – Он настолько ревнивый? – Да, нет. – фыркнула. С чего бы Малфою меня ревновать? Говорю же чушь! – Это сейчас все будто с ума сбрендили. Только меня должна бесить эта странная погоня за моим вниманием. – Пойдём. – видимо, он что-то для себя решил. – Куда? – Всё позже.       У меня был выбор: мёрзнуть здесь и жалеть себя, чего я не перевариваю на дух, либо узнать, что он придумал. Нехотя, но всё же пересилив себя, пошла следом. Идти было недалеко, снова обогнуть злосчастный танцпол. кто-то из танцующих снова стал таращится на меня, но я удержалась от наложения заклинания превращающее в улитку в их адрес. Пересекли пустую обеденную, дальше по коридору, мы пришли к двери с табличкой «АУДИТОРИЯ С». Он по-джентльменски открыл предо мной дверь, и я вошла внутрь. До последнего надеялась, что это не то, о чём думаю, но первое на что обратила внимание: за одной из парт расселся Малфой, погружённый в омут своих мыслей, который никак не ждал такой скорой встречи со мной. Только развернулась что бы уйти, выход исчез, характерно хлопнув. – Что за детские игры? Посвежее идеи на бабушкиной антресоли не нашлось? – я подёргала ручку, но её плотно держали с той стороны. Староста тоже подскочил к двери: – Полоумный, выпусти нас! – Как только ты помиришься со своей девушкой. А она перестанет морочить другим парням головы! – ЧТО? – я даже поперхнулась от изумления, – Я не имею никаких дел с этим... – посмотрела на Слизеринца и осеклась – с этим субъектом. И в мыслях не было кого-то дурачить. Это вы меня чуть не довели! Не буду ставить вам троим очевидный диагноз, умственно неполноценный! – Я тут не при чём. Всего лишь решил попрактиковаться в общении с девушками. В книжке написано, что надо начинать с самых некрасивых, так как у них заниженная самооценка и они более податливы. – он говорил об этом так просто, будто обсуждал вычитанный рецепт блюда на вечер.       Тут я немного выпала из разговора пытаясь вспомнить и проанализировать весь предшествующий день. – Урод! Так не делается! – кажется, Малфоя это задело куда больше, чем меня. – Так в книжке написано, ты вечером принарядилась, привела себя в порядок и даже на девушку стала похожа. – Майк почему-то продолжал полемику со мной, подавая последнюю фразу, как в высшей степени комплимент. – Тебя вообще не должно еба... волновать, как я выгляжу! – парировала я. – Девушка должна следить за собой, но видимо, в Хогвартсе закончились средства по уходу. – донеслось из-за двери. – А на тебе, видимо, расфасовка человеческих мозгов. Очереди за свиными не было? Тебе и такие бы подошли!       Слизеринец с силой ударил кулаком в дверь, в этот же момент всю комнату охватило золотое свечение, которое ослепило меня, затем раздался громки шум где-то за спиной. Парень уже лежал возле шкафа, а в довесок на него приземлилось несколько книг. – Защитное заклинание. – меня осенило, подбежала к нему, откапывая из-под книжного завала «Яды животного происхождения», «Скрещивание лягушек для чайников», «Приворот по фотографии» довольно странная коллекция. – Что случилось? Кому плохо? – из учебной подсобки выскочила интересной внешности девушка с огромной аптечкой в руках. – Драко?! – очень тонко пискнула она. – Жив. – как-то без энтузиазма прохрипел парень. – Я тебя знаю? – хоть я и помогла подняться, всё его внимание было приковано к незнакомке, как и моё.       Худенькая, высокая, с округлой челюстью, карие глаза были настолько большие и близко посаженные, что она со своим крючковатым носом, напоминала сову. Одета повседневно: типичная синяя футболка в жёлтых звёздах и чёрные джинсы. – Нет! Точно нет! – незнакомка покраснела, виновато опуская голову, закрывая милое, почти детское личико, короткими чёрными прямыми волосами. – Что ты здесь делаешь? Прячешься? Тебя кто-то обидел? – я включила режим защитника, пытаясь сместить угол моей праведной ярости. Других причин, почему такая миниатюрная, но при этом довольно высокая девушка, могла здесь находиться вне учебное время, найти не могла. – Нет. – голос чем-то напоминающий колокольчик постепенно затих. – Всего лишь нашла тихое место чтобы почитать. Повезло ей! – Зато мы застряли здесь втроём. Эй, жертва стереотипов, психотерапия не удалась! – я подошла к двери, но не стала дотрагиваться, чтобы тоже не отрикошетить в книжный шкаф.       Ответом мне служило молчание, прислушалась сильнее, но за дверью разносились отголоски музыки только и всего. Опять обратила внимание на дверь, пригляделась к типичной бурой древесине, различая едва уловимые искорки, но, если магию видно, значит она достаточно мощная. Какой подозрительный матрос! Надо было понять это раньше, дура! – Свалил! – поразилась я, обращаясь ко всем присутствующим.       Незнакомка робко подкралась к двери, вытащила белую недлинную палочку, посмотрела на меня, будто ожидала разрешения, я лишь сделала шаг назад, расширяя ей пространство для действий. – Алохомора. – тихо, но уверенно девушка взмахнула палочкой.       Воцарилась тишина, все ожидали, когда дверь откроется. Незнакомка уже было хотела дёрнуть за ручку, но я помотала головой. Если уж и проводить эксперименты, то на мне. Я во всём виновата. Коснулась кончиками пальцев прохладного металла, чувствуя лёгкое тепло, затем обхватила её целиком и надавила. Меня объяло то же сияние, откуда-то рванул поток ветра, но дверь не открылась. Я снова отошла назад, прикидывая необычную реакцию двери на моё прикосновение: – Есть странный зачаток плана, но может и сработать. – проговорила скорее для себя. – Я расчистил взлётную полосу! – хмыкнул Малфой, усевшись на парту рядом с большой белой коробкой. – Меньше скептицизма! – я кинула на него недовольный взгляд, успевая заметить, как он закатывает глаза.        Снова сосредоточилась на магии двери, выставила ладони перед собой и коснулась древесины уже двумя руками. Тепло бегающее по ладоням усилилось, образовалось золотое свечение, разгорающееся с невиданной силой, врезаясь в глаза, вызывая слёзы. Ладони будто горели, кажется, я щупаю солнце. Концентрироваться на магии было практически невозможно, но знала, что это иллюзия, плата за успех. – Всё хватит! – кто-то резко дёрнул меня за плечи назад. Я смотрела на знакомое лицо и не могла узнать его, боль не исчезла: – Я справилась? – Если хотела приготовить барбекю из человечины, то да! – его злость доносилась глухим звуком до разума, – Тупая идея, Сильвертон! Ты не всемогущая!        Я не заметила в какой момент мне помогли сесть на парту, пыталась разглядеть сквозь застывшие в глазах слёзы, покрасневшие ладони, в некоторых местах кожа повредилась до черна, в нос бил мерзкий сладкий запах горелой человечины, было страшно даже согнуть пальцы. – Зато теперь можно не бояться дактилоскопии…. – ровным голосом заметила я, впадая в ступор. – Чего не бояться? – откуда-то сзади донеслось с интересом. – Да подожди ты. Она в шоке и не понимает, что несёт. – урезонил интерес Малфой.       Всё же попыталась согнуть пальцы в кулак, надеясь, что мышцы, хрящи и прочая начинка кистей не обгорела дотла. Резкая боль ударила в мозг, я зажмурилась, цепляясь губами за воздух. – О, ужас! Не могу смотреть! – позади меня раздались причитания брюнетки, – Я пока туда пойду. Поищу пути решения проблемы.       Раздался громкий хлопок. В этот момент я побоялась, как бы дверь в подсобку не заклинило, но внимание моё отвлёк Малфой, который ковырялся в аптечке. Рядом со мной уже лежал моток бинта. – Вот мазь из Весенней Мухоловки снимает магические ожоги. – Я справлюсь. – заупрямилась, на него сегодня надежды нет. Пусть о себе сначала позаботиться, прежде чем прикоснётся ко мне. Вообще никогда не коснётся. – И баночку сама откроешь? – хмыкнул он, ставя её на стол.       Не открою. Казалось бы, обычный контейнер с винтовой крышкой, но станет для меня реальным препятствием. Я лишь выдохнула, выставляя руку вперёд. – Хорошая девочка. – парень принялся за дело. Одной рукой он держал мою кисть, другой собирался размазывать лекарство. – Сейчас тебе что-нибудь нагадаем. Жениха хорошего хочешь? – оскалился он, я продолжала буравить его полным разочарования взглядом, – Что с тобой? Пробки у чувства юмора выбило? Чувствую, пахнет жаренным.       Я не сдержала смешок, выпуская из-под контроля только полуулыбку. Скривилась. Это прикосновение было за гранью моего болевого порога, и правда, словно руки на фритюрницу опустила. Обычно, имела привычку стоически терпеть, так что сейчас не отступлю, закаляем характер. – Надо было это предвидеть. Отвлекись на что-нибудь. – посоветовал парень, поднимая свой ясный бирюзовый взгляд, и опять не понимаю, что с ним происходит.       Уравновешенный, не трясёт от ярости, полуулыбается совершенно безобидно и даже чувство юмора проснулось... трезвый. Однако, тащите новое паучье-чутьё. Я мозгом понимаю, что где-то здесь творится неладное, но абсолютно спокойна внутренне. Фокус спустился ниже, я глядела на его шею, и заметила лёгкий отпечаток помады знакомого розового оттенка. Сразу вспомнилась та злосчастная качка. Чёрт. – Ты в порядке? Вся красная, как варёный рак. – удивился парень, перенаправляя внимание с рук на лицо. – Конечно, я всего лишь покалечилась лишь бы выбраться отсюда! – я зажмурилась, стараясь выкинуть всякую блажь из головы. Я покраснела?! Но даже жгучая боль не могла отвлечь от боли сжимающегося сердца и собственного стыда. Совесть поедает живьём. – Лишь бы не терпеть моё присутствие после сегодняшнего? – ловко уловил Малфой. Я выдохнула, пытаясь сосредоточиться. – Что бы ты не думала, я не желал тебе зла. – он сосредоточился, и тут сделал то, чего я ожидать никак не могла:

Мама, забери все ордена, Я не посмотрю на них и глаза краем.

Запел. У него спокойный приятный тембр: – Ты точно знаешь слова. Слышал в твоём волшебном ободке её. – он выжидал, что я подхвачу его игру. – Грозовая туча, – прочистила горло высвобождая вокальный голос.

сгущается вокруг меня. Кажется, я стучу в ворота перед Раем.

Смотрю на него, как загипнотизированная мышь на змею и повторяю слова.

Я, я, я стучусь во врата небес До-до-до стучаться до небес

Мама, убери с глаз ружьё, Оно не раздастся громким лаем. Туча находит, словно вороньё, А я стучусь в ворота перед Раем.

До-до-до стучаться до небес До-до-до стучаться до небес*

– Странный способ, отвлечения внимания, – подытожила я после длительного молчания. – Я нечасто получал травмы, но, когда такое случалось, мама отвлекала меня какой-нибудь песней. – он переключил мысли в ностальгическое русло. – Но это сработало на мне. – хмыкнула, глядя, как он завязывает концы бинта в узелок. – Значит, после Хогвартса планируешь стать певицей? – поинтересовался он. – Нет ни в коем случаи. Я уже давно ни для кого не пою. – прозвучало слишком грустно, прямо как на душе. – В чём причина? – Эм, ладно, спасибо за помощь, правда, я очень благодарна и зря погорячилась, но ты тоже хорош... Предлагаю забыть о сегодняшнем инциденте. – очень криво соскочила. – Ладно. – парень недолго молчал, – Так будет лучше, скорее всего. Я решила всё-таки поделиться чем-нибудь с ним: – Мне всегда цинично объявляли: «Кто терпит, того не побеждают»** Хотя из жизни выводится другой постулат: кто терпит, тот уже побеждён. Боль завладела его лицом лишь на мгновение, словно это ему только что сожгло с десяток процентов кожного покрова, затем он ядовито выдавил: – Пофилософствовать захотелось? Не успела я понять, где совершила ошибку, нас прервали. – Я смешала нужную сыворотку. – скромно объявила незнакомка. – А вы закончили с перевязкой? – смутилась, видимо, она невольный слушатель. Теперь точно не избежать слухов! Я лишь продемонстрировала ей свои две перевязанные культяпки. – Сильно болит? – более сочувственного и нежного взгляда карих глаз, я не видела никогда. – Скоро пройдёт эм-м. – утешила её я. – Пелагея. – подсказала девушка, снова опуская голову. – Я — Джульетта. – Я знаю, – ещё тише послышался ответ из-за навеса чёрных прямых волос. – Что там с решением нашей проблемы? – поторопил Малфой, видимо, ему уже осточертело моё общество. – А! Да. Я много провела времени здесь и нашла кое-какие реагенты и на основе фосфора смешала... – Если без предыстории? – перебил парень, за что я ткнула его локтем. – Взрывчатое вещество? – уточнила я. – Да. – смутилась Пелагея. – Ты сдвинула щит достаточно, чтобы открыть дверные петли. От этого я решила отталкиваться. – Надо попробовать. – решила я.       Пока Пелагея разливала взрывчатое вещество, Малфой перевернул одну из парт на бок, и мы устроились за ней. Последней к нам присоединилась пунцовая брюнетка и протянула парню 3 камешка: – Реакция начнётся при взаимодействии с силой. – кажется, её округлое лицо вывело оттенок смущения на новые недосягаемы высоты.       Первый бросок. Камень попал в магический щит на двери, в разные стороны посыпалась крошка. – Сосредоточься, Малфой! – рассердилась я, – У тебя не так много прав на ошибку. – Хорошо-хорошо, не умничай, а не то всё возьмёшь в свои руки, как обычно. – буркнул он, выглядывая из-за баррикады.       Я поразилась очередному каламбуру слетевшему с его уст, но всё же захотелось снова переквалифицировать его в грушу для испытания всяких интересных заклинаний, для проформы, чтоб не расслаблялся. Подумала, что у него совесть проснулась, ан нетушки.       Вторая попытка закончилась удачно. Послышался оглушающий взрыв, мы осмелились выглянуть спустя какое-то время, когда странный запах и дым начали рассеиваться. От обгоревшей по краям двери шли струи дыма, её вырвало с петель, теперь она висела на заколдованном замке, открывая путь на волю. Вряд ли кто-то слышал наш залп из-за громкой музыки, но лучше здесь не оставаться. – Наука победила! – тихонечко порадовалась своему успеху Пелагея. – Ты молодчина, но лучше нам отсюда сматываться! – похвалила её я. На лице девушки проступила робкая улыбка.       Я вылезала последней при помощи сокурсников, дальше все хранили молчание, пока не расстались с новой знакомой возле кают Когтеврана, а сами двинулись дальше. – Я в состоянии о себе позаботиться. – напомнила я молчаливому спутнику. Не хватало, чтобы ещё со мной нянчились. – Не сомневаюсь. – серьёзно прозвучало в ответ. Мы одновременно остановились возле нужной мне двери. – Я так-то к себе. – он открыл противоположную дверь и уже хотел идти, как остановился и оглянулся. – Но если ты настаиваешь... – Нет, иди уже от сюда. – я резко ударила локтем по ручке, затем толкнула дверь кроссовком, и дверь отворилась. После нашего небольшого приключения, это казалось слишком просто. – Тогда сладких снов. – пожал плечами парень. – Спокойной ночи! – буркнула я, цепляя край двери носком ноги, прошмыгнув внутрь, пока та не закрылась.       В каюте горел один верхний ночник, а в остальном, было темно и как-то лампово, хоть танцы ещё не закончились, музыка до сюда не доносилась, на своём месте сидела Моник и была крайне расстроена. Я знала, что в такие моменты к ней лучше не лезть, но не стерпела: – Что случилось? Меня смерили холодным и крайне недовольным взглядом, будто я виновна во всех её проблемах: – Что-что? Я объявляю Эндергорду войну! Сноски: * – перевод песни сделан по логическим причинам. Подразумевается, что герои говорят на английском, но текст написан на русском, так что песню тоже пришлось подогнать под язык, что бы смотрелось органично. По поводу перевода, который взят из инета, и только каплю изменён по моему усмотрению, все права принадлежат создателям и прочие бла-бла-бла. Композиция «Knockin' on heaven's door» Боба Дилана она сюда подходит по логике и символизму, так что не бузите, либо свои варианты го в комменты. **– английская пословица: «He that endures is not overcome»