влюбиться можно ненавидя

Работа — неплохой способ забыться. Я полностью погрузилась в неё, редко встречаюсь с Сорокиными, даже не звоню им, а крёстному тем более ничего не рассказала. С той ночи прошло около двух недель, если не больше. Я, как предатель, пропускаю предсезонные матчи, хотя Сорока пытался заставить пойти. Даже Бурдасов звонил, но был послан куда подальше. Капризов тем более пропал из моей жизни, и я надеюсь, что навсегда. Уверена: он сильно обиделся на меня, но всё равно как-то. С ребятами я не общаюсь, так как они на стороне Кирилла и всячески пытаются нас помирить. Бесит, когда кто-то указывает мне, как жить. Не маленькая, сама могу разобраться. Сезон приближается, работа наваливается, но мыслями я дома у нападающего тем вечером. У меня не получается забыть его прикосновения, и это тоже раздражает. Да я же его терпеть не могу, как так-то? Совсем перестала понимать. — Львова, не спи на ходу! — громко восклицает Даша, и я поднимаю на неё взгляд, но тут же замечаю в толпе знакомые светлые волосы. Твою мать. Только не этот засранец. Хотя чего я ещё ожидала, идя в Авиапарк?.. Рядом с Кириллом появляется незнакомая мне девушка, и он обнимает её за талию. Меня моментально прошибает — вспоминаю его объятия. Да чёрт возьми, хватит уже. — Бывший? — коллега усмехается. Неужели всё так легко считать с моего лица? — Просто знакомый, не обращай внимания. — Познакомишь? — девушка снова поворачивается в его сторону. — Нет, — получается немного грубовато. — Значит, не просто знакомый. И снова ухмылка появляется на лице Даши, но меня больше волнуют её слова. Я замечаю, что хоккеист также обнаруживает меня. Мы тупо смотрим друг на друга, не в силах оторвать взгляд. Подойди сюда, прошу тебя. Но парень отворачивается, когда спутница окликает его. Ощущаю, как стена внутри, которую я выстраивала месяц, трескается. «Какая же ты непробиваемая», — звучит в голове голос парня. Поздравляю, Капризов, стена дала трещину.

***

Я не большая поклонница клубов, мне по душе дома отдыхать. Но Даша настояла, что мне нужно развеяться. Правда, дома гора работы, так как в понедельник я поеду на Матч Открытия КХЛ в Петербург. С начала сезона точно начну брать много дел на дом. — Не против, если я потанцую? — коллега наклоняется ко мне, чтобы я лучше её расслышала. — Валяй, — пожимаю плечами и снова утыкаюсь в телефон. Не люблю, да и не умею танцевать. Может, схожу пару раз на танцпол, но точно не сейчас. Уж слишком там много пьяных людей. — Какие люди! Этот голос заставляет меня вздрогнуть и обернуться. Рядом со столиком стоит мой бывший парень, с которым мы виделись года два назад. Учились в одном университете, только он на юридическом, но перед третьим курсом он неожиданно решил доучиваться в Германии. Я отказалась ехать с ним. Так наши пути и разошлись. — Я думал, что ты навсегда застрянешь в своём Питере, — Олег усмехается, садясь на диван напротив меня. Он — типичный представитель русской золотой молодёжи, который берёт кого и что хочет. Брюнет с серыми глазами, влажная мечта половины девушек с юридического. Я даже не помню, почему повелась на него. Я знала, что он никогда не любил меня, но всё же оставалась с ним. Возможно, мне льстили его комплименты, подарки, а других я не замечала. Сейчас понимаю — вот ведь дура, вокруг ведь столько хороших парней было. — В Москве более престижная работа, — пожимаю плечами. — К тому же тут у меня близкие друзья. — А этот хоккеист... Сорокин, кажется? Удивительно, что ты его ещё не соблазнила, — снова эта чёртова ухмылка, сводящая с ума. Прости, но я больше не поведусь. — Я не ты, Ногинский. У него есть девушка, и я рада за них, — хмурюсь, собираюсь уходить, но он легко останавливает меня. — Мы так давно не виделись. Давай поговорим хоть немного. И я, как и два года назад, сдаюсь. От простых разговоров ничего не произойдёт.

***

Олег довозит меня до дома. Он даже не настаивает поехать к нему, хотя предлагал. Однако я не хочу наступать на одни и те же грабли дважды. Мне кажется, что он совсем не изменился, ему всё так же нужен только секс. Я буду рада ошибаться, хотя... это же Олег. Из разговора с ним я узнала, что он где-то на полгода в Россию, а потом вернётся в Берлин. По его словам, он довольно успешен в адвокатуре. Не знаю, верить ему или нет, но по его машине понимаю, что деньги у него есть. Возле своего подъезда замечаю Капризова. Что он делает в час ночи возле моего дома? Отгоняю мысли, что он пришёл поговорить. Что-то тут не так. — Подозрительный тип, — Ногинский указывает на нападающего. — Я его знаю. Кирилл Капризов, — поясняю я и выхожу из машины, но всё равно слышу насмешливый голос парня. — И снова хоккеист, золотце? Ничего не собираюсь отвечать на его глупую шутку. Не его дело. — Где ты была? — увидев меня, Кирилл подскакивает ко мне и больно хватает за руку. Впервые вижу парня настолько злым. — Тебя Сорокин обыскался! Конечно, Илья. Кто же ещё? Неужели я и впрямь надеялась, что он пришёл сам? Какая же я глупая. — Не твоё дело! Свали! Однако хоккеист смотрит на меня и крепко сжимает моё запястье. — А кто ты ей вообще? — Олег хлопает дверью, привлекая наше внимание. — Парень, — тут же бросает Кирилл, и юрист даже удивляется. Чёрт, Капризов, что за бред ты несёшь? — Тогда не буду мешать. Если что, пиши в ВК, золотце, — он усмехается и садится в машину, а затем уезжает. Последняя фраза ещё сильно раздражает парня, но он молчит, а вот я не собираюсь: — С ума сошёл? Какой нахер парень? Я не понимаю его — то он неделями не пишет мне и обижается, то приходит к моему подъезду и снова делает вид, что заботится обо мне. Что же ему обещал Сорокин, раз он пришёл ночью к малознакомой девушке? — Иди домой. Завтра поговорим, — меня толкают к подъезду в сторону, отпуская, и я тут же спешу подальше от Капризова.

***

Но Кирилл, понятное дело, не позвонил ни в воскресенье, ни в понедельник. Не удивлюсь, если мы уже окончательно перестали общаться. И я лично не против. Чем меньше его в моей жизни, тем лучше. На матч СКА-ЦСКА я всё-таки поехала. Плевать на Капризова, сегодня играют дорогие мне люди, и я не могу пропустить эту игру. К тому же, Сорокин точно обидится. Когда ЦСКА играют в Питере, у нас с вратарём есть традиция: я сижу в секторе, который находится напротив ворот, где начинает гостевая команда, и места обязательно в первом ряду. Один период Илья стоит на противоположных воротах, но всё же большую часть матча я хоть как-то рядом. Лере не нравится, что мы сидим так низко и ей не всё видно, однако соглашается. Если что, она всегда может подняться наверх, к другим жёнам и девушкам армейцев с Невы. Хоккеисты выходят на раскатку, а мы уже сидим на своих местах. Сорокин сразу замечает меня, кивает, я отвечаю лёгкой улыбкой. — А где твоя кепка или толстовка? — удивляется Валерия, надевая шапку с логотипом СКА. — Ты за ЦСКА начала болеть? — Нет, я просто пришла на интересный матч, — обвожу взглядом площадку, натыкаясь взглядом на Кирилла. Улыбка пропадает с лица. Не хочу желать ему травмы, но надеюсь, что он сегодня не забьёт. Хоккеист, словно чувствуя, поворачивается в мою сторону. Снова смотрим друг на друга, и я перестаю дышать. Парень же выглядит удивлённым, но довольным. Я не ради тебя приехала, Капризов.

***

Для ЦСКА матч выдался не самым лучшим. Они смогли отыграть только две шайбы из четырёх. Но больше всего у меня вопросов к Сорокину. В первые минуты игры он словно был не в себе. Надо будет с ним поговорить, когда команда вернётся в Москву. Правда, защита тоже сыграла не лучшим образом. Видна ещё «несыгранность» у команды, надеюсь, Никитин серьёзно возьмётся за это. Игра Капризова меня тоже не особо впечатлила. Да, две результативные передачи, но я ожидала большего от «молодой звезды российского хоккея». Сейчас мы с Валерией стоим возле выхода с раздевалки. Она ждёт Сашу, а я крёстного и друга. Неловко стоять здесь теперь с учётом, что я не очень-то сильно радовалась, когда забивали петербуржцы. Нет уже больше для меня своих. Хотя и при голах московских армейцев я не подскакивала от счастья с места. Первым появляется Барабанов, и его жена тут же набрасывается на него, искренне поздравляя. Увы, но с Ковальчуком я так больше не смогу. Хоккеист косится в мою сторону, как будто я уже давно болею за ЦСКА. — Давно не виделись, Вась. Ого, не Василий. Они же вроде победили, чего такое плохое настроение? Или всё, я теперь предатель? — И тебе привет, — улыбаюсь парню. — С победой. Раньше я была гораздо громче при победах СКА, но теперь столько изменилось. — Спасибо, — Александр пожимает плечами. — Старались. Хочу ответить ему, но замечаю выходящего из раздевалки вратаря. Бросив «потом поговорим», направляюсь в сторону Ильи. Он всё ещё расстроен, снова задумчивый, поэтому на меня не сразу обращают внимание. — Ты как? — кладу руку ему на плечо и разворачиваю к себе. — Сорокин, да что с тобой? — Да ничего вроде, не знаю. Так, это не так уж и плохо. Будь что серьёзное, он сказал бы: «Давай дома» или что в этом духе. Может, реально не собрался, бывает ведь. — Сорок, — Капризов подходит к нам, но, увидев меня, останавливается. — Я… Потом тогда. И он уходит. Странно. Вратарь переводит на меня недовольный взгляд, и я понимаю, что сейчас меня начнут донимать касательно Кирилла. — Что между вами происходит? Стоит только мне начать разговор, как он мрачнеет, а ты просто игнорируешь. — Между нами ничего нет. Ни-че-го, — по слогам повторяю я, и Сорокин закатывает глаза. — Ага-ага, конечно. Я видел, как ты на него смотрела во время раскатки, да и сейчас. Ты так ни на кого не смотришь! И это не ненависть, не обманывай меня и себя. Да что ты знаешь, Сорокин? Влюблённым взглядом я смотрела за свою жизнь только на одного человека, и он сейчас за тысячи километров от нас. — У меня самолёт скоро, мне пора, — быстро ухожу и стараюсь скорее скрыться в толпе болельщиков, но его слова «мы ещё поговорим» доходят до меня. «Со стороны виднее», — так мне пару лет назад сказала Николь, когда мы говорили про Олега. Он им не нравился, а я уверяла их, что люблю его. Она же ответила, что не видит любви в моих глазах. Неужели и сейчас окружающие всё видят, а я нет? Но я не хочу влюбляться в Капризова. Однако когда чувства были подвластны разуму?