влюбиться можно ненавидя

Я открываю глаза от надоедливого звонка в дверь. Собираюсь встать с кровати, но тяжесть на талии заставляет затормозить и прийти в себя. Только не это. Поворачиваю голову назад и вижу, что рядом со мной спит Капризов, при этом крепко обнимая и прижимая к себе. Я же вчера не пила, так почему тогда не помню, как оказалась с ним в одной постели? Заснула на его плече, и он, как видно, донёс меня до кровати и уснул рядом? Это неудивительно, с учётом того, что он очень устал за вчерашний день. Надеюсь, что ничего всё-таки не было. — Кирилл, — тихо шепчу, но толку мало. Хоккеист продолжает крепко спать, и я толкаю его локтем в живот. — Капризов! — Да что ты кричишь с утра пораньше? — недовольно бурчит парень, переворачивается на другой бок, освобождая меня. Хотя бы так. Накидываю первую попавшуюся кофту, оказавшийся толстовкой Кирилла, мысленно ругая себя за это. Я надеюсь, что за дверью не Сорокины, так как от подколов не избавиться тогда будет. — Хватит звонить уже! — с этими словами открываю дверь, и на пороге показывается Виолетта. — Ты чего ещё не в универе? — Так сейчас только полвосьмого, — отвечает Вита и обнимает меня, хитро стреляя глазами. Она поняла в чьей я одежде. Чёрт. — Можно зайти? Пропускаю её в прихожую, а в коридоре в этот момент появятся Капризов без верхней части одежды. Да он издевается что ли? Он подходит к нам, и не сразу понимает, что перед ним моя сестра. — Ты чего тут? — нападающий опирается на косяк, пока я отвожу взгляд в сторону. Нельзя пялиться, нельзя. — И тебе привет, Каприз, — усмешка на губах Толедан становится ещё шире, а я ещё краснее. Хочешь просто испортиться из этой комнаты. — Так у меня три важных новости! Первая: Женя встречается со Стэном уже вторую неделю, но, засранец, молчал про это, во-вторых... Стэн, неси! Показывается брат с клеткой для животных в руках. Я начинаю понимать, что затеяли двойняшки, и совершенно против этого. Вита открывает клетку и достаёт оттуда померанского шпица чёрного цвета. Мы с Капризовым находимся в немом шоке, совершенно не находя слов. — В общем, — начинает Себастьян. — Я, Вита и Жена решили начать снимать двухкомнатную квартира, а то она устала от общаги, а мы не хотим смущать тебя. Ещё родители привезли нам Генриха, так как он надоел им. И мы решили: чтобы тебе не было одиноко, он может пожить у тебя! — Ей не одиноко. — ворчит Кирилл, однако всё же тянется погладить пса. — К тому же хозяин квартиры пока что против любых домашних животных, говорит, что не уверен в нас. Последи за ним, пожалуйста? Он любит тебя не меньше нас, — сообщает брат, пока я наблюдаю, как Гена уже ластится к Кириллу. Его точно мне привезли? Он наконец-то замечает меня и звонко приветствует меня, виляя хвостом. Беру Генриха из рук сестры и глажу. Именно я подарила им Гену чуть меньше года назад, хотя их родители были сначала категорически против. Потом правда привыкли и пообещали присматривать за ним некоторое время, пока двойняшки не обустроятся в Москве. Однако, я не удивлена, что им так быстро Генрих надоел. — Ладно, Гена, добро пожаловать. Вы привезли всё, что нужно? — Да, — девушка кивает и указывает на большую сумку, которую я раньше не заметила. — Мы тогда пойдём? Не будем вам мешать. С этими словами сестра выходит за дверь, брат, помахав нам, тоже следует за ней. Хоккеист закрывает за ними дверь. — Зашибись, конечно, — он усмехается. — Ты против? Я могу вернуться домой. — Да не против, расслабься.

***

На удивление, Гена быстро освоился у Кирилла в квартире, да и вообще привязался к нему. Не то чтобы я ревновала, просто это произошло буквально за пару часов. Теперь я точно буду тратить всё свободное время на Генриха, статьи и работу, которую мне всё еще давали на дом. Приходится выезжать в офис на пару часов, но меня пока стараются не напрягать особо, хотя я рвалась поскорее выйти. Однако у нас сегодня планы. Олег наконец очнулся, о чём мне сообщила Маша, и я решила посетить его, а Кирилл в качестве сопровождающего. Поэтому Гену пришлось оставить на Сорокиных, которых пёс не особо хорошо принял. Он отнёсся к ним нейтрально, не лаял и не кусал, если только к нему не приставать. Когда мы уходили, Генрих обидчиво лёг на кровать спиной к двери. Весь в хозяев. От медсестры узнали, в какой палате Ногинский лежит. Я зашла внутрь, а нападающий остался возле двери. Парень спит, а рядом с ним сидит Мария и сжимает его руку. Я замечаю усталость на её лице и в глазах. Не представляю, сколько она сидела с ним. — Как он? — сажусь на стул возле тумбочки. — Просыпался один раз, но все равно очень слаб. Я боюсь за него. — Он крепкий, ты знаешь это, — слегка улыбаюсь, но девушка не смотрит на меня. — Ты в порядке? — Да, я толком не пострадала, — пожимаю плечами и опускаю руку на плечо Марии. — Ты нужна ему, даже не представляешь как. — Я знаю всё про вас. Ты была его девушкой, — Маша поднимает на меня серьёзный взгляд. — Да, была. Но мы не любили друг друга. Наши отношения были ошибкой, — оглядываю молодого человека. — Ему не я нужна, а ты. — Что? — девушка искренне удивляется, а я встаю со стула и направляюсь к двери. — Да-да, всё так и есть, — открываю дверь и подмигиваю ей. — Пусть позвонит мне, как ему станет лучше. Кирилл встречает меня хмурым взглядом, я только машу рукой, однако, от меня не отстают всё равно. — И что это за “пусть позвонит”? — Там сидит его возлюбленная, так что не ревнуй. Между нами ничего никогда больше не будет. Хоккеист довольно улыбается, а затем снова начинает меня упрашивать приготовить ему что-нибудь кроме пельменей и лапши. Он уже крутит это шарманку три дня, и я уже начинаю медленно сдаваться. До этого нам готовила Лия, но ей уже надоело, и она всё бросила на меня. В итоге я соглашаюсь. Думаю, картошку с котлетами я в состоянии приготовить и при этом не убить никого. Хотя за последнее не ручаюсь, тут вся ответственность на просящем. Мы вернулись домой, Гена радостно приветствовал нас, а Сорокины свалили почти сразу, так как не хотят нам мешать. Убью их. Так что сейчас я слежу за картошкой, а Кирилл гоняет мяч с Генрихом по залу. Как семейная парочка, точно. — Ну как обстоят дела? — парень обнимает меня одной рукой за талию и заглядывает в кастрюлю. Меня как будто прошибает током, я покрываюсь сильным румянцем и не в состоянии ответить ему. — Всё настолько плохо? — Не-е-т, просто не лезь раньше времени, — слегка ударяю его по руке. — Противная ты, — обидчиво произносит он и отходит от меня. — Я есть хочу как бы. — Пять минут подожди! — Через пару часов игра просто! Ой точно! Я совсем забыла, что они играют сегодня с Динамо Ригой. Тогда реально нужно торопиться, а то я уже больше часа над плитой стою и пытаюсь готовить по рецепту. Накладываю ему и себе картошку с котлетами, также не забываю насыпать корм Гене, который тут же торопиться кушать. Кирилл в это время уже сел за стол, я опускаюсь рядом и внимательно наблюдаю за ним. — Да всё супер, — смеётся парень, наблюдая за моим нахмуренным взглядом. — Сама попробуй. — А ну точно, — слегка улыбаюсь, когда поела сама. — Может и дальше учиться готовить? — Только не так долго! — хоккеист усмехается. — Эй, я ради тебя старалась!

***

На следующий день, когда парни ушли на тренировку, Лия решила приехать поработать ко мне, а то ей одиноко дома. — Так насколько у вас всё далеко зашло с Капризом? — вопрос подруги застаёт меня врасплох, я отрываюсь от приготовления еды и поворачиваюсь к ней. — Что, прости? — Ты живёшь у него уже больше недели, — девушка хитро усмехается. — Неужели ничего не было. — Лий, у нас всё очень сложно, — я сокрушённо качаю головой, складывая руки на груди. — Так упрости! — восклицает Виланова. Я откидываю голову назад и глубоко вздыхаю. Нашу беседу прерывает звонок в дверь. Мы подозрительно переглядываемся, так как никого не ждём, у парней сейчас тренировка в самом разгаре. Это очень странно. Подруга открывает дверь, я стою за ней, опираясь на косяк, а Гена тихо рычит у моих ног. — Привет. От удивления даже рот открываю. На пороге стоит Катя, появление которой я совсем не ожидала. От неё вообще последние дня два новостей нет, и Капризов ни разу не рассказал про неё и их разговор. — А ты что тут забыла?! — тут же закипает Лия, и только моя рука на её плече успокаивает девушку. — Я хочу поговорить с тобой наедине, Василиса, — Екатерина никак не реагирует на выпад Лии. Она остаётся удивительно спокойной и серьёзной. — Лия, погуляй с Геной минут тридцать, пожалуйста. Виланова хочет возмутиться сначала, но все же выполняет мою просьбу, беря поводок и Генриха, а затем покидает нас. Я веду девушку на кухню и включаю чайник. — Давай сразу к делу, — говорю я, проверяя суп в кастрюле. — Что у тебя с Кириллом? — задаёт главный вопрос Катя. Он заставляет меня задуматься: между нами ничего нет, но влечение друг к другу у нас вроде обоюдное, если верить словам Сорокина и Кузьменко. Но так ли всё просто? Я лично в себе не могу разобраться и понять — чувствую ли я к нему что-нибудь больше симпатии. Даже Олег говорил, что увидел мою влюблённость к Капризову. А я до сих пор не уверена в этом. — Ничего, — развожу руками в сторону. — Мы друзья точно, но вот что-то большее... Трудно сказать. — Тогда почему ты живёшь в его квартире до сих пор? Я знаю про аварию... — Стоп, что? — хмурюсь, резко поднимая взгляд на Екатерину. — Кирилл сказал тебе? И причину, по которой я живу у него? — Ты дважды попадала в аварию, и в первой погиб твой отец, — она кивает, а я сжимаю угол столешницы от злости. Он рассказал ей всё. Мало из моих знакомых знает про подробности ДТП с участием моего папы, Ковальчук многое скрыл от общественности: из-за чего произошла авария, как погиб мой отец, и что я тоже была в той машине. Крёстный не хотел, чтобы меня спрашивали про это, поэтому для почти всех я в момент ДТП сидела дома, и ничего не знала. — Но в Интернете на тебя другая информация. — заявляет девушка. — Теперь ты знаешь правду. Пришла шантажировать меня этим? — Нет, — Екатерина пожимает плечами и крутит в руках ложку, оставленную Лией. — Я просто хочу, чтобы ты отстала от Кирилла. Знаешь, мы ведь так и не расстались. Он просто попросил дать ему время помочь тебе, а потом всё вернется в нормальное русло. Я чувствую, как в глазах начинают собираться слёзы, поэтому разворачиваюсь спиной к девушке и зажимаю рукой рот. Катя в этом время продолжает: — Я не против, чтобы вы были друзьями. Просто... Кирилл мне небезразличен, правда. — А он говорил тебе, что любит тебя? — мой голос готов дрожит, и я боюсь, что она заметила это. В ответ она несколько секунд молчит, а затем всё же даёт самый ужасный ответ: — Да. Я еле сдерживаю себя от нервного срыва. — Ты опоздала, милая, — слышу в её голосе сожаление. — Нужно было быстрее действовать. Так мы договорились? — Да. Катя уходит, а я остаюсь наедине со своими чувствами и мыслями. Кирилл её любит. Он говорил, что после моего прихода в норму, они снова будут вместе. Господи, какой я была дурой. Приняла его дружескую помощь за нечто большее. И только, потеряв человека, осознаёшь, как он был важен. Это в стиле реального мира. Дрожащими руками нахожу телефон и пишу Лие сообщение: “Приведи Гену в мою квартиру, пожалуйста”. Я не хочу мешать ему с Катей, раз у них такие серьёзные отношения. Он ее любит, и я не собираюсь рушить их отношения, только больнее ему сделаю. Пусть все будет как раньше, - раз он так хочет, - мы с ним будем игнорировать друг друга. “Что случилось? Ты в порядке? Мне просто надо ехать в больницу”. “Приведи и всё, я завтра все расскажу. Вита пока что у меня дома, заехала за оставшимися вещами. Оставь Гену с ней, а я подойду через минут тридцать”. Как раз, когда должен вернуться Капризов. “Это подозрительно, но ладно. Но завтра я заеду и мы поговорим!” “Конечно”. Больше Лия не донимает меня смсками, и я принимаюсь быстро собирать вещи. Их не очень много, так что уже через минут десять я сложила все по сумкам. Не могу оставаться в этой квартире, тут все напоминает о глупых, разбитых на осколки мечтах, которых никогда не должно было быть. Убираю сумки к порогу, одеваюсь и сажусь ждать Кирилла. Я ему многое хочу высказать. Стоит только вспомнить, как снова набегают слезы. Приеду домой и точно на меня нападёт истерика. Я хочу вернуться в Петербург к Ковальчукам. С ними всегда все было идеально, а жизнь не подбрасывалась настолько сильной влюблённости. Да с Панариным никогда такого не было. Он уехал в Чикаго, и я ни разу не билась в истерике. Стоило ему покинуть мою жизнь, как я забыла про него. С Капризовым всё совсем по-другому. Бежать от проблем никогда не помогает. Я не могла скрывать свои чувства и откладывать разговоров, когда-нибудь все бы вышло из-под контроля. И этот момент наступил. Слышу звук открывающейся двери, собираю силы в кулак и выхожу в прихожую. Хоккеист рассказывает про тренировку, про планы на выходные. Но этих выходных уже не будет. Он замечает мой мрачный взгляд и напрягается. — Что случилось? — Катя приходила, — Капризов вздрагивает на этих словах. — Многое рассказала. Но он молчит, что только сильнее злит меня. — Как ты посмел рассказать ей про аварию, где погиб мой папа! Я доверилась тебе... — Лис, мне пришлось. Она просто моя... — Девушка, да, я знаю! Ты обещал ей, что все будет, как прежде! Зачем было пудрить мозги мне?! Я повелась! Я... — истерика и гнев накрывают меня, беру в руку сумку и пытаюсь пройти к двери, но меня останавливает парень. — Давай просто поговорим! Спокойно! — он крепко хватает меня за плечи. — Иди трахайся со своей Катей, раз ты её так любишь! Забудь про меня! Я... — снова запинаюсь на этих словах. Мне так хочется выложить все, как есть, но понимаю, что ничего после этого не изменится. Однако, есть один способ. — I’ve fallen for you, Kaprizov. — быстро произношу я с заметным канадским акцентом. Кирилл не должен понять меня. Пользуюсь его замешательством и выбираюсь из хватки, а затем покидаю чёртову квартиру. Я влюблена в тебя, Капризов.